ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-24745/2022

г. Красноярск

27 февраля 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 февраля 2026 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Яковенко И.В.,

судей: Радзиховской В.В., Шадчиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании, с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 01.12.2025, выданной в порядке передоверия по доверенности от 15.09.2025, паспорт, диплом, свидетельство о заключении брака от 22.09.2017,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Красноярского края от «10» декабря 2025 года по делу № А33-24745/2022,

установил:

ФИО2 (далее – должник, ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании себя банкротом.

Решением от 23.01.2023 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Определением от 10.12.025 завершена реализация имущества ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., урож. г.Сарань Республики Казахстан, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, снята с регистрационного учета 08.11.2022 (в Курагинский район), зарегистрирована по месту пребывания 08.11.2022-08.11.2027: 

<

...>). Не применены в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств. Финансовому отделу Арбитражного суда Красноярского края перечислить финансовому управляющему ФИО4 фиксированное вознаграждение в размере 25000 рублей за проведение процедуры реализации имущества гражданина за счет денежных средств должника, поступивших 24.10.2022 в депозит суда по платежному поручению № 2347.

Не согласившись с данным судебным актом, должник обратилась с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просила отменить определение Арбитражного суда Красноярского края о завершении процедуры реализации имущества гражданина от 10.12.2025 по делу № А33-24745/2022 в части неприменения в отношении ФИО2 правил об освобождении от исполнения обязательств и принять новое решение об освобождении ФИО2

от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением обязательств, указанных в пункте 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В апелляционной жалобе должник выражает несогласие с неприменением в отношении него правил об освобождении от исполнения требований кредиторов.

Согласно доводам апелляционной жалобы должник выражает несогласие с следующими выводами суда первой инстанции:

- о сознательном сокрытии доходов должника;

- о недобросовестности должника;

- о том, что должник в полном и достоверном объеме не раскрыла сведения о наличии имущества должника либо о наличии доходов у должника;

- о том, что должник не сотрудничал ни с судом, ни с финансовым управляющим, умышленно игнорируя предъявленные к нему требования;

- о том, что должник предпринял меры по сокрытию дохода, расходованию средств сверх прожиточного минимума исключительно на личные цели, создав видимость существования арендных правоотношений в целях сохранения за собой всех средств, в том числе, причитающихся кредиторам в счет удовлетворения их требований;

- о том, что должник не представил достоверные сведения о месте жительства с документальным обоснованием, поскольку реальность правоотношений по договору аренды не доказана, а сведения об ином месте жительства отсутствуют.

Как указала должник, суд первой инстанции не исследовал то, что доказательства, свидетельствующие о непредставлении должником необходимых сведений или предоставлении недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, сокрытии или уничтожении имущества, в материалах дела отсутствуют. Также, согласно отчету финансового управляющего о процедуре реализации имущества должника, признаки фиктивного и преднамеренного банкротства в деле ФИО2 отсутствуют. В анализе финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявлено. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества финансовым управляющим не установлено.

В обоснование заявленных доводов должник ссылается на судебную практику, согласно которой совершение должником неразумных действий не является основанием для его не освобождения от обязательств перед кредиторами и лишь установление судами в различных обособленных спорах злоупотребления правом должником, совершение им злонамеренных действий, влечет его не освобождение от обязательств перед кредиторами.

Отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, в материалы дела не поступили.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.01.2026 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.02.2026.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 15.01.2026, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании представитель ФИО2 изложил доводы апелляционной жалобы. Просил отменить определение суда первой инстанции в части и принять по делу новый судебный акт.

Поскольку соответствующих возражений от лиц, участвующих в деле, в материалы дела не поступило, в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как следует из отчета финансового управляющего по состоянию на 08.09.2025, за отчетный период выполнены следующие мероприятия.

Сообщение финансового управляющего об открытии процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.01.2023.

В третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму 1 542 193, 01 руб. (погашено 226 962,63 руб. или 14,72%). Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют. Реестр требований закрыт.

Финансовым управляющим не выявлено у должника имущество, подлежащее реализации.

В соответствии с выпиской ПАО «Совкомбанк» по основному расчётному счету должника, за период с 01.09.2020 по 10.09.2025 на расчетный счет поступили денежные средства в размере 239 029,57 руб. (израсходованы в полном объеме).

