АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 17323/2023

04 мая 2024 года

г. Ижевск

 

Резолютивная часть решения объявлена 23 апреля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 04 мая 2024 года

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Н.А. Трубицыной, при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Т.К. Аникушиной, рассмотрел в открытом судебном,исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО1, г. Ижевск (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Афродита» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 28.07.2020) в размере 135496 руб. 24 коп., в заседании суда участвовали:

от истца:  ФИО2 (диплом ВСВ 1382190) – представитель по доверенности от 10.01.2024 № 447; ФИО3 – (диплом 105624 0388481) – представитель по доверенности от 02.11.2023 № 270; от ответчика: не явился (извещен),

у с т а н о в и л :

Общество с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ» (далее – истец, ООО «Устиновское РСУ», общество) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к ФИО1 (далее – ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Афродита» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 28.07.2020) в размере 135496 руб. 24 коп. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.10.2023 исковое заявление принято к производству, делу присвоен № А71-17323/2023.

В судебном заседании представители истца исковые требования поддержали, в том числе, по доводам направленных  в суд через систему «Мой арбитр» (вх. от 22.04.2024)  пояснений по иску с учетом истребованных судом доказательств. 

Ответчик, извещенный надлежащим образом о начавшемся процессе, явку представителя не обеспечил, отзыв на иск не представил, заявлений и ходатайств в суд не направили. 

К материалам дела приобщены истребованные на основании определений суда доказательства. 

Суд признал возможным провести судебное заседание на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ответчика, надлежащим образом извещенного о начавшемся судебном процессе, о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о принятии заявления к производству, о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Афродита», 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 28.07.2020) было зарегистрировано в качестве юридического лица 06.03.2018; директором общества и единственным участником (с размером доли 100 % уставного капитала общества), которого являлась ФИО1 (ранее имела фамилию - ФИО4 (выписка из ЕГРЮЛ, л.д. 23-26, материалы регистрационного дела (вх. от 25.01.2024).

Обращаясь с исковым заявлением, истец указал на то, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020 по делу № А71-2113/2020 (принято путем подписания резолютивной части решения суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства (л.д. 30), с ООО «Афродита», (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ», г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 116013 руб. 24 коп., из них 79193 руб. 55 коп. долг по договору аренды № С37А/21/2018-АР от 06.03.2018 (с 06.03.2018 по 31.01.2020) и  36819 руб. 69 коп. неустойка за период с 11.04.2018 по 11.02.2020, а так же 4483 руб. 00 коп. возмещение расходов по госпошлине и 15000 руб. 00 коп. судебных издержек (общая взысканная сумма 135496 руб. 24 коп.).

Как поясняет истец, задолженность образовалась на основании договора аренды № С37А/21/2018-АР от 06.03.2018 (л.д. 27- 29), заключенного между обществом «Афродита» (арендатор), в лице директора ФИО4, и обществом «Устиновское РСУ» (арендодатель), по условиям которого арендодатель обязуется передать во временное пользование арендатору помещение, назначение: нежилое, общая площадь 10,0 кв.м., по адресу: 

<

...> (пункт 1.1. договора).

Для исполнения решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020 по делу № А71-2113/2020 истцу выдан исполнительный лист от 17.06.2020 № ФС 031252826, который был предъявлен к исполнению в кредитную организацию ПАО «Сбербанк России» (л.д. 31-38-18).

ООО «Афродита» 28.07.2020 прекратило деятельность в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) как сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, о чем в реестр внесена запись ГРН № 2201800285355.

Вышеуказанное решение суда должником - обществом «Афродита» исполнено в   не было, в связи с чем, письмом исх. от 09.11.2020 банк вернул исполнительный документ без его исполнения кредитору, по причине невозможности исполнения исполнительного документа, в связи с отсутствием в ПАО «Сбербанк России» счетов должника для исполнения документа (на дату предъявления исполнительного листа к исполнения должник  уже был исключен из ЕГРЮЛ, счета в кредитной организации закрыты). 

Как указывает истец, на момент исключения из ЕГРЮЛ общество «Афродита» имело долг перед ООО «Устиновское РСУ»; по мнению истца, ФИО1 действовала недобросовестно, не намеривалась исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, вследствие чего, впоследствии, ООО «Афродита» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо и исполнение обязательств им оказалось невозможным. Также, по мнению истца, своими действиями (бездействиями) ФИО1 причинила обществу убытки в заявленном размере.     

