ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-4966/2020

г. Саратов

28 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 июня 2021 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волковой Т. В.,

судей Антоновой О.И., Жаткиной С.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шавеевой З.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Главы КФХ ФИО1 на решение Арбитражного суда Саратовской области от  14 апреля 2021 года по делу № А57-4966/2020

по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2, г.Энгельс

к индивидуальному предпринимателю Главе КФХ ФИО1, Марксовский район, с.Бородаевка, Саратовская обл.,

Третьи лица: ГУ МВД России по Саратовской обл., Прокуратура Саратовской обл.,

Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по ПФО, МИФНС России №7 по Саратовской обл., Управление федеральной налоговой службы по Саратовской обл.,

о взыскании неосновательного обогащения,

по встречному исковому заявлению ИП Главы КФХ ФИО1 

к ИП ФИО2 

о признании договора - притворной сделкой, признании заключенным договора займа от 20.03.2017,

при участии в судебном заседании представителей сторон: - от индивидуального предпринимателя Главы КФХ ФИО1 представитель ФИО3 по доверенности от 15.06.2020, выданной сроком на 3 года, в материалы дела представлена копия диплома о высшем юридическом образовании.

- индивидуальный предприниматель Глава КФХ ФИО1 лично, паспорт обозревался.

- от Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области представитель ФИО4 по доверенности от 21.01.2021, выданной сроком на 3 года, и ФИО5 по доверенности от 13.11.2019 выданной сроком на 3 года, в материалы дела представлена копия диплома о высшем юридическом образовании.

- от МИФНС России №7 по Саратовской области представитель ФИО4 по доверенности от 13.01.2021, выданной сроком на 1 год, в материалы дела представлена копия диплома о высшем юридическом образовании.

- от индивидуального предпринимателя ФИО2 представитель ФИО6 по доверенности от 03.06.2021, выданной сроком на 1 год, служебное удостоверение адвоката обозревалось.

- от Прокуратуры Саратовской области представитель ФИО7 служебное удостоверение обозревалось

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился Индивидуальный предприниматель ФИО2 с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ, к Индивидуальному предпринимателю КФХ ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 500 000 руб.

Индивидуальный предприниматель КФХ ФИО1 обратилась в арбитражный суд Саратовской области с встречным исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании Договора купли-продажи от 20 марта 2017 года притворной сделкой; признании заключенным Договора займа от 20 марта 2017 года между ФИО1 и ФИО2 на сумму 3 500 000 рублей (заключение которого подтверждается распиской от 20.03.2017г. и получением суммы 3 500 000 руб. безналичным переводом с расчетного счета ИП ФИО2 на расчетный счет ИП КФХ ФИО1); установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям отсутствия на руках у кредитора расписки от 20.03.2017 года; установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям включения обязательства по расписке 20.03.2017 года в обязательства по расписке от 01.05.2018 года.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 14 апреля 2021 года первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме. в удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП КФХ ФИО1 обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель индивидуального предпринимателя Главы КФХ ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель Прокуратуры Саратовской области поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил суд принять законное и обоснованное решение.

Представители МИФНС России №7 по Саратовской области и представитель Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области  просили суд рассмотреть апелляционную жалобу с учетом позиции налогового органа, изложенного в отзыве, а также Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанными с принятием судами мер противодействия незаконными финансовыми операциями, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В суде апелляционной инстанции апеллянт заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

Рассмотрев заявленное ходатайство о назначении судебно-технической экспертизы суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для ее удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; в случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое не имеет заранее установленной силы, и оценивается наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, поэтому требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Учитывая, что назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда, суд, установив, что имеющиеся в деле доказательства позволяют рассмотреть спор по существу, являются достаточными и надлежащими пришел к выводу об отсутствии необходимости для ее проведения.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Арбитражный апелляционный суд в порядке пункта 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд  считает, что судебный акт не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 20.03.2017г. между ИП ФИО2 (покупатель) и ИП Главой КФХ ФИО1 (поставщик) подписан договор купли-продажи № 20//03-1.

Факт подписания указанного договора сторонами не оспаривается.

