АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-10764/2023

21 ноября 2023 года

г. Оренбург

Резолютивная часть решения объявлена 14 ноября 2023 года.

В полном объеме решение изготовлено 21 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи         Наяновой Н.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко. Лтд. (Shenzhen Weiboli Technology Co. Ltd), Китай, г. Шэньчжэнь, единый код общественной кредитоспособности 91440300319415160С в лице ООО «АйПи Сервисез», г. Красноярск,

к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Оренбург (ОГРНИП 321565800014248, ИНН 

<

***>), 

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Имиракл (Шэнчьжэно) Технолоджи Ко Лтд, в лице общества с ограниченной ответственностью «Инэврика», г. Москва,

о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав.

Лица, участвующие в деле, не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что подтверждается отчетом о публикации судебных актов (пункт 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»). 

Отводов составу суда не заявлено.

Компания Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко. Лтд. (Shenzhen Weiboli Technology Co. Ltd) (далее – истец, компания, Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко) обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО2) с исковым заявлением о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав, из которых: 

- 100 000 руб. компенсация за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №831022;

- 100 000 руб. компенсация за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №808049;

- расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в общей сумме 1 960 руб., направление претензии и иска в сумме 305 руб. 14 коп, а также стоимость выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб. (л.д. 5-9).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена компания Имиракл (Шэнчьжэно) Технолоджи Ко Лтд в лице общества с ограниченной ответственностью «Инэврика», г. Москва (125009, 

<

...>).

Определением суда от 10.07.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам, участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих доводов (л.д. 1-2).

От ответчика в материалы дела 07.08.2023 поступил отзыв по делу, согласно которому просит снизить размер компенсации до 10 000 руб. 

10.08.2023 от ответчика поступило ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения, полагая, что иск подан от ненадлежащего лица.

01.09.2023 от истца в материалы дела поступили возражения на ходатайства ответчика о снижении размере компенсации и оставлении искового заявления без рассмотрения.

Определением от 04.09.2023 суд перешел к рассмотрению дела в общем порядке искового производства (л.д. 65-66).

В целях своевременного рассмотрения спора, суд определением от 04.09.2023 разъяснил сторонам положения части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой если в предварительном судебном заседании присутствуют лица, участвующие в деле, либо лица, участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции.

Суд, изучив имеющиеся документы, и, признав представленные доказательства достаточными для рассмотрения дела, а дело – подготовленным к судебному разбирательству, в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, завершил предварительное заседание и открыл судебное заседание по существу спора (часть 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 27 постановления 3 А47-10011/2022 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О подготовке дела к судебному разбирательству» № 65 от 20.12.2006).

Дело рассматривается в судебном заседании.

От третьего лица к судебному заседанию поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому указало, что в материалы дела представлены сведения о регистрации товарных знаков № 808049, № 831022 из открытого реестра товарных знаков и знаков обслуживания, в которых указано что договор об отчуждении исключительных прав на товарные знаки в отношении всех товаров и/или услуг между истцом и Imiracle (Shenzhen) Technology Co., Ltd (Имиракл (Шэньчжэнь) Технолоджи Ко., Лтд.), зарегистрирован 31.03.2023, то есть после дат покупок спорных товаров.

Таким образом, исключительные права на товарные знаки № 808049, №831022 на момент покупки спорных товаров принадлежали Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.). С учетом представленных истцом доказательств, третье лицо полагает, что исковое требование подлежит удовлетворению.

Суд ходатайство удовлетворил, приобщил отзыв к материалам дела. 

От истца к судебному заседанию поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов, а именно квитанции о направлении иска в адрес ООО «Инэврика».

Суд ходатайство удовлетворил, документы приобщил к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения сведений о месте и времени судебного разбирательства на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исковое заявление рассмотрено судом в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле. 

Рассмотрев ходатайство ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения, суд учитывает, что фактически ответчиком заявлено о ненадлежащем истце, поскольку на момент обращения в суд с настоящим иском право на товарные знаки № 808049, № 831022 были отчуждены в адрес нового правообладателя.

