﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10469/2019(9)-АК

Дело №А50-29150/2018

22 июля 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Мухаметдиновой Г.Н., 

судей Романова В.А., Чепурченко О.Н.,                           

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А.,   

при участии:

от заявителя жалобы - финансового управляющего Князева Алексея Алексеевича: Машкин В.Ю., доверенность от 09.01.2020, паспорт;

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Шерстобитова Антона Юрьевича: Ильиных А.В., доверенность от 08.11.2017, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу финансового управляющего Князева Алексея Алексеевича

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 28 февраля 2020 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными (ничтожными) сделками договоров займа между Шерстобитовым Антоном Юрьевичем и Мерзляковым Дмитрием Вячеславовичем, оформленных расписками от 09.09.2015 на сумму 11 600 000 руб., от 11.11.2016 на сумму 3 000 000 руб.; о включении требования Шерстобитова Антона Юрьевича в общей сумме 18 069 067,54 руб., в том числе 14 600 000 руб. основного долга по договорам займа (распискам) от 09.09.2015 и от 11.11.2016, 26529000,76 руб. процентов, 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 222 363,86 руб. и 533 802,92 руб. индексации в третью очередь реестра требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела №А50-29150/2018

о признании несостоятельным (банкротом) Мерзлякова Дмитрия Вячеславовича (ИНН 593900899940),

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.10.2018,  после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления без движения, принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «МИР 25» (далее – ООО «МИР 25») о признании Мерзлякова Дмитрия Вячеславовича (далее – Мерзляков Д.В., должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему  делу о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 12.03.2019 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Князев Алексей Алексеевич.

Публикация о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализация имущества гражданина размещена в газете «КоммерсантЪ» от 23.03.2019.

11.04.2019 в арбитражный суд поступило требование  Шерстобитова Антона Юрьевича (далее – Шерстобитов А.Ю., заявитель), в котором, с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения, он просил включить в реестр требований кредиторов должника 18 069 067,54 руб., в том числе: 14 600 000 руб. задолженность по договорам займа (распискам) от 09.09.2015 и от 11.11.2016, 2 652 9000,76 руб. проценты за пользование займом, 60 000 руб. расходы по уплате государственной пошлины, 222 363,86 руб. и 533 802,92 руб. индексации. 

Определением арбитражного суда от 15.04.2019 требование Шерстобитова А.Ю. принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.06.2019 производство по рассмотрению требования  Шерстобитова А.Ю. было приостановлено до вступления в законную силу решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 (до рассмотрения апелляционной жалобы на указанное решение по делу №2-632/2018).

28.08.2019 финансовый управляющий должника Князев А.А. (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными (ничтожными) договоров займа, оформленных расписками от 09.09.2015 на сумму 11 600 000 руб. и от 11.11.2016 на сумму 3 000 000 руб., между должником и Шерстобитовым А.Ю. В качестве правового обоснования заявленных требований финансовый управляющий указал на положения статьи 10, пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.09.2019  заявление финансового управляющего об оспаривании сделок  принято к производству.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.10.2019 производство по требованию Шерстобитова А.Ю., о включении в реестр требований кредиторов должника возобновлено. Этим же определением, в порядке статьи 130 АПК РФ, рассмотрение требования Шерстобитова А.Ю. о включении в реестр требований кредиторов Мерзлякова Д.В. задолженности в размере 18 069 067,54 руб. и заявления финансового управляющего Князева А.А. об оспаривании договоров займа, объединено в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2020 в удовлетворении требований финансового управляющего полностью отказано, в третью очередь реестра требований кредиторов Мерзлякова Д.В. включено требование Шерстобитова А.Ю. в размере 18 069 067,54 руб., в том числе: 14 600 000 руб. задолженность по договорам займа (распискам) от 09.09.2015 и от 11.11.2016, 2 652 9000,76 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами, 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 222 363,86 руб. и 533 802,92 руб. индексации.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий Князев А.А. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении  заявления финансового управляющего о признании договоров займа недействительными (ничтожными) сделками и отказе во включении в реестр кредиторов должника требования Шерстобитова А.Ю., ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также на неверное применение судом норм материального права. 