По сведениям финансового управляющего по состоянию на 08.09.2025, размер неоплаченных текущих обязательств составляет 27 653 руб.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что мероприятия, направленные на обнаружение имущества должника и формирование конкурсной массы для расчетов с кредиторами, выполнены финансовым управляющим в полном объеме. В то же время суд установил обстоятельства, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в силу которых не допускается освобождение гражданина от исполнения обязательств в отношении требований кредиторов.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

При рассмотрении настоящей апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что определение суда в части завершения реализации имущества ФИО2 не оспаривается, должник не согласен с определением суда в части неосвобождения должника от исполнения обязательств.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства суд по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, что предполагает право апелляционного суда на переоценку доказательств по делу.

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (освобождение гражданина от долгов).

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Нормы статьи 213.28 Закона о банкротстве подразделяют основания неприменения правил об освобождении от обязательств на три категории:

Прежде всего, это основания, прямо предусмотренные Законом о банкротстве. Так, согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные п. 4 и 5 данной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве сохраняют свою силу личные обязательства должника:

- о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью;

- о возмещении морального вреда;

- о взыскании алиментов;

- иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Гражданин также не освобождается от исполнения требований кредиторов по текущим платежам, о выплате заработной платы и выходного пособия.

Такие требования могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Норма абзац 2 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве сформулирована императивно, поэтому применяется судом самостоятельно и касается неосвобождения от обязательств в отношении не всех кредиторов, а конкретных лиц, нуждающихся в особой защите.

Ко второй категории можно отнести основания, предусмотренные в пункте 5 указанной статьи, которые применяются к требованиям:

- о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности;

- о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 ГК РФ), умышленно или по грубой неосторожности;

- о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве;

- о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности;

- о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Указанный перечень также изложен императивно, обязателен для суда, более того, в основе каждого из них лежит судебный акт, обязательный к исполнению (статья 16 АПК РФ), причем в данном случае неосвобождение от обязательств касается в равной степени всех кредиторов, имеющих к должнику перечисленные требования.

К третьей категории следует отнести основания, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, согласно которому после окончания процедуры реализации имущества к должнику могут быть предъявлены не исполненные им обязательства и обязанности:

- при привлечении его к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина, что должно быть подтверждено вступившим в законную силу судебным актом;

- при непредоставлении гражданином необходимых сведений или предоставлении заведомо недостоверных сведений финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, если это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- при доказанности того, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В рассматриваемых случаях конструкция нормы не является императивной и освобождение должника от неисполненных им обязательств зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Согласно оспариваемому судебному акту, что также подтверждается материалами дела, ФИО2 26.08.2022 уволилась из ООО ЧОО «Север».

Однако с ответом МИФНС № 25 по Красноярскому краю от 25.06.2025 в материалы дела представлена справка 2-НДФЛ от 23.01.2024 № 111, согласно которой в период с января по май 2023 года должник получал доход от ООО ЧОО «Север», размер которого

составил 450 497,26 руб., из них 58 565 руб. – 13% НДФЛ (среднемесячный размер заработной платы, за вычетом подоходного налога, составляет 78 386,45 руб.).

Принимая во внимание размер дохода должника, сумму прожиточного минимума, и руководствуясь положениями п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве, по расчетам суда первой инстанции, ежемесячно в конкурсную массу подлежали включению в 2023 году денежные средства в размере 53 837,45 руб.(=78 386,45 руб.- 24 549 руб.). За период с января по май 2023 года в конкурсную массу должна была поступить разница между суммами дохода и прожиточным минимумом в размере 269 187,25 руб.=(53 837,45 руб.×5 мес.).

Вместе с тем, денежные средства от имеющегося у должника источника дохода в конкурсную массу не поступили.

Должник при этом не оспаривала ни факт получения за спорный период доходов от трудовой деятельности в ООО ЧОО «Север» наличным способом в кассе предприятия, ни факт расходования средств сверх прожиточного минимума.

В своих пояснениях от 01.08.2025 должник указывала, что заработная плата практически полностью уходила на аренду жилья для проживания. В обоснование указанных доводов в материалы дела представлен договор аренды от 01.10.2022, согласно которому должнику предоставлена квартира в найм по адресу: 

<

...>. По условиям договора, срок аренды составляет с 01.10.2022 по 15.07.2023, размер арендных платежей – 45 000 руб. ежемесячно.

