ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-43126/2020

г. Москва         Дело №  А40-219541/18

18.12.2020

Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 18 декабря 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева, 

судей А.Н. Григорьева, В.С. Гарипова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2020 г. по делу № А40-219541/18, вынесенное судьей А.Г. Омельченко, об отказе в удовлетворении заявления-требования ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника заявленной суммы задолженности в размере 35 008 580 руб., из которых: 27 199 000,00 руб. - основной долг по договору займа; 6 799 750,00 руб. - проценты по договору займа; 1 009 830,00 руб. - проценты,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2  – ФИО3 дов от 02.11.18

от ф/у – ФИО4 дов от 28.12.2020

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2019 введена процедура реализации имущества в отношении ФИО5 (дата рождения 18.11.1960). Финансовым управляющим должника утверждена ФИО6, член ААУ «ГАРАНТИЯ», о чем опубликовано сообщение в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 16.04.2019 № 3656124.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2020 г. отказано в удовлетворении заявления-требования ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника заявленной суммы задолженности в размере 35 008 580 руб., из которых: 27 199 000,00 руб. - основной долг по договору займа; 6 799 750,00 руб. - проценты по договору займа; 1 009 830,00 руб. – проценты. Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт. В суд апелляционной инстанции поступил отзыв финансового управляющего ФИО2 на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт. Представитель финансового управляющего ФИО2 возражал на доводы апелляционной жалобы, указывал на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились. 

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Как следует из материалов дела, 25.02.2019г. в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление-требование ФИО2 (далее – кредитор) о включении в реестр требований кредиторов ФИО5 (далее – должник) заявленной суммы задолженности в размере 35 008 580 руб., из которых: 27 199 000,00 руб. – основной долг по договору займа; 6 799 750,00 руб. – проценты по договору займа; 1 009 830,00 руб. – проценты по статьи 395 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из следующего.

13.11.2010 стороны заключили Договор займа, в соответствии с которым кредитор ФИО2 предоставил Должнику заём в размере 200 000 долларов США, а Заемщик обязался возвратить полученную сумму не позднее трех лет (до 13.11.2013). В материалы дела представлена расписка Должника в получении указанных денежных средств. Размер процентов по договору займа за трехлетний период составил 100 000 долларов США. 06.08.2017 стороны заключили еще один Договор займа, в соответствии с которым Кредитор предоставил Должнику заём в размере 200 000 долларов США, а Заемщик обязался возвратить полученную сумму до 01.01.2020. В материалы дела представлена расписка Должника в получении указанных денежных средств.

Кредитор указывал, что у Должника имеется неисполненное денежное обязательство в размере 27 199 000 руб. (400 000 долларов США) основного долга, 6 799 750 руб. (100 000 долларов США) процентов по договору займа и 1 009 830 руб. (14 851 доллар США) процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование задолженности по Договорам займа от 13.11.2010 и 06.08.2017, Кредитором в материалы дела представлены расписки Должника в получении денежных средств.

В соответствии с абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве))

Указанные разъяснения Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

В материалы дела кредитором представлены копии документов, которые по его мнению подтверждают финансовое положение, позволявшее предоставить Должнику соответствующие денежные средства, в частности: протокол о распределении дохода между членами коллегии МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» от 15.11.2012 (т. 1 л.д. 38), акт сверки взаимных расчетов между Министерством Финансов Российской Федерации и МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» от 01.01.2013 (т. 1 л.д. 40), акт сдачи приемки оказанных услуг между Министерством Финансов Российской Федерации и МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» от 31.08.2012 (т. 1 л.д. 41) и счет № 1 от 06.07.2012 в адрес Министерства Финансов Российской Федерации на сумму 19 257 600 руб. (т. 1 л.д. 42).

Судом первой инстанции установлено, что представленные кредитором документы не подтверждают финансовое положение, позволявшее предоставить должнику соответствующие денежные средства по спорным Договорам займа. Так, из представленных кредитором документов следует, что МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» выполнили государственный контракт №58 от 21.04.2011, в связи с чем в их пользу подлежала перечислению сумма в размере 19 257 600,00 руб. Однако не представлено ни одного документа, подтверждающего фактическое перечисление денежных средств на счета МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры», их поступление на бухгалтерский баланс организации, последующее распределение.