В апелляционной жалобе ее заявитель ставит под сомнение обоснованность предъявленного к включению в реестр требования, полагая, что представленные кредитором в обоснование договоры займа 09.09.2015 и от 11.11.2016, оформленные в виде расписок, отвечают признакам мнимой сделки. В обоснование данного утверждения указывает на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих то, что финансовое положение Шерстобитова А.Ю. (с учетом его доходов)  позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства  в качестве займов. Представленные в материалы дела договоры купли-продажи садового дома и земельного участка от 06.09.2012 и 01.07.2010, по мнению апеллянта, не могут быть приняты в качестве достаточных доказательств, подтверждающих финансовую состоятельность Шерстобитова А.Ю., поскольку договор купли-продажи садового дома и земельного участка от 06.09.2012 был заключен позднее выдачи предполагаемого займа, при этом, дополнительное соглашение к  указанному договору купли-продажи не зарегистрировано в установленном законом порядке; договор купли-продажи садового дома и земельного участка от 01.07.2010 также не может свидетельствовать о возможности кредитора предоставить займы в размере предъявленного требования, поскольку данный договор  был заключен Шерстобитовой Ларисой Петровной, следовательно, подтверждают финансовое состояние иного лица, приходящегося матерью кредитора. Кроме того, в материалах дела не были представлены какие-либо доказательства того, каким образом Мерзляков Д.В. распорядился полученными в заем денежными средствами. Также приводит доводы о недоказанности кредитором наличия реальных хозяйственных операций с должником, основанных на передаче ему наличных денежных средств в качестве займов, отмечая, что в счет погашения обязательств должником не было проведено ни одного платежа. Кроме того, о мнимом характере оспариваемых сделок также свидетельствует отсутствие в договорах займа условий о начислении процентов по ставке 3,5% в месяц; пассивное поведение со стороны должника при взыскании задолженности в суде общей юрисдикции; истребование задолженности в судебном порядке непосредственно в преддверии возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве; длительное отсутствие претензионной работы со стороны займодавца (кредитора) к заемщику (должнику); отсутствие экономически обоснованной цели совершения сделок, т.к. на момент совершения сделок (11.11.2016), должник уже имел неисполненные обязательства перед Шерстобитовым А.Ю. по договору займа от 09.09.2015, а так же перед иными кредиторами (при значительности суммы займа указанный факт имеет особое значение); атипичное поведение должника при рассмотрении обоснованности требования Шерстобитова А.Ю., который, по сути, является представителем заявителя, всячески поддерживая его требования, создавая тем самым условия, аналогичные условиям дела, рассмотренного в суде общей юрисдикции в 2018 году, что свидетельствует о фактической аффилированности Шерстобитова А.Ю. по отношению к должнику. Указанное свидетельствует о наличии необходимых условий для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) на основании статьи 10 ГК РФ, как совершенных в ущерб интересам должника и его кредиторов, с намерением искусственного противоправного включения в реестр кредиторской задолженности в целях обеспечения наиболее выгодных условий удовлетворения требований отдельного кредитора. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от суда от 06.05.2020, с учетом ограничительных мер, введенных на территории Российской Федерации, в том числе и в Пермском крае, принятых Указов Президента Российской Федерации от 25.03.2020 №206 и от 02.04.2020 №239, Постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 08.04.2020 №821, в целях недопущения нарушения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, в том числе на доступ к правосудию, рассмотрение апелляционной жалобы финансового управляющего  на определение Арбитражного суда Пермского края от 28 февраля 2020 года по делу №А50-29150/2018 было приостановлено. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2020 судебное заседание по вопросу о возобновлении производства по апелляционной жалобе финансового управляющего Князева А.А. и проведении в этом же заседании судебного разбирательства назначено на 15.07.2020.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании апелляционным судом рассмотрен вопрос о возобновлении производства по рассмотрению апелляционной жалобы финансового управляющего Князева А.А. и проведения в этом же заседании судебного разбирательства.

Поскольку обстоятельства, вызвавшие приостановление производства по апелляционной жалобе устранены, производство по апелляционной жалобе финансового управляющего Князева А.А. в соответствии со статьей 146 АПК РФ возобновлено.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего Князева А.А. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене определения суда настаивал.

