2317/2019-35183(4) 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-13587/2017

город Ростов-на-Дону

29 апреля 2019 года

15АП-508/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2019 года.  

Полный текст постановления изготовлен 29 апреля 2019 года.  Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Стрекачёва А.Н., судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  

в отсутствие представителей лиц участвующих в деле, надлежащим образом  уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от  10.12.2018 по делу № А32-13587/2017 о признании сделки недействительной и  применении последствий недействительности сделок по заявлению ФИО2 в рамках дела о банкротстве ФИО3,  

принятое в составе судьи Кицаева И.В. 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 в Арбитражный суд Краснодарского края обратился ФИО2 с  заявлением о признании недействительным брачного договора от 27.03.2014 года.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2018 по  делу № А32-13587/2017 отказано в удовлетворении ходатайств об истребовании  доказательств и отложении судебного разбирательства. Отказано в удовлетворении  заявления ФИО2 о признании сделки недействительной.  

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края  от 10.12.2018 по делу № А32-13587/2017, ФИО2 обратился в Пятнадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что оспариваемый договор  заключен в процедуре конкурсного производства, в связи с чем у должника  отсутствовала правоспособность на заключение брачного договора. Податель  жалобы указывает, что должник не уведомил конкурсного управляющего и Вилько  

В.И. о заключении брачного договора. Апеллянт указывает, что оспариваемый  договор, заключенный между супругами, направлен на уменьшение конкурсной  массы должника, что свидетельствует о злоупотреблении правом.  

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 и ФИО4 просят  определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 просит определение  отменить.  

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от  04.04.2019 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по делу   № А32-13587/2017 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным  кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции,  поскольку рассматривая заявление ФИО2 о признании недействительным  брачного договора по существу, суд первой инстанции не привлек ФИО4 в  качестве ответчика по оспариваемой сделке, тогда как при разрешении спора  затрагиваются права лиц, заключивших сделку и привлек к участию в деле   № А32-13587/2017 в качестве ответчика - ФИО4.  

От ФИО3 и ФИО4 и через канцелярию суда поступило  ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное тем, что согласно  информации, размещенной в «Картотеке арбитражных дел» в сети Интернет,  10.04.2019 в суд апелляционной инстанции от ФИО2 поступили  дополнительные документы.  

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отложения судебного  разбирательства ввиду следующего.  

В соответствии с частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и  извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило  ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины  неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное  разбирательство, если признает причины неявки уважительными.  

Из указанной процессуальной нормы следует, что отложение судебного  разбирательства является правом, а не обязанностью суда.  

Обосновывая ходатайство об отложении судебного заседания, ФИО3  и ФИО4 указали на поступление от ФИО2 дополнительных  документов.  

Вместе с тем, ФИО2 во исполнение определения Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 представлены в суд  апелляционной инстанции копии почтовых отправлений об отправке ФИО4 копии искового заявления и апелляционной жалобы.  

Судебная коллегия не находит оснований для отложения судебного  заседания, поскольку препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы  отсутствуют, также суд апелляционной инстанции учитывает срок рассмотрения  заявления и апелляционной жалобы.  

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о  времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим  образом.  

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную  жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных  надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе  путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда  Краснодарского края от 10.12.2018 по делу № А32-13587/2017 проверяется  Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы,  арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда  Краснодарского края от 22.05.2017 принято поступившее 13.04.2017 года заявление  ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.07.2017 признан  ФИО3 банкротом, в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина. Утвержден финансовым управляющим  должника ФИО6.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации  имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 21.07.2017.  

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился ФИО2 с  заявлением о признании недействительным брачного договора от 27.03.2014 года,  заключенного между ФИО3 и ФИО4, удостоверенного ФИО7, временно исполняющей обязанности нотариуса Краснодарского  нотариального округа ФИО8 и зарегистрированного в  реестре за 1-1447.  

В обоснование заявленного требования ФИО2 указывает, что  27.03.2014 между ФИО3 и ФИО4 заключен брачный договор,  удостоверенный ФИО7, временно исполняющей обязанности  нотариуса Краснодарского нотариального округа ФИО8.  

Согласно пункту 2.1 договора недвижимое имущество и иное имущество, в  соответствии с законом подлежащее регистрации, а также ценные бумаги, паи,  вклады, доли в капитале предприятий, будут приобретаться в течение нашего брака  только на личные средства каждого из супругов и регистрироваться на имя того из  супругов, чьи средства вложены в его приобретение.  

