АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9796/21 

Екатеринбург

19 января 2022 г.

 

Дело № А76-13145/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Столяренко Г. М., Кудиновой Ю. В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ТД «Камея» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.07.2021 по делу № А76-13145/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством путем использования системы веб-конференции, приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью ТД «Камея» – ФИО2  (доверенность от  12.07.2021);

общество с ограниченной ответственностью «Производственно - коммерческое объединение «Челябинск-стройиндустрия» – ФИО3  (доверенность от 30.12.2019.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.04.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Южуралнеруд-2» (далее – общество «Южуралнеруд-2», должник).

Определением суда от 11.06.2020 в отношении общества «Южуралнеруд-2» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4.

Решением суда от 27.01.2021 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

Общество с ограниченной ответственностью «Производственно - коммерческое объединение «Челябинск-стройиндустрия» (далее – общество «ПКО «ЧелСи») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 282 689 962 руб. 32 коп., в том числе основной долг – 235 033 441 руб. 96 коп., проценты – 47 656 520 руб. 36 коп.

К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: открытое акционерное общество Челябинский инвестиционный банк «Челябинвестбанк» (далее – Банк), ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Челси» (далее – общество «УК «Челси»), «Региональная горная компания» (далее – общество «Региональная горная компания»).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.07.2021 требование общества «ПКО «ЧелСи» в сумме 55 493 164 руб. 56 коп., из них 51 160 000 руб. – основной долг, 4 333 164 руб. 56 коп. – проценты, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 определение суда первой инстанции от 26.07.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество с ограниченной ответственностью ТД «Камея» (далее – общество ТД «Камея»)   обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и нарушение процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы общество ТД «Камея» указывает на то, что судами при рассмотрении заявленных требований необоснованно не применена правовая позиция, изложенная в  пунктах 5, 6.1 Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, (далее – Обзор от 29.01.2020). Кассатор полагает, что выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии доказательств негативного воздействия кредитора на хозяйственную деятельность должника и транзитного движения денежных средств противоречат фактическим обстоятельствам дела, поскольку соответствующие доказательства были представлены в материалы дела уполномоченным органом, но не были исследованы и оценены судом. Заявитель кассационной жалобы указывает, что из анализа движения денежных средств по расчетным счетам должника и иных заинтересованных лиц следует, что полученные кредитные средства были направлены на погашение требований заявителя по иным кредитным обязательствам, из чего делает вывод об отсутствии оснований для включения суброгационного требований в реестр требований кредиторов должника. Кассатор также отмечает, что включение требований общества «ПКО «ЧелСи» предоставит последнему преимущества мажоритарного кредитора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Банком и обществом «Промышленные технологии» (заемщик) заключен кредитный договор от 24.06.2014 № 221 (с учетом дополнительных соглашений от 24.12.2014 № 1, от 20.01.2015 № 2), по условиям которого банк выдал заемщику кредит в виде кредитной линии в размере 255 800 000 руб. для пополнения оборотных средств под 14% годовых (с 24.06.2014 по 19.01.2015), 17% годовых (с 20.01.2015 до полного выполнения обязательств) со следующими сроками погашения: 30.03.2016 – 40 000 000 руб., 29.04.2016 – 40 000 000 руб., 30.05.2016 – 40 000 000 руб., 30.06.2016 – 40 000 000 руб., 29.07.2016 – 40 000 000 руб.; 30.08.2016 – 40 000 000 руб.

В обеспечение обязательств, вытекающих из приведенного кредитного договора, заключены:

1) договор залога недвижимости (ипотека) от 24.06.2014 № 221/1, по условиям которого общество «ПКО «ЧелСи» передало в залог Банку недвижимое имущество общей залоговой стоимостью 292 750 000 руб., находящееся по адресу: г. Челябинск, Калининский район, в границах улиц Академика Макеева-250-летия Челябинска - ФИО6: земельные участки с кадастровыми номерами 74:36:0601005:34, 74:36:0601005:35, 74:36:0601005:298, 74:36:0601005:300, 74:36:0601005:37 и объекты незавершенного строительства с кадастровыми номерами 74:36:0000000:5320, 74:36:0000000:3074, 74:36:0000000:4977;

2) договоры поручительства от 24.06.2014 № 221/2 и от 23.07.2014 № 221/3, по которым общество «ПКО «ЧелСи» и должник обязались нести солидарную ответственность по обязательствам, вытекающим из кредитного договора от 24.06.2014 № 221.

В целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору от 24.06.2014 № 221 также заключены договоры поручительства с обществами «Региональная горная компания» (от 24.06.2014 № 221/5), «Управляющая компания «Челси» (от 24.06.2014 № 221/6), «Новосмолинская горная компания» (от 24.06.2014 № 221/4) (ликвидировано) и с ФИО5 (от 24.06.2014 № 221/7).

Решением Советского районного суда г. Челябинска от 22.11.2016 по делу № 2-5246/2016 с обществ «Промышленные технологии», «ПКО «ЧЕЛСИ», «Южуралнеруд-2», «Региональная горная компания», «Управляющая компания «ЧелСи», ФИО5 солидарно в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору от 24.06.2014 № 221 в сумме 277 007 574 руб.  35 коп., из них 255 800 000 руб. – основного долга, 18 674 924 руб. 08 коп. – процентов, расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000 руб. с каждого и расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб. с общества «ПКО «ЧелСи». Обращено взыскание на заложенное недвижимое имущество.