Пунктами 1.1, 1.3 договора установлено, что  по настоящему договору Поставщик передает Покупателю, принадлежащую ему продукцию собственного производства на сумму 3 500 000 (три миллиона пятьсот тысяч) рублей в собственность, далее «Товар», а Покупатель обязуется принять Товар на условиях настоящего договора.

Поставщик обязан поставить Покупателю товар, соответствующий требованиям, предъявляемым к качеству товара, которые согласовывает с Поставщиком.

Согласно п. 2.1 договора, общая цена договора составляет 3 500 000 руб.

Платежным поручением от 20.03.2017г. № 133 ИП ФИО2 перечислены ИП Главе КФХ ФИО1 денежные средства в размере 3 500 000 руб.

В качестве основания перечисления денежных средств в данном платежном поручении указано: «За товар по договору № 20/03-01 от 20.03.2017г.».

Платежным поручением от 03.05.2017г. № 80 ИП Главой КФХ ФИО1 перечислены ИП ФИО2 денежные средства в размере 1 000 000 руб. В качестве основания перечисления указано: «Возврат за не поставленную продукцию по п/п № 133 от 20.03.2017г.».

Кроме того, 20.03.2017г. ФИО1 была выдана ФИО2 расписка, в соответствии с которой ФИО1 взяла у ФИО2 в долг 3 500 000 руб. под 5% в месяц в срок до 30 ноября 2017 года.

Так же, 01.05.2018г. ФИО1 была выдана ФИО2 расписка, в соответствии с которой ФИО1 взяла в долг у ФИО2 11 760 000 руб. и приняла на себя обязательство по уплате процентов в размере 350000 руб. в месяц с 01 мая 2018 года.

В обоснование уточненных требований ИП ФИО2 указывает, что договор купли-продажи № 20//03-1 от 20.03.2017г. является незаключенным, поскольку в нем сторонами не согласовано условие о предмете договора. Денежные средства, перечисленные ответчику по первоначальному иску по указанному договору в части, не возвращенной платежным поручением от 03.05.2017г. № 80, являются неосновательным обогащением ИП Главы  КФХ ФИО1

Истец по встречному иску указывает, что договор № 20//03-1 от 20.03.2017г. является притворной сделкой, заключенной сторонами с целью прикрыть иную реальную сделку – договор займа на сумму 3 500 000 руб., перечисленных ИП ФИО2 ИП Главе КФХ ФИО1 по расписке от 20.03.2017г. на указанную сумму.

Как указывает истец по встречному иску, задолженность в размере 2 500 000 руб. по расписке от 20.03.2017г. вошла в сумму задолженности, равную 11 760 000 руб. по расписке от 01.05.2018г. и взысканную вступившим в законную силу решением Марксовского городского суда Саратовской области от 04.02.2020 г. по делу № 2-10/2020.

Данные обстоятельства послужили для обращения в суд.

Поддерживая вывод суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения первоначального искового заявления о взыскании денежных средств и об отсутствии оснований для удовлетворения встречного иска, судебная коллегия руководствуется следующим.

Согласно части 1 статьи 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается сторонами, 20.03.2017 г. между ИП ФИО2 (покупатель) и ИП Главой КФХ ФИО1 (поставщик) подписан договор купли-продажи № 20//03-1.

ИП Глава КФХ ФИО1 в суде первой инстанции и доводах апелляционной жалобы указывает, что договор купли-продажи от № 20//03-1 от 20.03.2017 г. является притворной сделкой, заключенной сторонами с целью прикрыть иную реальную сделку – договор займа на сумму 3 500 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Частью 1 статьи 2 ГК РФ установлено, что гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи от № 20//03-1 от 20.03.2017 г. заключен между профессиональными субъектами экономических отношений, несущих ответственность за принимаемые решения и предпринимаемые юридически значимые действия.

Спорный договор подписан сторонами как договор купли-продажи, именно по указанному договору ответчиком по первоначальному иску получена денежная сумма в размере 3 500 000 руб. и именно исходя из получения данных денежных средств ИП Глава КФХ ФИО1 впоследствии по платежному поручению от 03.05.2017г. № 80 произвела частичный возврат в сумме 1 000 000 руб.

Судом первой инстанции верно указано, что платежное поручение является самостоятельным первичным платежным документом, подтверждающим, в том числе, финансовые операции между субъектами экономической деятельности.

