АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-5722/2023

г. Владивосток

23 октября 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена  09 октября 2024 года. 

Полный текст решения изготовлен  23 октября 2024 года.

            Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Хижинского А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Анисимовой Д.Ю., рассмотрев в судебном заседании с использование средств онлайн-трансляции дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Пролайн Инжиниринг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 07.03.2013) 

к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кайлас» (ОГРН 

<

***>) 

о взыскании с ответчиков 2 301 017 рублей 95 копеек, 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Кайлас» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 19.03.2018), финансовый управляющий ФИО4, 

при участии в судебном заседании: 

от истца с использованием средств онлайн-трансляции – ФИО5, доверенность от 08.11.2022, паспорт, диплом, 

от ответчика - не явились, извещены, 

третье лицо: до перерыва финансовый управляющий ФИО4, паспорт, после перерыва не явилась, извещена,

установил:

Истец – общество с ограниченной ответственностью «Пролайн Инжиниринг» обратился с иском к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кайлас» (ОГРН 

<

***>) и о взыскании с ответчиков 2 301 017 рублей 95 копеек.

Исковые требования мотивированы невозможностью удовлетворения требований истца вследствие действий (бездействия) директоров  и единственного участника должника, поскольку директор не инициировал банкротство, сделал погашение долга невозможным и обоснованы статьями 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), статьями 61.10, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ).

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что задолженность возникла из заключенных 14.06.2019 между ООО «Пролайн Инжиниринг», как Подрядчиком, и ООО «СК «Кайлас», как Заказчиком, договоров: 

договор подряда №14-06/2019-1 от 14.06.2019; 

договор подряда №17-07/2019-2 от 17.07.2019.

ФИО3 и ФИО1  исковые требования оспорили по доводам отзывов.

Через канцелярию суда от ФИО2 поступил письменный отзыв, согласно которому последний исковые требования оспорил.

Арбитражный суд, руководствуясь ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Кайлас», финансового управляющего ФИО4.

Финансовый управляющий ФИО4 исковые требования оспорила, ссылаясь на отсутствие у истца в силу п. 2 ст. 61.12 и п. 2 ст. 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» права на подачу иска.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явились, представителей не направили, о причинах неявки не сообщили, ходатайств и заявлений о причинах неявки не представили. 

            Суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, провел судебное заседание в их отсутствие.

            Суд на стадии судебных прений и реплик, в порядке статьи 163 АПК РФ, объявил перерыв в судебном заседании до 09.10.2024 в 09 часов 20 минут. 

            После окончания перерыва судебное заседание возобновлено 09.10.2024 в 09 часов 13 минут, в судебном заседании участвует с использованием средств онлайн-трансляции представитель истца, участвовавший в деле до объявления перерыва в судебном заседании, иные участники дела не явился, извещен.

Из материалов дела судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Кайлас» зарегистрировано в качестве юридического лица 19.03.2018, директором общества с 08.10.2021 является ФИО1, ФИО2 является учредителем общества с 04.08.2021.

ФИО3 являлся директором общества с ограниченной ответственностью «Кайлас» в период с 19.03.2018 до 07.10.2021 и участником ООО «Кайлас» с 12.04.2019 с долей в уставном капитале 9,01%, а с 07.05.2019 до 04.08.2021 с долей в уставном капитале 100%, то есть единственным участником до продажи доли ФИО2. 

07.11.2023 в ЕГРЮЛ в отношении общества внесена запись ГРН 2232500587592 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Из материалов дела следует, что в рамках дела № А51-967/2021 Общество с ограниченной ответственностью «Пролайн инжиниринг» обратилось в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Кайлас» о взыскании 2 045 479 рублей 68 копеек основного долга по договору № 14-06/2019-1 от 14.06.2019, 221 211 рублей 27 копеек неустойки.

