ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3633/2019

г. Челябинск

30 апреля 2019 года

Дело № А07-12888/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 апреля 2019 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Забутыриной Л.В., Хоронеко М.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.02.2019 по делу № А07-12888/2018 об отказе во включении требования в реестр требований кредиторов (судья Кутлугаллямов Р.Ш.). 

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность).

 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.05.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ишсталь». 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.08.2018 (резолютивная часть от 30.08.2018) требования ОАО «ЧЕЛЯБГИПРОМЕЗ» признаны обоснованными, в отношении ООО «Ишсталь» введена процедура наблюдения, временным управляющим ООО «Ишсталь» утвержден ФИО4, член Ассоциации АУ «ГАРАНТИЯ».

Соответствующие сведения опубликованы в издании «КоммерсантЪ» №173 от 22.09.2018.

19.10.2018 на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление ФИО2, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ишсталь» требования в размере 5 194 000 руб. основного долга, 712 774 руб. 36 коп. процентов.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.02.2019 в удовлетворении заявления ФИО2 отказано в полном объеме.

ФИО2 не согласился с принятым судебным актом, направил в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд жалобу, в которой просит отменить определение от 28.02.2019.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что в момент предоставления займов у ООО «Ишсталь» отсутствовали какие-либо признаки несостоятельности, заемные денежные средства были направлены на исполнение обязательств перед контрагентами, на выплату заработной платы сотрудникам и уплату налогов. Сумма заявленных требований является незначительной, в сравнении с иными кредиторами, следовательно, ФИО2 не может повлиять на процедуру банкротства.

Судом в порядке статьей 49, 260, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты к рассмотрению дополнения к апелляционной жалобе.

В дополнениях на апелляционную жалобу заявитель указывает, что на должность руководителя ООО «Ишсталь» ФИО2 был приглашен как опытный менеджер, специалист в области финансирования, способный организовать работу предприятия на данной стадии его развития. При рассмотрении дела не было установлено ни одного факта неправильно принятого ФИО2 решения, в результате которого ухудшилось состояние предприятия. Первые серьезные финансовые затруднения у должника возникли во второй половине 2017 года. ФИО2 обращался к участникам общества с просьбой об оказании финансовой помощи, однако ответа он не получил, в связи с чем, им было подано заявление об увольнении. Поведение ФИО2 как в период работы в должности руководителя должника, так и после увольнения, является добросовестным. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд фактически квалифицировал гражданско-правовые отношения как корпоративные, возникающие между предприятием и его участниками (акционерами). Не приняты во внимание обстоятельства, при которых предоставлялись займы, наличие или отсутствие признаков кризиса на предприятии. Учитывая имеющуюся кредиторскую задолженность, включенную в реестр, и заявленную сумму требований, отсутствуют основания полагать, что займы предоставлены с целью наращивания подконтрольной кредиторской задолженности.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда от 28.02.2019.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в сети Интернет; в судебное заседание не явились, в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

В соответствии с п. 1 ст. 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Требование кредитора о включении в реестр кредиторов заявлено в соответствии со ст. 71 Закона о банкротстве.

Требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом (пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35) при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

Согласно части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Факт того, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)», утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

ФИО2 являлся генеральным директором ООО «Ишсталь» в период с 19.01.2016 по 10.07.2018, в связи с чем, на момент предоставления займов являлся заинтересованным в отношении должника лицом (ст. 19 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что в период осуществления должности генерального директора ООО «Ишсталь» ФИО2 по договорам займа №71/2016 от 19.12.2016, №24/2017 от 15.03.2017, №60/2017 от 24.05.2017, №64/2017 от 31.05.2017 предоставлялись должнику денежные средства на различные суммы в качестве займа.

Факт того, что полученные от ФИО2 денежные средства поступали на счета должника и были использованы в хозяйственной деятельности общества должника, не оспаривается.

Из условий договоров займа, на основании которого заявитель обращается с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника, следует, что в рассматриваемом деле руководителем общества предоставлялись займы, направленные на исполнение обязательств общества перед другими кредиторами, в том числе по исполнению обязательств общества по оплате заработной платы работникам общества, с намерением временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации финансирование участником общества должника в форме займов должно квалифицироваться в качестве обязательства, вытекающего из факта участия, влекущее отказ во включении требования в реестр (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556(2)).

Как следует из материалов дела, займы предоставлялись руководителем должника и были направлены на погашение текущих задолженностей в деятельности должника; кроме того предоставленные займы временно компенсировали негативные результаты хозяйственной деятельности должника, поскольку с именно их помощью осуществлялась выплата заработной платы и оплата кредиторской задолженности, а не за счет полученной прибыли предприятия. Следовательно, правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации применима и в данном случае.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами и не находит оснований для отмены или изменения определения суда от 28.02.2019.

Судебная коллегия принимает во внимание также факт получения должником кредитных средств в значительном размере (примерно 700 000 000 руб.) в период (март, июнь, декабрь 2016 года), когда заявитель предоставлял заемные средства.

Необходимость предоставления денежных средств должнику при наличии достаточной суммы кредитных средств заявитель пояснить затруднился.

Из назначения платежей и целей расходования заемных средств следует оказание заявителем временной финансовой помощи предприятию, что подтверждает выводы суда первой инстанции о корпоративном участии аффилированного лица в деятельности предприятия.

Следует отметить, что факт предоставления заемных средств, наличие финансовой возможности заявителя предоставить денежные средства, не поставлены под сомнение, в связи с чем, данное требование подлежит исполнению за счет имущества должника, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами согласно реестру (статья 148 Закона о банкротстве).

Доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы повторно проверены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта. При этом все аргументы заявителя жалобы были предметом исследования в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, которая подробно изложена в обжалуемом судебном акте по каждому доводу. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.02.2019 по делу № А07-12888/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            И.В. Калина

 

Судьи:                                                                                  Л.В. Забутырина

 

М.Н. Хоронеко