ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-17188/2021, 18АП-17397/2021

Дело № А07-19526/2019

21 февраля 2022 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО7, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УралЭнергоСервис» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.11.2021 по делу № А07-19526/2019 об оспаривании сделки. 

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО7 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 25.11.2020, срок действия 5 лет);

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УралЭнергоСервис» ФИО4 - ФИО5 (паспорт, доверенность от 11.02.2022, срок действия до 31.12.2022).

 

В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело о признании общества с ограниченной ответственностью «УралЭнергоСервис» (далее – ООО «УралЭнергоСервис», ООО «УЭС», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.07.2019 (резолютивная часть от 10.07.2019) в отношении ООО «УралЭнергоСервис» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6.

Информационное сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 132 (6612) от 27.07.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2020 (резолютивная часть от 15.10.2020) в отношении должника введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6

Определением суда от 15.12.2020 (резолютивная часть от 14.12.2020) конкурсным управляющим ООО «УралЭнергоСервис» утверждена ФИО2.

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан 16.03.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Уралэнергосервис» ФИО2 (далее – заявитель, податель жалобы) к ФИО7 (далее – ответчик, податель жалобы) о признании недействительными платежей (с учетом принятых уточнений): 

- 30.01.2019 - возврат суммы, перечисленной на увеличение уставного капитала по решению Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2018 в размере 7 750 000 руб.;

- 25.01.2019 - возврат суммы, перечисленной на увеличение уставногокапитала, в размере 2 000 000 руб.,

- 17.05.2018 - возврат частичного займа по договору № 07/З-16 от 15.07.2016 в размере 100 000 руб.;

- 07.06.2018 - возврат займа и процентов по договору № 07/3-16 от 15.07.2016 в размере 2 228 430,87 руб., 

И применить последствия недействительности сделки в виде возврата 12 078 430,87 руб. в конкурсную массу ООО «УЭС».

Определением от 10.11.2021 (резолютивная часть от 27.10.2021) заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено частично. Суд определил: признать недействительными сделки должника по перечислению денежных средств в пользу ФИО7: 30.01.2019 - возврат суммы перечислений на увеличение уставного капитала по решению Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2018 в размере 7 750 000 руб.; 25.01.2019 - возврат суммы перечисленной на увеличение уставного капитала в размере 2 000 000 руб. 

Применить последствия недействительности сделки в виде:

- взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ООО «УралЭнергоСервис» 9 750 000 руб.

- восстановления задолженности ООО «УралЭнергоСервис» перед ФИО7 на сумму 9 750 000 руб.

В остальной части заявленных требований отказать.

Определением суда первой инстанции от 10.01.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий, ФИО7 обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе ФИО7 просит определение отменить полностью, отказав в требованиях в полном объеме, ссылаясь на отсутствие в деле доказательств его осведомленности о неплатежеспособности должника. Конкурсный управляющий не оспаривает данные бухгалтерской отчетности и фактически подтверждает, что на 01.01.2019 у ООО «УЭС» отсутствовала кризисная финансовая ситуация. Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2018 по делу А07-13692/2018 установлено, что ФИО7 не стал участником ООО «УЭС», что ООО «УЭС» должно вернуть эти денежные средства, установлено, что эти денежные средства не являются собственностью ООО «УЭС», а являются неосновательным обогащением. ФИО7 не стал участником ООО «УЭС», следовательно он не мог реализовывать свои права участника, в том числе право на получение информации о деятельности общества.

Конкурсный управляющий ООО «Уралэнергосервис» ФИО2 просит определение отменить в части отказа в требованиях, ссылаясь на то, что платежи от 17.05.2018 - возврат частичного займа по договору №07/3-16 от 15.07.2016 в размере 100 000 рублей и от 07.06.2018 - возврат займа и процентов по договору №07/3-16 от 15.07.2016 в размере 2 228 430,87 рублей совершены в отношении аффилированного лица, с нарушением очередности удовлетворения требований. Указал, что на момент совершения оспариваемых платежей в пользу ФИО7 ООО «УЭС» уже обладало признаками неплатежеспособности.

На основании ст.ст. 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела отзыв от управляющего должника и письменные пояснения с дополнительными доказательствами от ФИО7, поскольку представлены во исполнение суда об отложении слушания дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей.

В судебном заседании  представители подателей апелляционных жалоб с определением суда не согласились, просили удовлетворить их апелляционные жалобы.