Представитель Шерстобитова А.Ю. устно против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, предъявляя требование о включении в реестр требований кредиторов должника, Шерстобитов А.Ю. сослался на следующие обстоятельства.

09.09.2015 и 11.11.2016 между Шерстобитов А.Ю. (займодавец) и должником (заемщик) были заключены оформленные в виде расписок договоры займа на сумму 11 600 000 руб.  (расписка от 09.09.2015) и на сумму 3 000 000 руб. (расписка от 11.11.2016).

Как пояснил, Шерстобитов А.Ю., ранее между ним и Мерзляковым Д.В. были заключены договоры займа от 01.09.2012 и от 27.12.2012 (расписка) на общую сумму 5 000 000 руб. под 3,5% в месяц. Поскольку должник денежные средства не возвратил, то по дополнительному соглашению невыплаченные проценты и основной долг были суммированы и учитывались как основной долг с 09.09.2015, по этой причине была оформлена расписка от 09.09.2015. Также, поскольку проценты в дальнейшем не выплачивались, то на невыплаченную сумму процентов была оформлена расписка от 11.11.2016 на сумму 3 000 000 руб., при этом, целесообразность оформления правоотношений именно таким образом осуществлялось для удобства подсчета суммы задолженности и фактически являлись актом признания обязательств по выплате займа и процентов со стороны должника.

Ненадлежащее исполнение Мерзляковым Д.В. обязательств по договорам займа от 09.09.2015 и 11.11.2016, оформленных в виде расписок,  явилось основанием для обращения Шерстобитова А.Ю. в Мотовилихинский районный суд г.Перми с иском о взыскании с должника 14 600 000 руб. основного дога и 2 652 900, 76 руб. процентов за пользование заемными денежными средствами. 

Решением Мотовилихинского районного суда г. Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 с Мерзлякова Д.В. в пользу Шерстобитова А.Ю. взыскана сумма задолженности по договорам денежного займа от 09.09.2015 и 11.11.2016 в размер 14 600 000 руб., проценты за пользование заемными денежными средствами в размере 2 652 900,76 руб. и 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 07.10.2019 по делу №33-10665 решение Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 оставлено без изменения.

На основании решения Мотовилихинского районного суда г. Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 для принудительного исполнения судом выдан исполнительный лист от 09.02.2018 серия ФС №011799924, который был предъявлен взыскателем в Межрайонный отдел судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю, и на основании которого 26.03.2018 было возбуждено исполнительное производство №9228/18/59046-ИП.

Помимо этого, определением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 31.10.2018 по делу №13-335/2018 с Мерзлякова Д.В. в пользу Шерстобитова А.Ю. взыскана индексация в размере 222 363,86 руб. за неисполнение решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018.

После вступления указанного выше определения в законную силу для принудительного исполнения судом выдан исполнительный лист от 31.10.2018 серия ФС №027520902, который был предъявлен взыскателем в Межрайонный отдел судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю, и на основании которого 27.11.2018 было возбуждено исполнительное производство №52389/18/59046-ИП.

Кроме того, определением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 08.05.2019 по делу №13-236/2019 с Мерзлякова Д.В. в пользу Шерстобитова А.Ю. взыскана индексация в размере 533 802,92 руб. за неисполнение решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018. 

После вступления указанного выше определения в законную силу для принудительного исполнения судом выдан исполнительный лист от 08.05.2019. 

Неисполнение заемщиком (должником) обязательств по договорам займа от 09.09.2015 и 11.11.2016, оформленным в виде расписок, послужило основанием для обращения Шерстобитова А.Ю. в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов Мерзлякова Д.В. задолженности, в размере установленном вышеуказанными судебными актами Мотовилихинского районного суда г.Перми в общей сумме  18 069 067,54 руб., в том числе: 14 600 000 руб. основного долга, 2 652 9000,76 руб. процентов за пользование заемными денежными средствами, 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 222 363,86 руб. и 533 802,92 руб. индексации.