Изучив материалы дела, оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает заявленные требования  подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Согласно  2 статьи 62 ГК РФ, учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). 

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

В соответствии со статьей 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). В таком же порядке из ЕГРЮЛ исключается юридическое лицо при наличии в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ). Таким образом, в силу действующего правового регулирования юридическое лицо, в отношении которого в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности  сведений, фактически ликвидируется как недействующее юридическое лицо.

Из представленных доказательств усматривается, что ООО «Афродита» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) было зарегистрировано в качестве юридического лица 06.03.2018. 

С 06.03.2018 директором и учредителем являлась ФИО5,  с долей в уставном капитале в размере 100% номинальной стоимостью 10000 руб.

Из материалов дела следует, что ООО «Афродита» 28.07.2020 исключено из ЕГРЮЛ ГРН № 2201800285355, в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. 

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, таковым лицом для общества «Афродита» является ФИО1

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (единоличный исполнительный орган общества), должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей, выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Аналогичные положения содержатся в пунктах 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и/или неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, последний может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства, а в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы четвертый и пятый пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», далее – постановление Пленума № 62).

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное положение направлено на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО6» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд, непредставлении отзыва) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации (ее участников, контролирующих лиц), гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны указанных лиц в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные исключительные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности его руководителя (членов коллегиальных органов управления, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица).

Из буквального толкования п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на вышеуказанных лиц является наличие причинно-следственной связи между их неразумными и недобросовестными действиями и невозможностью исполнения обязательств общества перед его кредиторами.

Ответственность руководителя (иного контролирующего лица) перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

 

Из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (часть 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления № 53).

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления № 53). 

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3).

В пункте 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В рамках рассмотрения настоящего дела бремя доказывания, с учетом разъяснений, данных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П (чьи правовые выводы, вопреки указаниям судов первой и апелляционной инстанции, - подлежат учету при рассмотрении настоящего дела) - судебными инстанциями необоснованно возложено исключительно на истца.

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Стандарты доказывания дифференцируются по степени строгости в зависимости от положения утверждающего лица в спорном правоотношении, влияющего на фактическую возможность собирания доказательств, в целях выравнивания этих возможностей обеих сторон, а также защиты публичных интересов.

Обычный стандарт доказывания ("разумная степень достоверности" или "баланс вероятностей") применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5 - 8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны, цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Как указывалось ранее, и материалами дела подтверждено, что решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020 по делу № А71-2113/2020 с ООО «Афродита», (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ», г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 116013 руб. 24 коп., из них 79193 руб. 55 коп. долг по договору аренды № С37А/21/2018-АР от 06.03.2018 (с 06.03.2018 по 31.01.2020) и  36819 руб. 69 коп. неустойка за период с 11.04.2018 по 11.02.2020, а так же 4483 руб. 00 коп. возмещение расходов по госпошлине и 15000 руб. 00 коп. судебных издержек (общая взысканная сумма 135496 руб. 24 коп.).

Для исполнения решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020 по делу № А71-2113/2020 истцу выдан исполнительный лист от 17.06.2020 № ФС 031252826, который был предъявлен к исполнению в кредитную организацию ПАО «Сбербанк России» (л.д. 31-38-18). 

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ФИО1, как директор и единственный участник общества «Афродита» лично заключала договор с истцом, знала о наличии у общества непогашенных обязательств перед истцом, в том числе в связи с тем, что они установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020, принятым по делу № А71-2113/2020. 

 Вместе с тем, ФИО1 не предприняла никаких действий к погашению задолженности.

Напротив, указанное решение обществом «Афродита»  не было,  банк вернул исполнительный документ без его исполнения кредитору, по причине невозможности исполнения исполнительного документа, в связи с отсутствием в ПАО «Сбербанк России» счетов должника для исполнения документа. 

Ответчик указанные доводы истца не опроверг, доказательств разумности и добросовестности своего поведения, принятия мер к погашению задолженности общества перед истцом либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности суду не представил.

При отсутствии доказательств обратного, суд приходит к выводу о том, что именно ответчик являлся контролировавшим деятельность общества лицом и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере кредиторской задолженности перед истцом.

Своим бездействием указанное лицо не сохранило правоспособность общества, что повлекло неисполнение вступившего в законную силу судебного акта, подлежащего в силу статьи 16 АПК РФ обязательному исполнению.