В свою очередь, по распискам от 20.03.2017г. и от 01.05.2018г., ФИО1 как физическое лицо (в отсутствие указания на обратное) получила в долг у ФИО2 как физического лица (в отсутствие указания на обратное) денежные средства.

Доказательств наличия какой-либо взаимосвязи между получением ФИО1 денежных средств по указанным распискам и  договором купли-продажи от № 20//03-1 от 20.03.2017г., учитывая факт перечисления денежных средств по указанному договору по платежным поручениям, в материалы дела не представлено.

Бремя доказывания наличия правовых оснований полагать заключенную между сторонами спора сделку мнимой в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложено на ответчика.

В нарушение указанных требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, подтверждающих мнимый или притворный характер сделки, ИП КФХ ФИО1 не представлено.

В свою очередь, ИП ФИО2 указывает, что договор от № 20//03-1 от 20.03.2017г. заключался именно с целью приобретения у ИП Главы КФХ ФИО1 продукции. Однако, ввиду не согласования между сторонами предмета договора, данный договор следует квалифицировать в качестве не заключенного.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Как разъяснено в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165 "Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными", при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что поскольку в указанном договоре сторонами не согласовано существенное условие о предмете, не позволяющее определить наименование и количество товара, то спорный договор является не заключенным.

При этом судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ИП КФХ ФИО1 со ссылкой на обстоятельства, установленные в рамках рассмотрения дела № 2-10/2020 по гражданскому иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа с процентами, встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора займа не заключенным. Аналогичные доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению и судебной коллегией по следующим обстоятельствам.

Судом первой инстанции установлено, что из выводов, изложенных в решении Марксовского городского суда Саратовской области от 04.02.2020г. по делу № 2-10/2020 не усматривается установленной взаимосвязи между  произведенной оплатой по договору купли-продажи от № 20//03-1 от 20.03.2017г. и имевшимися между сторонами финансовыми отношениями по каким-либо договорам займов.

Напротив, апелляционным определением Саратовского областного суда от 28.07.2020г. по делу № 2-10/2020 была установлена неподтвержденность допустимыми доказательствами доводов ФИО1 о том, что денежные средства при составлении расписки от 01.05.2018г. ей не передавались, и фактически имело место оформление предыдущих долговых обязательств.

Суд общей юрисдикции пришел к выводу, что из буквального толкования условий договора займа следует, что 01 мая 2018 года ответчик ФИО1 взяла в долг у истца ФИО2 денежную сумму в размере 1176000 руб. и приняла обязательство по уплате процентов в размере 350000 руб. в месяц с 01 мая 2018 года. В подтверждение получения суммы займа в указанном размере она расписалась собственноручно, то есть самостоятельно совершила действия, направленные на установление прав и обязанностей, вытекающих из договора займа, что подтверждает волю на заключение договора займа. Собственноручное написание расписки ФИО1 не оспаривалось. 

Само по себе наличие иных договоров займа между заимодавцем и заемщиком на момент передачи денежных средств, а также факт оформления кредита в банковского организации, не имеет правового значения для возникновения нового заемного обязательства и не может служить доказательством отсутствия факта передачи денег при заключении нового договора займа.

Кроме того, из содержания расписки от 01 мая 2018 года не усматривается, что она является соглашением об изменении предыдущих долговых обязательств сторон.

Суд общей юрисдикции пришел к выводу, что позиция ФИО1 о том, что в спорных правоотношениях волеизъявление сторон при заключении 01 мая 2018 года договора займа было направлено на изменение предыдущих долговых обязательств не соответствует установленным по делу обстоятельствам и условиям договора займа, изложенным в расписке от 01 мая 2018 года. Между ФИО2 и ФИО1 на протяжении продолжительного периода времени имелись финансовые отношения, в рамках которых они неоднократно заключали договоры займов, иные сделки, не поставленные в соответствии с согласованными сторонами условиями в зависимость от исполнения ранее совершенных сделок.

Частью 3 статьи 69 АПК РФ установлено, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств притворности договора купли-продажи от № 20//03-1 от 20.03.2017г., в связи с чем, встречные требования ИП Главы КФХ ФИО1 в соответствующей части  удовлетворению не подлежат. 

