﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-23998/2016

г. Краснодар

25 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено 25 сентября 2019 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Рассказова О.Л., судей Фефеловой И.И. и Коржинек Е.Л., при участии в судебном заседании от истца – Федерального государственного унитарного предприятия «Росморпорт»  (ИНН 7702352454, ОГРН 1037702023831) – Просвирина С.Ю. (доверенность от 30.03.2017), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Сочиморстрой» (ИНН 2320107701, ОГРН 1022302942914) – Рахимова А.С. (доверенность от 16.09.2019), от третьего лица – закрытого акционерного общества «ГТ Морстрой» – Громенко А.М. (доверенность от 20.04.2018), в отсутствие третьих лиц: акционерного общества «Первый контейнерный терминал», страхового публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сочиморстрой» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.03.2019 (судья Поздняков А.Г.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 (судьи Величко М.Г., Баранова Ю.И., Новик В.Л.) по делу № А32-23998/2016, установил следующее.

ФГУП  «Росморпорт» (далее – предприятие) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «Сочиморстрой» (далее – общество) о возложении на общество обязанности  устранить в срок, не превышающий 2-х месяцев с даты вступления решения в законную силу, выявленные в выполненных работах по договору подряда недостатки:

– значительные отклонения от вертикального положения шпунтовых свай лицевой стенки на участке, где выполнена полная либо частичная отсыпка песка за лицевую стенку причала, на участке длиной около 70 м от открылка причала № 87 (сваи № 11, 25, 31, 57, 75, 85 и 103) наибольшие деформации отмечены у сваи № 25, максимальное отклонение от вертикали для нее составляет 63 см. Максимальные величины отклонений от вертикали для остальных обследованных свай составляют 38 – 40 см. Максимальное значение величина отклонения от вертикали достигает, примерно, на глубине минус 8,000 м БС, отклонение оси лицевой шпунтовой стенки на уровне верха шпунта на 30 м длины шпунтовой стенки на 120 – 200 мм (величина допустимого отклонения ± 100 мм), отклонение оси анкерной шпунтовой стенки на уровне верха шпунта до 236 мм (величина допустимого отклонения 150 мм);

– смещение голов свай оболочек кордонного (экранирующего) ряда на участке, где выполнена полная либо частичная засыпка грунта за лицевую стенку, до 590 мм (величина допустимого отклонения 250 мм);

– смещение голов свай оболочек тылового ряда на участке, где выполнена полная либо частичная засыпка грунта за лицевую стенку, до 460 мм (величина допустимого отклонения 250 мм), путем извлечения деформированного шпунта на участке длиной около 70 м и погружения новой лицевой шпунтовой стенки причала № 88 с исправлением положения конструктивных элементов причала № 88 в целях выполнения требований проекта «Реконструкция территории контейнерного терминала со строительством причала № 88», получившего 18.10.2010 положительное заключение ФГУ «Главгосэкспертиза России» № 993-10/ГТЭ-7022/04 и договора подряда, для чего потребуется, в том числе:

– выполнить работы по разборке грунта, отсыпанного в территорию причала с последующим восстановлением согласно требованиям проекта, выполнить работы по демонтажу анкерных тяг, свай-оболочек и шпунта анкерной стенки с последующим восстановлением разобранных конструкций в проектном положении;

– выполнить работы по извлечению деформированного шпунта и погружению нового шпунта в лицевую стенку причала в проектном положении, выполнить сопутствующие работы, такие как: восстановление антикоррозионных и защитных покрытий металлических конструкций, поддерживающих деревянных свай, дренажных отверстий в шпунте лицевой стенки, дренажной призмы, распределительных поясов шпунтовых стенок, временных распорок между лицевой шпунтовой стенкой и кордонным рядом свайоболочек необходимых в соответствии с требованиями проекта и договора подряда;

– возложении на общество обязанность завершить выполнение всех работ по договору подряда в соответствии с технологией производства работ и конструктивными объемно-планировочными решениями, предусмотренными проектно-сметной документацией, прошедшей государственную экспертизу и договором подряда в срок, не превышающий 254 календарных дней с даты сдачи-приемки результата работ по устранению выявленных недостатков работ (измененные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ЗАО «ГТ Морстрой» (далее – генпроектировщик), АО «Первый контейнерный терминал» и страховое публичное акционерное общество «РЕСО-Гарантия».

Решением суда первой инстанции от 07.03.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.05.2019, исковые требования удовлетворены. Судебные акты мотивированы тем, что недостатки возникли по вине общества, правом устранения которых воспользовалось предприятие (принято во внимание экспертное заключение ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого»). 