Вступившим в законную силу решением суда от 01.04.2021 по делу № А51-967/2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В связи с тем, что ответчик в добровольном порядке не исполнил решение арбитражного суда, на основании данного решения судом был выдан исполнительный лист от 05.08.2021г. серия ФС №020323288, на основании которого в отношении ООО «Кайлас» было возбуждено исполнительное производство №60751/21/25043-ИП от 18.08.2021г. в ОСП по ИДЮЛ по Владивостокскому ГО, в ходе которого взыскания не производилось, добровольно задолженность должником погашена не была.

Судом установлено, что истец - ООО «Пролайн Инжиниринг» обращался в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании ООО «Кайлас» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 23.12.2022 по заявлению ООО «Пролайн Инжиниринг» возбуждено производство по делу №А51-19493/2022 о банкротстве ООО «Кайлас».

Определением Арбитражного суда Приморского края от 09.02.2023 по делу №А51-19493/2022 производство по делу о банкротстве ООО «Кайлас» прекращено по основаниям абз.8 п.1 ст.57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) по причине отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Полагая, что в связи с наличием неисполненного ООО «Кайлас» обязательства по исполнению решения суда по делу № А51-967/2021 директор ФИО1, бывший директор ФИО3 и единственный участник ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, арбитражный суд установил, что исковые требования подлежат оставлению без рассмотрения в  части взыскания задолженности с ответчика ФИО3, и в части исковых требований к ФИО1, ФИО2 удовлетворению не подлежат в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введения реструктуризации его долгов вводится мораторий на удовлетворение требований кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

В силу пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Как установлено судом, 15.03.2023 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом). 

Решением арбитражного суда Приморского края от 24.05.2023 по делу № А51-4338/2023 заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) признано судом обоснованным, суд признал ФИО3 несостоятельным (банкротом) и ввел в отношении него процедуру реализации имущества должника сроком на шесть месяцев.

Поскольку с даты вынесения Арбитражным судом Приморского края решения от 24.05.2023 о признании обоснованным заявления о признании физического лица - ФИО3 банкротом и введении процедуры реализации имущества должника по делу № А51-4338/2023 наступают последствия, предусмотренные статьей 213.11 Закона о банкротстве.

Учитывая, что заявленные истцом требования о взыскании убытков со ФИО3, являвшегося генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Кайлас», вытекают из действий (бездействия) указанного лица, возникших до возбуждения дела о банкротстве ФИО3 (в период с 19.03.2018 до 07.10.2021, заявление о признании должника банкротом подано 15.03.2023), то исковые требования общества о взыскании со ФИО3 убытков подлежат оставлению судом без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ (статья 5 Закона о банкротстве, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

Учитывая изложенное, рассмотрение настоящего искового заявления вне рамок дела о банкротстве приведет к нарушению законодательства о банкротстве и к удовлетворению требований истца во внеочередном порядке, преимущественно перед требованиями иных кредиторов должника, имеющих право претендовать на удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Таким образом, исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Пролайн Инжиниринг» в части исковых требований к ФИО3 подлежит оставлению без рассмотрения.

Относительно исковых требований истца к ФИО1, ФИО2 арбитражным судом установлено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). 

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Верховный Суд РФ в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

То есть, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности следующих условий: противоправности действий нарушителя, наличия и размера понесенных убытков, причинной связи между правонарушением и убытками, вины нарушителя, а также принятие истцом мер к предотвращению убытков или уменьшению их размера. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25). 

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Таким образом, по общему правилу, убытки являются универсальной мерой гражданско-правовой ответственности и для взыскания убытков на основании статьи 15 ГК РФ лицо, требующее их возмещения, должно представить доказательства, подтверждающие противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, а также наличие и размер понесенных убытков. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Из положений пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее Закон Об ООО, Закон № 14-ФЗ), пункта 3 статьи 53 ГК РФ следует, что директор является единоличным исполнительным органом управления общества и, реализуя от имени и в интересах данного юридического лица гражданские права и обязанности, должен действовать добросовестно и разумно. 

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Частью 3 статьи 53.1 ГК РФ закреплено, что лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Аналогично, в силу пунктов 2 и 3 статьи 44 Закон № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 названной статьи Закона). 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов (далее - директор) и лицами, определяющими действия должника, по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. 

