АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

03 февраля 2023 года

Дело №

А56-38291/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Боровой А.А., Воробьевой Ю.В.,

при участии от государственного унитарного предприятия «Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга» ФИО1 (по доверенности от 14.10.2022),

рассмотрев 25.01.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу государственного унитарного предприятия «Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 по делу № А56-38291/2019/суб.1,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.02.2017 общество с ограниченной ответственностью «Управление 57», адрес: 195276, Санкт-Петербург, проспект Суздальский, дом 57, литер А, помещение 1Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Определением от 11.12.2020 ФИО2 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей.

Определением от 18.01.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Государственное унитарное предприятие «Топливно-энергетическая компания Санкт-Петербурга» (далее – ГУП «ТЭК СПб», Компания) обратилось 03.11.2020 в суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в размере 12 240 958 руб. 35 коп. 

При рассмотрении обособленного спора Компания уточнила заявленные требования, просила исключить ФИО6 из числа ответчиков и привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4 в размере 4 502 394 руб. 72 коп., ФИО5 в размере 3 240 824 руб. 78 коп., ФИО7 в размере 5 802 687 руб. 80 коп.

Также заявитель просил привлечь в качестве соответчиков ФИО8 и ФИО9, взыскать с ФИО8 2 767 209 руб. 73 коп., а с ФИО9 ?  1 613 147 руб.                 13 коп. 

Определением от 11.05.2022 установлены основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; в части определения размера ответственности производство по заявлению приостановлено до осуществления расчетов с кредиторами. В остальной части в удовлетворении требований отказано. В отношении ФИО6 принят отказ от заявления и производство по нему прекращено.

Частично не согласившись с определением в части отказа в удовлетворении заявления к ФИО5, ФИО7, ФИО9, ФИО8, Компания обжаловала его в апелляционном порядке.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 определение от 11.05.2022 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе Компания просит отменить определение от 11.05.2022 в части отказа в удовлетворении заявления к ФИО5, ФИО7, ФИО9, ФИО8 и постановление от 05.09.2022 в полном объеме, и направить обособленный спор в части привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом и причинение имущественного вреда кредиторам в связи с бездействием по взысканию дебиторской задолженности на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Податель жалобы полагает, что причинно-следственная связь между невозможностью погашения требований кредиторов, возникших после наступления обязанности руководителя должника по обращению в суд, и соответствующего бездействия контролирующего лица презюмируется, и в данном случае указанная презумпция не опровергнута.

Компания не согласна с выводами суда об отсутствии у Общества объективных признаков банкротства по состоянию на 31.12.2017, поскольку по итогам периодов 2016, 2017, 2018 годов по данным бухгалтерской отчетности размер обязательств Общества превышал стоимость его активов; также кредитор ссылается на негативные показатели коэффициентов, выявленные по результатам анализа финансового положения должника, проведенного временным управляющим.

О признаках неплатежеспособности Общества в рассматриваемый период, согласно позиции кредитора, свидетельствует неисполнение обязательств перед кредиторами, чьи требования включены в деле о банкротстве в реестр требований кредиторов: акционерного общества «Петербургская сбытовая компания» (далее – АО «ПСК»), государственного унитарного предприятия «Водоканал СПб» и собственно Компании.

По мнению подателя жалобы, погашение требований одного из кредиторов для предотвращения возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве факта неплатежеспособности не опровергает; задолженность не была погашена в полном объеме и данное дело о банкротстве возбуждено по заявлению того же кредитора – АО «ПСК»; о недобросовестности должника свидетельствует факт смены управляющий компании многоквартирного жилого дома по адресу Санкт-Петербург, Суздальский проспект, 57, литера А на основании протокола от 12.08.2018.

По мнению подателя жалобы, процедуры банкротства должны применяться к управляющим компаниям, осуществляющим эксплуатацию и обслуживание жилых домов, на общих основаниях.

Также, как считает Компания, ею представлены достаточные доказательства бездействия контролирующих должника лиц, выразившегося в необращении с требованиями о взыскании дебиторской задолженности, а при обращении о взыскании такой задолженности требования оформлялись ненадлежащим образом. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий поддержал ее доводы.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы, изложенные в жалобе. 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов подателя жалобы.  

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 19.10.2015, основным видом его деятельности указано управление имуществом за вознаграждение или на договорной основе. 

ФИО8, ФИО4,  ФИО9, ФИО5 последовательно занимали должность единоличного исполнительного органа Общества – генерального директора. ФИО8 являлся генеральным директором должника в период с 24.01.2017 по 04.02.2018; ФИО4 – с 05.02.2018 по 29.06.2018; ФИО9 – с 29.06.2018 по 15.11.2018; ФИО5 – с 15.11.2018 по 15.03.2019; ФИО4 – с 15.03.2019 до момента признания Общества несостоятельным (банкротом).

ФИО7 является единственным участником должника с долей участия 100%.

Как установлено судами, Общество выступало управляющей компанией многоквартирным домом по адресу: Санкт-Петербург, Суздальский проспект, дом 57, литера А (далее – МКД). Лицензия на управление МКД предоставлена Обществу приказом Государственной жилищной инспекции Санкт-Петербурга от 01.02.2016 № 2-л.

Общим собранием собственников МКД от 12.08.2018 принято решение о смене должника на иную управляющую компанию.

Дело о банкротстве Общества возбуждено 08.04.2019 по заявлению                    АО «ПСК» в связи с наличием непогашенной задолженности по договору электроснабжения, установленной решениями Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.10.2018 по делу № А56-82436/2018; от 02.02.2018 по делу № А56-102447/2017, от 21.12.2018 по делу                              № А56-137138/2018 .