В свою очередь, полагая, что заключенные между должником и Шерстобитовым А.Ю. договоры займа от 09.09.2015 и 11.11.2016 являются недействительными (ничтожными) сделками по основаниям, предусмотренным статьей 10, пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением. 

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания оспариваемых договоров займа недействительными (ничтожными) сделками. Кроме того, установив, что наличие и размер, предъявленной в целях включения в реестр требований кредиторов задолженности подтвержден надлежащими доказательствами, признал требования Шерстобитова А.Ю. обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов  должника в заявленном размере - 18 069 067,54 руб. 

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, рассмотрев доводы жалобы, письменных отзывов на нее, апелляционный суд считает, что оснований для отмены определения суда не имеется в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) "(далее - Закона о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой Х «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного закона.  В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

При этом пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" определено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 АПК РФ).

Как было указано выше, обращаясь в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов Мерзлякова Д.В. задолженности в размере 18 069 067,54 руб., заявитель подтверждал ее наличие вступившими в законную силу судебными актами: решением от 09.02.2018 по делу №2-632/2018, определениями от 31.10.2018 по делу №13-335/2018 и от 08.05.2019 по делу №13-236/2019 о взыскании с Мерзлякова Д.В. в пользу Шерстобитова А.Ю. индексации за неисполнение решения суда.

Вместе с тем, наличие решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 о взыскании с Мерзлякова Д.В. в пользу Шерстобитова А.Ю.  основного долга и процентов по договорам займа не исключает возможности оспаривания сделок, на основании которых взысканы денежные средства, в том числе, на предмет их ничтожности в соответствии с положением ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 за 2015 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам при оценке сделки на предмет наличия у нее признаков мнимости предписано учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, при наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При рассмотрении вопроса о мнимости договора займа и документов, подтверждающих передачу денежных средств (в частности, расписки заемщика об этом), суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли их получение в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Кроме того, в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Как было указано выше,  требования кредитора основаны на расписках от 09.09.2015 и 11.11.2016, в которых зафиксировано, что Мерзляков Д.В. получил от Шерстобитова А.Ю. денежные средства в размере 11 600 000 руб. и 3 000 000 руб. соответственно и задолженность по которым взыскана вступившим в законную силу решением  Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018.

В пункте 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Копия такой жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при его наличии), который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается.

Из материалов дела следует, что финансовый управляющий Князев А. А. воспользовавшись данным правом обратился в  Пермский краевой суд   с  апелляционной жалобой на решение Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018, в которой просил данное решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований Шерстобитова А.Ю. о взыскании с Мерзлякова Д.В. задолженности по договорам  займа, одновременно также заявив ходатайство о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы. 

Апелляционным определением Пермского краевого суда от 07.10.2019 по делу № 33-10665 решение Мотовилихинского районного суда г.Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба   финансового управляющего Князева А. А. без удовлетворения.

 При рассмотрении настоящего обособленного спора арбитражным  судом из Мотовилихинского районного суда г.Перми затребованы материалы дела №2-632/2018. 

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности заявителем фактической передачи должнику заемных денежных средств. 

Делая данные выводы, арбитражный суд принял во внимание пояснения Шерстобитова А.Ю., который указал на то, что выдал Мерзлякову Д.В. денежные средства в общей сумме 5 000 000 рублей под 3,5% в месяц по договору займа от 01.09.2012 и расписке от 27.12.2012. Поскольку должник денежные средства не возвратил, то по дополнительному соглашению невыплаченные проценты и основной долг были суммированы и учитывались как основной долг с 09.09.2015, по этой причине была оформлена расписка от 09.09.2015. Также, поскольку проценты в дальнейшем не выплачивались, то на невыплаченную сумму процентов была оформлена расписка от 11.11.2016 на сумму 3 000 000 рублей. Документы оформлялись таким образом для удобства подсчета суммы задолженности и фактически являлись актом признания обязательств по выплате займа и процентов со стороны должника. Денежные средства для выдачи займа у Шерстобитова А.Ю. имелись  после продажи дома с земельным участком (4 000 000 рублей), а также получены от матери после продажи ее садового дома (1 000 000 рублей). Мерзлякову Д.В. денежные средства Шерстобитов А.Ю. передал в целях получения выгоды от выплаты процентов, поскольку на тот момент Мерзляков Д.В. производил впечатление успешного бизнесмена, который (на тот момент) являлся учредителем и генеральным директором группы предприятий, занимавшейся строительством и операциями с недвижимостью. Мерзляков Д.В. сообщил, что денежные средства ему нужны в целях постройки домов на юге России; более того, до этого времени Шерстобитов А.Ю. неоднократно предоставлял займы Мерзлякову Д.В. и последний их возвращал, в связи с чем между ними сложились хорошие отношения и в расписках не были указаны сроки возврата и проценты. Шерстобитов А.Ю. не обладал информацией о неплатёжеспособности должника и принимал меры по истребованию задолженности, в том числе в судебном порядке (в частности: приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество должника).