Однако доказательства реального исполнения договора аренды сторонами отсутствуют. Доказательства осуществления хозяйственных операций по передаче денежных средств арендодателю должником, фактического проживания должника в арендуемом помещении, сдачи арендодателем налоговой декларации о доходах, полученных от сдачи помещения в найм, уплаты последнем налогов от полученных доходов от сдачи помещения в найм не представлены.

Как указал финансовый управляющий, в адрес должника им было направлено требование о возврате средств в конкурсную массу, однако требования управляющего должником проигнорированы.

При этом, судами первой и апелляционной инстанций установлено, что должник обратилась в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы 7 250 руб. для частичной оплаты арендуемого помещения, при том, что срок аренды установлен до 15.07.2023, а в последующем заявила отказ от заявленных требований и о прекращении производства по делу (дело № А33-24745-2/2022).

При этом какое-либо логическое обоснование своих действий при рассмотрении дела в суде первой инстанции должником не приведено.

На вопрос суда апелляционной инстанции о причинах отказа от заявленных требований в условиях, когда добросовестный должник должен быть убеждён в обоснованности своего притязания (исключение средств из конкурсной массы), представитель дала ответ о сложности сбора доказательств.

Однако на вопрос суда апелляционной инстанции о причинах неиспользования процессуальных механизмом помощи судом стороне в сборе доказательств по ходатайству стороны представитель не дала ясный ответ.

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств реальных затрат должника на найм жилого помещения, а само поведение должника в ситуации необходимости доказать собственную правоту является непоследовательным, подозрительным и выходит за рамки обычной добросовестности.

В обжалуемом судебном акте судом первой инстанции обоснованно обращено внимание на то, что в отсутствие источников дохода, неясно за счет каких средств, должник обеспечивает свои ежедневные потребительские нужды, а также изыскал денежные средства в общем размере 74 250 руб. для передачи в сентябре 2024 года в конкурсную массу.

Объяснений указанному обстоятельству должником не приведено. Апелляционная жалоба должника также таких объяснений не содержит.

При этом должник систематически игнорировал определения суда первой инстанции, обязывающие должника раскрыть важную для дела информацию.

Должником не представлены пояснения о том, каким образом должник внес денежные средства на счет через терминал, если все банковские карты должны были быть переданы финансовому управляющему и заблокированы, на что также обратил внимание суд первой инстанции в оспариваемом судебном акте.

Данные обстоятельства, как и представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, позволили суду первой инстанции прийти к следующим выводам:

- сделка по найму должником жилого помещения является мнимой;

- должник не имел намерения наполнять конкурсную массу за счет разницы между доходами и прожиточным минимумом в целях произведения расчетов с кредиторами. Наоборот, при наличии дохода должник предпринял меры по его сокрытию, расходованию средств сверх прожиточного минимума исключительно на личные цели, создав видимость существования арендных правоотношений в целях сохранения за собой всех средств, в том числе, причитающихся кредиторам в счет удовлетворения их требований (хотя бы частично);

- уклонение должника от раскрытия своего реального финансового состояния при установленных судом обстоятельствах, необходимости ежедневного удовлетворения первичных потребностей, свидетельствуют не об отсутствии у должника средств для собственного существования, а об умышленном сокрытии должником доходов в целях недопущения обращения на них взыскания со стороны кредиторов;

- намеренное уклонение от погашения требований кредиторов, трудоустройства, сокрытие доходов прямо указывает на то, что должник действует в целях получения привилегий от процедуры банкротства, то есть злоупотребляет правами;

- фактически осуществляя расходование денежных средств в обход процедуры банкротства, должник нарушил порядок оборота денежных средств и тем самым злоупотребил своими правами, что прямо запрещено пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- главный принцип банкротства физических лиц - обеспечение со стороны граждан полной прозрачности имущественного положения - должником не соблюден. Должник уклонился от раскрытия информации о своих доходах, месте жительства, произвел расходование денежных средств сверх установленного размера прожиточного минимума;

- должник при наличии долгов уволился в процедуре банкротства, не предпринял меры по дальнейшему трудоустройству, сокрыл сведения об источниках происхождения средств для собственного существования, т.е. осуществил действия по сокрытию имущества в целях недопущения обращения на него взыскания со стороны кредиторов. Действия должника привели к причинению убытков конкурсной массе и невозможности погашения реестровой задолженности в полном объеме. При этом должником потери конкурсной массы не компенсированы. Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Таким образом, отказав в освобождении от обязательств, суд первой инстанции руководствовался абзацем третьим пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пунктами 42, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - Постановление N 45) и исходил из недобросовестности должника, совершения должником правонарушения, предусмотренного статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поддерживая указанные выводы суда первой инстанции и отклоняя соответствующие доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия учитывает следующее.