Кредитор обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ссылаясь на ухудшение динамики финансовых показателей деятельности должника в 2017, 2018 годах, данные об ухудшении его финансового положения, отраженные в анализе финансовой деятельности Общества, составленном временным управляющим, наличие неисполненных обязательств, установленных вступившими в законную силу судебными актами.

Согласно позиции заявления, на основании бухгалтерской отчетности за 2017 год, по состоянию на 31.12.2017, контролирующее должника лицо должно было установить наличие у него признаки неплатежеспособности, и 01.01.2018 у него возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества. 

В отношении Общества возбуждалось дело о банкротстве                                    № А56-44206/2018 по заявлению АО «ПСК», которое было прекращено определением от 21.05.2018 в связи с частичным погашением задолженности.

Кроме того, Компания заявила о привлечении контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь, в том числе, на непринятие ответчиками мер по взысканию дебиторской задолженности.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя в обжалуемой части суд первой инстанции посчитал, что наличие у Общества объективных признаков банкротства по итогам 2017 года не доказано, в том числе с учетом объективно убыточного характера деятельности управляющей компании МКД.

В отношении доводов относительно бездействия по взысканию дебиторской задолженности суд отметил, что в материалах дела отсутствуют конкретные сведения, подтверждающие наличие такой задолженности.

Апелляционный суд в указанной части согласился с выводами суда первой инстанции.

Оценив законность принятых по делу судебных актов в обжалуемой части, кассационный суд приходит к следующему.

По условиям пункта статьи 61.12 Закона о банкротстве, предусмотрена ответственность руководителя должника за нарушение предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанности по обращению в суд, которая наступает при наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также в случае, когда удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из изложенного следует, что конкретные обстоятельства хозяйственной деятельности должника имеют существенное значение для оценки бездействия его руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве. 

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов); под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, наличие просрочки в исполнении обязательств перед отдельными кредиторами, на которую ссылается Компания, правомерно не принято судами в качестве подтверждения признаков неплатежеспособности должника. Выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии в материалах дела доказательств прекращения исполнения Обществом принятых на себя обязательств перед кредиторами, в том числе с учетом особенностей осуществляемой должником деятельности, подателем жалобы не опровергается.

Равным образом, как правильно отметили суды, убыточность хозяйственного результата деятельности предприятия, отраженная в его бухгалтерской отчетности и в анализе финансовой деятельности должника, негативная структура его баланса не могут быть квалифицированы в качестве признаков недостаточности имущества. 

Конкретных доказательств, что по состоянию на 31.12.2017 Общество не могло за счет принадлежащего ему имущества и имущественных прав рассчитаться с кредиторами, Компания не представила. Доводы заявителя основаны на негативных коммерческих результатах деятельности должника, что обусловлено обычным риском предпринимательской деятельности и не может являться основанием для привлечения контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности. 

Суды правильно отметили, что, имея постоянных доход от дебиторов – конечных потребителей услуг, ответчики обоснованно полагались на наличие возможности осуществить расчеты за поставленные Обществу ресурсы. 

Указанные Компанией доказательства – бухгалтерская отчетность должника и анализ его финансовой деятельности, являлись предметом оценки судов первой и апелляционной инстанции, и переоценка указанных доказательств выходит за пределы рассмотрения дела судом кассационной инстанции, установленных статьей 286 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суды пришли к правильному выводу о том, что Компания не доказала оснований возникновения обязанности контролирующих должника лиц по обращению в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) до такого обращения со стороны конкурсного кредитора. Бремя доказывания данных обстоятельств возлагалось на заявителя.

Исходя из положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, вина контролирующих должника лиц за невозможность осуществления расчетов с кредиторами презюмируется при наличии условий, указанных в пункте 2 приведенного положения.

В отношении указанных в кассационной жалобе ответчиков, на наличие такого рода презумпций заявитель не ссылается. Следовательно, состав субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в обжалуемой части подлежал доказыванию Компанией по общим основаниям части 1 статьи 65 АПК РФ.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 Постановления № 53, согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 18 Постановления № 53 отмечено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) или самого должника.

Суды, оценив доводы Компании о бездействии ответчиков по обращению за взысканием дебиторской задолженности, пришли к выводу о том, что заявитель не доказал причинно-следственной связи между указанным обстоятельством и банкротством Общества, в частности, не представил доказательств наличия конкретной просроченной дебиторской задолженности, в связи с которой от ответчиков требовались бы действия по ее принудительному взысканию, равно как и масштаба такой задолженности, позволяющего сделать вывод о том, что именно бездействие по ее взысканию повлекло банкротство должника. 

Сведения о дебиторской задолженности, возможность получения которой утрачена по причине бездействия ответчиков, что могло бы быть квалифицировано как факт причинения Обществу ущерба, в материалы дела не представлены. 

Отсутствие сведений о конкретной дебиторской задолженности, инициатором взыскания которой мог выступать каждый из ответчиков, не позволяет установить как факт причинения оспариваемым бездействием убытков Обществу, так причинно-следственную связь между причинением убытков и поведением контролирующих должника лиц.

При таких обстоятельствах, суды правомерно отклонили доводы Компании о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности и по этому эпизоду.

Учитывая изложенное, кассационную жалобу Компании следует оставить без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 по делу № А56-38291/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу государственного унитарного предприятия «Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга» - без удовлетворения.. 

 

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

 

А.А. Боровая

Ю.В. Воробьева