В качестве документального подтверждения Шерстобитовым А.Ю. представлены копии договора займа от 01.09.2012 на 4 000 000 рублей; расписки от 27.12.2012 на 1 000 000 рублей; договор купли-продажи садового дома и земельного  участка от 06.09.2012 с дополнительным соглашением; договор купли- продажи садового дома и земельного участка от 01.07.2010; расписки от  09.09.2015; расписки от 11.11.2016.

Указанные документы вопреки доводам апеллянта свидетельствуют о том, что у Шерстобитова А.Ю.  имелась финансовая возможность предоставить в 2012 году денежные средства Мерзлякову Д.В. 

При этом, кредитор совершал активные действия по истребованию спорной задолженности, обратившись в суд общей юрисдикции 11.12.2017, то есть фактически за 9 месяцев до возбуждении в отношении   Мерзлякова Д.В. дела о его несостоятельности (банкротстве), ввиду неисполнения должником требований претензии заявителя от 21.08.2017, в рамках гражданского дела №2-632/2018, 26.01.2018 заявил ходатайство о принятии обеспечительных мер (удовлетворено определением суда от 29.01.2018 в части наложения ареста на имущество должника в размере 17 252 900, 76 руб.), взыскивал индексацию за неисполнение решения суда, совершал действия, направленные на  принудительное исполнение судебных актов через службу судебных приставов – исполнителей, 10.09.2018 обратился с заявлением о возбуждении в отношении Мерзлякова Д.В. уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ.  

Для квалификации договора в качестве мнимой сделки должен быть доказан факт его заключения в отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, с той лишь целью, чтобы создать видимость наступления таких последствий Обязательным условием признания сделки мнимой является установление судом порочности воли каждой из сторон. Если же воля одной из сторон договора в действительности направлена на достижение предусмотренного им правового результата, соответствующего содержанию договора, он не может быть квалифицирован как мнимая сделка (Определение ВС РФ от 07.09.2015 г.N 310-ЭС15-7705).

Исследовав имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции также как и суд первой инстанции, приходит к выводу о том, что в данном случае оспариваемые договоры займа (расписки) от 09.09.2015 и 11.11.2016 не могут носить мнимый характер, поскольку стороны желали и достигли правовых последствий в виде предоставления и получения займов, при этом, как пояснил Шерстобитов А.Ю. цель предоставления Мерзлякову Д.В. денежных средств была обусловлена получением выгоды от выплаты процентов, поскольку на даты совершения оспариваемых сделок Мерзляков Д.В. производил впечатление успешного бизнесмена, который являлся учредителем и генеральным директором группы предприятий, занимавшейся строительством и операциями с недвижимостью, кредитором раскрыты обстоятельства сопутствующие заключению и исполнению договоров займа, оформленных в виде расписок, учитывая, что  должник являлся индивидуальным предпринимателем, полученные денежные средства могли быть им использованы в целях осуществления предпринимательской деятельности.

При этом, судом апелляционной инстанции принято во внимание отсутствие доказательств аффилированности Шерстобитова А.Ю.  и Мерзлякова Д.В., из карточки дела о банкротстве № А50-29150/2018 следует, что привлечение Мерзляков Д.В. денежных средств, в том числе от физических лиц  являлось для него  обычным, определениями суда признаны обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника требования кредиторов Рачицкого О.А., Плотникова Е.В., Негуляева В.А. (период предоставления займов 2017 год), Корнилова В. В. (период предоставления займов 2012 год), Горбунова С.Н.