В данном случае поведение должника не может быть определено как добросовестное, поскольку, во-первых, из материалов дела следует, что должником не исполнялась обязанность по внесению в конкурсную массу денежных средств в размере разницы между установленной суммой прожиточного минимума и размером получаемой заработной платы; во-вторых, требование финансового управляющего о возврате денежных средств в конкурсную массу должником проигнорированы.

Ввиду непередачи денежных средств должник лишил кредиторов права на получение исполнения по принятым на себя обязательствам.

В материалы дела должником не представлено доказательств наличия какой-либо уважительной причины для ненаправления в конкурсную массу вышеуказанной суммы денежных средств.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о намеренном уклонении должником от исполнения обязательств, выразившемся в самовольном не направлении денежных средств, составляющих конкурсную массу должника, для их распределения.

Суд апелляционной инстанции для целей правильной квалификации поведения должника и процессе оценки обстоятельств дела и представленных доказательств руководствуется разъяснениями пункта 60 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 июня 2025 г., о том, что гражданин не может быть освобожден от обязательств, если он действовал недобросовестно (скрыл или вывел активы и т.д.).

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит непредставление гражданином необходимых сведений или предоставление заведомо недостоверных сведений финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и установление данного обстоятельства соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве в случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника.

Так, малозначительным является, в частности, такое сокрытие денежных средств (в небольшом по отношении к основному долгу размере), которое не создает угрозы причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами

некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Из материалов настоящего дела судебной коллегией установлено, что с января 2023 года должником не исполнялась обязанность по перечислению денежных средств в конкурсную массу.

Обстоятельства неполного перечисления средств в конкурсную массу. с учетом непогашения требований кредиторов (требования погашены лишь на 14,72%), в совокупности с иными обстоятельствами настоящего дела (уклонение должника от раскрытия информации о своих доходах, месте жительства; увольнение должника в процедуре банкротства и не принятие мер по дальнейшему трудоустройству; сокрытие должником сведений об источниках происхождения средств для собственного существования; отсутствие сотрудничества со стороны должника с финансовым управляющим и судом) позволили суду первой инстанции прийти к верному выводу о не освобождении должника от обязательств.

В апелляционной жалобе должник указывает, что сведения о доходах были представлены ею на обозрение финансовому управляющему и суду, а также приложены к заявлению о признании должника банкротом (приложения №№ 16-18).

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции установлено, что согласно копии трудовой книжки (приложение № 16 к заявлению о признании должника банкротом) должница уволена по собственному желанию с 22.08.2022, справка о доходах по форме 2-НДФЛ (приложение № 17) представлена по состоянию на 31.07.2022, т.е. до даты увольнения должника. Сведения о трудовой деятельности (приложение № 18) также содержат информацию об увольнении должника 22.08.2022.

Таким образом, доказательствами, на которые должник ссылается в обоснование раскрытия информации о своих доходах, ее доводы о неверном выводе суда первой инстанции о сокрытии доходов должником не подтверждаются.

Ссылка ФИО2 на соблюдение должником принципов добросовестности, взаимодействие с финансовым управляющим опровергается следующими установленными судом фактами: не исполнение требования финансового управляющего от 28.07.2025 о возвращении денежных средств в конкурную массу, намеренное уклонение от погашения требований кредиторов (в связи с заключением фиктивного договора аренды и не перечислением денежных средств в конкурную массу), сокрытие доходов.

Судом апелляционной инстанции также установлено неоднократное продление срока процедуры реализации имущества по ходатайству финансового управляющего в связи с не рассмотрением судом первой инстанции требования должника об исключении из конкурсной массы денежных средств на аренду жилого помещения, от которого должник в последующем отказалась. Также в ходатайстве о продлении срока реализации имущества от 06.03.2024, в последующих ходатайствах об отложении процедуры реализации имущества финансовый управляющий указывал на невнесение должником денежных средств в конкурсную массу, т.е. продление срока реализации имущества, в том числе, было обусловлено недобросовестными действиями должника.

