АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А84-9034/2023

г. Калуга

19 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2024 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Бессоновой Е.В., Радвановской Ю.А,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дорониной Л.А.,

при участии в судебном заседании:

от заявителя - представителя ФИО1 по доверенности от 29.08.23;

от заинтересованного лица – представителей ФИО2 по доверенности от 27.12.23 № 01-54/117, ФИО3 по доверенности от 27.12.23 № 01/54/121;

в отсутствие третьих лиц, извещенных надлежащим образом;

рассмотрев в открытом судебном заседании использованием систем видеоконференц-связи при содействии Двадцать первого арбитражного апелляционного суда кассационную жалобу УФНС России по г. Севастополю на решение Арбитражного суда города Севастополя от 15.02.2024 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2024 по делу № А84-9034/2023, 

УСТАНОВИЛ:

жилищно-строительный кооператив «Адмиралтейский» (далее - ЖСК) обратился в Арбитражный суд города Севастополя к Управлению ФНС России по г. Севастополю (далее - УФНС) с заявлением о признании незаконными требования № 3237 об уплате задолженности по состоянию на 27.06.23 и решения от 14.08.23 № 941 о взыскании задолженности за счет денежных средств (драгоценных металлов) на счетах ЖСК в банках, а также электронных денежных средств.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра города Севастополя (далее – СевРеестр) и Межрегиональная ИФНС России по Южному федеральному округу (далее - МИФНС).

Решением суда первой инстанции от 15.02.24, оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 30.08.24, требования ЖСК удовлетворены.

Не согласившись с принятыми судебными актами, УФНС обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с неправильным применением судами при их принятии норм материального права, настаивая на соответствии оспариваемых требования и решения положениям п. 2 ст. 375, п.п. 4 п. 1 ст. 378.2 НК РФ в редакции Федерального закона от 28.11.19 № 379-ФЗ (далее – закон № 379-ФЗ), и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ЖСК.

В отзыве на кассационную жалобу ЖСК возражает против ее удовлетворения ввиду законности обжалуемых судебных актов.

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в установленном гл. 35 АПК РФ порядке. Третьи лица своих представителей в судебное заседание не направили, о его проведении извещены надлежаще, в связи с чем и на основании ч.3 ст. 284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

В судебном заседании представители УФНС настаивали на отмене обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в кассационной жалобе доводы; представитель ЖСК возражал против отмены обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в отзыве на кассационную жалобу доводы.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены, исходя из следующего.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что на основании информации, поступившей от СевРеестра в порядке реализации п. 14 ст. 85 НК РФ о наличии записи в Едином государственном реестра недвижимости и переходе прав на объект недвижимости (далее – ЕГРН) о регистрации за ЖСК по состоянию на 31.12.22 объекта незавершенного строительства с кадастровым номером (далее – к/н) 91:02:001002:4776, УФНС исчислен налог на имущество (далее - НИ) за 2022 год в сумме 5 597 147 руб., и в адрес ЖСК направлено соответствующее сообщение о начислении данного налога.

В связи с неуплатой ЖСК данного налога, УФНС на основании ст. 69 НК РФ выставило ЖСК требование № 3237 от 27.06.23 об уплате НИ в сумме 5 597 147 руб. и пени по НИ в размере 347 163,68 руб.; срок исполнения требования - до 31.07.23.

Поскольку ЖСК в добровольном порядке требования № 3237 от 27.06.23 не исполнило, УФНС на основании ст. 46 НК РФ было принято решение № 941 от 14.08.23 о взыскании с ЖСК данной задолженности (НИ и пени) за счет денежных средств на счетах ЖСК в банках, в общей сумме 6 013 995,15 руб.

Не согласившись с требованием № 3237 от 27.06.23 и решением № 941 от 14.08.23, ЖСК обжаловал их в судебном порядке.

