АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 января 2022 года

Дело №

А56-51029/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Бычковой Е.Н., Кравченко Т.В.,

при участии от ФИО1 представителя      ФИО2 (паспорт и доверенность от 19.08.2019), от ФИО4 представителя ФИО3 (паспорт),

рассмотрев 18.01.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 по делу № А56-51029/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.05.2019, принятым по заявлению должника, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4.

Решением от 09.12.2019 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением от 29.03.2021, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021, реализация имущества ФИО4 завершена, к должнику применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением обязательств перед ФИО1, установленных решениями Всеволожского городского суда Ленинградской области от 19.12.2014 по делу № 2-4000/2014, от 08.12.2015 по делу № 2-5579/2015 и от 28.02.2017 по делу № 2-725/2017. 

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от 29.03.2021 и постановление от 13.10.2021.

Податель жалобы настаивает на том, что не принимала участия в заключении сделок купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, корпус 1 (далее -  квартира) и не распоряжалась вырученными денежными средствами, вырученными от ее реализации; выручка от повторной продажи квартиры передана наследникам ФИО6 

ФИО4 указывает, что приняла все зависящие от нее меры по истребованию денежных средств от ФИО7

Податель жалобы полагает, что действовала добросовестно, сотрудничала с финансовым управляющим и судом, представила достоверную информацию о себе и своем имущественном положении, отмечает, что непогашенная задолженность возникла не в результате уклонения от ее погашения, а вследствие объективного банкротства.

В отзыве ФИО5 оставил разрешение вопроса об удовлетворении кассационной жалобы на усмотрение суда, указав на отсутствие у должника объективной возможности погасить задолженность перед ФИО1 

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержала доводы изложенные в кассационной жалобе, а представитель ФИО1 просила оставить ее без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность судебных актов проверена в кассационном порядке в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом), ФИО4 указала на наличие у нее непогашенной кредиторской задолженности в размере 5 311 342 руб.         82 коп., в том числе задолженности перед ФИО1 в размере       5 198 477 руб. 39 коп., установленной решением Красносельского районного суда Санкт—Петербурга от 22.03.2013 по делу № 2-3/2013, решениями Всеволожского городского суда Ленинградской области от 19.12.2014 по делу   № 2-4000/14, от 08.12.2015 по делу № 2-5579/15, от 28.02.2017 по делу № 2-725/2017 и определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 29.04.2015 (№33-2003/2015).

Указанная задолженность возникла в результате признания вступившим в законную силу решением Красносельского районного суда от 22.03.2013 недействительным договора купли-продажи квартиры от 10.12.2010 (далее – договор купли-продажи) по иску бывшего супруга ФИО4 – ФИО6. Договор купли-продажи был заключен между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель), и признан  судом недействительным по тем основаниям, что на момент совершения сделки ФИО6 не мог руководить своими действиями и осознавать их значение. 

Впоследствии ФИО1 обратилась во Всеволожский районный суд с иском к ФИО6 и ФИО4 о взыскании в качестве неосновательного обогащения 3 280 000 руб., уплаченных по договору купли-продажи. Требование к ФИО4 адресовано кредитором с указанием на то, что она участвовала в оформлении договора купли-продажи как доверенное лицо ФИО6, который, при этом, лично подписал указанный договор и расписку о получении платы за квартиру. 

Решением от 19.12.2014 по делу № 2-4000/14, оставленным без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 29.04.2015, спорная сумма с начислением на нее процентов за пользование чужими денежными средствами, в общем размере 4 230 106 руб. взыскана с ФИО4, так как суд пришел к выводу о том, что ФИО6, в силу его состояния, не мог получить денежные средства по договору купли-продажи. 

Последующими решениями Всеволожского районного суда от 08.12.2015 по делу  № 2-5579/15 и от 28.02.2017 по делу № 2-725/2017 с должника в пользу ФИО1 также взысканы проценты за пользование суммой, взысканной с нее в качестве применения последствий недействительности договора купли-продажи. 

