ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А42-8624/2023

03 марта 2026 года

г. Санкт-Петербург

/12 Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 марта 2026 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего

судьи Слоневской А.Ю., судей Серебровой А.Ю., Тойвонена И.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем Дукаевым А.Л.,

при участии: от конкурсного управляющего ООО «Управляющая компания

«Зеленоборский Гарант» ФИО1: ФИО2 по доверенности от

02.02.2026, посредством веб-конференции,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-31218/2025) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Зеленоборский Гарант» на определение Арбитражного суда Мурманской области от 28.10.2025 по делу № А42-8624/2023/12, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Зеленоборский Гарант» к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Зеленоборский Гарант»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде Мурманской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Зеленоборский Гарант» (ОГРН 

<

***>,

ИНН 

<

***>, Мурманская область, р-н Кандалакшский, пгт.Зеленоборский, ул.Магистральная, д.25, далее - Общество). Определением суда от 08.02.2024 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1. Решением суда от 06.06.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий Обществом обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя Общества ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 5 295 737,11 руб.

Определением суда от 28.10.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, заявление удовлетворить, ссылаясь на отсутствие доказательств исполнения ответчиком определения суда об истребовании документов должника. Конкурсный управляющий указывает, что в представленных должником сведениях и документах при

обращении в суд с заявлением о признании банкротом отсутствуют документы, подтверждающие сведения о дебиторской задолженности, что привело к невозможности формирования конкурсной массы за счет взыскания этой задолженности.

Лица, участвующие в деле, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ссылаясь на неисполнение ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и отчетности, а также на совершение сделок и смену управляющей компании конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением по настоящему делу.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что документы переданы конкурсному управляющему, а совершенные сделки и смена управляющей компании не свидетельствуют о недобросовестности ответчика.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,

членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество создано 07.09.2015, основным видом деятельности организации являлось управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе. Согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО3 являлась генеральным директором Общества с 23.08.2022 до признания Общества банкротом. Таким образом, ФИО3 является контролирующим должника лицом.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в

документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как указывает конкурсный управляющий и следует из материалов дела, из данных последней представленной бухгалтерской (финансовой) отчётности (за 2023 год) Общества следует, что у должника имелись активы (финансовые и другие оборотные активы 7 293 тыс.руб.), взыскание которой в рамках процедуры банкротства оказалось невозможным в связи с неисполнением ФИО3 обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему, а именно, полной расшифровки как самой задолженности, так и данных о дебиторах. Других активов у должника согласно бухгалтерской отчетности не имеется. Конкурсный управляющий также указывает на наличие у Общества на момент признания его банкротом оргтехники, которая руководителем конкурсному управляющему не передана.

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 28.08.2025 по обособленному спору N А42-8624-8/2023 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей, печатей и штампов должника от

ФИО3, в частности, истребован перечень дебиторской задолженности. Судебный акт об истребовании документов надлежащим образом не исполнен. Не опровергнуты пояснения конкурсного управляющего о том, что конкретные сведения о дебиторской задолженности не переданы.

В материалах дела отсутствуют доказательства передачи конкурсному управляющему документов, подтверждающих сведения о дебиторской задолженности.

Вопреки доводам ответчика, заявление о признании должника банкротом и приложения к нему не содержат сведений о дебиторской задолженности.

Информация об активе не передана ответчиком конкурсному управляющему, что повлекло невозможность определения и идентификации данных активов.

Между тем, данные активы могли быть направлены на пополнение конкурсной массы должника и удовлетворение требований его кредиторов.

При этом доводы ФИО3 о том, что собственники помещений вовремя и в полном объеме не оплачивают коммунальные услуги, в связи с чем образуется соответствующая задолженность Общества, несостоятельны, поскольку не подтверждены материалами дела, соответствующие расчеты ответчиком не

представлены. При этом в отсутствие сведений о дебиторской задолженности, ее размере и конкретных дебиторах, доводы ФИО3 о «транзитном звене» Общества, обеспечивающим поступление денежных средств ресурсоснабжающим организациям, несостоятельны. Апелляционный суд отмечает, что в квитанциях, выставляемых населению на оплату, содержатся подлежащие оплате услуги, которые оказывает непосредственно управляющая организация и эти средства от населения, вопреки доводам ответчика, поступают в ее непосредственное распоряжение, в том числе на оплату труда работникам управляющей организации и привлекаемых ею лиц и прочие расходы. ФИО3 не раскрыты суду сведения о размере поступивших от населения средств в оплату коммунальных услуг (отопление, электричество, вода, вывоз мусора и т.п.) и раздельно в оплату услуг, оказываемых населению Обществом.

В отсутствие первичных документов Общества конкурсный управляющий лишен возможности оценить масштабы и результаты хозяйственной деятельности Общества, выявить подозрительные сделки должника.

Апелляционный суд отмечает, что бездействие ФИО3 по раскрытию первичных документов Общества, на основании которых формировалась в том числе бухгалтерская программа 1С, свидетельствует о сокрытии ответчиком активов должника, что препятствует конкурсному управляющему формировать конкурсную массу для расчетов с кредиторами.

Установленная законом презумпция невозможности формирования конкурсной массы должника в отсутствие первичных документов должника не опровергнута ФИО3

Материалами дела подтверждается, что ФИО3, вступив на должность генерального директора Общества умышлено не оплачивала налоги в Федеральную налоговую службу и услуги гарантирующим ресурсоснабжающим организациям (АО «АтомЭнергоСбыт», ООО «Кандалакшаводоканал-3»,

ООО «Кандалакшаводоканал-2»), совершав расходы, которые документального подтверждения не имеют, организовала новую управляющую компанию

ООО «Техстандарт», которая, по сути, взяла на обслуживание дома, находившиеся на обслуживании Общества.