Сведения о доходах должника за всю процедуру банкротства с документальным обоснованием; сведения о месте жительства с документальным обоснованием представлены в материалы дела представителем должника лишь 29.11.2024, при том, что производство по делу о банкротстве возбуждено определением от 01.11.2022, процедура реализации имущества в отношении должника открыта 16.01.2023.

Протокольным определением от 19.05.2025 суд первой инстанции обязал должника представить в материалы дела, в том числе, следующие доказательства: обоснование не передачи в конкурсную массу денежных средств в период с января 2023 года по май 2023 года; сведения об источниках происхождения денежных средств в сентябре 2024 года для передачи в конкурсную массу; пояснения о том, каким образом должник внес денежные

средства на счет через терминал, если все банковские карты должны были быть переданы финансовому управляющему.

Указанные истребуемые судом доказательства и пояснения должником в материалы дела не представлены.

В ходатайстве о завершении срока реализации имущества финансовый управляющий указал на установленные им факты недобросовестного поведения должника, вопрос о возможности освобождения ФИО2 от долгов оставил на усмотрение суда.

Данные обстоятельства в их совокупности позволяют прийти к выводу о том, что процессуальная модель поведения, которую избрал должник, в обход действующего законодательства, требований суда и финансового управляющего, расходование средств, сверх полагающегося прожиточного минимума, причитающегося конкурсной массе, свидетельствует о недобросовестности должника, который действовал намеренно в ущерб имущественным интересам кредиторов и создал ситуацию, при которой кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника хотя бы частично, т.е. за счет денежных средств, поступивших в распоряжение должника и израсходованных им по своему усмотрению.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что фактически осуществляя расходование денежных средств в обход процедуры банкротства, должник нарушил порядок оборота денежных средств и тем самым злоупотребил своими правами, что прямо запрещено пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что выводы суда первой инстанции о не раскрытии должником сведений о наличии имущества должника либо о наличии доходов у должника, связаны в первую очередь с установленным судом фактом невнесения должником в конкурную массу разницы между суммами дохода (заработной платой) и прожиточным минимумом, а не с тем фактом, что должник, являясь пенсионером и получая доход в виде пенсии, не осуществляет трудовую деятельность.

В оспариваемом судебном акте отмечено, что трудоспособный гражданин, попавший в трудную жизненную ситуацию, тем не менее, должен принимать все возможные меры к получению доходов с целью погашения своих долгов: трудоустройство, повышение квалификации, изменение специализации, переход на более скромный уровень потребления (например, в части автотранспорта, жилья, отдыха и пр.).

Вместе с тем, само по себе неосуществление трудовой деятельность не ставилось в вину должнику, не расценивалось судом первой инстанции как недобросовестное поведение ФИО2, а лишь обоснованно учтен факт прекращения трудовой деятельности должника, находящегося в процедуре банкротства. Обоснованных пояснений указанным обстоятельствам должником не приведено.

В апелляционной жалобе должник выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о мнимости договора аренды, ФИО2 полагает о своем праве заключить договор аренды в процедуре банкротства, при наличии временной регистрации по месту жительства в арендуемом помещении, и праве, соответственно, расходовать денежные средства на найм жилого помещения.

По указанным доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, суд может дополнительно исключить из конкурсной массы имущество гражданина общей стоимостью не более 10 000 рублей (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве). В исключительных случаях, в целях обеспечения самого должника и лиц, находящихся на его иждивении, средствами, необходимыми для нормального

существования, суд по мотивированному ходатайству гражданина вправе дополнительно исключить из конкурсной массы имущество в большем размере (например, если должник или лица, находящиеся на его иждивении, по состоянию здоровья объективно нуждаются в приобретении дорогостоящих лекарственных препаратов или медицинских услуг и исключенной из конкурсной массы суммы недостаточно для покрытия соответствующих расходов). При этом должен соблюдаться баланс интересов должника, лиц, находящихся на его иждивении, с одной стороны, и кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения за счет конкурсной массы, с другой стороны.

В соответствии с позицией, изложенной в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 12.07.2007 N 10-П, конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства, как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенность минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи; при определении размера удержания из источника дохода, являющегося для должника единственным источником существования, надлежит учитывать, в числе прочего, размер этого дохода с тем, чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования.

Как разъяснено в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Из вышеизложенного следует, что предоставление должнику имущественного (исполнительского) иммунитета (в виде исключения из конкурсной массы) не может быть для должника более выгодным при применении процедуры банкротства, чем при исполнении исполнительного документа в порядке, предусмотренном Законом об исполнительном производстве.

Механизм обеспечения должника денежными средствами, направленный на текущее поддержание минимально необходимого уровня его жизни в период проведения процедуры банкротства, не может быть реализован посредством накопления соответствующих денежных средств, в том числе путем их ретроспективного удержания; поступившие на счет должника денежные средства, за вычетом сумм выплаты, причитающейся должнику в текущем периоде (месяце), составляют конкурсную массу и подлежат распределению в установленном законом порядке (на оплату текущих расходов на процедуру, осуществление расчетов с кредиторами).

Учитывая изложенное, вопреки доводам должника, исключение из конкурсной массы денежных средств, составляющих оплату аренды за прошлые периоды, является недопустимым, так как данные денежные средства являются целевыми - на текущее содержание должника и лиц, находящихся на его иждивении, что не предполагает накопления таких средств за истекший период.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что доказательств фактического пользования арендованным жилым помещением в материалах дела также не содержится.

Сам по себе договор аренды жилого помещения не свидетельствуют о передаче этого помещения должнику.

Представленные в материалы дела расписки о получении денежных средств за аренду квартиры, не свидетельствуют о реальности договора аренды жилого помещения.

Обстоятельство потребности ФИО2 в получении из конкурсной массы денежных средств на аренду жилья подлежало рассмотрению в обособленном споре в

настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, производство по которому было прекращено в связи с отказом должника от заявленного требования.

К доводам должника об отказе от заявленного требования в связи с отказом арендодателя от представления доказательств реальности аренды, в связи с неуплатой последним налогов, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку данные доводы не подтверждены надлежащими доказательствами.

При наличии разногласий между финансовым управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, относительно указанных выплат и (или) их размера любое из названных лиц вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением о разрешении возникших разногласий. По результатам рассмотрения соответствующих разногласий суд выносит определение (пункт 1 статьи 60, абзац второй пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно статье 1 Федерального закона от 24.10.1997 N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" величина прожиточного минимума представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, включающей минимальные наборы продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, а также обязательные платежи и сборы.

Прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов.

Поскольку наем жилья и оплата коммунальных услуг представляют собой часть непродовольственных услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, необходимо признать, что соответствующие расходы уже учтены в величине установленного законодателем прожиточного минимума.

Однако в том случае, если должник претендует на содержание в размере, превышающем прожиточный минимум, соответствующие жизненные потребности должны быть подтверждены путем представления необходимых доказательств.

Как ранее было указано, такие доказательства должником в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед кредиторами не имелось.

Ссылки ФИО2 на отсутствие доказательств наличия признаков преднамеренного, фиктивного банкротства, не имеют правового значения при рассмотрении настоящего спора, поскольку указанные в абзаце третьем пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве обстоятельства, являются самостоятельным основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств.

Указание должником на иную судебную практику в подтверждение правомерности своей позиции в настоящем деле является ошибочным и не может быть принято во внимание, так как приведенные им дела не имеют для настоящего спора преюдициального значения и приняты по обстоятельствам, не тождественным установленным по настоящему делу.

Действительно, в настоящее время правоприменительная практика, сформированная в Верховном Суде Российской Федерации, исходит из того, что совершение должником неразумных действий не является основанием для его не освобождения от обязательств перед кредиторами и лишь установление судами в различных обособленных спорах злоупотребления правом должником, совершение им злонамеренных действий, влечет его не освобождение от обязательств перед кредиторами.

Вместе с тем, в данном случае судами первой и апелляционной инстанций установлены признаки злонамеренного противоправного поведения должника ФИО2, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Следовательно, ссылка должника на такую практику преследует цель избежать негативных последствий собственного недобросовестного поведения.

При указанных обстоятельствах, апелляционный суд пришел к выводу о том, что предусмотренные пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве основания для применения к должнику правил об освобождении от обязательств перед кредиторами отсутствуют, следовательно, апелляционная жалоба должника удовлетворению не подлежит.

В апелляционной жалобе заявителем не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «10» декабря 2025 года по делу № А33-24745/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий И.В. Яковенко Судьи: Е.А. Шадчина В.В. Радзиховская