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, при исполнении обязанностей, предусмотренных Законом о банкротстве, управляющим должника установлено, что в адрес ФИО7 были перечислены денежные средства в размере 9 750 000 руб.:

- 30.01.2019 - возврат суммы, перечисленной на увеличение уставного капитала по решению Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2018 в размере 7 750 000 рублей, 

- 25.01.2019 - возврат суммы, перечисленной на увеличение уставного капитала в размере 2 000 000 рублей, 

- 17.05.2018 - возврат частичного займа по договору №07/З-16 от 15.07.2016 в размере 100 000 рублей;

- 07.06.2018 - возврат займа и процентов по договору №07/3-16 от 15.07.2016 в размере 2 228 430,87 рублей.

Полагая, что спорные перечисления имели место в период подозрительности, за шесть месяцев до возбуждения дела о банкротстве, на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, спорные перечисления имеют признаки сделок с предпочтением, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу, что производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) возбуждено 19.06.2019, оспариваемые сделки совершены 25.01.2019, 30.01.2019, то есть в период подозрительности, установленный п. 3 ст. 61.3, а платежи, совершенные 17.05.2018, 07.06.2018, - в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

В соответствии со ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии неисполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Необходимым условием признания сделки недействительной по п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве является осведомленность контрагента по сделке, в рассматриваемом случае ФИО7, о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Если платеж был получен после того, как данный кредитор подал заявление о признании должника банкротом или узнал о подаче такого заявления другим кредитором, то при решении вопроса о добросовестности такого кредитора следует, в частности, учитывать, свидетельствовали ли обстоятельства подачи такого заявления о том, что имеет место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов (п. 12 постановления Пленума ВАС РФ N 63).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,выраженной в определении от 25.09.2017 года по делу N 305-ЭС17-13265 и вопределении от 17.10.2016 по делу N 307-ЭС15-17721 (4), при оспаривании сделки заключенной в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве на основании положений абзацев второго и третьего пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона  о банкротстве, осведомленность другой стороны сделки о неплатежеспособности должника или о недостаточности у него имущества не входит в предмет доказывания по такому обособленному спору.

Согласно правовой позиции, изложенной определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 310-ЭС15-12396 по делу N А09-1924/2013 со ссылкой на позицию, изложенную в постановлении Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 N 18245/12 по делу N А47-4285/2011, указано на недопустимость отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

Пунктом 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из материалов дела следует, что в период с 25.01.2019 по 30.01.2019  должником в пользу ответчика совершены платежи на общую сумму 9 750 000 руб.

Исходя из периода их совершения, указанные платежи могут быть признаны недействительной судом по основаниям, предусмотренным п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела о банкротстве следует, что, задолженность, на погашение которой 25.01.2019 и 30.01.2019 были направлены оспариваемые сделки, не является текущим обязательством, образовалась до возбуждения дела о банкротстве и относится к третьей очереди реестра требований кредиторов.

17.04.2003 в ЕГРЮЛ за основным государственным регистрационным номером 1030204118306 зарегистрировано ООО «Уралэнергосервис», в котором по состоянию на 25.05.2018 участниками общества являлись ФИО8 с номинальной стоимостью 9 000 000 руб., ФИО9 с номинальной стоимостью 9 000 000 руб.

ФИО7 07.12.2017 внес денежную сумму в размере 9 750 000 руб. на расчетный счет - ООО «Уралэнергосервис» в качестве взноса для увеличения уставного капитала.

Согласно решению единственного участника от 11.12.2017 ФИО7 принят в состав участников ООО «УралЭнергоСервис» на основании заявления от 08.12.2017.

12.12.2017 в налоговый орган представлены соответствующие документы, связанные с внесением соответствующих изменений в сведения ЕГРЮЛ.

Решением от 12.12.2017 №77228А регистрирующим органом отказано в государственной регистрации. Основанием для отказа в регистрации явилось то обстоятельство, что в представленном пакете документов заявителем вместо Устава общества в новой редакции, с учетом требований закона, вложен лист с изменениями, вносимыми в Устав, что недопустимо.

Ссылаясь на несостоявшееся увеличение уставного капитала общества и неосновательное удержание обществом денежных средств в сумме 9 750 000 руб., ФИО7 обратился в арбитражный суд с иском.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2018 (резолютивная часть от 13.11.2018) по делу №А07-13692/2018, оставленным без изменения Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-19392/2018 от 01.02.2019, с ООО «Уралэнергосервис» в пользу ФИО7 взыскано неосновательное обогащение в сумме 9 750 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 71 750 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 35 000 руб.