В отношении такого имущества каждого из супругов, на имя которого оно  приобретено и зарегистрировано, будет действовать режим раздельной  собственности. Указанным имуществом супруги будут распоряжаться без согласия  друг друга.  

В случае приобретения одним из супругов недвижимого имущества, с  использованием кредитных средств, обязательства по ипотечному кредиту в  соответствии с кредитным договором возлагаются в полном объеме на супруга  заключившего данный кредитный договор, другой супруг не несет ответственности  за возврат указанного вывшее кредита, не вправе претендовать на недвижимое  имущество, приобретенное с использованием кредитных средств, по праву  собственности, как в период брака, так и после его расторжения независимо от  

того, по чьей инициативе и по каким причинам брак будет расторгнут (пункт 2.2  договора).  

Согласно пункту 2.3 договора имущество, являющееся личной  собственностью одного из супругов по закону или в соответствии с настоящим  договором, не может быть признано совместной собственностью супругов на том  основании, что во время брака за счет общего имущества супругов или личного  имущества другого супруга были произведены вложения, значительно  увеличивающие стоимость этого имущества. При этом второй супруг не имеет  права на пропорциональное возмещение стоимости произведенных вложений.  

Недвижимое и иное имущество, в установленном порядке  зарегистрированное на имя одного из супругов, является личной собственности  того супруга, на имя которого произведена государственная регистрация права или  оформлены документы, подтверждающие право собственности, как в период брака,  так и в случае расторжения брака (пункт 2.4 договора).  

Банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты  по ним являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того  из супругов, на имя которого они сделаны (пункт 2.5 договора).  

Акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме  ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время  брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено  приобретение акций и других ценных бумаг (пункт 2.6 договора).  

Доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организациях,  приобретенная во время брака, а также доходы от предпринимательской  деятельности, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью  того из супругов, который является предпринимателем, учредителем и (или)  участником, акционером, на имя которого оформлено приобретение указанной  доли (пункт 2.7 договора).  

Драгоценности и другие предметы роскоши, приобретенные в период брака,  признаются в период брака и в случае его расторжения, собственностью супруги.  

Предметы интерьера и бытовая техника в период брака являются  собственностью супруги.  

В соответствии с пунктом 3.3 брачного договора супруги обязуются  уведомлять своих кредиторов о заключении, изменении или расторжении брачного  договора.  

Указывая, что брачный договор заключен должником в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов, а также должник не уведомил  кредиторов о заключении брачного договора, ФИО2 обратился в суд с  рассматриваемым заявлением.  

Возражая против удовлетворения заявленного ФИО2 требования,  ФИО4 заявила о пропуске срока исковой давности.  

Рассмотрев ходатайство о пропуске срока исковой давности, суд первой  инстанции пришел к выводу об отказе в его удовлетворении по следующим  основаниям.  

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах  срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что  общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в  соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая  давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до  вынесения судом решения.  

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской  Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено  стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в  иске.  

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации,  изложенным в абзаце 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с  применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой  давности» (далее - Пленум ВС РФ № 43), если иное не установлено законом,  течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого  нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих  обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим  ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со статьей 191 Гражданского кодекса Российской Федерации  течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день  после календарной даты или наступления события, которыми определено его  начало.  

Исследуя вопрос о начале течения срока исковой давности по заявленному  требованию, суд апелляционной инстанции установил, что ФИО2 узнал о  наличии у должника брачного договора от 27.03.2014, заключенного с ФИО4 исходя из отчета финансового управляющего должника ФИО9, составленного в ходе процедуре реализации имущества гражданина ( № А32- 13587/2017).  

Настоящее заявление зарегистрировано отделом делопроизводства  Арбитражного суда Краснодарского края 06.06.2018 (согласно штампу входящей  корреспонденции), следовательно, заявление подано в пределах срока исковой  давности.  

Судебная коллегия также принимает во внимание следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или  уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности,  включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов  общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований  кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого  сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве  право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с  даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой  давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий либо кредитор  

узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве оснований.  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.07.2017 признан  ФИО3 банкротом, в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2018 по  делу № А32-13587/2017 включено требование ФИО2 в  размере 922 310,75 руб. основного долга в третью очередь реестра требований  кредиторов ФИО3.  