Наличие акта сверки взаимных расчетов, акта сдачи приемки оказанных услуг и счёта на оплату услуг, выставленного самой коллегией, не доказывает реальное поступление денежных средств на счета коллегии. Также кредитором не представлено в материалы дела копия договора и документы по процедуре закупки, заключенного между МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» и Министерством Финансов Российской Федерации, документы также не представлены на обозрение суда оригиналы документов. В то время как без указанного договора не представляется возможным оценить ни объем и характер проделываемой работы, ни ее стоимость. Таким образом, получение МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» денежных средств от Министерства Финансов Российской Федерации не подтверждается представленными в материалы дела копиями документов.

Судом первой инстанции также установлено, что представленные документы не подтверждают получение конкретно ФИО2 денежных средств от МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» и/или Министерства Финансов Российской Федерации. Даже если предположить, что сумма в размере 19 257 600,00 руб. действительно поступила на счет МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры», это не означает что данные денежные средства в указанном объеме принадлежали ФИО2 Из представленных документов не усматривается, какая именно сумма денежных средств была распределена в пользу ФИО2 и на каком основании. В частности, протокол о распределении дохода между членами коллегии от 15.11.2012, не содержит конкретного размера сумм денежных средств, подлежащих перечислению ФИО2, и использует формулировку «доходы в части чистой прибыли». Наличие акта сверки взаимных расчетов, акта сдачи приемки оказанных услуг и счета на оплату услуг не доказывает реальное поступление денежных средств на счета коллегии, не говоря уже о поступлении денежных средств на счета ФИО2

Согласно пункта 18 статьи 22 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" к отношениям, возникающим в связи с деятельностью коллегии адвокатов, применяются правила, предусмотренные для некоммерческих партнерств Федеральным законом от 12.01.1996 № 7-ФЗ "О некоммерческих организациях". В свою очередь, управление некоммерческой организацией осуществляется в соответствии с законом и положениями устава конкретной некоммерческой организации. Кредитором не представлен в материалы дела устав МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры», соответственно, у суда первой инстанции правомерно отсутствовала возможность оценить легитимность протокола о распределении дохода между членами коллегии от 15.11.2012.

Из материалов дела усматривается, что протокол подписан не всеми участниками МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» (ОГРН 

<

***>) (согласно данным ЕГРЮЛ участников трое: ФИО8, ФИО9 и ФИО10), несмотря на то, что, как правило, подобные финансовые вопросы решаются высшими органами управления некоммерческими организациями. Не ясны причины распределения прибыли исключительно в пользу ФИО2, который не являлся и не является участником МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» и не мог в одиночку выполнить объем работы, указанный в Акте сдачи-приемки оказанных услуг (1 920 часов). Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено отсутствие документов (платежные поручения, банковские выписки и пр.), подтверждающий фактическое перечисление и получение ФИО2 денежных средств от МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» и/или Министерства Финансов Российской Федерации.

Судом первой инстанции также определено, что, даже если денежные средства, речь о которых идет в представленных кредитором документах, действительно перечислялись ФИО2, то указанный доход кредитора в 2012 году никак не объясняет и не подтверждает наличие у него возможности выдать заём ФИО5 в размере 200 тысяч долларов США в 2010 году и 200 тысяч долларов США в 2017 году.

Кредитором представлены в материалы дела документы, якобы подтверждающие возможность выдачи займов, датированные 2012 годом. Однако займы были выданы в 2010 году, то есть за 2 года до поступления денежных средств, на которые ссылается ФИО2, и в 2017 году, то есть спустя 5 лет после поступления. Об ином поступлении денежных средств на счета МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» информация в материалах дела отсутствует, более того, исходя из открытых данных (система Спарк-Интерфакс) после 2012 года активы коллегии только уменьшались. Также, помимо представленных кредитором доказательств, в материалы дела, в ответ на запрос арбитражного суда о доходах ФИО2, Инспекцией ФНС №17 по г. Москве 05.12.2019 представлены сведения по форме 2-НДФЛ за период с 2014 по 2017 г.г. (согласно т.1 л.д. 142-147), а 05.03.2020 ответ на запрос, в соответствии с которым Инспекция не располагает сведениями о доходах ФИО2 за период с 2008-2014 г.г. в связи с архивацией данных.