Более того, материалы регистрационного дела, истребованного судом по ходатайству истца, свидетельствуют о том, что по личному заявлению ответчика было зарегистрировано ООО «Афродита» (ОГРН 

<

***>).

Как было указано выше, директор общества ФИО1 в подписывала договор аренды с истцом  и акт приема- передачи к нему. 

Впоследствии ФИО1 в регистрирующий орган направлено заявления по форме Р34001 о недостоверности сведений о физическом лице в ЕГРЮЛ как директоре общества. 

Изложенное не позволяет суду сделать безусловный вывод о добросовестности действий ответчика. 

Согласно сведениям о банковских счетах (депозитах) организации по состоянию на 08.11.2023 общество «Афродита» имело расчетные счета открытые: 

- Банк Зенит (ПАО) № 40702810000090010689 (дата открытия 28.04.2018);

- ПАО «Совкомбанк» № 40702810000090010689 (дата открытия 28.04.2018, дата закрытия 03.08.2020);

- ПАО Банк Синара №  4070281011920043077 (дата открытия 23.03.2018, дата закрытия 13.10.2020);

- акционерный коммерческий банк «Аванрад» (ПАО) № 

<

***> (дата открытия 27.03.2018, дата закрытия 28.04.2018);

- акционерный коммерческий банк «АК БАРС» (ПАО) № 407028109554100002411 (дата открытия 27.03.2018, дата закрытия 24.08.2018);

- АО «Тинькофф Банк № 40702810700780000177 (дата открытия 12.04.2018, дата закрытия 25.02.2022); 

- ПАО «Сбербанк России» № 40702810210000323971(дата открытия 13.04.2018, дата закрытия 26.09.2018), № 40702810168000009014 (дата открытия 04.04.2018, дата закрытия 29.07.2020).

По ходатайству истца судом были истребования сведения от вышеуказанных кредитных организаций, банков. 

Из представленных банками выписок усматривается, что по счету открытому в ПАО АКБ «Авангард», за период с 27.03.2018 по 24.08.2018 сумма поступлений на расчетный счет составила 7 320 112 руб. 83 коп., прежде чем закрыть счет, общество «Афродита» 23.08.2018 осуществило перевод денежных средств по своему заявлению в размере 416 092 руб. 93 коп. на р/с в ПАО Банк Зенит. 

Согласно выписке по счету открытому в ПАО Банк Зенит за период с 28.04.2018 по 28.09.2018 поступления на счет общества составили около 4,5 млн. руб., перед закрытием банковского счета обществом были перечислены со счета остаток средств в размере 57 150 руб. 47 коп. на р/с в АО «Тинькофф Банк».

Согласно выписке по счету открытому в ПАО «АК БАРС» Банк за период с 12.04.2018 по 31.12.2018, поступления на счет ООО «Афродита» составили 7 784 425 руб. 15 коп.

Также, согласно выписке по счету открытому в ПАО «АК БАРС» Банк за период с 01.01.2019 по 31.12.2019, поступления составили 2 292 889 руб. 64 коп. При этом общая сумма поступлений на расчётный счет составила 10 077 314 руб.79 коп.

Согласно выписке по счету № 407028101680000014 открытому в ПАО Сбербанк за период с 04.04.2018 по 28.07.2020 сумма поступлений составила 1 026 060 руб. 00 коп. 

Согласно выписке по счету открытому  в ПАО Банк Синара по расчетному счету № 

<

***> за период с 27.03.2018 по 28.04.2018, сумма поступлений составила 1 385 854 руб. 17 коп.

Общая сумма поступлений ООО «Афродита» по всем указанным расчетным счетам составляет: 24 309 341 руб. 79 коп.

Таким образом, за анализируемый период на расчётные счета ООО «Афродита» было поступление денежных средств в общем размере 24309341 руб. 79 коп., при наличии неисполненных обязательств перед истцом, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом по делу № А71-2113/2020.

Согласно выписке по счету № 40702810700780000177, открытому  в ПАО «АК БАРС» Банк, общество «Афродита» осуществило списание в пользу общества «Домоседово» в размере 1212056 руб. 07 коп. (28.04.2018, 07.05.2018, 15.05.2018, 22.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 14.06.2018, 19.06.2018, 25.06.2018, 06.07.2018, 12.07.2018, 08.10.2018, 25.10.2018, 06.11.2018,12.11.2018, 19.11.2018).

