Дело № А39-9905/2021

03 сентября 2024 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 сентября 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прозоровой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «КС БАНК» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 13.05.2024 по делу № А39-9905/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «КС БАНК» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ответчику акционерному обществу «Завод ЖБК-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительными сделками банковских операций по перечислению денежных средств, совершенных со счетов акционерного общества «Завод ЖБК-1», открытых в акционерном обществе «КС БАНК», применении последствий недействительности сделок,

при участии в судебном заседании: от заявителя (конкурсного управляющего акционерного общества «КС БАНК» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов») – представителя ФИО1 по доверенности от 19.02.2024 серии 77 АД № 6294837 сроком действия по 31.12.2025, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «КС Банк» (далее – АО «КС Банк», должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился конкурсный управляющий Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ», конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительными сделками 421 банковскую операцию по перечислению денежных средств, совершенных со счета акционерного общества «Завод ЖБК-1» (далее – АО «Завод ЖБК-1», ответчик) № 40702810500000000281, открытого в АО «КС Банк», в сумме 45 201 646 руб. 53 коп., о признании недействительной сделкой 1 банковскую операцию по перечислению денежных средств, совершенных со счета АО «Завод ЖБК-1» № 40702810700080000205, открытого в АО «КС Банк», в сумме 1500 руб., взыскании с АО «Завод ЖБК-1» в пользу АО «КС Банк» денежных средств в сумме 45 201 646 руб. 53 коп., восстановлении обязательства АО «Завод ЖБК-1» перед АО «КС Банк», включая права АО «КС Банк» на неуплаченные проценты, комиссии, неустойки: по кредитному договору от 17.05.2021 

<

***> в размере 69 200 руб., по кредитному договору от 31.07.2019 

<

***> в размере 290 606 руб. 03 коп., по кредитному договору от 28.06.2021 

<

***> в размере 1 008 500 руб., по кредитному договору от 26.11.2020 

<

***>  в размере 114 419 руб. 87 коп., по кредитному договору от 15.12.2020 

<

***> в размере 42 186 руб. 31 коп., по кредитному договору  от 22.05.2019 

<

***> в размере 54 060 руб. 95 коп., по кредитному договору от 12.08.2019 

<

***> в размере 31 416 руб. 29 коп., по кредитному договору от 29.03.2020 

<

***> в размере 116 794 руб. 07 коп., по кредитному договору от 26.11.2020 

<

***>  в размере 22 450 руб. 69 коп., по кредитному договору 

<

***> в размере 26 986 руб. 31 коп., признании действующими обязательства АО «Завод ЖБК-1» перед АО «КС Банк» по договорам залога от 22.05.2019 № 33, от 31.07.2019 № 59, от 27.11.2020 № 101; восстановлении обязательства АО «КС Банк» перед АО «Завод ЖБК-1» в сумме  45 201 646 руб. 53 коп., взыскании с АО «Завод ЖБК-1» в пользу АО «КС Банк» процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленных на сумму каждой сделки, со дня, следующего за датой ее совершения, по день фактической оплаты долга, по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий АО «Завод ЖБК-1» ФИО2.

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 13.05.2024 отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Оспаривая законность принятого судебного акта, конкурсный управляющий указал, что поскольку на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись обязательства перед другими кредиторами, то совершение должником оспариваемых банковских операций  привело к уменьшению имущества (денежных средств) должника, за счет которого в конкурсном производстве могли быть удовлетворены требования кредиторов, предъявленные в порядке, установленном законодательством о банкротстве. По мнению заявителя, оспариваемые операции совершены при наличии у должника признаков недостаточности имущества, в пользу аффилированного с ним лица, следовательно, оспариваемые операции не являются сделками, совершенными должником в процессе обычной хозяйственной деятельности и подлежат признанию недействительными. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части заявленных доводов.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, приказом Центрального Банка Российской Федерации от 06.08.2021 № ОД-1649 у АО «КС Банк» с 06.08.2021 отозвана лицензия на осуществление банковских операций, приказом Центрального Банка Российской Федерации от 06.08.2021 № ОД-1650 в порядке пункта 2 статьи 189.26 Закона о банкротстве назначена временная администрация по управлению кредитной организацией АО «КС Банк».

Решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 11.11.2021 по делу № А43-9905/2021 по заявлению Центрального Банка Российской Федерации в лице Отделения – Национального банка по Республике Мордовия Волго-Вятского главного управления Центрального Банка Российской Федерации АО «КС Банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение функций конкурсного управляющего должника возложено на ГК «АСВ».

В ходе конкурсного производства конкурсным управляющим установлено, что со счета АО «Завод ЖБК-1» № 40702810500000000281, открытого в АО «КС Банк», в течение 6 месяцев до даты отзыва у банка лицензии совершены 375 банковских операций на общую сумму 39 045 403 руб. 55 коп., а также с указанного счета АО «Завод ЖБК-1» совершено 47 операций в течение месяца до даты отзыва у банка лицензии на общую сумму 6 157 742 руб. 98 коп.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий, ссылаясь на пункты 1 – 3 статьи 61.3, пункт 5 статьи 189.40 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также правовые позиции, выраженные Верховным Судом Российской Федерации, указывает на то, что спорные операция совершены в периоды подозрительности, предусмотренные статьей 61.3 Закона о банкротстве, при наличии признаков недостаточности имущества АО «КС Банк», АО «Завод ЖБК-1» является аффилированным лицом к банку, в связи с чем оспариваемые сделки вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, вследствие чего АО «Завод ЖБК-1» получило преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами АО «КС Банк».

Кроме того, заявитель отдельно выделяет операцию, совершенную со счета АО «Завод ЖБК-1» в АО «КС Банк» 13.07.2021 на сумму 1 000 000 руб. с назначением платежа «Погашение кредита по дог. №103/21 от 28.06.2021» как обладающую самостоятельными признаками недействительности. По мнению конкурсного управляющего, ссылающегося на подпункт 3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, указанная сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности АО «Завод ЖБК-1», поскольку назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществлённых клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительными сделками вышеуказанных операций, совершенных со счетов АО «Завод ЖБК-1», открытых в АО «КС Банк», по перечислению денежных средств, взыскании с АО «Завод ЖБК-1» в пользу АО «КС Банк» денежных средств в сумме 45 201 646 руб. 53 коп., восстановлении обязательства АО «Завод ЖБК-1» перед АО «КС Банк», включая права АО «КС Банк» на неуплаченные проценты, комиссии, неустойки: по кредитному договору 

<

***> от 17.05.2021 в размере 69 200 руб., по кредитному договору 

<

***> от 31.07.2019 в размере 290 606 руб. 03 коп., по кредитному договору 

<

***> от 28.06.2021 в размере 1 008 500 руб., по кредитному договору 

<

***> от 26.11.2020 в размере 114 419 руб. 87 коп., по кредитному договору 

<

***> от 15.12.2020 в размере 42 186 руб. 31 коп., по кредитному договору 

<

***> от 22.05.2019 в размере 54 060 руб. 95 коп., по кредитному договору 

<

***> от 12.08.2019 в размере 31 416 руб. 29 коп., по кредитному договору 

<

***> от 29.03.2020 в размере 116 794 руб. 07 коп., по кредитному договору 

<

***> от 26.11.2020 в размере 22 450 руб. 69 коп., по кредитному договору 

<

***> в размере 26 986 руб. 31 коп., признании действующими обязательства АО «Завод ЖБК-1» перед АО «КС Банк» по договору залога №33 от 22.05.2019, по договору залога №59 от 31.07.2019, по договору залога №101 от 27.11.2020; восстановлении обязательства АО «КС Банк» перед АО «Завод ЖБК-1» в сумме 45 201 646 руб. 53 коп., взыскании с АО «Завод ЖБК-1» в пользу АО «КС Банк» процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленных на сумму каждой сделки, со дня, следующего за датой ее совершения, по день фактической оплаты долга, по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве признание сделок кредитных организаций недействительными по предусмотренным данным законом основаниям осуществляется с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

Сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) (абзац 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В зависимости от того, когда была совершена сделка с предпочтением, Закон о банкротстве определяет различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию (пункты 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) совершены сделки, которые могут быть признан недействительными, или возникли обязательства должника, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются, начиная с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Как следует из материалов дела, временная администрация по управлению АО «КС Банк» назначена приказом Центрального Банка Российской Федерации от 06.08.2021, дело о банкротстве должника возбуждено 20.09.2021.

Судом установлено, что 16.02.2015 между АО «КС Банк» и АО «Завод ЖБК-1» (клиентом) заключен договор банковского (расчетного) счета № 14/2015, предметом которого является открытие клиенту расчетного счета № 40702810500000000281 и осуществление комплексного расчетно-кассового обслуживания клиента в соответствии с действующим законодательством РФ, нормативными актами ЦБ РФ. Содержание услуги комплексного расчетно-кассового обслуживания согласовано сторонами в пункте 1.2 указанного договора и подразумевает наряду с иным ведение счета клиента, осуществление банком переводов денежных средств в рамках форм безналичных расчетов и кассовых операций на основании соответствующих распоряжений клиента.

25.06.2021 между АО «КС Банк» и АО «Завод ЖБК-1» заключен договор банковского (расчетного) счета № 0000205/0008, в соответствии с условиями которого ответчику открыт расчетный счет в валюте Российской Федерации № 40702810700080000205, условия обслуживания счета оговорены в разделе 2 указанного договора.

В период с 09.02.2021 по 05.07.2021 (6 месяцев до назначения временной администрации) со счета АО «Завод ЖБК-1»  № 40702810500000000281, открытого в АО «КС Банк», произведено 375 операций по перечислению денежных средств на общую сумму 39 045 403 руб. 55 коп., то есть в период, установленный в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и 46 операций в период с 06.07.2021 по 02.08.2021(1 месяц до назначения временной администрации) на сумму 6 156 242 руб. 98 коп., то есть в период, установленный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Со счета № 40702810500000000281, открытого в АО «КС Банк», произведена одна банковская операция на сумму 1500 руб., совершенная 06.07.2021, то есть в период, установленный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве

Учитывая дату отзыва у АО «КС Банк» лицензии на осуществление банковских операций – 06 августа 2021 года, указанные операции совершены в периоды подозрительности, предусмотренные пунктами 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, – в течение одного месяца до даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией и в течение шести месяцев до даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий АО «КС Банк» со ссылкой на положения абзаца 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, полагает, что в результате совершения оспариваемых сделок по осуществлению вышеуказанных платежей ответчик получил в полном объеме удовлетворение своих требований, тогда как у банка имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов АО «КС Банк».

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в реестре требований кредиторов АО «КС Банк» по состоянию на 01.09.2023 установлены требования 1113 кредиторов на общую сумму 9 798 980 тыс. руб., в том числе: включены в реестр требования 1110 кредиторов на общую сумму 9 778 980 тыс. руб., из них требования 716 кредиторов первой очереди на сумму 8 804 737 тыс. руб. (из них требования Агентства в размере выплаченного страхового возмещения – 7 700 974 тыс. руб.); 394 кредитора третьей очереди на сумму 974 243 тыс. руб., установлены требования 3 кредиторов на общую сумму 20 000 тыс. руб., предъявленные после даты закрытия реестра.

Конкурсный управляющий полагает, что если бы оспариваемые платежи не были исполнены АО «КС Банк», требования АО «Завод ЖБК-1» подлежали бы пропорциональному удовлетворению в ходе процедуры конкурсного производства в составе третьей очереди реестра требований кредиторов согласно пункту 4 статьи 134 Закона о банкротстве, тогда как в результате совершения оспариваемых операций преимущественно перед другими кредиторами должника, включенными в настоящее время в реестр требований кредиторов, ответчиком получено удовлетворение требования в полном объёме вне рамок дела о банкротстве.

Какие-либо доказательства, ставящие под сомнение реальность правоотношений сторон, в материалы дела не представлены, доводы апелляционной жалобы в указанной части конкурсным управляющим не заявлены.

Переводы денежных средств с расчетного счета по поручениям клиентов относятся к числу операций, регулярно выполняемых кредитными организациями. Они, как правило, совершаются в процессе обычной хозяйственной деятельности банка (статья 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»). Поэтому в деле о банкротстве кредитной организации при оспаривании операции по перечислению этой организацией денежных средств клиента с его счета, открытого в данной кредитной организации, обязанность доказывания факта совершения платежа за пределами обычной хозяйственной деятельности (нетипичности операции) изначально возлагается на конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве). 

Иное распределение бремени доказывания, возможно лишь при наличии презумпций, установленных пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, в частности если клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации. 

В силу положений, закрепленных в абзаце 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Установленные в статье 189.40 Закона о банкротстве особенности оспаривания сделок, совершенных кредитными организациями перед банкротством, не устраняют необходимости доказывания основных признаков, формирующих состав недействительности сделки, в частности, предусмотренных статьей 61.3 Закона банкротстве. По смыслу пункта 1 названной статьи ключевым признаком, характеризующим сделку с предпочтением, является предоставление отдельному кредитору в преддверии банкротства приоритета в погашении его требований за счет имущества должника по сравнению с иными кредиторами. Тем самым, оспаривание сделок с предпочтением направлено на воспрепятствование противоправным действиям по распределению имущества должника с нарушением очередности и на выравнивание шансов всех кредиторов на соразмерное удовлетворение их требований.

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

постановление

 № 63).

Если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется (пункт 9.1 постановления № 63).

Вместе с тем переводы денежных средств по поручениям клиентов относятся к числу операций, регулярно выполняемых кредитными организациями, и, как правило, совершаются в процессе обычной хозяйственной деятельности (статьи 1 и 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»). В связи с этим, исходя из особенностей функционирования кредитных организаций, недействительными подлежат признанию не любые платежи, осуществленные с предпочтением, а только те из них, которые совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности банка. По смыслу пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода за подобные пределы подразумевают наличие недобросовестности ответчика.

Такие переводы могут быть признаны недействительными в двух случаях: если конкурсный управляющий доказал совокупность обстоятельств, составляющих любую из презумпций, закрепленных в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а клиент банка данную презумпцию не опроверг; если конкурсный управляющий по общим правилам о доказывании (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) подтвердил выход оспариваемой банковской операции за пределы обычной хозяйственной деятельности, в том числе подтвердил наличие признаков недобросовестности в поведении клиента банка (например, доказал, что клиент, выдавший распоряжение о перечислении средств, был осведомлен об объективном банкротстве банка; ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковской деятельности, иным образом был осведомлен о финансовых затруднениях должника и т.д.).

Предусмотренные в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности являются опровержимыми.

Таким образом, оспаривающий платежи конкурсный управляющий должен подтвердить наличие условий, составляющих любую из презумпций, указанных в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве. При их доказанности на клиента банка переходит бремя обоснования того, что, несмотря на наличие обстоятельств, составляющих презумпцию, спорная операция была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности.

В ходе рассмотрения дела конкурсный управляющий указал на отсутствие в АО «КС Банк» картотеки неоплаченных платежных поручений клиентов, а также предъявленных и не исполненных в установленный срок платежных документов клиентов на даты совершения оспариваемых платежей. Указанные сведения также приведены в заключении временной администрации от 21.10.2021 № 21057-ВА/ДСП о результатах обследования кредитной организации АО «КС Банк» (пункт 2.2).

Вместе с тем из материалов дела следует, что в 2020-2021 в отношении должника Банком России проводились надзорные мероприятия. По их результатам установлено низкое качество значительной части активов должника и спрогнозирована высокая вероятность появления признаков несостоятельности в случае выполнения должником обязанности по созданию дополнительных резервов по ссудной задолженности.