Согласно документам из регистрационного дела ООО «УЭС», учредителем ООО «УЭС» до 16.03.2018 со 100% долей в уставном капитале являлось ООО «Группа Компаний ЭнергоСервис» (ИНН 

<

***>).

В свою очередь, единственным учредителем ООО «Группа Компаний ЭнергоСервис» является ФИО10 (ИНН 

<

***>) – сын ответчика ФИО7.

Согласно списку учредителей ООО «Группа Компаний ЭнергоСервис» от 19.07.2010 ФИО10 являлся участником общества с долей в уставном капитале 52% (9 100 000 руб.). Вступая в состав учредителей ООО «УЭС» ФИО7 претендовал на эту долю (52%).

ФИО7 и ФИО10 неоднократно и регулярно выдавали займы должнику ООО «УЭС». В договорах займов адреса регистрации ФИО10 и ФИО7 совпадают: г. Москва, поселение Сосенское, 

<

...>.

Согласно выписке о движении денежных средств, представленнойБашкирским       Филиалом  АО    ЮниКредитБанк, с расчетного счета 

<

***> ООО «УЭС» в пользу ФИО10 (сына ФИО7) перечисляются:

-   17.05.2018 - возврат частичного займа по договору 01/З-17 от 09.01.2017 в размере 50 000 рублей;

-   17.05.2018 - возврат частичного займа по договору №05/З-16 от 24.06.2016 в размере 50 000 рублей;

-   07.06.2018 - возврат займа и процентов по договору №01/З-17 от 09.01.2017 в размере 3 313 004,53 рублей;

-   07.06.2018г. возврат займа и процентов по договору №05/З-16 от 24.06.2016 в размере 4 042 065,27 рублей.

Поддерживая позицию конкурсного управляющего, кредитор ПАО «АКБарс» Банк указывает, что ФИО7, действуя добросовестно, мог знать о финансовом состоянии должника, как в момент заключения договора, так и после. Согласно решению Кировского районного суда г.Уфы от 11.03.2021 взыскано с ФИО10 - сына ответчика 16 421 567,51 руб. по иску ПАО «Юникредитбанк». Обязательства возникли на основании договора поручительства №Z/16 от 16.09.2017.

В соответствии с пунктом 2 Договора поручительства Поручитель солидарно с Клиентом (ООО «Уралэнергосервис») отвечают в том же объеме, что и Клиент, и обязаны выплачивать Банку по его первому требованию любые суммы, которые причитаются к уплате Банку Клиентом, в случае если Клиент не произведет какой-либо платеж в погашение задолженности по выданным гарантиям.

Как видно из графика, изложенного в решении суда, гарантии выдавались в период с 29.11.2017 по 08.02.2019 года. Данная задолженность вошла в реестр требований кредиторов должника. Поручитель в силу солидарной ответственности наравне с основным заемщиком по кредитным обязательствам должен владеть информацией о финансовом состоянии заемщика на протяжении действия всего договора поручительства. Кредитор считает, что ответчик ФИО7, в силу аффилированности с сыном (ФИО10) мог знать о финансовом положении ООО «Уралэнергосервис» и воспользоваться возможностью забрать деньги, вложенные в УК должника вместо того, чтобы завершить регистрацию перехода доли.

Не согласившись с доводами конкурсного управляющего и кредитора, ответчик указывает, что ООО «ГК ЭнергоСервис» до 16.03.2018 действительно являлось участником ООО «УралЭнергоСервис», в свою очередь ФИО10 и ФИО9 являлись участниками ООО «ГК ЭнергоСервис». 16.03.2018 ООО «ГК ЭнергоСервис» продало всю свою долю в уставном капитале   ООО   «УЭС»   ФИО9,   а   ФИО9   в   этот   же   день   продал свою    долю    ФИО10    в    уставном    капитале    ООО    «ГК    ЭнергоСервис»,    т.е.    с 16.03.2018 единственным участником ООО «УЭС» стал ФИО9 и только он мог пользоваться правами участника и получать информацию и определять дальнейшие действия ООО «УЭС», с этого момента ООО «ГК ЭнергоСервис» не могло получать какую либо информацию о финансовом состоянии ООО «УЭС».

Доводы ФИО7 о том, что он мог ознакомиться только с отчетностью ООО «УЭС» на 31.12.2017 и отслеживать информацию в картотеке арбитражных дел, на основе которой невозможно сделать вывод о том, что у ООО «УЭС» имелись какие-либо финансовые трудности, напротив, последняя отчетность на момент совершения оспариваемой сделки (на 25 и на 30 января 2019 года) говорит о том, что стоимость чистых активов ООО «УЭС» превышала превышали обязательства ООО «УЭС» на 57 миллионов рублей), отклоняются.