ФИО2 в течение года, представил в арбитражный суд – 06.06.2018  заявление об оспаривании сделки, в связи с чем срок исковой давности по  специальным основаниям также не пропущен.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам  лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к выводу о том, что  оспариваемая сделка является ничтожной (статья 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации), действия должника направлены на уменьшение  имущества с целью отказа кредиторам в обращении взыскания на имущество  (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), принимая во внимание  нижеследующее.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями  главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не  урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7  главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1  Закона о банкротстве).  

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный  суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.  

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или  уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности,  включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов  общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований  кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого  сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  

Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем  Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в  деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания  недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на  основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер  спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права,  подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку  недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.  

При этом пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяется к  совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными  предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с  целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на  основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию  финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа)  (пункт 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).  

Поскольку брачный договор заключен 27.03.2014, то есть, до 01.10.2015,  судебная коллегия приходит к выводу о возможности оспаривания сделки только  на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление №  25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской  Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при  исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений  должны действовать добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского  оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в  зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично,  а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной  стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В пункте 7 постановления № 25 указано, что если совершение сделки  нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может  

быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она  была совершена.  

В частности, такая сделка может быть признана недействительной на  основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания  недействительности такая сделка признается недействительной по этому  основанию (пункт 8 постановления № 25).  

Судом апелляционной инстанции установлено, что требование о признании  недействительным брачного договора между должником-гражданином и его  супругой предъявлено кредитором должника постольку, поскольку, по его мнению,  будучи общим имуществом супругов, приобретенное имущество, поступившее по  условиям оспариваемой сделки в собственность супруги должника, подлежало  реализации в процедуре банкротства и в конкурсную массу могла быть включена  часть вырученных средств, соответствующая доле гражданина в этом имуществе  (пункт 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной  собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого  имущества.  

Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого  конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2  статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).  

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами  законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» общей совместной  собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного  кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака  движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2  статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации, на имя кого из супругов  оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором  между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего  имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39  Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса  Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется  на время рассмотрения дела.  

Согласно статье 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе  общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов  признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.  Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются  между супругами пропорционально присужденным им долям.  

Пунктом 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации  предусмотрена возможность раздела общего имущества супругов в период брака.  

Апелляционный суд учитывает правовую позицию в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2018 № 304-ЭС-18-4364,  

согласно которой соглашение о разделе имущества сходно с брачным договором, и  к такому соглашению применимы правила правовых конструкций статей 38, 40  Семейного кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации,  пункту 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации по обязательствам  одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество,  находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе  супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.  

При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли  супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего  имущества супругов, для обращения на нее взыскания (пункт 1 статьи 45  Семейного кодекса Российской Федерации).  

Тождественное регулирование обращения взыскания на долю должника в  общем имуществе предусмотрено пунктом 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, в силу нормы пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса  Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до  вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время  брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам  (имущество каждого из супругов), является его собственностью.  

Исходя из положений статей 40 - 44 Семейного кодекса Российской  Федерации, супруги вправе заключить брачный договор, который определяет  режим имущества супругов.  

Статьями 40 и 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено,  что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или  соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности  супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги  вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья  34 Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности  на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из  супругов.  

Следует отметить, что предметом брачного договора может являться как  совместно нажитое в период брака имущество, так и имущество, принадлежащее  каждому из супругов (например, имущества, приобретенного до заключения брака,  либо имущества, приобретенного в период брака, но не относящегося в силу  требований закона к совместно нажитому).  

Заключая брачный договор, супруги вправе как изменить установленный  законом режим имущества супругов, так и подтвердить в отношении того или  иного имущества тот режим, который уже существовал ранее в силу требований  закона.  

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью  или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом  Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 Семейного  кодекса Российской Федерации).  

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзацах втором и третьем пункта  2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2010 №  839-О-О, допустив возможность договорного режима имущества супругов,  федеральный законодатель - исходя из необходимости обеспечения стабильности  гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от  

недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных  отношениях, и, учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе  значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность  того супруга, который не является должником, - предусмотрел в пункте 1 статьи 46  Семейного кодекса Российской Федерации обращенное к супругу-должнику  требование, уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения  или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим  обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное  требование не выполняет.  

Соответственно, в силу названного законоположения не извещенный о  заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов  юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на  имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.  

