ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.09.2019

                    Дело № А40-83941/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 10.09.2019

Полный текст постановления изготовлен  16.09.2019

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей Коротковой Е.Н., Зеньковой Е.Л.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Провидер» - ФИО2, по доверенности от 10 апреля 2019 года;

рассмотрев 10.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Провидер» 

на определение от 21 мая 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей  Авдониной О.С.,

на постановление от 11 июля 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Клеандровым И.М., Нагаевым Р.Г., Лапшиной В.В.,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Провидер» о включении требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Хортица»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 01 февраля 2019 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Хортица» (ООО «Хортица», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО3. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано временным управляющим в газете «Коммерсантъ» № 29 от 16.02.2018.

В Арбитражный суд города Москвы 12.03.2019 поступило заявление ООО «Провидер» о включении задолженности в размере 33 199 385 руб. 24 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 мая 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражный апелляционным судом от 11 июля 2019 года, в удовлетворении требований ООО «Провидер» отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «Провидер» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить определение суда первой инстанции от 21 мая 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 11 июля 2019 года и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд г Москвы.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

Как установлено судами, кредитор в обоснование заявленных требований указал, что задолженность общества возникла в связи с неисполнением должником принятых на себя обязательств по договору поставки № ПР/НТ/2310/1 от 23.10.2017.

Как указал заявитель, в счет оплаты поставки он перечислил по распоряжению должника третьим лицам денежные средства в размере 33 199 385 руб. 24 коп., однако должник поставку товара не произвел.

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришли к выводу, что стороны сделки заведомо не имели намерения исполнять обязательства по договору поставки, что свидетельствует о злоупотреблении правом в целях причинения вреда имущественным правам иных добросовестных кредиторов должника, а также в целях получении контроля над процедурой банкротства путем получения мажоритарного преимущества при принятии решений на собрании кредиторов должника.

Как указали суды, само по себе формальное подписание договора, дополнительных соглашений к нему, спецификаций не может являться достоверным доказательством реальности правоотношений при отсутствии документально подтвержденных сведений об условиях приобретения товара, его хранения, перевозки, разгрузки, оприходования товара (пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ N 35).

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, указал, что оплата поставки путем перечисления денежных средств по распоряжению должника третьим лицам, не запрещена законом и привела к уменьшению кредиторской задолженности поставщика.

Также заявитель кассационной жалобы указал, что Акт налоговой проверки №17-15/15 составлен в отношении ОООО «УБР-1», а не ООО  «Провидер», при этом сведений о мнимости спорной поставки данный Акт не содержит.

По мнению заявителя, в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства транзитности платежей, осуществленных кредитором в счет оплаты поставки, поскольку финансовая экспертиза по делу не проводилась, при этом сам договор поставки заключен за пределами сроков проверки налоговым органом деятельности должника.

Представитель ООО «Провидер» в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителя заявителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника, предъявляются повышенные требования.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В случае наличия возражений конкурирующего кредитора либо конкурсного управляющего, выступающего в интересах справедливого и обоснованного распределения конкурсной массы, на требования о включении в реестр и представления в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений, при этом заявителю требований не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

Как видно из материалов дела, кредитор в обоснование заявленных требований указал, что задолженность должника перед кредитором возникла в связи с неисполнением обществом принятых на себя обязательств по договору поставки N ПР/НТ/2310/1 от 23.10.2017.

Судами при рассмотрении спора установлено, что из представленных платежных поручений следует, что платежи совершались в адрес ООО "Транснефть", ООО "Канбайкал" за услуги по хранению и транспортировке нефти, при этом в нарушение условий договора платежи совершались взаиморасчетом, тогда как документы, свидетельствующие о наличии таких взаиморасчетов, суду не представлены.

Суды указали, что пунктом 2.4. договора поставки установлено, что цена товара в Спецификации указана с учетом хранения и доставки товара поставщиком, однако в представленных спецификациях отсутствует цена и расчет стоимости хранения и доставки ТМЦ, а также не указаны места их хранения. 

В соответствии с пунктом 3.1. договора товар передается покупателю на складе поставщика по товарной накладной формы ТОРГ-12, при этом поставщик хранит товар на складе до получения письменного распоряжения от покупателя на отгрузку по указанному в заявке адресу (п. 3.2. Договора).

Между тем, как указали суды, кредитором не представлено в материалы дела вышеуказанное письменное распоряжение на отгрузку товара, при этом  судом установлено, что ООО "Хортица" не является товаропроизводителем поставленного товара, поскольку основным видом деятельности должника является добыча сырой нефти.

Также суды установили, что условия договора не содержат конкретных обстоятельств (цена и расчет стоимости хранения и доставки, условия доставки, адрес места хранения), что свидетельствует о мнимости договора поставки и о создании формального документооборота.

Также суды указали, что в разделе 3.4. "Представление займов подконтрольным организациям на этапе развития" акта налоговой проверки в отношении ООО "УБР-1" N 17-15/15 от 16.10.2018 ПАО Банк "Югра" производило выдачу ссуд организациям, которым присуща убыточная деятельность, отрицательное значение чистых активов, высокая долговая нагрузка, а также существенное сокращение выручки, при этом кругу лиц (контрагентов ООО "УБР-1") оказывались услуги по сопровождению бухгалтерского и налогового учета ООО УК "СДС Консалт", что указывает на единую службу подбора персонала для всех контрагентов ООО "УБР-1", а также на схему выведения денежных средств с участием аффилированных лиц.

Суды установили, что ООО "Провидер", входящий в группу компаний "Рус-Ойл", также являлось  контрагентом ООО "УБР-1", при этом согласно представленному в материалы дела предписанию ЦБ РФ от 19.05.2017 операции заявителя обладают признаками сомнительных и транзитных; согласно Предписанию ЦБ РФ от 17.03.2017 деятельность ООО "Провидер" по итогам рассмотрения акта проверки признана нереальной.

Каких-либо дополнительных документов, подтверждающих реальность отношений сторон по договору поставки, ООО «Провидер» не представило, в связи с чем суды обоснованно отказали в удовлетворении заявленных требований со ссылкой на мнимость правоотношений сторон и злоупотребление сторонами правом при заключении договора.

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Доводы заявителя кассационной жалобы связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении спора суды выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суды правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21 мая 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 июля 2019 года по делу № А40-83941/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяС.А. Закутская 

Судьи:Е.Н. Короткова

 Е.Л. Зенькова