ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-65194/2020

27 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена     21 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Сотова И.В., Титовой М.Г.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 20.10.2021,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-33851/2022) ФИО5 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2022 по обособленному спору № А56-65194/2020/сд.2 (судья  Шведов А.А.), принятое по заявлению ФИО2 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФИО5 о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 29.09.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Определением суда первой инстанции от 10.03.2021, резолютивная часть которого объявлена 10.03.2021, заявление признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6. 

Решением суда первой инстанции от 23.11.2021, резолютивная часть которого объявлена 10.11.2021, ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6 

В суд первой инстанции поступило заявление кредитора ФИО2, который просит: 

- признать недействительным договор купли-продажи от 01.06.2021, заключенный между ФИО5 и ФИО4 (далее - ответчик), в отношении 1/3 долей в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 122 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...>, лит.А, кв.8, кадастровый номер 78:15:0008437:4648, на 3 этаже.

Определением суда первой инстанции от 30.09.2022 признан недействительным договор купли-продажи от 01.06.2021, заключенный между ФИО5 и ФИО4, в отношении 1/3 долей в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 122 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...>, лит.А, кв.8, кадастровый номер 78:15:0008437:4648; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу гражданина ФИО5 указанное имущество.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить. В обоснование указывает, что спорное имущество наделено исполнительским иммунитетом, при этом пунктом 4 договора подтверждается, по мнению должника, равноценное встречное исполнение.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не направлен. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора, на основании договора купли-продажи от 01.06.2022 ФИО5 продал, а ФИО4 приобрела принадлежащее должнику имущество - 1/3 долей в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 122 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...>, лит.А, кв.8, кадастровый номер 78:15:0008437:4648, по цене 3 600 000 руб. 

Обратившись в суд с настоящим заявлением, ФИО2 полагает, что указанная сделка должника по отчуждению объекта недвижимости в пользу ответчика является недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ввиду ее совершения с заинтересованным по отношению к должнику лицом в условиях неплатежеспособности должника, в отсутствие равноценного встречного предоставления должнику, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции, исследовав материалы спора, пришел к выводу о доказанности кредитором наличия у сделки пороков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьей 168 и пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х названного Закона, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Таким образом, с учетом размера требования ФИО2, установленной в реестре требований кредиторов должника, кредитор вправе обратиться в суд с настоящим заявлением.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе. 

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В ходе рассмотрения спора ответчик заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

С настоящим заявлением кредитор обратился в суд первой инстанции 04.08.2022, то есть в пределах годичного срока с момента, когда ему стало известно о наличии оспариваемого договора (об обстоятельствах совершения оспариваемой сделки кредитор узнал 13.12.2021, тогда как сам оспариваемый договор был получен на собрании кредиторов, состоявшемся 03.06.2022).

Доказательств того, что спорный договор мог быть передан кредитору ранее, в материалах дела не имеется и ответчиком в нарушение правил части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено.

В связи с этим заявление ФИО4 о пропуске срока исковой давности обоснованно отклонено судом первой инстанции.

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО5 возбуждено 29.09.2020, тогда как оспариваемая сделка совершена 01.06.2022, то есть после возбуждения дела о банкротстве должника и введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина (10.03.2021), следовательно, подпадает под действие положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Судом первой инстанции установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки ФИО5 прекратил исполнение денежного обязательства перед кредитором ФИО2, предусмотренного договором займа, размер долга составил 9 087 592,58 руб. основного долга и 9 000 000 руб. неустойки,. Указанное требование включено в реестр требований кредиторов и в настоящее время не исполнено, что свидетельствует о наличии у должника на дату совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности. 

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО4 является дочерью ФИО5, то есть, является в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом, следовательно, наличие цели причинения вреда кредиторам и осведомленность о такой цели, а также о признаках неплатежеспособности должника в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презюмируется.

В обоснование причинения оспариваемой сделкой имущественного вреда кредиторам, ФИО2 указал, что должник заведомо продал 1/3 доли принадлежащего ему имущества по заниженной цене заинтересованному лицу – дочери, что повлекло  уменьшение состава имущества должника, в результате реализации которого могли быть погашены требования кредиторов. 

В подтверждение заниженной стоимости имущества кредитором представлен отчет об оценке рыночной стоимости объекта №2115-07.22, согласно которому, на дату отчуждению имущества (01.06.2021), рыночная стоимость квартиры составляла 16 953 986 руб., тогда как 1/3 – 5 651 329 руб. При этом из условий договора купли-продажи от 01.06.2021 следует, что стоимость отчуждаемого имущества составила 3 600 000 руб., что в полтора раза ниже рыночной стоимости, определенной отчетом на 01.06.2021.