ФИО2 и ФИО5 указывают, что должник, проявив  недобросовестность, не уведомил конкурсного управляющего о заключении  оспариваемого брачного договора, а также кредитора должника, тем самым  нарушил нормы как законодательства, так и условия договора.  

Должником в материалы дела не представлены соответствующие  доказательства уведомления кредиторов должника о заключении оспариваемого  брачного договора.  

Таким образом, реализация супругами права по определению режима  имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного  договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное  положение, например, вследствие существенной непропорциональности долей в  общем имуществе либо лишать одного из супругов полностью права на имущество,  нажитое в период брака.  

Положения указанных норм материального права и разъяснений по их  применению судом первой инстанции учтены не были.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также  злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы  предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих  сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением  причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный  интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом  сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того,  что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.  

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики  применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной  стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в  соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен  запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а  

также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).  

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом  посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы  третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или  должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с  недействительностью сделки.  

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского  права, 3 сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав,  причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия  для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в  частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности  должника).  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания  неразумности и недобросовестности действий участника гражданских  правоотношений на лицо, заявившее требования.  

В данном случае, действующее законодательство не запрещает заключение  договора между заинтересованными лицами, более того сам по себе брачный  договор и предполагает его заключение между супругами. То обстоятельство, что  указанное лицо, является заинтересованным лицом по отношению к должнику, не  исключает действия в их отношении презумпции добросовестности.  

Пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О  некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – постановление № 32), разъяснено, что исходя из недопустимости  злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и  законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или  кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после  возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение  прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение  конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам.  

Как разъяснено в пункте 1 постановления № 25, оценивая действия сторон  как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и  законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано  иное.  

Установленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию  

принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.  Этот запрет не предполагает его произвольного применения судами, решения  которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и  поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных  негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных  граждан и юридических лиц.  

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков  злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась  недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров,  имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим  участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и  то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.  

Таким образом, положения указанной нормы предполагают  недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а  также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому  лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не  совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого  рода.  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того,  что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.  

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Поскольку сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при  установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому  лицу, следует установить имелось ли у сторон сделки намерение причинить вред  имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на  уменьшение конкурсной массы должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. При определении наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует  исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и  тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с указанной нормой недостаточность имущества -  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;  неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств.  

При рассмотрении настоящего дела, суд апелляционной инстанции считает  необходимым учитывать, что при сокрытии имущества от обращения на него  взыскания (путем, в том числе заключения брачного договора, соглашения о  разделе имущества) оно остается в имущественной массе и в сфере контроля  самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.  

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда  Краснодарского края от 20.09.2010 по делу № А32-2260/2010-38/36-Б ИП Болотов  Андрей Владимирович признан несостоятельным (банкротом), в отношении него  открыта процедура конкурсного производства. Утвержден конкурсным  управляющим индивидуального предпринимателя Болотова Андрея  Владимировича Шалдин Рафаэль Рафаэльевич.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.02.2011 по  делу № А32-2260/2010 наложен арест на имущество, принадлежащее гражданину  ФИО3, где бы оно не находилось, за исключением  имущества, на которое в соответствии с гражданским процессуальным  законодательством не может быть обращено взыскание.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.03.2014 по  делу № А32-2260/2010 процедура конкурсного производства в отношении  ФИО3 завершена.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2014 по  делу № А32-2260/2010 ФИО3 в отмене  обеспечительных мер отказано, ввиду не погашения вознаграждения и расходов  конкурсного управляющего, который имеет право требовать обращения взыскания  на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами, в размере  требований, оставшихся не погашенными в деле о банкротстве.  

Довод ФИО3 и ФИО4, изложенный в отзыве на  апелляционную жалобу о том, что должник на дату заключения брачного договора  не мог знать о своих обязательствах перед ФИО10, поскольку определение  о взыскании с должника судебных расходов (вознаграждения) в размере 1 020 000  руб. вступило в законную силу спустя несколько месяцев после завершения  процедуры конкурсного производства в отношении ФИО3, судом  апелляционной инстанции отклоняется, как необоснованный, поскольку право на  вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме  расходов, фактически понесенных при исполнении обязанностей арбитражного  управляющего, возникло у ФИО10 с момента утверждения его конкурсным  управляющим в рамках дела о банкротстве ИП ФИО3 ( № А32-2260/2010), а  судебный акт только подтвердил обязанность должника по оплате ежемесячного  вознаграждения арбитражного управляющего.  