Рассмотрев требования ИП ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 500 000 руб., суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и другие.

Как было указано выше, что платежным поручением от 20.03.2017г. № 133 ИП ФИО2 перечислены ИП Главе КФХ ФИО1 денежные средства в размере 3 500 000 руб.

В качестве основания перечисления денежных средств в данном платежном поручении указано: «За товар по договору № 20/03-01 от 20.03.2017г.».

Судом первой инстанции установлено, что платежным поручением от 03.05.2017г. № 80 ИП Главой КФХ ФИО1 перечислены ИП ФИО2 денежные средства в размере 1 000 000 руб. В качестве основания перечисления указано: «Возврат за не поставленную продукцию по п/п № 133 от 20.03.2017г.».

Поскольку суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор купли-продажи № 20//03-1 от 20.03.2017г. является незаключенным, то перечисленная ИП ФИО2 ИП Главе КФХ ФИО1 сумма в размере 2 500 000 руб. является неосновательным обогащением ИП Главы КФХ ФИО1 и подлежит взысканию в пользу истца по первоначальному иску.

Суд апелляционной инстанции не находит правовых и фактических оснований не согласиться с данным выводом.

В отношении встречных требований ИП Главы КФХ ФИО1 о признании заключенным Договора займа от 20 марта 2017 года между ФИО1 и ФИО2 на сумму 3 500 000 рублей, установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям отсутствия на руках у кредитора расписки от 20.03.2017 года; установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям включения обязательства по расписке 20.03.2017 года в обязательства по расписке от 01.05.2018 года, суд первой инстанции обоснованно пришел к следующим выводам:

Согласно пункту 1 статьи 1 ГК РФ и части 1 статьи 4 ГК РФ, целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав заинтересованного лица.

Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен непосредственно привести к восстановлению нарушенных или оспариваемых прав (статья 4 АПК РФ).

Согласно статье 12 Гражданского кодекса нарушенное гражданское право (законный интерес) подлежит защите способом, указанным в законе.

Из текста статьи 12 Гражданского кодекса следует, что перечень не является исчерпывающим, однако использование других способов защиты права допускается Гражданским кодексом только при наличии прямого указания закона. Иными словами, Гражданский кодекс четко определяет, что защита права может осуществляться заинтересованным лицом только способом, непосредственно поименованным в законе. Следовательно, при обращении в арбитражный суд заинтересованное лицо должно формулировать свои требования исходя из положений статьи 12 Гражданского кодекса.

Судом первой инстанции верно указано, что использование в качестве самостоятельного такого способа защиты как признание договора заключенным законодательством не предусмотрено.

Факт заключенности договора (если таковой имеет место быть) не требует его признания судебным актом, в то же время вопрос о заключенности или незаключенности договора может быть рассмотрен судом при рассмотрении спора в рамках правоотношений, возникающих из этого договора.

Избрание заявителем ненадлежащего способа защиты своего права является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных им требований.

Встречное требование ИП Главы КФХ ФИО1 о признании заключенным Договора займа от 20 марта 2017 года между ФИО1 и ФИО2 на сумму 3 500 000 рублей фактически является обоснованием встречного требования ИП Главы КФХ ФИО1 о признании Договора купли-продажи от 20 марта 2017 года притворной сделкой, заключенной с целью прикрыть реальную сделку займа.

Между тем, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что договор купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1 притворной сделкой не является, а правоотношения займа по договору займа от 20.03.2017г. к предмету настоящего спора не относятся.

В настоящем случае следует отметить, что встречные требования ИП Главы КФХ ФИО1 о признании заключенным Договора займа от 20 марта 2017 года между ФИО1 и ФИО2 на сумму 3 500 000 рублей, установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям отсутствия на руках у кредитора расписки от 20.03.2017 года; установлении обстоятельств прекращения всех обязательств ИП КФХ ФИО1 перед ИП ФИО2 по договору займа от 20.03.2017 года по основаниям включения обязательства по расписке 20.03.2017 года в обязательства по расписке от 01.05.2018 года фактически имеют превентивный характер, направлены на установление юридически значимых обстоятельств, которые могут иметь преюдициальный характер в последующих спорах, а также на преодоление выводов, изложенных во вступивших в законную силу судебных актах судов общей юрисдикции не предусмотренным законом способом.