Удовлетворяя требования ЖСК, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст.ст. 11, 52, 85, 373 - 375, 378.2, 400, 408 НК РФ, ст. 40 Федерального закона от 13.07.15 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее - закон № 218-ФЗ), ст.ст. 8.1, 218 ГК РФ, п. 11 совместного постановления Пленума ВАС РФ № 22 и Пленума ВС РФ № 10 от 29.04.10 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление Пленумов ВАС РФ и ВС РФ № 10/22), п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25), пришли к выводу об отсутствии у ЖСК обязанности по уплате НИ за 2022 год ввиду отсутствия объекта налогообложения, в отношении которого исчислен данный налог, поскольку спорный объект незавершенного строительства в 2016 году завершен строительством путем возведения МКД, введен в эксплуатацию и поставлен на государственный кадастровый учет, о чем имеется запись в ЕГРН. ЖСК не имеет прав ни на одно из помещений в данном МКД.

Суд кассационной инстанции, с учетом предоставленных ему ч.1 ст. 286 АПК РФ полномочий, не находит оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.

В обоснование законности принятия оспариваемых в настоящем деле требования и решения о взыскании с ЖСК задолженности по НИ и пени, УФНС ссылается на положения п. 2 ст. 375 НК РФ и п.п. 4 п. 1 ст. 378.2 НК РФ в редакции закона № 379-ФЗ, действующей с 01.01.20.

Так, согласно п.1 ст.375 НК РФ, налоговая база по НИ для организаций определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей (п.1).

Согласно п.2 ст.375 НК РФ, налоговая база по отдельным объектам недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость, внесенная в ЕГРН и подлежащая применению с 1 января года налогового периода, с учетом особенностей, предусмотренных ст. 378.2 НК РФ.

Согласно п.п. 4 п. 1 ст. 378.2 НК РФ в редакции закона № 379-ФЗ, налоговая база по НИ определяется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, в том числе, как кадастровая стоимость недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения, к которому отнесены и объекты незавершенного строительства.

Применительно к данному объекту налогообложения по НИ, налоговый орган начисляет налог налогоплательщику на основе информации, полученной от органов, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество (п. 5 ст. 83, п.п. 4, 13 ст. 85 НК РФ, п. 6 ст. 386 НК РФ).

Ссылаясь на приведенные нормы п. 2 ст. 375, п.п. 4 п. 1 ст. 378.2 НК РФ, УФНС указывает, что с 01.01.20 принадлежащие организациям объекты незавершенного строительства подлежат обложению НИ, если в отношении таких объектов определена кадастровая стоимость, внесенная в ЕГРН.

Исходя из изложенного, по мнению УФНС, поскольку на 01.01.20 в ЕГРН имелась действующая запись о регистрации за ЖСК спорного объекта незавершенного строительства и была определена его кадастровая стоимость, то ЖСК как налогоплательщику правомерно начислен НИ за 2022 год в отношении указанного объекта, в целях получения которого УФНС в адрес ЖСК выставлены оспариваемые в деле требование и решение.

Суды первой и апелляционной инстанций правомерно отклонили данные доводы УФНС, поддержанные в кассационной жалобе, как не соответствующе нормам применимого к спорным правоотношениям материального права.

В частности, ст.ст. 375, 378.2 НК РФ, на которые ссылается УФНС, определяют общие (ст. 375 НК РФ) и специальные - в отношении отдельных объектов недвижимого имущества (ст. 378.2 НК РФ), правила и порядок определения налоговой базы, исчисления и уплаты НИ для организаций.

При этом, согласно п. 1 ст. 373 НК РФ, налогоплательщиками НИ признаются организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со ст. 374 НК РФ.

Исходя из п.п.2 п.1 ст.374 НК РФ (в редакции Федерального закона от 29.09.19 № 325-ФЗ), объектами налогообложения признаются: недвижимое имущество, находящееся на территории Российской Федерации и принадлежащее организациям на праве собственности или праве хозяйственного ведения, а также полученное по концессионному соглашению, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с п. 2 ст. 375 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено ст. 378 и ст. 378.1 настоящего Кодекса.

Положения ст.ст. 375, 378.2 НК РФ не устанавливают иных признаков объекта налогообложения по сравнению с тем, как они определены ст. 374 НК РФ.