В кассационной жалобе общество просит состоявшиеся судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований – отказать. По мнению заявителя, выводы судов не обоснованы, не указаны мотивы непринятия двух экспертных заключений, проверку выполненных работ осуществляло предприятие, авторский надзор, подписаны соответствующие акты, отклонения соответствовали требованиям проекта. Неоплата экспертного заключения возможна при условии не ответа на поставленные вопросы, в связи с чем суды необоснованно отказали в оплате двух экспертиз.   

В отзывах на кассационную жалобу ЗАО «ГТ Морстрой» и ФГУП «Росморпорт» указали на ее несостоятельность, а также законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали  доводы жалобы и возражения отзывов.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 18.09.2019 объявлялся перерыв до 14 часов 45 минут 24.09.2019, о чем сделано публичное извещение.

После перерыва судебное заседание продолжено. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела видно и суды установили, что в соответствии с договором подряда от 01.11.2013 № 826/ДО-13 (далее – договор подряда) общество обязалось собственными и/или привлеченными силами и средствами на свой риск и в счет цены договора подряда в соответствии с техническим заданием на разработку рабочей документации (приложение № 4 к договору подряда), техническим заданием (приложение № 5 к договору подряда), графиком разработки рабочей документации (приложение № 2 к договору подряда) и графиком выполнения работ по строительству (приложение № 3 к договору подряда), в соответствии с проектной документацией, требованиями технических регламентов, строительных и санитарных норм и правил, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, выполнить работы по строительству причала № 88 морском порту «Большой порт Санкт-Петербург», сдать готовый объект по результатам выполнения работ органам государственного строительного надзора и предприятию в порядке, установленном законодательством Российской Федерации и условиями договора подряда.

Статьей 1 договора подряда определено, что в состав работ входит: разработка рабочей документации, выполнение строительно-монтажных работ по возведению гидротехнической части и монтажу инженерных сетей объекта «Причал № 88», дноуглубительные работы (а также работы и мероприятия по их подготовке и обеспечению, гидрографические работы по сопровождению дноуглубительных работ, производственный экологический контроль при проведении дноуглубительных работ), монтаж средств навигационного оборудования (далее – СНО), а также все виды и объемы работ, включая сопутствующие и обеспечивающие мероприятия, подготовку и сдачу объекта приемочной комиссии, устранение дефектов и неполадок, выявленных в гарантийный период, а также иные работы, не упомянутые в договоре подряда, но которые могут считаться необходимыми для обеспечения прочности работ, их окончания или безопасной, надежной и нормальной эксплуатации объекта, подлежащие выполнению ответчиком, являющиеся предметом договора подряда.

Работы по договору подряда выполнялись в соответствии с разрешением на строительство от 20.12.2013, проектом «Реконструкция территории контейнерного терминала со строительством причала № 88», получившего 18.10.2010 положительное заключение ФГУ «Главгосэкспертиза России» № 993-10/ГГЭ7022/04, а также разработанной обществом и одобренной предприятием рабочей документацией «В производство работ».

Письмами предприятия от 28.11.2013 № КС-0873/13 и от 03.12.2013 № КС-0888/13 обществу передана проектная документация (с разрешения ее собственника – АО «Первый контейнерный терминал») и разрешение на строительство.

Письмом от 21.04.2015 № 357 общество проинформировало предприятие о том, что 15.04.2015 на строительстве объекта «Причал № 88» в процессе производства работ по засыпке пазухи причала и устройству дренажной призмы, выявлено смещение заанкерной лицевой шпунтовой стенки в сторону акватории, на участке длиной 50 метров, в районе примыкания к существующим конструкциям открылка причала № 87.

В результате выполненного 18.05.2015 водолазами ООО «Морстройтехнология» водолазного обследования строящегося объекта выявлено, что большинство шпунтин имеют отклонение от вертикали 30 – 40 см (свая № 25 – 63 см), шпунт имеет значительные перемещения и изгибы, которые не могли возникнуть при выполнении технологических схем и в условиях, предусмотренных проектом.

В соответствии с пунктом 9.31 договора подряда до подписания сторонами акта практического завершения работ общество несет риск случайной гибели или случайного повреждения объекта (или его части).

Согласно пункту 9.33 договора подряда работы, выполненные обществом, должны полностью соответствовать требованиям договора подряда, проектной документации и рабочей документации, требованиям истца, с соблюдением требований российских нормативных документов (в т. ч. СНиП), применяемых при проектировании и строительстве такого рода объектов. Работы должны включать весь объем работ, необходимый, в соответствии с российскими правилами и нормами, перечнями или условиями, предусмотренными договором подряда или вытекающими из какого-либо обязательства ответчика, для обеспечения прочности работ, или их окончания, или для их безопасной, надежной и эффективной эксплуатации.