Согласно пункту 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику (Глава III.2 введена в Закон о банкротстве федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ). 

В силу разъяснений пункта 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в этом случае применяются специальные правила о подсудности, установленные пунктом 5 статьи 61.20 Закона о банкротстве. Взыскание производится судом в пользу предъявившего требование конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в размере причиненных должнику убытков, но не более суммы требования кредитора (уполномоченного органа), установленного в рамках прекращенного дела о банкротстве либо требования уполномоченного органа, указанного в возвращенном ему заявлении о признании должника банкротом.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Идентичные положения закреплены в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Согласно пункту 17 постановления Пленума № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума № 53).

В качестве основания для привлечения ответчиков к ответственности, истец приводит доводы о совершение директорами и учредителем действий, влекущих невозможность удовлетворения требований кредитора. 

Так, истец указывает, что ответчики не исполнили свои обязательства и не обратились с заявлением о признании общества должника банкротом. 

Какие-либо иные доводы о наличии в действиях ответчиков признаков недобросовестности истец фактически не приводит.

Между тем, арбитражный суд отмечает, установлено, что вопреки доводам истца, представленные в материалы дела доказательства не свидетельствует о каких-либо недобросовестных действиях ответчиков, в том числе, о намеренном выводе ответчиками денежных средств из компании.

Несмотря на наличие обстоятельств неисполнения ООО «Кайлас» решения суда, доказательства того, что ответчики скрывали наличие у общества имущества или денежных средств, воспрепятствовали взысканию денежных средств или каким-либо иным способом действовали недобросовестно и противоправно истцом в материалы дела не представлены.

В соответствии с разъяснениями пункта 1 постановления Пленума № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ). 

Неисполнение должником обязательств, в том числе и длительное, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Требуется, чтобы конкретные неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что юридическое лицо стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306- ЭС19-18285). 

Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов и иных органов выявлять наличие в ней деловых просчетов (постановление от 24.02.2004 № 3-П и определение от 04.06 2007 № 320-О-П Конституционного Суда Российской Федерации).

В связи с этим арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац второй пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Согласно пункту 2 постановления Пленума № 53 при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. Это также подтверждает, что в основе привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника лежит совершение данными лицами конкретных вредоносных, противоправных действий, повлекших объективное банкротство должника и невозможность удовлетворения вследствие данных действий требований кредиторов, а не их потенциальная возможность влиять на деятельность должника.

Следовательно, осуществление конкретных вредоносных действий, направленных исключительно на причинение вреда внешним кредиторам, должно быть доказано истцом применительно каждому из ответчиков. При этом следует также учитывать, что по делам о привлечении к ответственности лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, применяется умеренно-строгий стандарт доказывания, который требует предоставление от заявителя ясных и убедительных доказательств вредоносного поведения данного лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС 16-18600(5-8)). 

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). 

Совершение контролирующими должника лицами сделок, влекущих причинение вреда кредиторам, являются основанием субсидиарной ответственности, если они не только были вредоносными для должника, но и значимыми для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющимися существенно убыточными, то есть сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 постановления Пленума № 53). 

Данное разъяснение также свидетельствует о том, что осуществление должником текущей хозяйственной деятельности, в том числе и экономически неэффективной (убыточной), при отсутствии со стороны контролирующих должника лиц конкретных явного неразумных и недобросовестных вредоносных действий чрезвычайного (нетипичного) характера, являющихся объективной причиной банкротства должника, не может служить основанием привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным статьями 10 и 61.11 Закона о банкротстве.

Рассмотрев приведенные истцом доводы, суд установил, что вопреки указанным правовым позициям и требованиям законодательства, аргументы истца сводятся к неудовлетворительному финансовому положению должника. 

Истцом не приведено конкретных обстоятельств, свидетельствующих о совершении противоправных виновных действий ответчиками, а также о наличии прямой причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде убытков в размере непогашенной дебиторской задолженности. 