Соответственно, из приведенных норм НК РФ следует, что установленные ст.ст. 375, 378.2 НК РФ правила исчисления НИ могут быть применены только при наличии у организации обязанности по уплате НИ, которая, в силу ст. 373 НК РФ, возникает только при наличии у организации имущества, подлежащего обложению данным налогом - объекта налогообложения по НИ согласно ст. 374 НК РФ.

Таким образом, законодательство о налогах и сборах связывает обязанность по исчислению и уплате НИ организаций с наличием у налогоплательщика реально существующих объектов недвижимости. Для признания объектом налогообложения по НИ и предъявления к уплате данного налога, данный объект налогообложения должен реально существовать в действительности, а не значится только в каких-либо учетных документах, регистрах.

Изложенное согласуется с выработанным в судебной практике подходом к толкованию и применению положений гл. 30 «Налог на имущество организаций» НК РФ, который состоит в том, что обязанность по исчислению и уплате НИ связана с наличием у налогоплательщика реально существующих объектов имущества, способных приносить экономические выгоды его владельцу и потому признаваемых частью активов налогоплательщика - объектами основных средств (п. 31 Обзора судебной практики ВС РФ № 4 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 26.12.18 , определения ВС РФ от 26.02.21 по делу № А60-58800/2019, от 20.09.18 по делу № А40-154449/2017, от 24.10.18 по делу № А40-154450/2017, от 27.09.19 № 18-АПА19-57).

Соответственно, при рассмотрении спора суды правомерно исходили из того, что государственная регистрация на недвижимое имущество не является юридически значимым фактом, порождающим или прекращающим обязательство по уплате НИ организаций.

Уплата НИ со стоимости (кадастровой стоимости) недвижимости выступает одной из составляющих бремени содержания имущества, которое лежит на собственнике, в связи с чем само по себе наличие в государственном кадастровом учете сведений об объекте недвижимости и его принадлежности организации не может служить основанием для взимания НИ при отсутствии облагаемого данным имущества в действительности (то есть, при реальном отсутствии объекта налогообложения по НИ).

В случае приобретения в собственность объектов недвижимости, приобретатель становится плательщиком НИ независимо от наличия государственной регистрации перехода права собственности, поскольку в силу законодательства о бухгалтерском учете такая регистрация не указана среди обязательных условий учета соответствующих объектов на балансе в качестве основных средств (п.2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.11 № 148 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений главы 30 НК РФ».

То есть, вопреки подержанной в кассационной жалобе и правомерно отклоненной судами позиции УФНС, ст.ст. 375, 387.2 НК РФ не устанавливают правил определения наличия/отсутствия у организации обязанности по уплате НИ, а устанавливают только правила исчисления размера данного налога, обязанность по уплате которого определяется на основании иных норм - ст.ст. 373, 374 НК РФ (то есть, при установлении наличия у организации имущества, признаваемого объектом обложения по НИ).

Данному выводу соответствуют и положения п.п. 4 п.1 ст. 387.2 НК РФ, на которые ссылается УФНС в их буквальном толковании, согласно которым для организаций, которым принадлежат объекты незавершенного строительства, налоговая база по НИ в отношении данных объектов налогообложения определяется как их кадастровая стоимость, внесенная в ЕГРН (применительно к рассматриваемому спору).

Каких-либо положений о порядке определения объекта налогообложения названная норма не содержит.

Соответственно, для того, чтобы исчислить размер НИ по установленному п.п. 4 п.1 ст. 387.2 НК РФ правилу определения налоговой базы (исходя из размера кадастровой стоимости объекта налогообложения), необходимо установить реальное наличие данного объекта налогообложения и его принадлежность на соответствующем праве организации, в связи с наличием, принадлежностью которого у организации на основании ст.ст. 373, 374 НК РФ и возникает обязанность по уплате НИ.

С учетом изложенного при рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что для признания законными оспариваемых требования и решения УФНС необходимо доказать наличие в период начисления НИ (2022 год) реально существовавшего в 2022 году объекта налогообложения по НИ, от кадастровой стоимости которого УФНС был исчислен данный налог, выставленный к уплате ЖСК как собственнику данного объекта (согласно записи в ЕГРН), а именно: объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанции пришли к верному выводу об отсутствии у ЖСК в 2022 году такого реально существовавшего объекта налогообложения по НИ, сославшись при этом на следующие обстоятельства.