Данные обстоятельства подлежат оценке при рассмотрении искового заявления по существу, в связи с чем, суд не нашел правовых оснований, предусмотренных пунктом 7 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для оставления иска без рассмотрения.

Как разъяснено в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» требование о возмещении убытков или выплате компенсации может быть заявлено и после прекращения правовой охраны соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицом, являвшимся правообладателем на момент совершения правонарушения.

При предоставлении третьему лицу права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору или при передаче третьему лицу исключительного права по договору о его отчуждении право требования возмещения убытков, причиненных допущенным до заключения указанного договора нарушением, или выплаты компенсации за такое нарушение не переходит к новому правообладателю. 

Соответствующее требование может быть заявлено лицом, которое являлось правообладателем на момент совершения нарушения.

Из изложенных разъяснений высшей судебной инстанции следует, что правом на обращение в суд с требованием о защите нарушенного исключительного права обладает лицо, которое являлось правообладателем спорного объекта интеллектуальной собственности на момент совершения правонарушения.

С учетом того, что реализация ответчиком спорных товаров была допущена до даты регистрации отчуждения исключительных прав на товарные знаки № 808049, № 831022 новому правообладателю, право требования к ответчику за допущенные им нарушения, осталось за прежним правообладателем – Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко. Лтд.

Истец и ответчик не заявили ходатайства о необходимости предоставления дополнительных доказательств. При таких обстоятельствах, суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При рассмотрении материалов дела, судом установлены следующие обстоятельства.

Истец до марта 2023 года являлся правообладателем товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 808049, зарегистрированного 20.04.2021 в отношении товаров «табак; трубки курительные; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет» 34-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ), а так же товарного знака № 831022 (511) Классы МКТУ и перечень товаров и/или услуг: 34 – табак; сигареты, содержащие заменители табака, не для медицинских целей; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет; сигареты с фильтром; спреи для полости рта для курящих; зажигалки для прикуривания; фильтры для сигарет; сигареты, папиросы; ароматизаторы для электронных сигарет, кроме эфирных масел; подставки для курительных трубок; кисеты для табака; трубки курительные; ящики для сигарет, папирос; сигары; травы курительные; ящики для сигар; сосуды для табака; пепельницы; спички

В ходе контрольных закупок истцом установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета), о чем свидетельствуют представленные в материалы дела кассовые чеки с реквизитами ответчика (л.д. 53-60). Таким образом, указанный товар приобретен истцом по договору розничной купли-продажи. 

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 808049, № 831022.

Исключительные права на вышеуказанные объекты авторского права принадлежали истцу на основании: 

выписки из реестра товарных знаков ФИПС № 808049;

выписки из реестра товарных знаков ФИПС № 831022.

Процессы заключения договоров купли-продажи, в порядке статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, в целях самозащиты гражданских прав, фиксировались истцом посредством ведения видеозаписи. 

При этом согласия на использование данных результатов интеллектуальной деятельности истец ответчику не давал. 

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительного права истца на товарные знаки № 808049, № 831022 путем предложения к продаже и реализации товара, последний обратился в суд с настоящим иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав в сумме 200 000 руб., из которых: 

- 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №831022;

- 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №808049.

Формулирование искового требования – это право истца (статья 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное. 

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. 

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи). 

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. 

Правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Таким образом, использование для индивидуализации товаров и услуг обозначения, тождественного или сходного с ним до степени смешения товарному знаку иного лица, является нарушением исключительного права на товарный знак. 

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В бремя доказывания ответчика, в свою очередь, входит доказывание законности использования спорного обозначения. 

Материалами дела, в частности выписками из реестра товарных знаков ФИПС, подтверждён факт принадлежности истцу на момент выявления нарушения исключительных прав на товарные знаки № 831022 и № 808049. 

Следует отметить, что лицо, указанное в качестве продавца, признаётся таковым, пока обратное не будет доказано в суде. Спорный товар приобретен истцом по договору розничной купли-продажи. В подтверждение сделки продавцом выданы чеки на общую сумму 1 960 руб. с реквизитами и печатью ответчика. Процесс заключения договора купли-продажи фиксировался истцом посредством ведения видеозаписи. 