Как следует из разъяснений пункта 28 постановления Пленума ВАС РФ от  30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных  предпринимателей» после завершения конкурсного производства у должника  сохраняется обязанность погасить судебные расходы по делу о банкротстве, если  их за должника понес арбитражный управляющий. При недостаточности средств у  должника конкурсный управляющий не лишен права в дальнейшем в пределах  процессуальных сроков давности потребовать и от заявителя по делу возмещения  его судебных расходов.  

Из указанного следует, что должник не мог не знать, что на момент  заключения брачного договора у него имеются неисполненные обязательства перед  ФИО10 по возмещению судебных расходов и вознаграждения  арбитражного управляющего за период осуществления им своих полномочий с  20.09.2010 по 20.11.2013 в сумме 1 020 000 руб.  

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что на дату  совершения оспариваемой сделки у должника также имелись неисполненные  

обязательства перед Вилько В.И., в пользу которого заочным решением Советского  районного суда г. Краснодара от 17.06.2010 г. взысканы денежные средства в  размере 3 693 020 руб. 83 коп. определением Советского районного суда от  26.09.2016 взысканная сумма была индексирована на момент исполнения решения  о взыскании 3 693 020 руб. 83 коп., а именно с 02.07.2010 г. по 20.07.2016 г. в  размере 2 451 351 руб. 50 коп. На основании вышеназванного определения суда  кредитору выдан исполнительный лист ФС № 009736065 от 28.10.2016.  

Таким образом, на дату заключения брачного договора (27.03.2014) должник  обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имелись неисполненные  обязательства перед указанными лицами, чьи требования впоследствии включены  судом в реестр требований кредиторов должника (определения Арбитражного суда  Краснодарского края от 06.03.2018, 07.12.2018 по делу № А32-13587/2017).  

При таких обстоятельствах, должник, зная о своих неисполненных  обязательствах в целях избежания в будущей (настоящей) процедуре банкротства  обращения взыскания на свое имущество, заключает брачный договор с ФИО4, по которому имущество, принадлежащие каждому из супругов до вступления  в брак, а также полученное или приобретенное в период брака, принадлежит тому  супругу, на которого это имущество зарегистрировано, то есть приобретенное  совместно имущество регистрируется в дальнейшем на ФИО4, чем лишает  кредиторов возможности на удовлетворение их требований.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными  лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг,  родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их  родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

На момент заключения брачного договора ФИО4 состояла в браке с  ФИО3 и, соответственно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве являлась  заинтересованным лицом по отношению к должнику. Это свидетельствует о ее  осведомленности о совершении спорной сделки с целью причинить вред  имущественным правам добросовестных кредиторов.  

Оценивая доводы ФИО3 и ФИО4, изложенные в отзыве на  апелляционную жалобу о том, что ФИО4 не знала об обязательствах  супруга, апелляционный суд принял во внимание, что брачный договор заключен  между заинтересованными лицами (статья 19 Закона о банкротстве). Доказательств  того, что ФИО4 не знала об обязательствах супруга не представлено. То  есть, ФИО4 не могла не знать о финансовом состоянии супруга, о цели  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Апелляционный суд учитывает позицию Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от  02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение должником сделки,  направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности  имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы, является  злоупотреблением правом.  

Как следует из содержания брачного договора от 27.03.2014, в результате его  заключения прекращен режим общей совместной собственности имущества  супругов. Имущество стало принадлежать тому супругу, на чье имя оно  зарегистрировано.  

В целях исследования обстоятельств причинения вреда кредиторам  должника, судебная коллегия в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации определениями Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.02.2019 и 28.02.2019 истребовала у:  

 Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю  информацию о том, в каких организациях ФИО4 является  (являлась) директором (учредителем), представить соответствующие документы;  

Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по Краснодарскому краю информацию о наличии  зарегистрированных за ФИО4 правах на объекты  недвижимого имущества с 27.03.2014 и по настоящее время, представить  соответствующую выписку из реестра;  

Управления ГИБДД ГУ МВД России по Краснодарскому краю информацию  (в том числе, с учетом архивных данных - при их наличии) о наличии  зарегистрированных за ФИО4 на праве собственности с  27.03.2014 и по настоящее время транспортных средств, а также заверенные  надлежащим образом копии первичных документов, на основании которых  осуществлялась государственная регистрация права собственности на  транспортные средства.  