Так,  наличие активов при отсутствии доказательств их реальной рыночной стоимости и, следовательно, достаточной ликвидности, не может свидетельствовать о платежеспособности должника. Основной актив 66 млн.руб. - это база, которая находится в залоге у Банка, а в силу специфики деятельности общества, для заключения контрактов, на депозит вносились денежные средства. Следовательно, ООО «УЭС» денежными средствами, которые являлись гарантийным обеспечением, не могло свободно распоряжаться до окончания работ.

Таким образом, активы ООО «УЭС», отраженных в бухгалтерском балансе, не свидетельствует об отсутствии признаков неплатежеспособности должника.

Также судом первой инстанции установлено, что о наличии признаков неплатежеспособности  свидетельствует сам факт заключения договоров о предоставлении временной финансовой помощи на протяжении продолжительного периода.

На момент совершения данных платежей у ООО «УЭС» имелись неисполненные обязательства. 

На основании изложенного, суд пришел к верному выводу, что на дату совершения перечислений 25 и 30 января 2019 года ООО «УЭС» отвечало признаку неплатежеспособности.

Фактически, ООО «УЭС», в пределах шести месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом (19.06.2019), перечислило ответчику денежные средства в общем размере 9 750 000 руб.

В результате совершения оспариваемых платежи 25 и 30 января 2019 года ФИО7 получил удовлетворение своих требований на общую сумму 9750 000 руб.

Поскольку к моменту совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования иных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника, следовательно, ответчику предоставлено преимущественное удовлетворение требований.

Обосновывая осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок судом первой инстанции установлено наличие признаков аффилированности ответчика по отношению к должнику, поскольку ООО «ГК ЭнергоСервис» до 16.03.2018 являлось участником ООО «УралЭнергоСервис», в свою очередь ФИО10 и ФИО9 являлись участниками ООО «ГК ЭнергоСервис».

16.03.2018 ООО «ГК ЭнергоСервис» продало всю свою долю в уставном капитале ООО «УЭС» ФИО9, а ФИО9 в этот же день продал свою долю ФИО10 в уставном капитале ООО «ГК ЭнергоСервис».

ФИО7, являясь близким родственником (отцом) по отношению к учредителю ООО «Группа Компаний ЭнергоСервис», которое являлось учредителем ООО «УЭС», вступая в состав учредителей должника, регулярно выдавая займы должнику не мог не знать о финансовом состоянии общества, о размере неисполненных денежных обязательств должника, следовательно, доводы ФИО7 являются необоснованными, выплата денежных средств в его пользу была совершена в обход удовлетворения требований независимых кредиторов.

Указанный выше факт, свидетельствует о том, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами, в связи с чем, ФИО7 на дату заключения оспариваемой сделки не мог не знать о признаке неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО «УЭС».

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности обстоятельств аффилированности необоснованы и подлежат отклонению.

Статьей 19 Закона о банкротстве определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику, к числу которых относится лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Ссылаясь на отсутствие признаков аффилированности ФИО7 указал на прекращение членства в должнике и последующем корпоративном конфликте. В то же время само по себе прекращение участия в обществе не свидетельствует  прекращении заинтересованности между ответчиком и должником. Являясь бывшим участником общества, ФИО7 имел возможность знать о финансовом положении должника. Убедительных доказательств о наличии корпоративного конфликта суду не представлено. При этом ссылки на судебные споры, как по формированию настоящей задолженности в рамках дела  А07-13692/2018 , так и по оспариванию решения  об увеличении установленного капитала в рамках дела  А07-2646/2018 не свидетельствуют о серьезных корпоративных разногласиях, при которых бы участники не пришли к взаимному согласию. В частности производство по  делу А07-2646/2018 по заявлению о признании решения действительным было прекращено в связи с отказом от иска по причине удовлетворения требований в добровольном порядке.  В рамках дела А07-13692/2018 оспариваемые платежи были произведены добровольно, до вступления решения суда в законную силу 01.02.2019.

В силу прямого указания абзаца 2 п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве обязанность доказывания неосведомленности о неплатежеспособности должника лежит на заинтересованном лице. С учетом изложенных выше обстоятельств, таких доказательств ответчиком не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в результате оспариваемых сделок 25.01.2019 и 30.01.2019 требования ответчика к должнику на указанную сумму были уменьшены, как и уменьшены требования должника к ответчику.

Суд отмечает, что в отсутствие оспариваемых сделок требование ФИО7 в размере 9 750 000 руб. подлежали бы удовлетворению наравне с требованиями реестровых кредиторов третьей очереди. 

Согласно п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

В соответствии с абз. 4 п. 14 постановления № 63 не могут быть, по общему правилу, отнесены к сделкам, совершенным в обычной хозяйственной деятельности, платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Из материалов дела следует, что между ответчиком и должникомнеоднократно  заключались договоры займа. 