Конкурсный управляющий полагает, что оспариваемые платежи выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, поскольку совершены при наличии заинтересованности между должником и АО «Завод ЖБК-1». Считает, что ответчик является аффилированным лицом к АО «КС Банк», поскольку ФИО3 является владельцем 100% в уставном капитале АО «Завод ЖБК-1», генеральный директором АО «Завод ЖБК-1» – является акционером АО «КС Банк» с долей 4,56%, членом Совета Директоров Банка. Конкурсный управляющий полагает, что ответчик входит в одну группу лиц с лицами, контролировавшими банк, в связи с чем имел возможность получать информацию о деятельности АО «КС Банк», а также о его активах и обязательствах, поскольку является аффилированным лицом по отношению к банку, которому было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества в силу статьи 19 Закона о банкротстве.

Между тем сам по себе факт указания в списке аффилированных лиц АО «КС Банк» ФИО3 не может являться безусловным основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку юридически значимым обстоятельством в рассматриваемом споре является наличие доказательств того, что именно АО «Завод ЖБК-1» обладало контролем в отношении банка, было осведомлено о наличии пороков при совершении спорных операций по перечислению денежных средств.

Судебная коллегия учитывает, что в абзаце третьем пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» отмечено, что в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

В ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу об отсутствии у АО «Завод ЖБК-1» признаков лица, контролирующего должника. Доказательств, свидетельствующих о том, что правоотношения между сторонами обособленного спора отличались от поведения независимых участников оборота, заявителем в материалы дела не представлено. В материалы обособленного спора заявителем не представлены и доказательства того, что АО «КС Банк» и АО «Завод ЖБК-1» имели общий корпоративный состав, структуру корпоративного участия и управления сторон, которые позволяли бы давать обязательные для исполнения указания и оказывать влияние на деятельность друг друга.

Довод конкурсного управляющего об аффилированности АО «КС Банк» и АО «Завод ЖБК-1», обоснованный владением ФИО3 4,56% акций АО «КС Банк», судом отклоняется, поскольку пакет акций в размере 4,56% не позволял ФИО3 давать АО «КС Банк» обязательные для исполнения указания. Ссылка конкурсного управляющего на то, что ФИО3 – владелец 100% доли в уставном капитале АО «Завод ЖБК-1» и генеральный директором АО «Завод ЖБК-1» – являлся членом совета директоров АО «КС Банк», что также свидетельствует об аффилированности ответчика и должника, судом отклонена.

Так, согласно пункту 4.2 положения о Совете директоров ПАО АККСБ «КС Банк», утвержденному 28.10.2019 внеочередным общим собранием акционеров банка, совет директоров банка избирается в количестве 7 человек.

В соответствии с пунктом 4.2 положения о Совете директоров АО «КС Банк», утвержденному 18.06.2021 годовым общим собранием акционеров банка, совет директоров банка избирается в количестве 5 человек.

Учитывая, что совет директоров АО «КС Банк» является коллегиальным органом, у ФИО3 отсутствовала возможность оказать существенное влияние на деятельность банка и определять его деловые решения. Доказательств обратного вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Вместе с тем вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлены доказательства, подтверждающие фактическую аффилированность участников спора (заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, наличие у АО «Завод ЖБК-1» фактического контроля в отношении АО «КС Банк» или возможности иным образом определять его действия).

Кроме того, в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие заинтересованности между получателями платежей и ответчиком, установленные статьей 19 Закона о банкротстве, статьей 9 Закона № 135-ФЗ, статьей 4 Закона № 948-1, а также наличия контроля в отношении совершенных сделок и влияния на должника.

В судебном заседании апелляционной инстанции убедительные доводы, опровергающие возражения ответчика, в данной части представителем конкурсного управляющего не приведены, соответствующие доказательства не представлены (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, конкурсным управляющим не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что АО «Завод ЖБК-1» на момент совершения спорных операций располагало информацией о том, что произведенные платежи выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396, к сделкам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, то есть о его осведомленности о факте неплатежеспособности (недостаточности средств) должника.

При указанных обстоятельствах, коллегия судей пришла к выводу, что вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не представлено в материалы дела доказательств, свидетельствующих об осведомленности ответика о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату перечисления спорных платежей.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.02.2020 № 372-О со ссылкой на определения Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2013 № 1047-О и 1048-О указано, что положения статьи 61.3 Закона о банкротстве не предполагают вынесение судом решения о признании сделки недействительной по одному лишь такому формальному основанию, как срок ее совершения, и не препятствуют суду при рассмотрении соответствующего дела исследовать по существу и принять во внимание все фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, оценивая имеющиеся в деле доказательства на предмет относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Вытекающие из общих норм гражданского законодательства правила защиты добросовестных лиц не могут нарушаться при реализации участвующими в деле о банкротстве лицами механизма оспаривания названных сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2022 № 305-ЭС20-5289(8), исходя из особенностей функционирования кредитных организаций недействительными подлежат признанию не любые платежи, осуществленные с предпочтением, а только те из них, которые совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности банка. По смыслу пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода за подобные пределы подразумевают наличие недобросовестности ответчика (его осведомленности о финансовых затруднениях должника; исполнение платежа, несмотря на сформированную в банке картотеку и т.д.).

В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (пункт 16 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденные Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016).

Как следует из материалов дела и верно установил суд первой инстанции, переводы денежных средств с расчетного счета по поручениям клиентов относятся к числу операций, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности банка.

В ситуации, когда одна расходная операция привела к предпочтительному получению (расходованию) обществом остатка по его счету, последующая операция, на основании которой на этот же счет поступила денежная сумма из внешних источников, пополнившая корреспондентский счет банка, а значит и конкурсную массу, устраняет данное предпочтение на поступившую сумму. Такой подход соответствует смыслу статьи 61.7 Закона о банкротстве, согласно которой суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если приобретатель по оспариваемой сделке вернул все исполненное в конкурсную массу.

В рассматриваемом случае усматривается, что АО «Завод ЖБК-1» в спорный период использовало расчетные счета в обычном режиме. 

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц АО «Завод ЖБК-1» осуществляет деятельность с 25.07.2002. Основным видом деятельности общества является производство изделий из бетона для использования в строительстве (ОКВЭД 23.61). Кроме того, ответчик осуществляет также такие виды деятельности, как добыча камня, песка и глины (ОКВЭД 08.1), производство изделий из бетона, цемента и гипса (ОКВЭД 23.6), производство строительных металлических конструкций, изделий и их частей (ОКВЭД 25.11).

Со счета АО «Завод ЖБК-1» в периоды подозрительности осуществлялись расходные операции по расчетам с контрагентами, по оплате обязательных платежей в бюджет, иные операции, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности хозяйствующим субъектом.

Из анализа представленной в материалы дела выписки по расчетному счету ответчика следует, что в периоды подозрительности ответчиком осуществлялись не только расходные операции, но и приходные операции. Учитывая назначение платежей, основным источником поступления денежных средств на указанный счет являлись доходы АО «Завод «ЖБК-1» полученные от осуществляемой им предпринимательской деятельности. На дату отзыва у АО «КС Банк» лицензии на осуществление банковской деятельности на счете ответчика № 40702810500000000281 находились денежные средства в сумме 38 697 руб. 64 коп., на счете № 40702810700080000205 – в сумме 2387 руб. 03 коп.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что в действиях ответчика не усматривается отклонения от разумного стандарта поведения в использовании банковского счета при совершении спорных операций.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод заявителя о том, что операция, совершенная 13.07.2021 со счета ответчика № 40702810500000000281 в АО «КС Банк» на сумму 1 000 000 руб. с назначением платежа «Погашение кредита по дог. №103/21 от 28.06.2021» обладает самостоятельными признаками недействительности в силу подпункта 3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа. Настоящий подпункт не применяется к оспариванию платежей, направленных на исполнение денежных обязательств кредитной организации по заключенным с другими кредитными организациями кредитным договорам, договорам банковского счета либо договорам вклада (депозита).

Вместе с тем оспариваемая операция не превысила один миллион рублей, что исключает применение к ней положений подпункта 3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Кроме того, указанная операция по досрочному погашению кредита существенным образом не отличались от аналогичных операций, совершенных АО «Завод ЖБК-1» за пределами периода подозрительности. Доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в действиях ответчика не усматривается отклонения от разумного стандарта поведения в использовании банковского счета при совершении спорных операций.

Как правильно указал суд первой инстанции, довод конкурсного управляющего о нетипичности оспариваемых банковских операций, совершенных в периоды подозрительности, основан только на факте осуществления оспариваемых платежей аффилированным с АО «КС Банк» лицом. Иных (дополнительных) свидетельств нетипичности оспариваемых банковских операций, совершенных со счета АО «Завод ЖБК-1», для АО «КС Банк» и (или) ответчика – клиента банка, которые бы в совокупности указывали на то, что оспариваемые платежи (переводы денежных средств) совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности, заявителем не представлено.

Вместе с тем согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена передаваемого по ним имущества или размер принятых обязательств не превышает одного процента от стоимости активов должника.

Судом установлено, что по данным бухгалтерской отчетности АО «КС Банк», размещенной Центральным Банком РФ на официальном сайте в сети «Интернет», стоимость активов банка по состоянию на 01.02.2021 составляла 12 538 561 тыс. руб., по состоянию на 01.03.2021 – 12 617 670 тыс. руб., по состоянию на 01.04.2021 (последняя размещенная в открытом доступе форма 0409806 отчетности АО «КС Банк») составила 11 517 612 тыс. руб., стоимость активов на 06.08.2021 (дату отзыва лицензии у должника) составила 11 314 768 тыс. руб. Таким образом, сумма каждой оспариваемой операции, осуществленной с расчетного счета АО «Завод ЖБК-1», не превысила 1% стоимости активов должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Любой разумный участник оборота, зная о неудовлетворительном состоянии обслуживающей его кредитной организации, не подвергнет себя не имеющему экономического смысла риску – не будет использовать счета, открытые в такой кредитной организации в обычном режиме, перестанет пополнять их, откроет другие счета в иных кредитных организациях и проинформирует об этом своих контрагентов.

Таким образом, использование АО «Завод ЖБК-1» расчетных счетов для расходования находящихся на нем денежных средств и его пополнения исключает признак предпочтительности совершенных банковских операций. Оспоренные платежи являются ординарными, совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, в действиях ответчика не усматривается отклонения от разумного стандарта поведения в использовании банковских счетов при совершении спорных операций.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что  оспариваемые заявителем операции типичны для клиента кредитной организации, оспариваемые платежи совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании положений статьи 61.2 и статьи 61 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент от стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что спорное перечисление денежных средств с расчетных счетов по поручению клиента относится к числу операций, совершается в процессе обычной хозяйственной деятельности банка, документального подтверждения того, что сделки выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности должника не имеется, учитывая, что размер оспариваемых платежей не превышает один процент балансовой стоимости активов должника, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности материалами дела факта осведомленности АО «Завод ЖБК-1» о наличии у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как согласующимися с нормами права и представленными в материалы дела доказательствами.

Также стоит отметить, что согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При изложенных обстоятельствах, оспариваемые платежи не отклоняются от сложившихся отношений, ранее осуществлявшихся клиентом кредитной организации, и правомерно квалифицированы судом первой инстанции в качестве обычной хозяйственной деятельности, что исключает признание их недействительными сделками на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве или ничтожными в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы жалобы и признает их необоснованными по указанным мотивам.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Иные доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции также проверены и подлежат отклонению как несостоятельные.

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя признаются необоснованными. При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 13.05.2024 по делу № А39-9905/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «КС БАНК» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Н.В. Евсеева

Судьи

Е.А. Рубис

Д.В. Сарри