Согласно 2-НДФЛ за 2014-2017 г.г., годовой доход ФИО2 колебался в среднем на уровне 800 000-900 000 руб.: 2014 г. – 800 447,70 руб., 2015 г. – 804 918,45 руб., 2016 г. – 886 874,01 руб., 2017 г. – 1 156 668,87 руб. В тоже время, согласно позиции кредитора, 06.08.2017 им был выдан заем должнику в размере 200 000 долларов США, что по курсу доллара США на тот период составляло около 12 миллионов рублей (курс доллара США на 06.08.2017 согласно данным ЦБ РФ, составлял 60,3281). Сведений об иных доходах ФИО2 в период, предшествовавший выдаче займов, в материалы дела не представлено. То есть, сведения, представленные налоговым органом, прямо опровергают довод о финансовом положении Кредитора, позволявшем выдать заём в 2017 году.

ФИО2 не доказано, что заём, выданный в 2017 год, был выдан из денежных средств якобы полученных им в 2012 году в результате исполнения МКА «Юракадемия: ФИО7 и партнеры» государственного контракта. Кредитор не раскрыл информацию о том, с какой целью (в чем заключалась экономическая целесообразность) в течение столь длительного периода (более пяти лет) хранил сумму в размере 12 миллионов рублей для того, чтобы предоставить денежные средства заёмщику, который не возвратил предыдущий, еще более крупный заём, выданный 7 лет назад.

Доводы Кредитора о наличии между ним и Должником многолетних устойчивых деловых связей по предоставлению займов основываются только на пояснениях самого ФИО2, и, в отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих данные пояснения.

Судом первой инстанции также установлено отсутствие возможности выдачи кредитором спорных займов в 2010 и 2017 годах, так как такая возможность не подтверждается ни документами, представленными самим кредитором, ни сведениями, представленными из налогового органа. Более того, сведения из налогового органа прямо опровергают наличие возможности у ФИО2 выдать заём в 2017 году.

Пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» и пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) предусмотрено, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Финансовый управляющий, как правило, не является стороной сделки или участником иных правоотношений, положенных в основу требований к должнику, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Следовательно, предъявление к нему высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству. В случае наличия возражений на требования о включении в реестр и представлении в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений. При этом заявителю требований не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Судом первой инстанции приняты во внимание обстоятельства выдачи займа, в частности, поведение кредитора в договорных отношениях: 

- Кредитор, несмотря на не возврат Должником денежных средств по Договору займа от 13.11.2010 в размере 200 000 долларов США, а также процентов по договору займа в размере 100 000 долларов США, тем не менее, 06.08.2017 выдал новый заём в размере 200 000 долларов США. 

- Более того, по Договору займа №2 от 06.08.2017, Кредитор не начисляет проценты за пользование займом, что также не соответствует нормальным рыночным отношениям.

- Как следует из представленных финансовым управляющим в материалы дела доказательств, Кредитор на протяжении длительного периода времени (с 2015 года) являлся представителем Должника по доверенности в рамках судебных дел и исполнительных производств. Данная информация установлена Финансовым управляющим по итогам ознакомления с материалами дела №2а-0002/2018 (по административному исковому заявлению Должника к судебному приставу-исполнителю ФИО11) и материалами исполнительных производств в отношении ФИО5 

Таким образом, Кредитор, выдавая повторный заём, был осведомлен о тяжелом финансовом положении Должника, о наличии возбужденных исполнительных производств в отношении Должника, а также о суммах требований взыскателей.  ФИО2  выдавал займы в отсутствие какого-либо обеспечения исполнения обязательства, в то время как обеспечение исполнения обязательства является обычной практикой при реальных хозяйственных рыночных отношениях, когда в обеспечение крупных займов заемщик предоставляет залог или иное обеспечении.