В частности, судами установлено и подтверждено материалами дела, что ЖСК осуществляло деятельность по строительству МКД: «Жилой дом со встроенно-пристроенными помещениями, социально-культурной и инженерно-транспортной инфраструктурой» с местоположением: 

<

...> очередь строительства.

16.02.16, до завершения строительства, объект был поставлен на кадастровый учет с к/н 91:02:001002:4776 в ЕГРН за правообладателем – ЖСК, в качестве объекта незавершенного строительства с процентом готовности 95%, площадью 9 602 кв.м., кадастровой стоимостью 287 207 794,85 руб.

13.12.16, после завершения строительства, Департаментом архитектуры и градостроительства города Севастополя № RU91-94102000-050-2016 выдано разрешение на введение в эксплуатацию возведенного объекта – МКД.

25.01.17 вновь созданному объекту недвижимости (МКД) присвоен кадастровый номер - 91:02:001002:7425, в указанием в ЕГРН сведений о площади - 11 035 кв. м., кадастровой стоимости - 714 029 083,63 руб., а также на то, что МКД завершен строительством и введен в эксплуатацию в 2016 года, образован из объекта с к/н 91:02:001002:4776.

26.07.23 СевРеестр погасил запись в ЕГРН о регистрации за ЖСК объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776 в связи с тем, что на 26.07.23 осуществлен государственный кадастровый учет всех квартир и помещений в МКД, в ЕГРН зарегистрированы права собственников на все входящие в состав МКД квартиры и помещения (последняя регистрация осуществлена 15.05.23).

Данное погашение записи в ЕГРН о регистрации за ЖСК объекта незавершенного строительства был осуществлено СевРеестр на основании п. 8 ст. 40 закона № 218-ФЗ, согласно которой снятие с государственного кадастрового учета такого объекта незавершенного строительства, как МКД, и государственная регистрация прекращения прав на такой объект незавершенного строительства осуществляются без соответствующего заявления одновременно с государственным кадастровым учетом всех квартир и помещений в созданном МКД, и государственной регистрацией прав на них.

Таким образом, с декабря 2016 года спорный объект незавершенного строительства, зарегистрированный в ЕГРН в силу закона за ЖСК в феврале 2016 года, фактически прекратил свое существование, трансформировавшись в результате окончания строительства и ввода в эксплуатацию во вновь созданный объект недвижимого имущества - МКД, зарегистрированный в ЕГРН с присвоением кадастрового номера в январе 2017 года.

Однако, регистрация в ЕГРН за ЖСК данного объекта незавершенного строительства, уже не существующего с декабря 2016 года, сохранялась за ЖСК вплоть до 2023 года в силу предписанного законом № 218-ФЗ порядка (п. 8 ст. 40) - до момента регистрации в ЕГРН права за собственником последнего помещения в МКД.

Соответственно, в результате осуществления указанных регистраций в ЕГРН, после того, как МКД был завершен строительством, введен в эксплуатацию и поставлен на кадастровый учет 25.01.17, и до погашения 26.07.23 в ЕГРН записи о регистрации за ЖСК спорного объекта незавершенного строительства 16.02.16, фактически в ЕГРН одновременно имели действующую регистрацию два объекта недвижимости: объект незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776 и МКД с к/н 91:02:001002:7425, созданный в результате завершения строительства объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776. 

При этом, как правильно установлено судами, с момента завершения строительства и ввода в эксплуатацию 13.12.16, в реальной действительности, физически, существовал только один объект недвижимого имущества – МКД: Жилой дом со встроенно-пристроенными помещениями, социально-культурной и инженерно-транспортной инфраструктурой (3-я очередь строительства).

Вместе с тем, согласно доводам УФНС, основанием для начисления ЖСК к уплате оспариваемого в настоящем деле НИ и пени за 2022 год послужило только наличие в ЕГРН записи о регистрации за ЖСК в 2022 году указанного объекта незавершенного строительства, от кадастровой стоимости которого УФНС и был исчислен НИ, предъявленный к уплате ЖСК согласно оспариваемым в деле требованию и решению.