Установив, что дохода ФИО4 недостаточно для погашения имеющейся у нее задолженности, суд признал должника несостоятельным (банкротом).

Как следует из отчета финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества должника от 16.02.2021 в ходе процедуры банкротстве, признаны обоснованными требования двух кредиторов: ФИО1 в размере 3 106 178 руб. 69 коп. основного долга и  2 043 039 руб. 34 коп. процентов и публичного акционерного общества «Сбербанк России» в размере 27 926 руб. 10 коп. основного долга и 944 руб. 92 коп. процентов.

Конкурсная масса не сформирована, требования кредиторов не погашены.

Ссылаясь на отсутствие возможности для дальнейшего формирования конкурсной массы для расчетов с кредиторами, финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, просил применить к ФИО4 правила об освобождении ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Конкурсный кредитор ФИО1 заявила возражения против освобождения ФИО4 от исполнения обязательств перед нею, ссылаясь на то, что ФИО4 завладела принадлежащими кредитору денежными средствами при заключении договора купли-продажи квартиры, и не произвела их возврат, при том, что имела такую возможность. Об этом, по мнению кредитора, свидетельствовали следующие обстоятельства: реализация ФИО4 возвращенной ФИО6 квартиры после его смерти и передача вырученных денежных средств не кредитору, а наследникам; непринятие ФИО4 мер по взысканию в ее пользу задолженности с ФИО7 в размере 4 753 156 руб. 94 коп., частично установленной решениями Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 11.04.2012 по делу № 2-962/2012 и от 16.05.2016 по делу № 2-2560/2016. ФИО1 отметила, что ФИО4 не заявила требований к ФИО7 в деле о его банкротстве № А56-93651/2017, и определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2018 по указанному делу процедура реализации имущества ФИО7 завершена с освобождением его от исполнения обязанностей перед кредиторами.

Кроме того, ФИО1 считает, что ФИО4 скрыла от финансового управляющего и кредитора источники своего дохода, а именно полученные от кредитных организаций заемные денежные средства.

Возражая относительно позиции кредитора о неприменении к ней правил о дальнейшем освобождении от исполнения обязательств, ФИО4 настаивала на том, что договор купли-продажи заключался с ведома        ФИО6, с целью получения денежных средств на лечение их общей дочери, получение денежных средств от ФИО1 отрицала. 

В отношении реализации квартиры после смерти ФИО6, должник пояснила, что принимала участие в сделке от имени одного из наследников – дочери ФИО6, постоянно проживающей на территории Дании. Полученные от реализации наследственного имущества денежные средства, причитающиеся дочери ФИО6 внесены на ее банковский счет посредством использования аккредитива.

В отношении требования к ФИО7 должник пояснила, что приняла все зависящие от нее меры по получению задолженности: обратилась  в суд о ее взыскании и за принудительным исполнением судебного акта о взыскании, а также в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении в отношении ФИО7 уголовного дела в связи со злостным уклонением от оплаты задолженности. При этом, в деле о банкротстве ФИО7 конкурсная масса сформирована на 9 000 руб.

Согласно утверждению ФИО4 ее единственным доходом является пенсия, из которой удерживается 50% в счет исполнения обязательств перед ФИО1

Финансовый управляющий в ходе рассмотрения вопроса о применении к ФИО4 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед должником подтвердил, что по результатам анализа банковских выписок должника, получение ею денежных средств, помимо заявленной ею пенсии, не установлено.

Отказывая в применении к должнику правил о его освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, суд первой инстанции посчитал установленным указанными выше судебными актами факт получения    ФИО4 денежных средств от реализации квартиры, а также указал на бездействие должника, выразившееся в неудержании денежных средств от реализации квартиры наследниками ФИО6 после его смерти и неперечислении их собственному кредитору. Кроме того, суд согласился с доводами кредитора о том, что должник не приняла всех мер по получению исполнения от ФИО7

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Проверив доводы, приведенные в кассационной жалобе, изучив материалы дела, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), предусмотрены следующие основания, исключающие освобождение гражданина от обязательств: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По смыслу приведенных положений следует, что допущенное нарушение должно быть грубым или умышленным, прямо направленным на причинение вреда кредитору.