Таким образом, общество «Афродита» в период после возникновения просроченной задолженности перед истцом регулярно производило взаимные денежные расчеты с другими контрагентами, такими как ООО СУ «Инженеринг» (ИНН 

<

***>), ООО «Дэльмар» (ИНН 

<

***>), ООО «Домоседово» (ИНН 

<

***>), впоследствии так же прекративших деятельность в качестве юридических лиц. 

С учетом изложенного, материалами дела подтверждена фактическая возможность у ООО «Афродита» (наличие денежных средств в необходимом размере) для погашения задолженности перед истцом. 

Сведения о принятии ФИО1 каких-либо действий к погашению задолженности перед истцом, либо к прекращению либо отмене процедуры исключения общества «Афродита» из ЕГРЮЛ, ответчиком не представлены. 

Таким образом, ФИО1 будучи единственным участником и директором общества «Афродита» не обеспечила погашение задолженности по исполнительному листу перед взыскателем.  

Кроме того, согласно положениям договора аренды заключенного между истцом и обществом «Афродита», размер арендной платы составляет 5000 руб.; арендный платеж вносится до 10 числа месяца, следующего за расчетным на счет ООО «Устиновское РСУ». При этом, директором общества «Афродита» были произведены лишь следующие оплаты: 06.06.2018 в размере 1 403 руб. 48 коп.; 08.06.2018 в размере 3200 руб.; 02.07.2018 в размере 5000 руб.; 17.08.2018 в размере 5000 руб.; 02.11.2018 в размере 5000 руб.; 06.11.2018 в размере 5000 руб.

Учитывая, что общество «Афродита» закрыло свои счета еще в 2018 и 2019 годах без остатка каких-либо средств, у истца не представлялось возможности взыскать денежные средства по решению Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.05.2020 по делу № А71-2113/2020 с общества «Афродита» в принудительном порядке.

Отсутствие у общества «Афродита» имущества (что подтверждено ответами государственных органов на определения суда об истребовании доказательств) лишило истца возможности привести в исполнение вступивший в силу судебный акт, взыскать задолженность в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества – участвовать в ликвидации должника путем включения требований в промежуточный ликвидационный баланс.

При этом, в соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, не ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

Данная обязанность ФИО1 не исполнена. 

Помимо прочего, согласно сведениям из ЕГРЮЛ 28.07.2020 в отношении общества «Афродита» внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности). Материалы дела не содержат в себе сведений о том, что ООО «Афродита» подавало возражения против предстоящего исключения из ЕГРЮЛ.

Вместе с тем, действуя с должной степенью осмотрительности, ФИО1 вправе был обратиться в регистрирующий орган с возражением относительно ликвидации общества «Афродита», а также предоставить в налоговый орган достоверные сведения об организации.

ФИО1, являясь директором общества «Афродита» как должностное лицо, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы. Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств - через процедуру банкротства.

Таким образом, совокупность собранных по делу доказательств бездействия ФИО1 противоречат основной цели деятельности коммерческой организации.

Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что именно на ответчика возлагается обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств общества «Афродита» перед истцом, установив, что ответчиком в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности «Афродита» предпринимательских рисков он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что факт возникновения задолженности общества перед истцом в заявленной сумме подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена бездействием директора ФИО1, который факт отсутствия своей вины не доказал, суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности в виде убытков.

Учитывая изложенное, руководствуясь приведенными правовыми нормами, принимая во внимание, что требование к ответчику предъявлено исходя из бездействий ответчика, как директора и единственного участника общества «Афродита», определяющего экономическую деятельность общества, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по долгам общества «Афродита», в связи с чем, исковые требования подлежат удовлетворению.

С учетом принятого решения по делу и в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, поскольку при подаче заявления истцу предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины; госпошлина за обращение в суд с заявлением о принятии обеспечительных мер относится на истца и подлежит взысканию в федеральный бюджет в связи с отказом судом в удовлетворении указанного заявления и предоставлении истцу отсрочки уплаты госпошлины (определения суда от 26.10.2023, 21.11.2023 по настоящему делу № А71-17323/2023).

В соответствии со ст. 169 АПК РФ решение арбитражного суда выполняется в форме электронного документа.

Согласно ч. 1 ст. 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики,

Р Е Ш И Л :

1.  Исковые требования удовлетворить.

2.  Взыскать с ФИО1, г. Ижевск (ИНН 

<

***>):

2.1.  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  135496 руб. 24 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Афродита» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 28.07.2020); 

2.2. в доход федерального бюджета 5065 руб. 00 коп.    государственной пошлины.

3. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Устиновское РСУ» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  в доход федерального бюджета 3000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Судья                                                          Н.А. Трубицына