На претензию предприятия от 07.06.2016 № АТ-32/5401-03 о безвозмездном устранении недостатков выполненных работ, которые привели к отклонению конструкций от проектного положения, общество ответило отказом (письмо от 21.06.2016 № 457).

Авторский надзор за строительством причала № 88 осуществлял ЗАО «ГТ Морстрой» в соответствии с договором от 14.01.2014 № 14-08 ОКСиР.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения предприятия в суд с иском. 

В силу статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется принять их результат и уплатить обусловленную цену. Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ.

В силу части 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика безвозмездно устранить недостатки выполненных работ.

Заказчик, обнаруживший при осуществлении контроля и надзора за выполнением работ отступления от условий договора строительного подряда, которые могут ухудшить качество работ, или иные их недостатки, обязан немедленно заявить об этом подрядчику.

Положениями статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Суд первой инстанции первоначально назначил строительно-техническую экспертизу, проведение которой поручил экспертам НИИОСП им. Н.М. Герсеванова Когай В.К., Миронову Д.Б., Пономареву Р.Ю. и Попсуенко И.К.

Согласно выводам судебной экспертизы, по первому вопросу: Рабочая документация, выполненная по договору подряда (т. 37), разработана в соответствии с проектной документации на стадии «П», получившей положительное «Экспертное заключение ВГУ «ГЛАВГОСЭКСПЕРТИЗА РОССИИ» в 2010 году (т. 37) и соответствуют требованиям действующих строительных норм и правил для данного вида работ, условиям указанного договора. Однако не учтена возможность продавливания слабых грунтов между сваями оболочками под весом отсыпаемой насыпи, что имело место в рассматриваемом случае.

По второму вопросу: Строительно-монтажные работы по договору подряда  выполнялись в соответствии с условиями самого договора, разработанной проектной документации, а также в соответствии с требованиями строительных норм и правил для данного вида работ. При проведении работ подрядчик выбрал технологию погружения шпунта, свай оболочек не предусмотренная ПОС 78.04.02.3.645, а также преждевременно  снял временные распорки между сваями оболочками и лицевым шпунтом. При этом принятая технология погружения шпунта не повлияла на качество выполнения работ, так как замеренные планово-высотные перемещения конструкций больверка непосредственно после погружения шпунта не превышают предельно допускаемых величин. Как показали расчеты, снятие распорок не привело бы к каким-либо существенным увеличениям изгибающих моментов в шпунте, в то же время горизонтальные перемещения лицевой стенки уменьшились.

По третьему вопросу: При отсыпке песчаной насыпи на слабые грунты, залегающие ниже дна акватории и представляющие собой текучие и текучепластичные глины и суглинки ИГЭ 3а и ИГЭ-3б происходило их продавливание весом отсыпанной насыпи между сваями оболочками кордонного ряда, а так же частичное продавливание водонасыщенных песков отсыпаемой насыпи к тыльной (нагруженной) стороне лицевого шпунта. Это привело к увеличению нагрузок на лицевую шпунтовую стенку при отсыпке песка даже не на полную проектную высоту, образованию в сечениях шпунтовых свай пластических шарниров, и развитию зафиксированных, как водолазами, так и геодезическими измерениями, недопустимых горизонтальных перемещений шпунтовых свай лицевой шпунтовой стенки. Перемещения верха свай оболочек кордонного и тыловых рядов также недопустимы при отсыпке песка до отметки + 1,0м. Отсыпка песчаной насыпи на слабые водонасыщенные грунты ниже дна акватории, находящиеся в нестабилизированном состоянии из-за недостаточности времени, отведенного на строительство причала, привело к неустойчивому их состоянию, даже на начальных стадиях засыпки песка в тело причала. Это привело к образованию пластических шарниров уже на начальных стадиях и последующему изгибу шпунтовой стенки в нижней части без увеличения перемещений верха шпунтин. Учет нестабилизированного состояния грунтов основания по сравнению с стабилизированным состоянием привел к увеличению перемещений верха шпунта лицевой стенки в 1,95 раза, ниже в 1,77 – 1,85 раза. Изгибающие моменты увеличились 1,27 – 1,66 раза. По выполненным расчетам, с учетом засыпки песка до проектного положения и загрузки поверхности причала расчетной нагрузкой перемещения шпунта лицевой стенки увеличились в 6 – 8 раз, изгибающие моменты в шпунте лицевой стенки в 3 раза, то есть несущая способность принятых конструкций больверка недостаточна, а перемещения значительно превышают допускаемые значения даже при не полной загрузке причала.