В рамках дела о банкротстве общества «ПКО «ЧелСи» реализовано недвижимое имущество, заложенное обществом «ПКО «ЧелСи», на общую сумму 570 041 800 руб., из которых на погашение задолженности перед Банком по кредитному договору от 24.06.2014 № 221 направлена сумма 282 689 962 руб. 32 коп.; денежные средства поступили Банку 08.02.2021.

Согласно справке Банка от 04.06.2021 № 23-426 основная задолженность по кредитному договору от 24.06.2014 № 221 погашена полностью: 1 127 645 руб. 62 коп. – ФИО5 по договору поручительства от 24.06.2014 № 221/7; 17 500 000 руб. – обществом «Нерудтехнологии» по договору поручительства от 21.12.2018 № 221/8; 2 268 912 руб. 42 коп. – заемщиком в ходе процедуры банкротства; 282 689 962 руб. 32 коп. – обществом «ПКО «ЧелСи» за счет реализации залогового имущества и по договору поручительства от 24.06.2014 № 221/2.

Ссылаясь на то, что после исполнения обязательств перед Банком по договору поручительства обществу «ПКО «ЧелСи» в порядке части 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации перешли права кредитора, последний обратился с заявлением о включении требования в сумме 282 689 962 руб. 32 коп. в реестр требования кредиторов должника.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались тем, что согласно положениям статей 361, 363 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. 

При неисполнении, или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора (пункт 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629, если поручитель, исполнивший обязательство перед кредитором за должника, подал заявление о включении его требования в реестр требований кредиторов, арбитражный суд исследует отношения покрытия, то есть мотивы, побудившие поручителя выдать обеспечение (наличие аффилированности, стремление поручителя извлечь максимальную экономическую выгоду от кредитования должника, совместное участие должника и поручителя в производственном проекте, который объективно нуждается в финансировании).

В ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение. 

Выработанные законодательством и судебной практикой критерии для признания обеспечения совместным полностью относятся и к поручительству и к залогу имущества; предоставившие совместное обеспечение лица, в том числе залогодатели, признаются солидарными должниками. При совместном характере предоставленного обеспечения для залогодателя совместным с иными предоставившими обеспечение тех же обязательств лицами (сообеспечителями) является обеспечение исполнения кредитных обязательств в пределах стоимости предоставленного им в залог имущества. 

В отношениях сообеспечителей, с учетом равенства их долей, действуют правила о регрессе: солидарный должник, предоставивший кредитору исполнение в размере, превышающем его долю в обеспечении обязательства, вправе предъявить сумму превышения иным лицам, предоставившим совместное обеспечение, в размере, не превышающем долю каждого из них.

Руководствуясь положениями статей 325, 363, 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, и пунктом 16 Обзора судебной практики № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определив вклад сообеспечителей в погашение требований должника перед Банком и определив долю каждого из данных лиц, приняв во внимание прекращение деятельности обществ «Промышленные технологии», «Новосмолинская горная компания» и перераспределение их долей на иных сопоручителей, суды установили, что размер требований общества «ПКО «ЧелСи» к должнику составляет 55 493 164 руб. 56 коп., из них 51 160 000 руб. 00 коп. – основной долг, 4 333 164 руб. 56 коп. – проценты.

Исследовав материалы дела, и установив, что погашение требований произведено за счет реализации залогового имущества в деле о банкротстве общества «ПКО «ЧелСи» и в период нахождения самого должника в процедуре банкротства,  суды сделали вывод, что  исполнение договора поручительства не  носило компенсационный характер и, соответственно, об отсутствии оснований для применения разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 6.1 Обзора судебной практики, и субординирования заявленных требований. 

Отклоняя доводы кредитора  относительно  транзитного характера  движения  денежных  средств  суд  апелляционной инстанции исходил из того,  что получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с должником, с точки зрения нормального гражданского оборота является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора; доказательства  того, что  требования банка  погашены за счет средств должника, отсутствуют; доказательств выдачи кредитором поручительства с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности в материалы дела не представлено.

Таким образом включая требования общества «ПКО «ЧелСи» в сумме 55 493 164 руб. 56 коп. в реестр требований кредиторов должника в третьей очереди удовлетворения, суды исходили из их обоснованности и отсутствия оснований для применения положений об их субординировании.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что общество «ПКО «ЧелСи» утратило право на предъявление заявленных требований, подлежат отклонению, поскольку в материалы спора представлены сведения о предъявлении исполнительного листа, выданного во исполнение решения Советского районного суда г. Челябинска по делу № 2-5246/2016 в Управление Федеральной службы судебных приставов по Челябинской области.

Суд округа, в свою очередь отмечает, что исковая давность по требованиям сопоручителя к другим сопоручителям начинает течь с момента исполнения им обязательства перед кредитором, но не ранее наступления срока исполнения основного обязательства (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 5 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»). 

Приведенные в кассационной жалобе доводы о необоснованном приобщении к материалам дела дополнительных документов судом округа отклоняются, поскольку по смыслу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца 5 пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разрешение вопроса о принятии дополнительных пояснений и доказательств находится в пределах усмотрения суда апелляционной инстанции и принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.07.2021 по делу № А76-13145/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу  оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ТД «Камея» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                            Г.М. Столяренко 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова