СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-16855/2018-АК

г. Пермь

24 декабря 2018 года

Дело № А60-22483/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2018 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 24 декабря 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мармазовой С.И.,

судей  	Даниловой И.П., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Филиппенко Р.М.,

при участии: 

от общества с ограниченной ответственностью «Первая объединенная компания» (ООО «Первая объединенная компания»): Умрихина Л.Г. (паспорт, доверенность от 25.01.2018),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

ООО «Первая объединенная компания»

на  определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 09 октября 2018 года 

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Первая объединенная компания» о включении требования в размере 17 673 454 руб. 96 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьёй Сергеевой Т.А. 

в рамках дела  № А60-22483/2018

о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройторгкомплект» (ООО «Стройторгкомплект», ОГРН 1026602320634, ИНН 6658102732) несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2018 ООО «Стройторгкомплект» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре ликвидируемого должника с открытием процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена Кузакова Ирина Сергеевна (Кузакова И.С.).

Сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 108 от 23.06.2018.

28.06.2018 ООО «Первая объединенная компания» (далее – кредитор) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере     17 673 454 руб. 96 коп., в том числе 17 580 000 руб. основного долга,           93 454 руб. 96 коп. вознаграждения за пользованием суммой займа (с учётом уточнений, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.10.2018  в удовлетворении требования кредитора о включении задолженности в размере 17 673 454 руб. 96 коп. в реестр требований кредиторов должника отказано.

Кредитор, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, разрешить вопрос по существу. В апелляционной жалобе ссылается на то, что факт передачи денежных средств по договору займа №04/07/2014 от 04.07.2014 подтверждён платёжным поручением №37 от 04.07.2014, то есть первичным банковским документом; реальность спорного договора займа и возможность передачи кредитором денежных средств подтверждена, денежные средства фактически были переданы должнику; в предоставлении займа имелась экономическая целесообразность для кредитора; аффилированность лиц сама по себе не свидетельствует о мнимости сделки, недобросовестности действий кредитора и необоснованности требования при наличии доказательств реальности договора займа; злоупотребления правом при заключении спорного договора не имеется; сумма займа была выдана в то время, когда должник был платёжеспособен; у кредитора не было намерения компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника; сумма займа, полученная от кредитора, не являлась единственным источником поступления денежных средств для должника; должником было осуществлено частичное погашение суммы займа, а также производилась ежемесячная оплата процентов за пользование суммой займа. 

В судебном заседании представитель  кредитора доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 04.07.2014 между кредитором (займодавец) и должником (заёмщик) заключён договор займа №04/07/2014, по условиям которого займодавец передаёт заёмщику в собственность денежные средства в сумме 20 000 000 руб., а заёмщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок и уплатить на неё указанные в договоре проценты (л.д. 8-9).

В соответствии с п. 2.1 договора займодавец передаёт заёмщику сумму займа путём перечисления денежных средств на расчётный счёт заёмщика, указанный в настоящем договоре в срок, не позднее 2-х дней с даты подписания настоящего договора. Датой исполнения обязанности займодавца по передаче заёмщику суммы займа считается дата списания денежных средств со счёта займодавца. 

Согласно п. 2.2 договора заёмщик обязуется вернуть займодавцу денежные средства в сумме 20 000 000 руб. в срок до 01.06.2015 путём перечисления денежных средств на расчётный счёт займодавца. Датой исполнения обязанности по возврату суммы займа считается дата поступления денежных средств на расчётный счёт займодавца. 

За пользование заёмными денежными средствами заёмщик ежемесячно уплачивает займодавцу проценты в размере 13,5% годовых (п. 2.3 договора).

Факт выдачи займа подтверждается платёжным поручением №37 от 04.07.2014 (л.д. 13).

Дополнительными соглашениями от 29.05.2015, 30.12.2016 и 25.12.2017 срок возврата суммы займа продлевался соответственно до 31.12.2016, 31.12.2017 и 31.12.2019 (л.д. 10-12).

Кроме того, дополнительным соглашением от 25.12.2017 стороны изменили размер процентов за пользование займом и порядок их уплаты –         7 600 000 руб. не позднее даты возврата суммы займа.

В период до 11.02.2015 должник осуществлял возврат займа, перечислив кредитору 2 420 000 руб. (л.д. 14-32).

По расчёту кредитора, задолженность должника по договору займа №04/07/2014  от 04.07.2014 составляет: 17 673 454 руб. 96 коп., в том числе       17 580 000 руб. основного долга, 93 454 руб. 96 коп. вознаграждения за пользованием суммой займа.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2018 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре ликвидируемого должника с открытием процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена Кузакова И.С.

Ссылаясь на то, что у должника имеется задолженность перед кредитором по договору займа, должник не исполнил обязанность по возврату суммы займа в полном объёме, кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 17 673 454 руб. 96 коп., в том числе 17 580 000 руб. основного долга, 93 454 руб. 96 коп. вознаграждения за пользованием суммой займа.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что предоставление должнику денежных средств взаём обусловлено совместно выработанной кредитором и должником моделью ведения бизнеса по финансированию возврата кредита, полученного должником в банке в соответствии с решением кредитора, при недостаточной капитализации должника за счёт привлечения денежных средств кредитора – единственного участника должника, мотивы выбора участниками договорной, а не корпоративной модели отношений при заключении договора займа от 04.07.2014 заявителем не раскрыты, предоставление заёмных средств на длительный период, продление срока возврата займа при прекращении должником не только выплат основного долга, но и гашения процентов, в отсутствие обеспечения, также указывает на корпоративный характер соответствующего обязательства, исполнение договора займа не имело экономической целесообразности для должника, который в период до 25.11.2016 выплатил проценты в большем размере, нежели требовалось условиями договора за соответствующий период пользования денежными средствами, не погашая при этом суммы основного долга, своими действиями кредитор компенсировал риски своего участия в уставном капитале должника, гарантировав себе приобретение прав мажоритарного (одного из мажоритарных) кредитора (-ов) в случае банкротства последнего,  воля кредитора не была направлена на достижение правовых последствий, соответствующих договору займа, требование заявителя не может быть включено в реестр.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В  силу  ст. 4  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом такого заявления, а также в период конкурсного производства определяются на дату введения соответствующей процедуры банкротства. 