В соответствии с представленной в материалы дела выпиской от 01.03.2019   № 23/001/019/2019-723 из Единого государственного реестра недвижимости о  правах отдельного лица на имеющиеся (имевшиеся) у него объекты недвижимости,  ФИО4 в период с 27.03.2014 по 25.02.2019 принадлежат следующие  объекты недвижимости:  

земельный участок, площадь 999 кв.м., кадастровый номер  23:43:01300836187, основание государственной регистрации – договор купли- продажи земельного участка от 17.02.2015, дата государственной регистрации –  27.02.2015;  

нежилое помещение, площадь 11,4 кв.м., кадастровый номер  23:43:0130086:87, основание государственной регистрации – договор купли- продажи нежилого помещения от 24.02.2015, дата государственной регистрации –  26.03.2015;  

нежилое помещение, площадь 25,5 кв.м., кадастровый номер  23:43:0130086:88, основание государственной регистрации – договор купли- продажи нежилого помещения от 24.02.2015, дата государственной регистрации –  26.03.2015.  

Согласно представленному ответу ГИБДД ГУ МВД России по  Краснодарскому краю от 27.02.2019 № 7/6-13-2841 по данным федеральной  информационной системы Госавтоинспекции МВД России за ФИО4  транспортные средства не значатся и в запрашиваемый период не  регистрировались и с учета не снимались.  

Согласно представленной выписке из Единого государственного реестра  юридических лиц от 12.03.2019 № 23122019012764 ФИО4 являясь  председателем правления ЖСК «Полюд», а также учредителем (участником) ЖСК  «Полюд» (28.09.2012 внесена запись о прекращении деятельности юридического  лица).  

 Согласно представленной выписке из Единого государственного реестра  юридических лиц от 12.03.2019 № 23122019012763 ФИО4 является  учредителем (участником) ТСЖ «Прикубанское».  

Иных документов, участники процесса не представили. 

Оценив представленные в дело доказательства и доводы сторон, суд  апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что установление брачным  договором режима раздельной собственности в отношении имущества супругов  направлено на уменьшение конкурсной массы должника с целью последующего  вывода ликвидных активов супругов, что подтверждено истребованными  апелляционным судом сведениями о наличии имущества у Османовой И.Х.  

Оспариваемый брачный договор от 27.03.2014 является недействительной  сделкой, цель его заключения - уменьшить конкурсную массу должника,  причинить вред имущественным правам его кредиторов, что является  злоупотреблением и нарушает требования пункта 1 статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

По смыслу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех,  которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее  совершения.  

Арбитражный суд апелляционной инстанции учитывает также разъяснения  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №  63 от 23.12.2010 о необходимости приведения сторон в первоначальное положение  с учетом доказательств, представленных сторонами в подтверждение исполнения  обязательств по спорной сделке.  

В результате заключения брачного договора от 27.03.2014 сторонами  изменен правовой режим собственности в отношении имущества супругов.  Следовательно, последствием признания соглашения недействительным является  восстановление режима совместной собственности супругов на их имущество, что  по существу соответствует положениям статей 33, 34 Семейного кодекса  Российской Федерации.  

Соответствующая правовая позиция изложена в постановлениях  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.04.2018 по делу   № А45-20510/2015 и от 30.05.2018 по делу № А27-2547/2017.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу  о наличии оснований для удовлетворения заявления ФИО2 о признании  недействительным брачного договора от 27.03.2014 года.  

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного  суда первой инстанции является наличие оснований, предусмотренных частью 4  статьи 270 настоящего Кодекса.  

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной  инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи  269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает  новый судебный акт о признании недействительным брачного договора от  27.03.2014, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении  последствий недействительности сделки в виде восстановления законного режима  совместной собственности ФИО3 и ФИО4 на совместно нажитое  имущество.  

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2018 по делу   № А32-13587/2017 отменить.  

Признать недействительным брачный договор от 27.03.14, заключенный  между ФИО3 и ФИО4  

Применить последствия недействительности сделки. 

Восстановить законный режим совместной собственности ФИО3 и  ФИО4 на совместно нажитое имущество.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке,  определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской  Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий А.Н. Стрекачёв  

Судьи Д.В. Емельянов  

Н.В. Сулименко