Представленный со стороны кредитора Отчет не оспорен, ходатайство о проведении судебной экспертизы не было заявлено ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно принял во внимание заключение эксперта относительно стоимости переданного в рамках оспариваемой сделки имущества, выводы которого не опровергаются иными доказательствами по делу.

Занижение цены реализации доли практически на 20% является существенным, и позволяет сделать вывод об отчуждении доли по существенно заниженной цене, то есть при отсутствии соразмерного предоставления.

Кроме того, сторонами оспариваемой сделки не раскрыты обстоятельства осуществления расчетов по спорному договору, как и не представлены доказательства частичного погашения имеющейся на момент заключения договора купли-продажи кредиторской задолженности перед единственным кредитором ФИО2 денежными средствами, полученными от оспариваемой сделки. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указание в договоре на передачу денежных средств не является безусловным доказательством осуществления расчетов по спорному договору купли-продажи.

Из материалов дела не усматривается, что денежные средства были зачислены на счет должника, равно как должником не представлено пояснений о расходовании данных денежных средств.

В соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами и в силу статьи 9 АПК РФ несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, в отсутствие доказательств оплаты ответчиком стоимости спорного имущества, реальной передачи ответчиком должнику денежных средств в счет оплаты цены договора и доказательств финансовой состоятельности ответчика на момент приобретения спорного имущества в материалы дела, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не доказано предоставление надлежащего предоставления по оспариваемой сделке.

Довод должника об отсутствии иного жилья, пригодного для проживания, судом не принимается, как противоречащий совокупности имеющихся в деле доказательств и отсутствия документальных подтверждений данного довода. 

Согласно правовым позициям, изложенным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 №15-П и получившим свое развитие в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 №303-ЭС20-18761, от 07.10.2021 №304-ЭС21-9542, вопрос об обращении взыскания на единственное жилье может быть рассмотрен в рамках обособленного спора об исключении имущества из конкурсной массы должника и не может быть разрешен в данном случае, так как предметом настоящего спора является установление наличия/отсутствия оснований недействительности оспариваемой сделки. 

С учетом приведенных обстоятельств, суд согласился с доводом заявителя о заключении сторонами оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам единственного кредитора в виде лишения возможности удовлетворения требований за счет выбывшего из актива должника, при этом ответчик в силу своей аффилированности с должником знал о признаках неплатежеспособности последнего и об указанной цели причинения вреда кредитору.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, принимая во внимание обстоятельства того, что спорный договор заключен после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве с заинтересованным лицом в целях вывода имущества из конкурсной массы должника, чем был причинен имущественный вред кредиторам, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недействительности оспариваемой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к выводу о мнимости оспариваемой сделки, поскольку оспариваемый договор заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия по сделке, характерной сделке по купле-продаже недвижимого имущества, сделка по отчуждению имущества должника совершена в пользу ответчика в отсутствие встречного равноценного исполнения с намерением вывести ликвидное имущество во избежание погашения кредиторской задолженности перед единственным кредитором, следовательно, сторонами при совершении оспариваемого договора допущено злоупотребление правом, чем имущественным правам единственного кредитора причинен вред. 

Экономическая целесообразность заключения оспариваемой сделки должником и ответчиком не раскрыта. 

Приведенные обстоятельства подтверждают довод о ничтожности оспариваемой сделки в силу статьи 168 и пункта 1 статьи 170 ГК РФ, что не оспорено со стороны заинтересованных лиц.

Оснований для переоценки данного вывода у апелляционного суда не имеется.

Апелляционная коллегия дополнительно принимает во внимание и то, что оспариваемая сделка заключена после возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве).

В силу абзаца второго пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с предварительного согласия финансового управляющего, выраженного в письменной форме, сделки по приобретению, отчуждению или в связи с возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более чем пятьдесят тысяч рублей, недвижимого имущества, ценных бумаг, долей в уставном капитале и транспортных средств.

Сделки, совершенные без необходимого в силу пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствие согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

Оспариваемая сделка совершена должником после введения процедуры реструктуризации долгов гражданина в отсутствие выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего на заключение договора, что свидетельствует о ее недействительности на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции, правильно применив положения статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, обязал ФИО4 вернуть в конкурсную массу должника долю в спорной квартире.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судебные расходы распределены в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 30.09.2022 по обособленному спору №  А56-65194/2020/сд.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

 

Судьи

И.В. Сотов

 М.Г. Титова