В таком случае суд приходит к выводу об отсутствии необходимых условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (пункт 4 статьи 10 и пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), а также взыскания с них убытков (статья 15 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; а также в иных случаях, предусмотренных названным Федеральным законом.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 указанного Федерального закона.

В пункте 9 постановления Пленума № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника, возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 этого же Закона, до дня возбуждения дела о банкротстве (пункт 14 постановления Пленума № 53). 

В пункте 12 постановления Пленума № 53 также указано, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется. 

В соответствии с приведенными нормами и разъяснениями, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а равно пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В исковом заявлении истцом указывается на нарушение ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Кайлас» банкротом.

Между тем, вопреки доводам истца, само по себе наличие у организации задолженности перед кредиторами, в том числе и просроченной к оплате, не свидетельствует о наличии у должника признаков объективного банкротства, а, соответственно, и обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного суда РФ от 07 декабря 2015 №307-ЭС 15-5270, от 31 марта 2016г. №309- ЭС15-16713, субсидиарная ответственность руководителя по долгам возглавляемой им организации возникает вследствие причинения вреда кредиторам. 

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных (новых) долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. 

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объёмом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы; исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 (ст.61.12) Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности. 

Таким образом, исходя из положений п.2 ст. 10 (п.2 ст.61.12) Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», п.п.12, 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. №53 субсидиарная ответственность в связи с неподачей (несвоевременной подачей) должником заявления о его банкротстве возникает только по обязательствам, возникшим после нарушения данной обязанности.

Из материалов настоящего дела, а также судебных актов, принятых по делу № А51-967/2021, следует, что неисполненные должником ООО «Кайлас» обязательства перед истцом возникли на основании договоров подряда.

При установленных обстоятельствах, доводы истца о наличии оснований привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед истцом являются необоснованными, поскольку противоречат положениям законодательства о банкротстве и практике его применения, а равно не учитывают существо субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную) должником заявления о его банкротстве и цель установления данной ответственности, выявленную высшими судебными инстанциями.

К субсидиарной ответственности могут быть привлечены только контролирующие должника лица, под которыми понимаются физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (ст.61.10 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены ст.ст.61.11 и 61.12 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)». Нормативным основанием требований также истцом указываются положения статьи 53.1. ГК РФ.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. 

Вместе с тем, заявляя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, истцом не указывается конкретных действий или бездействий ответчиков, в результате которых истцу был причинен вред.

В силу исключительности применения механизма восстановления нарушенных прав кредиторов посредством привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ №53 от 21 декабря 2017г.), при решении вопроса о привлечении контролировавших должника лиц, исходя из задач судопроизводства (ст.2 АПК РФ) и принципа справедливости необходимо исследовать вопрос о фактическом лице (лицах), виновных в наступлении обстоятельствах, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности, и в зависимости от установленного определить их вину и размер ответственности. 

Также, судом установлено, что на момент рассмотрения настоящего дела ООО «Кайлас» является действующим юридическим лицом, что исключает применение п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к нему. Обстоятельства, связанные с попытками налогового органа исключить юридическое лицо из ЕГРЮЛ, также не являются достаточным основанием для применения этой нормы.

Ввиду недоказанности истцом необходимой совокупности условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в частности ввиду недоказанности противоправности (недобросовестности и неразумности) действий ответчиков, оснований для привлечения к ответственности, наличия прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиками и невозможностью удовлетворения требований истца, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы подлежат отнесению на истца, излишне оплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета на основании ст. 104 АПК РФ.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 104, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

р е ш и л:

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Пролайн Инжиниринг» в части исковых требований к ФИО3 оставить без рассмотрения.

В удовлетворении иска в части исковых требований к ФИО1, ФИО2 отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Пролайн Инжиниринг» из федерального бюджета 11 502 (одиннадцать тысяч пятьсот два) рубля государственной пошлины, уплаченной платежным поручением № 475 от 27.03.2023

            Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и  в Арбитражный суд Дальневосточного округа  в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья                                                                                                              Хижинский А.А.