Пунктом 6 ст. 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. 

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. 

Согласно ст.ст. 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 ст. 71 и пунктов 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований ст.ст. 71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником. При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессу её исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования. 

В силу ст. 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (п. 1 ст. 810 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить сумму займа в порядке и сроки, определенные договором займа.

Согласно п. 1 ст. 809 ГК РФ заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на неисполнение должником обязательств по договору займа №04/07/2014  от 04.07.2014 в размере 17 673 454 руб. 96 коп.

По условиям договора займа №04/07/2014 от 04.07.2014 займодавец передаёт заёмщику в собственность денежные средства в сумме                         20 000 000 руб., а заёмщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок и уплатить на неё указанные в договоре проценты.

В соответствии с п. 2.1 договора займодавец передаёт заёмщику сумму займа путём перечисления денежных средств на расчётный счёт заёмщика, указанный в настоящем договоре в срок, не позднее 2-х дней с даты подписания настоящего договора. Датой исполнения обязанности займодавца по передаче заёмщику суммы займа считается дата списания денежных средств со счёта займодавца. 

Факт предоставления должнику займа по договору подтверждается  платёжным поручением №37 от 04.07.2014, назначение платежа: «предоставление процентного займа (13,5%) по договору №04/07/2014 от 04.07.2014».

Судом установлено, что в период до 11.02.2015 должник осуществлял возврат займа, перечислив кредитору 2 420 000 руб.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 по делу № 308-ЭС17-1556(2), от 12.02.2018 по делу № 305-ЭС15-5734 (4,5), от 15.02.2018 по делу № 305-ЭС17-17208, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу данной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 ГК РФ, абзац 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

По сведеньям из ЕГРЮЛ на момент заключения спорного договора займа кредитор являлся единственным участником должника.

Полученные от кредитора на основании договора займа №04/07/2014 от 04.07.2014 денежные средства в сумме 20 000 000 руб. в день поступления на расчётный счёт должника были направлены на исполнение обязательств по ранее заключённому кредитному договору №0009/14 от 06.03.2014, согласно которому должнику была представлена кредитная линия с лимитом задолженности 20 000 000 руб. под 13,5% годовых с условием предоставления в обеспечение товаров в обороте.

Заключение данного кредитного договора на таких условиях было одобрено единственным участником должника – кредитором (решение №3 от 05.03.2014).

04.07.2014 после возврата кредита в размере 20 000 000 руб., кредитный договор был расторгнут.

Проанализировав обстоятельства заключения договора займа и его исполнения, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что предоставление должнику денежных средств взаём обусловлено совместно выработанной кредитором и должником моделью ведения бизнеса по финансированию возврата кредита, полученного должником в банке в соответствии с решением кредитора, при недостаточной капитализации должника за счёт привлечения денежных средств единственного участника должника.

Доказательства, обосновывающие экономические мотивы выбора конструкции займа от участника, а не от иных лиц, а также предоставление заёмных средств на длительный период с последующим продлением срока возврата займа при прекращении должником не только выплат основного долга, но и гашения процентов, в отсутствие обеспечения, не представлены.

Таким образом, исполнение данного договора для должника не имело экономической целесообразности.

Поскольку в рассматриваемом случае заём использовался вместо механизма компенсации рисков участия кредитора в уставном капитале должника с целью гарантии приобретения прав мажоритарного (одного из мажоритарных) кредитора (-ов) в случае банкротства должника, а воля сторон не была направлена на создание соответствующих правовых последствий, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что заёмные отношения кредитора и должника необходимо переквалифицировать в корпоративные отношения, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных кредитором требований о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 17 673 454 руб. 96 коп.

Принимая во внимание вышеизложенное доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что в предоставлении займа имелась экономическая целесообразность для кредитора, аффилированность лиц сама по себе не свидетельствует о мнимости сделки, недобросовестности действий кредитора и необоснованности требования при наличии доказательств реальности договора займа, злоупотребления правом при заключении спорного договора не имеется, сумма займа была выдана в то время, когда должник был платёжеспособен, у кредитора не было намерения компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника, сумма займа, полученная от кредитора, не являлась единственным источником поступления денежных средств для должника, должником было осуществлено частичное погашение суммы займа, а также производилась ежемесячная оплата процентов за пользование суммой займа, отклоняются как необоснованные.

Кроме того, как уже отмечалось, на кредитора участника должника в случае последующей неплатёжеспособности должника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о банкротстве должника противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

 Включение  в реестр требований кредиторов должника заинтересованного лица для осуществления контроля над процедурой банкротства, уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве должника и распределения конкурсной массы в пользу аффилированных лиц, нарушает права и законные интересы добросовестных кредиторов должника.

Иные обстоятельства, приведённые в апелляционной жалобе, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку при подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается, государственная пошлина по апелляционной жалобе, уплаченная заявителем жалобы подлежит возврату заявителю из федерального бюджета (ст. 104 АПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 104, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 октября 2018 года по делу № А60-22483/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Первая объединенная компания» из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (Три тысячи) рублей, уплаченную по платёжному поручению № 96 от 15.10.2018.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

С.И. Мармазова 

 

Судьи

И.П. Данилова 

 

Т.С. Нилогова