В связи с изложенным, признаки, установленные пунктом 1 статьи 170 ГК РФ для признания спорных сделок недействительными (ничтожными), отсутствуют.

При этом, судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что доводы о мнимом характере договоров займа 09.09.2015 и от 11.11.2016 с указанием в обоснование данного утверждения на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих то, что финансовое положение Шерстобитова А.Ю. (с учетом его доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные требования в качестве займов, на недоказанность того, каким образом Мерзляков Д.В. распорядился полученными в заем денежными средствами; на отсутствие доказательств наличия реальных хозяйственных операций с должником, основанных на передаче ему наличных денежных средств в качестве займов, при том, что в счет погашения обязательств должником не было проведено ни одного платежа; на отсутствие в договорах займа условий о начислении процентов по ставке 3,5% в месяц; длительное отсутствие претензионной работы со стороны займодавца (кредитора) к заемщику (должнику) были предметом исследования Судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда при рассмотрении апелляционной жалобы финансового управляющего Князева А.А. на решение Мотовилихинского районного суда г. Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018 (л.д.167-169 дела №2-532/2018) и отклонены по мотивам, изложенным в принятом по итогам рассмотрения данного дела определении от 07.10.2019 №33-10665.

Таким образом, соответствующие обстоятельства исследовались судом общей юрисдикции, получили оценку, по результатам которой исковые требования Шерстобитова А.Ю. о взыскании задолженности по договорам займа признаны правомерными, что послужило основанием для взыскания с должника денежных средств. В отсутствие факта передачи денежных средств данный судебный акт не мог быть принят, поскольку договор займа носит реальный характер и считается заключенным с момента передачи денежных средств (п. 1. ст. 807 ГК РФ). Доводы финансового управляющего о мнимом характере сделок апелляционной инстанцией отклонены, не установлено оснований для удовлетворения апелляционной жалобы финансового управляющего и отмены решения  Мотовилихинского районного суда г. Перми от 09.02.2018 по делу №2-632/2018.

В соответствии со статьей 16 АПК РФ, статьей 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как указано в абзаце 5 пункта 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения.

Институт преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов подлежит применению с учетом принципа свободы оценки доказательств судом, что вытекает из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти. Если исследованные одним судом обстоятельства по делу привели его к выводу о наличии оплаты по договору, то те же сведения, рассматриваемые в рамках другого дела, вследствие качественного изменения самой совокупности доказательств, их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи могут привести суд к иным выводам о наличии иных фактических обстоятельств, влияющих на внутреннее убеждение суда при их оценке и учитываемых при принятии судебного акта.

Между тем, иная совокупность доказательств, позволяющая суду апелляционной инстанции прийти к выводу о безденежности договоров займа 09.09.2015 и от 11.11.2016 в рамках настоящего дела не установлена.

Таким образом, оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, учитывая, в том числе установленные судом общей юрисдикции в рамках рассмотрения гражданского дела №2-532/2018 обстоятельства, апелляционный суд полагает, что кредитор документально подтвердил финансовую возможность предоставить должнику соответствующие денежные средства в качестве займов. 

Доказательств обратного на момент рассмотрения апелляционной жалобы финансовым управляющим в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено.

Указания апеллянта на наличии в данном случае необходимых условий для признания спорного договора займа недействительной сделкой на основании статьи 10 ГК РФ как совершенного в ущерб интересам кредиторов должника подлежат отклонению. 

Доказательств, подтверждающих наличие признаков злоупотребления со стороны ответчика и должника при заключении оспариваемых договоров, материалы дела не содержат.

Указывая на совершение сделок с нарушением статьи 10 ГК РФ, финансовый управляющий в заявлении приводит лишь нормы права без ссылки на конкретные действия (бездействия) сторон, соответствующих доказательств также не представляет (статьи 9, 65 АПК РФ).

Как установлено ранее, факт получения должником заемных денежных средств по оспариваемым договорам займа (распискам) подтвержден материалами дела. 

В чем именно заключалось злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке – Шерстобитова А.Ю., финансовый управляющий в апелляционной жалобе не указывает.