По четвертому вопросу: Усиление конструкций больверка рекомендуется по двум вариантам:

Вариант 1. Предусмотреть устройство сплошной экранирующей стенки из свай оболочек кордонного ряда. Для этого между существующими сваями оболочками кордонного ряда погрузить сваи оболочки из труб диаметром большего диаметра. Зазоры между трубами зацементировать. Анкерные тяги закрепить к новым трубам с шагом 2,4 м через обвязочный пояс. Анкерную систему предусмотреть в виде козловых свай из труб 1220 x 12 см, выполненных с шагом 2,4 м по оси тылового ряда. Заменить конструкцию шпунтовых свай лицевой стенки на шпунт типа HZ - 680MLT с моментом сопротивления 5840 см3;

Вариант 2. Предусмотреть устройство сплошной экранирующей стенки из свай оболочек кордонного ряда. Для этого между существующими сваями оболочками кордонного ряда погрузить сваи оболочки из труб большего диаметра. Зазоры между трубами зацементировать. Сдвинуть лицевую шпунтовую стенку из расчета погружения нового шпунта вплотную к деформировавшимся шпунтовымсваям. Шпунтины, имеющие незначительные деформации, извлечь и погрузить заново в новое проектное положение. Отсыпку песка произвести до отметки + 0,5 - + 1,0м. Полезную нагрузку, действующую на поверхность причала передать на буронабивные сваи через монолитную плиту. Стоимость усиления может быть определена после разработки проекта усиления.

Изучив представленное в материалы дела первоначальное экспертное заключение, ввиду его недостатков суды пришел к выводу о необходимости назначения повторной экспертизы, проведение которой поручено экспертам ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого» Альхименко А.И., Большеву А.С., Коровкину В.С. 

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы: 

– соответствуют ли фактически выполненные подрядчиком работы по разработке Рабочей документации по договору подряда требованиям действующих строительных норм и правил для данного вида работ, условиям указанного договора, проектной документации?

– соответствуют ли фактически выполненные подрядчиком строительно-монтажные  работы по договору подряда требованиям действующих строительных норм и правил для данного вида работ, условиям указанного договора, проектной документации?

– какова причина возникновения выявленных в апреле 2015 года деформаций конструкции причала № 88 (вследствие выполнения работ по разработке рабочей документации и/или строительно-монтажных работ подрядчиком либо по иным причинам (если иные причины, то какие именно)?

– определить объем и стоимость работ по устранению недостатков выполненных подрядчиком работ по договору подряда?

Общество указало, что эксперты по повторной экспертизе ответили на вопросы противоречиво.

Эксперты направили в суд письменные ответы на следующие вопросы общества.

Являются ли исполнительные схемы, данные из которых приведены в разделе 4.3 экспертизы «Деформации шпунтин и монтажные схемы анкерных тяг в исполнительных схемах общества» исполнительной документацией на погружение свай?

Исполнительные схемы, данные из которых приведены в разделе 4.3 экспертизы «Деформации шпунтин и монтажные схемы анкерных тяг», не являются исполнительной документацией на погружение свай в исполнительных схемах общества», сданной подрядчиком после выполнения работ, так как в них отсутствует элемент корректировки с целью приближения оси верха шпунтовой стенки к проектному. Исполнительные схемы, данные из которых приведены в разделе 4.3 экспертизы, показывают, что без корректировки с целью приближения оси верха шпунтовой стенки к проектному положению монтаж анкерных систем невозможен. Откорректированная подрядчиком ось верха шпунтовой стенки явилась окончательной сданной подрядчиком схемой погружения свай. Анализ проектной и исполнительной документации при погружении свай показал их «уход» от планируемой проектной разбивочной оси линии кордона, что вызвало потребность в их дополнительном изгибе. Отклонение исполнительной разбивочной оси шпунтовой стенки от проектной оси по данным анализа исполнительной схемы разбивочная ось шпунтовой стенки (считая жестко фиксированную сваю № 8) отклонилась от проектной оси на величину 160 мм. Исполнительная схема расстояния между осями лицевой и анкерной стенок. На исполнительной схеме монтажа тяг величина полного расстояния между осями лицевой и анкерной стенок, за исключением двух сечений (№ 5 и 7 в начале забивки, когда уход шпунтин практически отсутствовал.) не представлена. Так на исполнительной монтажной схеме участков анкерной тяги отсутствует завершающий размер участка от последней деревянной сваи до оси анкерной стенки. Указанное свидетельствует не в пользу подрядчика и классифицируется экспертами СПбПУ, как факт сокрытия истинного расстояния между шпунтовыми стенками и, соответственно, величины превышения смещения (± Д) по сравнению с проектом (акты освидетельствования скрытых работ. Исполнительные чертежи (июнь 2014 года) общества.  Замеренная фактическая величина превышения смещения шпунтовых свай относительно проектного положения, имеющая место в районе проектного дна с поправкой на упругий прогиб, находится в пределах +А = 119 – 450 мм (раздел 6.5 экспертизы СПбПУ). Фактическое отклонение оси шпунтовых свай относительно проектного положения. По результатам замеров экспертами СПбПУ превышение положения шпунтовых свай относительно проектного положения, имеющее место в районе проектного дна, с поправкой на упругий прогиб составляет следующие значения: № 11 + 120 мм; № 25 + 450 мм; № 31 + 290 мм; № 57 + 170 мм; № 75 + 370 мм; № 85 + 310 мм, № 119 + 0 мм. Приведенные значения раскрывают непоказанные в исполнительной схеме расстояния между осями лицевой и анкерной стенок.