Также, правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами не подлежат применению в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), тогда, когда будет подтверждено, что должник при вступлении в гражданско-правовые отношения с кредитором, злоупотребил своими правами, в частности, принял на себя обязательства, которые не имел намерения исполнить в установленном законом или договором порядке, либо иным образом уклонился от такого исполнения во вред кредитору (кредиторам), а в процедурах банкротства должника эти кредиторы не получили законного удовлетворения своих требований.

Указанное соответствует правовой позиции, отраженной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, согласно которой, в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении № 45, суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности (банкротстве) граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, направлены на исключение возможности получения такими должниками несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

В данном случае, кассационный суд не может согласиться с выводами судов о том, что из указанных ими доказательств следует недобросовестность ФИО4 при возникновении обязательства перед ФИО1 либо в ходе процедуры банкротства. 

По результатам оспаривания договора купли-продажи недобросовестности ФИО4 по отношению к истцу – ФИО6 или ФИО1 достоверно не установлено. Вывод суда о взыскании денежных средств, полученных от кредитора за Квартиру именно должником, основан лишь на том факте, что суд подверг сомнению возможность их получении лично ФИО6 в силу его болезненного состояния. Умысла ФИО4 на получение неосновательного обогащения от заключения договора купли-продажи, каких-либо обстоятельств получения ею имущественной выгоды от этой сделки судами не установлено. В рамках дела о банкротстве такого рода доказательств также не представлено.

Вывод судов о неправомерном распоряжении ФИО4 денежными средствами, полученными от реализации квартиры ФИО6 после его смерти, суды вместе с тем не указали законные основания, позволявшие должнику осуществить такого рода действия, принимая во внимание, что она каким-либо правом ни в отношении квартиры, ни в отношении вырученных за нее наследниками денежных средств не обладала. Представлении интересов одного из наследников при реализации квартиры после смерти ФИО6 имущественным правом на полученные от ее продажи суммы ФИО4 не наделяло, и доводы должника о том, что денежные средства от реализации квартиры после смерти ФИО6 переданы его наследникам не опровергнуты ни кредитором, ни судами.

Вывод судов о том, что ФИО4 не приняла меры по получению причитающейся в ее пользу задолженности от ФИО7, сделан без учета всей совокупности установленных обстоятельств, а именно совершенным должником действиям по получению долга, равно как и обстоятельств, выявленных в деле о банкротстве ФИО7 - отсутствии у него имущества для расчетов с кредиторами по итогам осуществления в отношении него процедур в деле о его банкротстве.

Суды не указали, какие именно меры, не принятые должником, могли бы быть эффективными для получения исполнения от дебитора. 

При этом, кассационный суд приходит к выводу о том, что указанные должником со ссылкой на представленные в материалы дела доказательства действия по взысканию задолженности с ФИО7, факт совершения которых не оспаривался участвующими в деле лицами, соответствуют обычному разумному поведению кредитора при получении долга. 

Добросовестность и сотрудничество должника в ходе процедуры банкротства подтверждено финансовым управляющим и кредитором не оспорены. 

Исходя из изложенного, кассационный суд не может согласиться с выводами судов о том, что со стороны должника имела место недобросовестность при возникновении обязательств перед ФИО1 или иные действия, которые могли бы, в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве послужить основанием для неприменения к ФИО4 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед        ФИО1

Так как все обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами, но, при этом судами неверно применены положения материального права, суд кассационной инстанции считает возможным, не направляя дело на новое рассмотрение, принять судебный акт по существу спора, исключив из  обжалуемой части определения от 29.03.2021 указание на неприменение к ФИО4 правил об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО1 

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 по делу № А56-51029/2019 изменить.

Исключить из резолютивной части определения от 29.03.2021 абзац третий о неприменении в отношении ФИО4 правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора ФИО1.

В остальной части определение от 29.03.2021 и постановление от 13.10.2021 по данному делу оставить без изменения.

 

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

Е.Н. Бычкова

 Т.В. Кравченко