Учитывая совокупность фактических обстоятельств дела, судом первой инстанции определено, что отношения между кредитором и должником не могут свидетельствовать о том, что спорные правоотношения имели место в обычной хозяйственной деятельности, поскольку, наоборот, свидетельствует о том, что в спорных заемных отношениях стороны действовали нестандартно, вопреки обычным правилам делового оборота. Так кредитора, действуя себе в убыток, более 5 лет хранил наличные денежные средства в значительном размере (12 миллионов рублей), предоставил их в беспроцентный заем физическому лицу, без какого-либо обеспечения, на длительный период (3 года) и не предпринимал никаких действий по возврату данных денежных средств. 

Из представленных в материалы дела документов следует, что ни один договор до настоящего времени должником не исполнен, несмотря на то обстоятельство, что один из договоров заключен более 7 лет назад и предусматривает согласованный сторонами срок возврата займа, который давно истек. Между тем в материалы дела не представлено ни претензионных писем, ни соглашений о расторжении договоров, ни сведений о поданных исковых заявлениях. То есть, никаких действий, направленных на получение от должника встречного удовлетворения, кредитор не предпринимал, тогда как положения Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и условия договоров предоставляют ему право требовать исполнения условий договоров, в том числе с начислением соответствующих штрафных санкций. Напротив, из материалов дела усматривается, что за взысканием денежных средств в судебном порядке кредитор впервые обратился только после введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов.

Указанное также не может свидетельствовать о нормальных хозяйственных отношениях между Кредитором и Должником, так как, при обычном деловом обороте, в случае просрочки исполнения обязательств Заёмщиком (Должником), Займодавец (Заявитель) обращается в суд с требованием о взыскании денежных средств и процентов за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ). Однако в данном случае кредитор обращается с требованием непосредственно после введения процедуры реструктуризации долгов в отношении должника. Указанное свидетельствует о том, что ФИО2 предполагает оказывать влияние на процедуру банкротства с помощью предъявленных требований к должнику. Изложенное свидетельствует о недобросовестном поведении (злоупотребления правом) кредитора и заявителя, действующих в ущерб имущественным правам иных кредиторов. Таким образом, действия должника и кредитора по созданию кредиторской задолженности следует квалифицировать как злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ).

Как отметил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 2 пункта 86 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, что усматривается в данном случае в качестве подписания Должником расписок в получении денежных средств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что объективно не усматривается экономическая целесообразность выдачи займов должнику, так как на дату предполагаемого займа (2017 год) у должника уже имелась значительная кредиторская задолженность, начавшая формироваться еще с 2013 года, о чем ФИО2, как представитель должника по доверенности, не мог не знать. Факт реального предоставления займа не подтвержден, при этом должник, получив денежные средства, не направил их на погашение существующей кредиторской задолженности. Материалы дела не содержат документальных сведений о том, куда были израсходованы якобы полученные должником денежные средства. Доказательств того, что должник предпринимал действия или вел предпринимательскую деятельность («бизнес»), вкладывал денежные средства в бизнес, не представлено. Фактов получения прибыли должником от пользования денежными средствами, полученными от кредитора, или приобретения имущества, имущественных прав не установлено. Финансовый управляющий сведениями о получении и расходовании денежных средств по спорным договорам займа также не располагает. С учетом изложенного, судом первой инстанции указанные спорные займы правомерно определены как безденежные.

Кроме того, судом первой инстанции сделан правомерный вывод о пропуске кредитором срока исковой давности. Финансовый управляющий должника отметил, что заявленное ФИО2 требование в части включения задолженности по Договору займа от 13.11.2010 в размере 21 185 097,10 руб. (200 000 долларов США основного долга, 100 000 долларов США процентов, 11 557 долларов США процентов по статье 395 ГК РФ) подлежит отказу во включении в реестр требований кредиторов по причине пропуска Заявителем срока исковой давности. 

Из условий Договора займа от 13.11.2010 следует, что заемные денежные средства подлежали возврату до 13.11.2013.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. Соответственно срок исковой давности по данному требованию истёк 14.11.2016. В силу пункта 2. статьи 71 Закона о банкротстве, лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов. В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Как следует из пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Что касается доводов апелляционной жалобы ФИО2, то суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанная жалоба не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не содержит оснований для признания обжалуемого судебного акта неправомерным и / или необоснованным. С учетом изложенного у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки доводов суда первой инстанции и руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2020 г. по делу № А40-219541/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Р.Г. Нагаев

Судьи:А.Н. Григорьев 

ФИО12