Кроме того, в силу положений статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), в частности указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Судом первой инстанции установлено, что в обоснование встречных исковых требований ИП Глава КФХ ФИО1 указывает на то обстоятельство, что договор купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1 изначально заключался, в том числе и самой ИП Главой КФХ ФИО1, как притворная сделка с целью прикрыть сделку займа.

Указывая на наличие своей воли на заключение притворной сделки, ИП Глава КФХ ФИО1 фактически констатирует наличие злоупотребления правом со своей стороны, приводя в обоснование своей позиции свои же действия, якобы совершенные в обход норм действующего законодательства.

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции сделал правомерный вывод о злоупотреблении ИП Глава КФХ ФИО1 своими правами при совершении сделки.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности удовлетворения исковых требований ИП ФИО2 в полном объеме и отказе в удовлетворении встречных требований ИП КФХ ФИО1

Доводы апелляционной жалобы о том, что притворность договора купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1 подтверждается аналогичными договорами, заключенными в 2016 году, судебная коллегия отклоняет как необоснованные.

В настоящем споре ИП Глава КФХ ФИО1 не представлены ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций доказательства для квалификации спорного договора купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1 как недействительной сделки по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 Следует отметить, что аналогичные договоры договора купли-продажи, заключенные в 2016 году между теми же сторонами и на которые обращает внимание заявитель, ИП Глава КФХ ФИО1 не оспорены в предусмотренном законом порядке, недействительными в судебном порядке не признаны.

Довод апеллянта о том, что расписка от 20.03.2017 г. на 3 500 000 руб. заключена в тот же день и на ту же сумму, что и договор купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1, правового отношения к рассматриваемому спору не имеет и не свидетельствует о притворности договора купли-продажи.

Довод заявителя апелляционной жалобы о недостаточной оценке судом первой инстанции материалов уголовного дела, со ссылкой на то, что фактически ИП ФИО2 осуществлял деятельность по предоставлению кредитов, коллегия судей отклоняет в силу следующего.

Статьей 49 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Между тем изложенные в апелляционной жалобе доводы  о мошенничестве и вымогательстве ИП ФИО2  не подтверждены вступившим в законную силу приговором суда.

Согласно статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм предоставленные в материалы настоящего дела протоколы допроса свидетелей, протоколы осмотра документов не подтверждают доводов ответчика при рассмотрении арбитражным судом заявления о признании сделки притворной.

 Также не имеют правового значения доводы ИП Главы КФХ ФИО1 о фиктивности договора купли-продажи от 20.03.2017г. № 20//03-1 со ссылкой на мнение аудитора ООО «Финконтрольаудит», данного в аудиторском заключении от 02.03.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2008 N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности" аудиторское заключение - официальный документ, предназначенный для пользователей бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемых лиц, содержащий выраженное в установленной форме мнение аудиторской организации, индивидуального аудитора о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица. 

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу. 

В силу указанной нормы, оценочные суждения аудитора являются только мнением и не свидетельствуют о фактах. 

Не влияют на верно оцененнные выводы суда первой инстанции и доводы апелляционной жалобы о том, что отсутствовала реальная возможность поставки сельхозпродукции со стороны истца ФИО2

Доводы заявителя о нарушении тайны совещательной комнаты носят характер предположения и не нашли своего подтверждения в рамках рассмотрения апелляционной жалобы. Доказательств нарушения тайны совещательной комнаты в материалы заявителем не представлено.

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с правомерными выводами суда первой инстанции и направлены на их переоценку, в связи с чем, они отклоняются судебной коллегией. Надлежащих доказательств или доводов, не выступающих предметом исследования при рассмотрении иска в суде первой инстанции, заявителем не приведено.

На основании вышеизложенного, судебная коллегия считает, что при рассмотрении заявленного иска по существу суд первой инстанции полно всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, в связи с чем, у судебной коллегии нет оснований для изменения или отмены судебного акта.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 14 апреля 2021 года по делу      № А57-4966/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийТ. ФИО8 

СудьиО.И. Антонова

                                                                                                             С.А. Жаткина