Смена управляющей компании, как правило, может быть объяснена стремлением собственников улучшить качество услуг по обслуживанию дома, недовольство бездействием предшествующей управляющей компании и т.п. Однако в рассматриваемом случае непонятны мотивы поведения собственников помещений, которые приняли решение о передаче домов под управление другой организации находящейся под контролем тех же самых лиц, которые и ранее занимались обслуживанием их домов.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 26.01.2022 N 304-ЭС17-18149(10-14) сам по себе осуществляемый контролирующими лицами перевод бизнеса с одного лица на другое, как правило, носит недобросовестный характер, так как зачастую сопровождается неоплатой долгов перед кредиторами первой компании с лишением их возможности получить удовлетворение в банкротных процедурах. Это происходит по той причине, что помимо передачи имущественного комплекса на новое лицо переводятся также персонал и иные бизнес-процессы, в совокупности позволяющие генерировать доход и оплачивать долги перед кредиторами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021

N 305-ЭС21-4666(1,2,4), от 21.10.2021 N 307-ЭС21-5954(2,3).

Обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества,

объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

ФИО3 в своих пояснениях указала, что по состоянию на 01.08.2022 в организации по трудовым договорам и договорам гражданско-правового характера работало 16 человек. Фонд оплаты труда за 3-4 квартал 2022 год составил

3 133,2 тыс. руб., страховые взносы 907,5 тыс. руб. За аналогичный период 2021 год ФОТ 4 007,4 тыс. руб., страховые взносы 859,2 тыс. руб., за аналогичный период 2023 год ФОТ 1 170,6 тыс. руб., страховые взносы 285,8 тыс. руб. Основная часть денежных средств, поступавших с мая 2021 год на расчетный счет Общества расходовалась на выплату заработной платы, т.к. заработная плата в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации в очередности платежей является первоочередной. В случае наличия на расчетном счете оставшихся после выплаты заработной платы средств, кредитная организация списывала денежные средства в принудительном порядке на основании постановлений судебных приставов. В период с мая 2021 года и до момента признания должника банкротом выплата заработной платы сотрудникам, а так же выплата отпускных и расчета при увольнении производилась исключительно через комиссию по трудовым спорам. На момент обращения должника в арбитражный суд банковская картотека составляла сумму 88 293,97 руб.

Согласно пояснениям ответчика, с мая 2021 года финансовая ситуация в Обществе складывалась таким образом, что поступавших денежных средств хватало только на выплату заработной платы и оплату услуг, отсутствие которых, парализует работу организации в целом (электроснабжение офиса, телефонная связь, компьютерные программы (отчетность), минимальное количество материальных запасов), кроме того с января 2022 года работники стали увольняться, что увеличивало расходы в части выплаты компенсации за неиспользование отпуска. При этом обязанность управляющей компании по обслуживанию жилого фонда, находящегося под управлением должника осталась, т.е. необходимость в приобретении материалов для устранения текущих и аварийных заявок населения сохранялась.

В подтверждение указанных доводов ФИО3 представлены оборотно-сальдовые ведомости по счетам, анализ расходов на оплату труда, выписки операций по лицевому счету должника по состоянию на 24.05.2021, на 19.05.2025.

Апелляционный суд критически относится к данным пояснениям

ФИО3, поскольку первичные документы о поступлении денежных средств и их расходованиях в Обществе скрываются ответчиком. Оборотно-сальдовые ведомости сами по себе, не являясь первичными документами о хозяйственных операциях, не подтверждают ни наличие правовых оснований совершения Обществом сделок, ни их размер, ни контрагентов должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с чем руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации.

Ввиду отсутствия первичных документов должника (договоров, актов выполненных работ, актов сверок, универсальных передаточных документов и т.п.) проведение в полном объеме инвентаризации, оценки основных средств должника и работы по взысканию дебиторской задолженности, в том числе с населения,

оказалось невозможным в ходе процедуры банкротства должника, и как следствие затруднено формирование и реализация конкурсной массы.

Из представленных управляющим документов, в том числе бухгалтерских балансов, следует, что у должника имелись активы, в частности, дебиторская задолженность, размер которой сопоставим с суммой кредиторской задолженности, то есть при наличии этих активов (их выявлении, возможности взыскания дебиторской задолженности и т.д.) обязательства Общества могли быть исполнены полностью или в большей их части.

Суд апелляционной инстанции считает доказанной причинно-следственную связь между вменяемыми ответчику действиями, связанными с непредставлением финансово-хозяйственной документации, и невозможностью пополнения конкурсной массы. Сокрытие руководителем должника первичной документации по хозяйственной деятельности должника свидетельствует о незаконности действий, которая на вписывается в рамки добросовестного и разумного поведения руководителя организации.

При изложенных обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене с принятием судебного акта об удовлетворении заявления конкурсного управляющего, установлении оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с приостановлением производства по делу в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика и подлежат распределению по итогам установления размера ответственности.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 28.10.2025 по делу

№ А42-8624/2023/12 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Зеленоборский Гарант».

Приостановить производство по обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Вопрос о возобновлении производства по обособленному спору направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Мурманской области.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий А.Ю. Слоневская

Судьи А.Ю. Сереброва

И.Ю. Тойвонен