Являются ли указанные в разделе 4.3 экспертизы отклонения оси лицевой шпунтовой стенки данными с исполнительной документацией, оформленной и сданной подрядчиком непосредственно после выполнения работ?

Указанные в разделе 4.3 экспертизы отклонения оси лицевой шпунтовой стенки не являются данными исполнительной документации, оформленной исданной подрядчиком непосредственно после выполнения работ. Данные исполнительной документации, оформленной и сданной подрядчиком непосредственно после выполнения работ, получены с учетом работ по ее корректировке с целью приближения оси верха шпунтовой стенки к проектному положению.

Перед сдачей работ подрядчик за счет наклона стенки и неконтролируемой обтяжки анкерных тяг уменьшил расстояние в верхней части между шпунтовыми стенками до величины близкой к нормативной. Однако, сохранились недопустимые отклонения лицевой стенки у проектного дна (за счет планового смещения оси шпунтовой стенки от нормативной и ухода шпунта при погружении), представляющие разность горизонтального расстояния между вертикальными осями стенки в месте крепления анкера и на уровне проектного дна (раздел 6.5 экспертизы СПбПУ). Наклон верхней части стенки и сверхрасчетный обжим тяг привел к существенно искривленному положению упругой линии, зафиксированной водолазными замерами. 

Была ли установлена анкерная система и выполнена засыпка пазухи причала в момент оформления исполнительных схем, данные из которых представлены в разделе 4.3 экспертизы? Почему в материалах экспертизы не проанализированы данные исполнительной документации подрядчика на погружение шпунта лицевой стенки, а выводы (предположения) о некачественном выполнении работ сделаны по материалам обследований, произведенных после возникновения деформаций?

Анкерная система и выполненная засыпка пазухи причала, данные о которых представлены в разделе 4.3 экспертизы, не соответствуют моменту оформления исполнительных схем, сданных подрядчиком, так как в них отсутствуют описания работ по наклону стенки с целью приближения оси верха шпунтовой стенки к проектному положению, необходимому для монтажа анкерных тяг. После этого была произведена засыпка за стенку. В соответствии с ПОС анкерная стенка погружена в отсыпанную песчаную дамбу после чего захватками производился монтаж анкерных тяг с наклоном стенки и последующая засыпка песка за стенку. Отсутствующие в исполнительной монтажной схеме величины общей длины между стенками, приведенные в ответе на вопрос 1, включают сумму планового и производственного («ухода шпунтин») превышения длины между стенками против нормативного. Это объясняет необходимость установленного преждевременного снятия распорок, для того, чтобы нагнуть стенку с обжимом тяг, с целью приведения ее оси в проектное состояние. Указанное подтверждается тем, что на засыпанном участке стенки на тяге за анкерной гайкой практически нет свободных ниток, а зазор у дна между стенкой и грунтом основания отвечает величине действия сверхнормативной сосредоточенной нагрузки на верхнюю часть стенки. Эксперты из СПбПУ объясняют отсутствие сверхнормативных отклонений свай и шпунта на ненагруженных участках причала тем, что после ухода шпунта из проектной плоскости вся система возвращалась в исходное положение с помощью оттяжек. Работа по погружению шпунта и монтажу анкерных тяг, согласно ППР, производилась отдельными захватками. Уход шпунтовой стенки из створа вызывается в основном недостаточным соблюдением строгой вертикальности направляющих, их малой жесткостью и неправильной оттяжкой шпунтины во время ее погружения при значительной свободной длине. Погружение шпунтин пакетами вместо принятых подрядчиком одиночных погружений шпунтин уменьшало возможность ухода шпунтин из створа. При монтаже анкерных тяг на первых захватках был обнаружен уход шпунтин из проектной плоскости, что потребовало снятие распорок, чтобы произвести наклон стенки и возвратить ее в проектное положение. После ухода шпунта из проектной плоскости стенки зафиксированного на первых захватках, при последующих захватках вся система возвращалась с помощью оттяжек или подкосов или вместе со схватками и маячными сваями в исходное состояние.

Календарный план ППР по возведению причала № 88 поточно-параллельным методом, который выполнялся тремя потоками с отдельными захватками (до устройства верхнего строения). При этом погружение лицевого шпунта выполнялось в двух потоках. При выполнении отдельных захваток имеются определенные, а иногда значительные промежутки времени.

Первый поток. Погружение лицевой стенки:

с 16 по 31 июля – 64 шпунтины; с 26 августа по 19 сентября – 70 шпунтин; 

с 10 по 29 октября – 72 шпунтин; с 7 по 12 ноября – 20 шпунтин.

Второй поток. Погружение лицевой стенки: с 5 по 15 июля и с 22 по 30 июля – 70 шпунтин.

Третий поток. Отсыпка песка под анкерую стенку:

с 5 по 23 августа – 12 тыс. м3;

с 11 по 29 сентября – 12 тыс. м3;

с 18 по 29 октября – 12 тыс. м3;

с 1 по 31 ноября – 17 200 м3;

с 1 по 3 декабря – 1200 м3.

Погружение анкерной стенки:

С 24 по 29 августа – 50 шпунтин; с 19 по 29 сентября – 80 шпунтин; с 24 по 30 октября – 60 шпунтин; с 11 по 30 ноября – 97 шпунтин; с 2 по 11 декабря – 45 шпунтин.

Монтаж анкерных тяг: с 2 по 8 сентября – 12 шпунтин; с 2 по 12 октября – 22 шпунтин; с 12 по 30 ноября – 36 шпунтин; с 7 по 14 декабря – 14 шпунтин.

Анализ календарного плана показывает, что вышеприведенные работы по устройству причала № 88 по необходимости выполнялись с небольшой сдвижкой во времени соответствующих захваток. Причем во втором потоке начало погружения лицевого шпунта в июле всего в количестве 70 шт, а далее все погружение продолжалось соответственно в первом потоке. Использование работы двух одинаковых захваток в начале процесса погружения лицевого шпунта в первом и втором потоках таит опасность появления двух осей и, соответственно, ухода шпунта. Обращают на себя внимание существенные перерывы в работе отдельных захваток при погружении шпунта и монтажа анкерных тяг. Так установлен перерыв в работе порядка трех недель после монтажа первых 12 анкерных тяг. В случае, если бы работа по возведению причала выполнялась последовательно, то есть выполнялся монтаж тяг после погружения всего количества лицевого шпунта, то положение осевой линии шпунта было бы исправить невозможно.В рассматриваемом случае при значительных перерывах в работе отдельных захваток и выполнения отдельными участками приведенных работ, включая несанкционированный монтаж тяг, корректировка в нужную сторону осевой линии шпунта не представляет затруднений. 

Почему в разделах 4.4 «Результаты обследования конструкций причала № 88 специализированными организациями» и 4.5 «Статические расчеты и анализ прочности и устойчивости причала № 88, выполненные различными организациями» экспертизы, посвященных расчетам прочности и устойчивости причала сторонними организациями, проигнорированы заключения компаний ООО «Транспортные проекты и инвестиции» и «Witteveen+Bos», входящих в перечень входящих на экспертизу материалов?

В разделах 4.4 «Результаты обследования конструкций причала № 88 специализированными организациями» и 4.5 «Статические расчеты и анализ прочности и устойчивости причала № 88, выполненные различными организациями» экспертизы, посвященных расчетам прочности и устойчивости причала сторонними организациями заключения компаний ООО «Транспортные проекты и инвестиции» и «Witteveen+Bos», входящих в перечень входящих на экспертизу материалов, не противоречили общему подходу в расчете причальной стенки.

Все приведенные в таблице 4.3 результаты расчетов различных организаций, а также официальных экспертов НИИОСП им. Н.М. Герсеванова и упомянутых в вопросе ООО «Транспортные проекты и инвестиции» и «Witteveen+Bos», использовали общий подход в расчете причальной стенки, в котором учитывался зафиксированный истинный факт значительной деформации стенки. Поскольку верхние слои основания сложены слабым грунтом, то основной причиной значительной деформации стенки было принято проявление свойств слабого грунта во времени. С этой целью в исходные данные вводились дополнительные условия, учитывающие поведение слабого грунта основания под нагрузкой, как то: наличие быстрой засыпки песка за стенку и, следовательно, значительно пониженные физико-механические характеристики грунта основания в начальной стадии работы, незавершенность процесса фильтрационной консолидации, выдавливание слабого грунта основания между трубами-оболочками и т.д. Совпадение двух одинаковых замеров упругой линии стенки во времени указывает на защемление нижней части стенки в слое достаточно плотного грунта, который зафиксировало положение низа стенки. Таким образом, принятое упомянутыми организациями утверждение о влиянии слабого грунта на ситуацию оказалась некорректным. Значит, причины недопустимой деформации стенки от сверхдопустимого изгибающего момента имеют другое происхождение, раскрытое в вышеприведенных ответах на вопросы. Эти причины смещение плановой оси шпунтовой стенки и нарушение технологии погружения шпунта, вызвавшие его уход от проектной осевой линии и, как следствие, неизбежный наклон стенки и сверхдопустимый обжим анкерных тяг. 

Поскольку учитываемое в расчетах различных организаций влияние свойств слабого грунта основания на значительное превышение расчетного прогиба стенки, вызывающего сверхдопустимый изгибающий момент не подтвердилось вторичным обследованием положения упругой линии через год, экспертами Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого было проведено дополнительное  обследование с целью выявления действительной причины возникновения рассматриваемой ситуации.

В соответствии с разделом 6.5, при отсутствии засыпки лицевая стенка представляет консоль высотой 13,5 м, погруженную в грунт на глубину 8 м. Откос дамбы привел к уменьшению свободной высоты консоли за стенкой. Сосредоточенная сила обжима тяги вызвала максимальное смещение стенки в месте анкерного закрепления порядка 0,4 м Высота свободной консоли со стороны засыпки  принята 7 м с учетом зафиксированного распластанного откоса песка 1 : 5. В этом случае наклон стенки на величину 0,4 м создается силой 36,0 кН и, соответственно, вызывает изгибающий момент 288 кН-м. При этом полная засыпка грунта до анкера не смогла закрыть обнаруженный водолазами зазор у дна в грунте основания перед стенкой, появившийся после наклона стенки и монтажного обжима тяги. 

Суммарный изгибающий момент с учетом основной эпюры изгибающих моментов составил 388,08 (табл. 4.3) + 288 = 676,08 тм. Несущая способность шпунта 605 кНм на пог.м. ООО «НПФ» ГТ Инспект» выполнило по программному комплексу PLAXIS расчет шпунтовой стенки для условия обжима анкерных тяг силой 3 – 4 т. Суммарная величина пролетного изгибающего момента составила порядка 650 кНм/м, что подтверждает величины приведенных ранее изгибающих моментов.

При возведении причала № 88 подрядчик выполнил основные работы по возведению названного причала в соответствии с существующими нормами и правилами, за исключением достаточно сложного процесса погружения шпунтовой стенки. Процедура погружения шпунта требует большого опыта обслуживающего персонала и строгого соблюдения правил его погружения. Подтверждено фактами, что при погружении захватками двух секций шпунтовой стенки вследствие ошибки планировочных работ и ухода шпунтин при погружении, несмотря на нормируемые запасы, ось шпунтовой стенки вышла за допускаемые пределы. Для устранения указанного подрядчик при монтаже анкерных тяг выполнил наклон стенки и неконтролируемый в усилиях обжим анкерных тяг, сняв мешающие распорки. На последующих участках погружения шпунта подрядчик исправил положение оси шпунтовой стенки, используя для этого общепринятые приемы, но засыпку не производил. Нарушение технологии производства работ в виде ухода оси шпунтовой стенки от проектного положения проявились при подводном обследовании упругой линии стенки подрядчиком. Его обеспокоенность по поводу значительной деформации стенки в конечном итоге привела к судебному разбирательству. Организации, которым предложено оценить ситуацию, столкнулись с официально зафиксированным фактом недопустимых деформаций стенки, отвечающих значительному изгибающему моменту, при более или менее близким к проектному положению верхней части оси шпунтовой стенки. Поэтому их основные выводы были связаны с неучетом проектировщиком свойств слабых свойств грунта основания, которые привели к сложившейся ситуации. Однако повторное обследование шпунтовой стенки через год не выявило изменений в положении упругой линии стенки. Это снимает вопрос принятого утверждения указанных организаций о значительных деформациях стенки под влиянием слабого грунта основания.

Суд первой инстанции также назначил судебную (третью) дополнительную экспертизу, проведений которой поручило экспертам ООО «Научно-Проектная Компания МорТрансНииПроект» Литвиненко Г.И., Гавлину Г.Б., Литвиненко И.Г. и Машунину А.В. 