С учетом того, что спорные платежи осуществлены с просрочкой платежа, в отношении заинтересованного лица, в период, когда должник прекратил исполнять обязательства перед другими кредиторами, суд пришел к верному выводу, об отсутствии оснований считать, что спорные платежи 25.01.2019 и 30.01.2019 осуществлены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Учитывая изложенное, вышеназванные обстоятельства обоснованно признаны судом бесспорным доказательством того, что ответчик не мог не знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Установленные судом фактические обстоятельства, при которых совершались оспариваемые сделки, опровергают доводы жалобы о неосведомленности ответчика о финансовом состоянии должника.

В виду изложенного, суд признал оспариваемые сделки от 25.01.2019 и 30.01.2019, как совершенные с нарушением требований п. 1, п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Данные выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют представленным в дело доказательствам.

Таким образом, установленные судом фактические обстоятельства, при которых совершались оспариваемые сделки, опровергают доводы жалобы о необоснованности выводов суда.

 

Разрешая требования в части признания недействительными платежей, совершенных в пользу ФИО7:

-   17.05.2018 - возврат частичного займа по договору № 07/З-16 от 15.07.2016 в размере 100 000 руб.;

-   07.06.2018 - возврат займа и процентов по договору № 07/3-16 от 15.07.2016 в размере 2 228 430,87 руб., суд первой инстанции исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что оспариваемые платежи были совершены по договору займа №07/З-16 от 15.07.2016.

Согласно п.1.1 договора займодавец предоставляет заемщику заемные средства на общую сумму 2 000 000 рублей на условиях возвратности, а заемщик обязуется возвратить его займодавцу с учетом начисленных процентов за пользование заемными средствами в срок не позднее 18 июля 2017г.

Управляющий основывает свои требования на ст. 61.2 Закона о банкротстве, указывает, что возврат займа и процентов по договору №07/3-16 от 15.07.2016 в общей сумме 2 328 430,87 рублей был осуществлен в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве, полагает, что заем был возвращен заинтересованному лицу с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вред был нанесен, так как сделка была совершена с заинтересованным лицом, который не обращался за взысканием суммы займа.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума № 63). 

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цельпричинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оспариваемые сделки совершены 17.05.2018 и 07.06.2018, а заявление о признании должника банкротом принято 19.06.2019, следовательно, сделки подпадают под период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, сделки имели возмездный характер, доказательств умышленного безвозмездного вывода активов в отсутствие встречного предоставления, в материалы дела не представлено. 

Ответчик представил в материалы дела копию дополнительного соглашения к договору займа, согласно которому срок возврата займа был продлен до конца 2017 года.

В данном случае факт внесения средств в качестве займа отражен в представленных документах и подтверждается управляющим и ответчиком;  реальность спорных займов не оспаривается; наличия в действиях сторон злоупотребления правом при совершении спорной сделки не установлено.

Тот факт, что займ должнику был предоставлен заинтересованным лицом и возвращен ему, не влечет недействительность сделки в отсутствие доказательств причинения вреда имущественным интересам должника и его кредиторов.

Возврат должником ранее полученного от ответчика займа и процентов по нему не мог повлечь, и не повлек безосновательного уменьшения имущественной (денежной) массы должника, что в свою очередь исключает причинение оспариваемой сделкой имущественного вреда должнику и его кредиторам, учитывая наличие встречных обязательств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования конкурсного управляющего в указанной части.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что платежи от 17.05.2018 и от 07.06.2018 совершены в отношении аффилированного лица, с нарушением очередности удовлетворения требований, при наличии у должника  признаков неплатежеспособности, отклоняются, поскольку не могут являться основанием для признания спорных платежей недействительными в отсутствие доказательств причинения вреда имущественным интересам должника и его кредиторов, при реальности данных отношений.

Положениями п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с положениями главы III.1 настоящего Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Соответственно, надлежит взыскать с ФИО7 в конкурсную массу должника сумму в размере  9 750 000 руб. и  восстановить задолженность ООО «УЭС» перед ФИО7 на сумму 9 750 000 руб. 

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по иску, распределены судом первой инстанции в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не содержат обоснований не соответствия выводов суда требованиям закона и обстоятельствам дела, и являются несостоятельными.

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения в обжалуемой части и удовлетворения жалобы, исходя из доводов последней, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с правилами, установленными ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения судебные расходы относятся на подателя апелляционной жалобы.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.11.2021 по делу № А07-19526/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО7, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УралЭнергоСервис» ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УралЭнергоСервис» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

  Судьи:                                                                        Ю.А. Журавлев

                                                                                     С.В. Матвеева