Согласно пункту 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Президиума ВС РФ № 10 от 23.04.2019) факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. 

Судом установлено, что видеосъемка процесса покупки контрафактного товара произведена путем непрерывной фиксации происходящих событий и отчетливо отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи чека, а также содержание выданного чека, соответствующего приобщенному к материалам дела документу и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств (статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Видеозаписью также подтверждается факт того, что истцом в суд предоставлен именно тот товар, в отношении которого возник спор. Представленные доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком. 

О фальсификации представленных правообладателем доказательств предпринимателем не заявлено, доводов, свидетельствующих о монтаже видеозаписи, не приведено, доказательств, опровергающих факт того, что покупка спорного товара и видеозапись этой покупки производились в ином месте, в иное время или в отношении иного товара не представлено. 

Каких-либо доказательств того, что ответчик представленные в материалы дела чеки выдал в отношении иного товара, чем тот, на который ссылается истец, а также имеется на видеозаписи, в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств того, что от имени ответчика действовало иное неуполномоченное им лицо. 

Одним из юридических значимых обстоятельств, подлежащих установлению судами при рассмотрении дел соответствующей категории, является установление тождественности или сходства до степени смешения либо их отсутствие между товарным знаком, принадлежащим истцу, и обозначением, использованным ответчиком для индивидуализации своих товаров/услуг, либо однородных товаров/услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и товаров/услуг, вводимых в гражданский оборот ответчиком. 

В материалы дела представлены фотография товара и сам товар.

В целях установления обстоятельств наличия либо отсутствия факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки, судом проведён сравнительный анализ сходства товарных знаков истца и обозначений, используемых ответчиком, а также проведён анализ однородности товаров. 

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10. 

В абзаце пятом пункта 162 постановлении Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 указано, что установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. 

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

Сравнив обозначения, зарегистрированные за истцом в качестве товарных знаков, с обозначением, на товаре, реализованном ответчиком, суд полагает, что в настоящем случае можно утверждать о том, что указанные выше обозначения фонетически, семантически и графически (визуально), а также в силу производимого общего зрительного впечатления, обусловленного их близким композиционным построением, сходны до степени смешения с товарными знаками истца и могут ввести в заблуждение потребителя относительно лица, реализующего товары. 

Товары, в отношении которых ответчик использует спорные обозначения, однородны с товарами, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки, права на которые принадлежат истцу. 

Таким образом, в результате исследования представленных в материалы дела доказательств установлено наличие сходства сравниваемых обозначения и товарных знаков, а также однородность товаров, в отношении которых ответчиком использовано спорное обозначение, с товарами, для которых зарегистрированы товарные знаки истца.

Следует отметить, что продавец не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с отсутствием его вины, поскольку его деятельность является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Вместе с тем продавец, являясь субъектом предпринимательской деятельности, должен осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет нарушения/не нарушения реализацией товара прав третьих лиц в поле интеллектуальной собственности, поскольку на товары нанесены средства, служащие для индивидуализации товаров. 

Таким образом, из обстоятельств дела усматривается, что истцом доказан как факт принадлежности ему права на товарные знаки, так и факт их использования ответчиком без разрешения правообладателя. 

На основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Истец при обращении в арбитражный суд с иском по настоящему делу избрал вид компенсации, взыскиваемой за нарушение указанного права, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, а именно в размере 200 000 руб. 00 коп. по 100 000 руб. 00 коп. за каждый товарный знак.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

При этом в силу пункта 62 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. 

В своих возражениях ответчик указал на то, что ответчик является микропредприятием, что подтверждается выпиской Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства от 07.08.2023, данный контрафактный товар продан впервые, стоимость товара 1 960 руб., товар был единственным и не являлся существенной частью предпринимательской деятельности, нарушение исключительных прав истца не носило грубый характер, сумма компенсации 200 000 руб. многократно превышает размер причиненных убытков, ответчик является индивидуальным предпринимателем и его деятельность является единственным источником дохода, данный товар выведен из оборота и больше не продается, то есть ответчик принял соответствующие меры по предупреждению повторного нарушения прав правообладателя спорного товара.