Исходя из этого, апелляционным судом не установлено наличие правовых оснований для признания рассматриваемой сделки недействительной в порядке статьи 10 ГК РФ.

Кроме того, правовым основанием настоящего заявления финансовым управляющим  указаны также положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, в частности под недостаточность имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 6 названного Постановления).

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Закон о банкротстве устанавливает презумпцию неплатежеспособности гражданина в случае прекращения им расчетов с кредиторами, то есть прекращения исполнения денежных обязательств, срок исполнения которых наступил (абзац 3 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве). Под денежным обязательством закон понимает те обязательства, исполнение которых должно осуществляться путем передачи денежных средств.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку должник являлся индивидуальным предпринимателем, соответственно сделки могут быть оспорены и по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве. 

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 01.10.2018, в связи с чем, исходя из даты оспариваемых сделок (09.09.2015 и 11.11.2016), следует признать, что они подпадают под признаки подозрительности, установленные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела также подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись иные неисполненные обязательства перед другими кредиторами, что подтверждается решениями районных судов о взыскании задолженности с должника и возбужденными в отношении него исполнительными производствами в период с 2014 по 2016 годы.

Кроме того, настоящее дело о банкротстве возбуждено по  заявлению ООО «Мир 25» в связи с неисполнением должником  решения Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20.01.2014 по делу № 2-244, которым с предпринимателя Мерзлякова Д.В. и ООО «Юнито-Риэл» взыскано солидарно в пользу ООО «МИР 25» 28 000 000 руб. Требования ООО «Мир 25» определением суда 12.03.2019 включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника в размере 24 999 000 руб. с учетом частичной оплаты.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемой сделки (действий) должник отвечал признакам неплатежеспособности (п. 1 ст. 213.4 Закона о банкротстве).

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: юридическое лицо, которое является основным или дочерним по отношению к должнику в соответствии с гражданским законодательством; руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет) должника, коллегиальный исполнительный орган должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей, в течение трех лет, предшествующих дате возбуждения производства по делу о банкротстве; работники должника; иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п.п. 11, 15 Постановления Пленума от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" под заинтересованными лицами в данной норме Закона понимаются лица, являющиеся заинтересованными по отношению к должнику и признаваемые таковыми на основании п.п. 1 и 2 ст. 19 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 9 Закон о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В силу положений п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве под заинтересованными лицами по отношению к гражданину (должнику-гражданину) понимаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, сестры и братья супруга.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что должник и Шерстобитов А.Ю. являются заинтересованными либо аффилированными лицами по отношению друг к другу. 

Каких-либо доказательств того, что Шерстобитову А.Ю. было известно об ущемлении интересов кредиторов должника спорными займами либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, заявителем не представлено.

В рассматриваемом случае оспариваемые сделка совершены почти за три и два года до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина Мерзлякова Д.В., и с учетом этого обстоятельства у ответчика не имелось возможности узнать о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности из публикаций, произведенных в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности информированности Шерстобитова А.Ю. о неплатежеспособности должника и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник лишился имущества без предоставления равноценного встречного предоставления либо того, что совершение сделки привело к иным неблагоприятным последствиям в виде уменьшения конкурсной массы и ущемления прав кредиторов, в материалы дела не представлено.

Иных доводов и доказательств, свидетельствующих о причинении вреда имущественным правам кредиторов, финансовым управляющим  не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку наличие совокупности условий, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве заявителем доказано не было, суд первой инстанции правомерно  отказал в удовлетворении заявленных им требований в отношении договоров займа и по данному основанию.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку они направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства. 

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции основаны на полном выяснении обстоятельств по делу, имеющих значение для разрешения настоящего спора. Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Нормы процессуального права применены судом первой инстанции правильно. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2020 финансовому управляющему Князеву А.А. была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, за счет конкурсной массы Мерзлякова Д.В. в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями  110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края  от 28 февраля 2020 года  по делу № А50-29150/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы Мерзлякова Д.В. в доход федерального бюджета  государственную пошлину в размере 3 000 рублей по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края; Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

В.А. Романов 

 

О.Н. Чепурченко