На разрешение экспертов поставлен следующий вопрос:

– каковы причины возникновения выявленных в апреле 2015 года деформаций конструкции причала № 88 и степень их влияния на появление недостатков в работах?

Согласно выводам дополнительной экспертизы, причинами возникновения выявленных в апреле 2015 года деформаций конструкции причала № 88 являются ошибки при проектировании. Влияние ошибок при проектировании на появление недостатков в работах обусловлено следующими обстоятельствами:

– проектными решениями не учтено давление песка обратной засыпки на слабые грунты основания, что привело к увеличению горизонтальных нагрузок на лицевую шпунтовую стенку и, соответственно, смещению стенки; 

– проектными решениями не предусмотрена ситуация, возникающая при демонтаже распорок между лицевой стенкой и экранирующим рядом, что привело к появлению дополнительной нагрузки на лицевую стенку и, соответственно, смещению стенки.

Результаты дополнительной (третьей) экспертизы суды не приняли во внимание ввиду наличия пороков.

По смыслу положений главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов допустимых доказательств; оно исследуется наряду с другими доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 названного Кодекса).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  представленные экспертные заключения в совокупности с иными доказательствами по делу, судебные инстанции признали доказанным факт наличия недостатков, возникших по вине общества (экспертное заключение ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого»), и обоснованно удовлетворили заявленные требования. 

По смыслу пункта 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» если эксперт ответил не на все поставленные перед ним вопросы или провел исследование не в полном объеме в связи с тем, что выявилась невозможность дальнейшего производства экспертизы и подготовки заключения (например, объекты исследования непригодны или недостаточны для дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, отпала необходимость в продолжении проведения экспертизы), эксперту (экспертному учреждению, организации) оплачивается стоимость фактически проведенных им исследований с учетом представленного экспертом финансово-экономического обоснования расчета затрат. Исходя из буквального толкования данных разъяснений, оплате не подлежит только такая экспертиза, которая содержит ответы не на все вопросы, вследствие не проведения непосредственно экспертных действий. Фактически проведенные экспертом исследования подлежат оплате при выполнении двух условий: эксперт ответил не на все поставленные перед ним вопросы, либо эксперт провел исследование не в полном объеме в связи с тем, что выявилась невозможность дальнейшего производства экспертизы и подготовки заключения. В рассматриваемом случае, как установили суды, указанные условия отсутствуют. Отклонив экспертные заключения как несоответствующие Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», суды верно отказали в их оплате.

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о несогласии общества с оценкой, которую судебные инстанции дали экспертным заключениям. Приведенные доводы подлежат отклонению как направленные на переоценку представленных в материалы дела доказательств. Так ссылка на то, что суды в нарушение пункта 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не указали мотивы по которые отвергли в качестве достоверных доказательств судебные экспертизы противоречит содержанию обжалуемых судебных актов. Суд первой инстанции указал, что изучив доводы сторон, заключение судебной экспертизы, а также в целях объективного, всестороннего исследования суд пришел к выводу о назначении повторной экспертизы. Суд при этом учел, что предложенные варианты не подтверждены расчетами, выводы содержат двойственные формулировки, содержится также противоречие в части оценки качественности выполнения строительно-монтажных работ, дублирование полученных результатов, из текста экспертного заключения следует, что оно проведено без участия эксперта Пономарева Р.Ю. Суд не принял в качестве доказательств по рассматриваемому делу по основаниям недостоверности выводов и отсутствия водолазного обследования заключений первоначальной экспертизы НИИОСП им. Герсеванова и ООО «Научно-Проектная Компания МорТрансНииПроект». Эксперты по дополнительной экспертизе упустили следующее: проигнорированы результаты расчетов, выполненных ЗАО «ГТ Морстрой» и ООО НПФ «ГТ Инспект», а также результаты предыдущих судебных экспертиз; результаты расчетов проведены без технического экспертного анализа; не исследованы причины расхождения результатов этих расчетов, не привели исходные данные, которые закладывались в расчеты (при этом игнорировались отдельные  фактические показатели), представленные по дополнительной экспертизе расчеты основаны на неверных исходных данных и др. Игнорирование реальных характеристик засыпки и материалов, взаимного смещения элементов конструкции не позволило экспертам выявить действительную причину чрезмерных деформаций, что является целью дополнительной экспертизы.

Соответствие выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильное применение норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов в совокупности с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе, исключают возможность ее удовлетворения в силу норм статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушения норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284 − 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.03.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 по делу № А32-23998/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий						                   О.Л. Рассказов   

Судьи										       Е.Л. Коржинек 

                                                                                                                               И.И. Фефелова