Что касается довода о неоднократности либо повторности нарушения ответчиком исключительных прав на аналогичные товары, ответчик пояснил, что по делу № А47-14535/2022 истцом 04.04.2023 было подано ходатайство об отказе от искового заявления и производство по делу было прекращено.

Вместе с тем, при оценке данных доводов, суд считает необходимым обратить внимание на следующие обстоятельства. 

Спорным товаром являются электронные сигареты. 

Подделка электронных систем доставки никотина (ЭСДН) несет более существенный риск для их потребителей, чем иные категории контрафакта, поскольку такая продукция изначально не является абсолютно безопасной. 

При использовании контрафактных электронных сигарет потребитель рискует получить не просто товар ненадлежащего качества (более короткий срок службы, низкая интенсивность парообразования, менее привлекательные вкусовые и ароматические характеристики и т.д.), но и нанести вред своему здоровью (передозировка никотином, ожог слизистой, удар током при низком качестве электронной системы). 

Таким образом, реализуемая ответчиком контрафактная продукция, потенциально опасна для здоровья потребителя, поскольку изготавливается без доказательств соблюдения обязательных стандартов качества и безопасности, установленных для производства электронных сигарет, используемых в качестве средства доставки никотина. 

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что пренебрежительное отношение ответчика к исполнению возложенной на него законом обязанности по обеспечению качества реализуемой продукции и недопустимости продажи контрафактного товара, продажа ответчиком контрафактного товара несёт существенную угрозу охраняемым публичным интересам. 

Оценив перечисленные обстоятельства, принимая во внимание возможность появления негативных последствий для потребителей при продаже контрафактного товара, а также то, что товар приобретен ответчиком уже с размещенными на товарах изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками истца, вероятные имущественные потери правообладателя, вид экономической деятельности ответчика, а также учитывая принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу об определении размера компенсации в размере 20 000 руб. – по 10 000 руб. за один товарный знак. 

По убеждению суда, установленный размер компенсации соответствует принципам разумности и справедливости, соразмерен последствиям совершенного ответчиком нарушения, направлен на восстановление имущественного положения истца, при этом исключено неосновательное обогащение правообладателя.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Как следует из пункта 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации. 

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, то на ответчика относятся и взыскиваются с него в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 700 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 1 960 руб., направление претензии и иска в сумме 305 руб. 14 коп, а также стоимость выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Заявленные истцом судебные издержки на почтовые расходы, и расходы по получению выписки из ЕГРИП, по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела, подтверждены почтовыми квитанциями и платежными документами, в связи с чем, указанные расходы являются обоснованными и подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям. 

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция 11 выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О). 

Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1). 

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. 

В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца. 

Заявленные истцом судебные издержки по восстановлению нарушенного права в размере 1 960 руб. понесены в связи с рассмотрением настоящего дела и документально подтверждены, в связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований в размере 196 руб.

В части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указано, что при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Согласно части 1 статьи 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам. 

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (часть 2 статьи 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При таких обстоятельствах приобщенное к материалам дела вещественное доказательство не может быть возращено и подлежит уничтожению.

Руководствуясь статьями 110, 167, 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 321565800014248, ИНН 

<

***>) в пользу Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко. Лтд. (Shenzhen Weiboli Technology Co. Ltd) компенсацию в сумме 20 000 руб. за нарушение исключительных прав истца, в том числе:

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №831022;

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №808049;

а также расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в общей сумме 196 руб., направление претензии и иска в сумме 30 руб. 51 коп, стоимость выписки из ЕГРИП в сумме 20 руб., 700 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины по иску.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вещественное доказательство контрафактный товар уничтожить после вступления решения суда в законную силу.

Исполнительный лист выдать взыскателю в порядке статей 319, 320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Судебные акты, выполненные в форме электронного документа, направляются лицам, участвующим в деле, посредством их размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее следующего дня после дня их принятия.

По ходатайству указанных лиц копии судебных актов на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья                                                                                         Н.С. Наянова