Применительно к данному доводу УФНС суды обоснованно отметили, что, по общему правилу, одним из источников сведений о праве собственности лица на имущество, признаваемое объектом налогообложения, для налоговых органов определены сведения из органов, осуществляющих государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, о зарегистрированных правах на недвижимое имущество (п. 4 ст. 85 НК РФ) и государственная регистрация права в ЕГРН служит единственным доказательством существования зарегистрированного права (ст. 1 НК РФ).

Однако, как правильно указали на то суды, допустима ситуация, когда наличие записи в ЕГРН не подтверждает возникновение налоговой обязанности и не влечет соответствующие правовые последствия (определение ВС РФ от 20.09.18 № 305-КГ18-9064).

В рассматриваемом по настоящему делу случае сложилась ситуация, когда режим права собственности на объект налогообложения - незавершенный строительством объект, остался указанным в ЕГРН исключительно в силу законодательно предписанного порядка (п. 8 ст. 40 закона № 218-ФЗ), и его прекращение не зависело от воли ЖСК. 

В то же время, вопреки доводам УФНС, данный объект незавершенного строительства, имевший не погашенную регистрационную запись в ЕГРН, вне зависимости от сохранения в ЕГРН в качестве действующей записи о регистрации за ЖСК объекта незавершенного строительства, фактически прекратил свое существование как объект вещных прав после завершения его строительством, введения в эксплуатацию и регистрации созданного в результате нового объекта недвижимости – МКД. 

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу об отсутствии у УФНС в силу приведенных обстоятельств установленных ст.ст. 373, 374 НК РФ оснований для начисления ЖСК за 2022 год и предъявления к уплате НИ в отношении объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776, поскольку в 2022 году данный объект налогообложения для НИ реально не существовал.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 373 НК РФ, налогоплательщиками НИ признаются организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения.

То есть, как правильно на то указали суды, в силу приведенной нормы, основанием для исчисления НИ для организаций по правилам п.п. 4 п. 1 ст. 378.2 НК РФ и предъявления его к уплате служит не только реальное наличие имущества, являющегося объектом налогообложения по НИ, но и принадлежность данного имущества организации, которой этот НИ предъявляется к уплате, чего в рассматриваемом случае не имеется, несмотря на наличие записи в ЕГРЮЛ.

В обоснование суды обоснованно сослались на следующее.

Спорный объект незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776, в отношении которого ЖК предъявлен к уплате НИ и результатом завершения строительства которого явился МКД с к/н 91:02:001002:7425, возводился ЖСК за счет средств паенакоплений физических лиц - членов ЖСК.

Потребительские кооперативы (в том числе жилищно-строительные) основаны на добровольном объединении его членами имущественных паевых взносов (п.1 ст.123.2 ГК РФ). Члены кооператива своими средствами участвуют в создании либо приобретении объектов недвижимости, в частности квартир в многоквартирном доме.

Согласно п. 2 ст. 8.1 ГК РФ, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

При этом п. 4 ст. 218 ГК РФ установлено, что член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Таким образом, в силу специального (по отношению к п. 2 ст. 8.1 ГК РФ) законодательного установления в п. 4 ст. 218 ГК РФ, право собственности членов жилищно-строительного кооператива на квартиры в многоквартирном доме возникает в силу закона не с момента регистрации соответствующих прав, а с момента полной выплаты паевого взноса и, соответственно, не зависит от государственной регистрации данного права (п. 4 ст. 218, п. 2 ст. 8.1 ГК РФ).

В связи с этим государственная регистрация права собственности на эти объекты для членов потребительского кооператива носит правоподтверждающий, а не правоустанавливающий характер, так как происходит государственная регистрация уже приобретенного права собственности (п. 1 ст. 131 ГК РФ).

Сходная правовая позиция приведена в п. 11 постановления Пленумов ВАС РФ и ВС РФ № 10/22, п. 3 постановления Пленума ВС РФ № 25.

Применительно к изложенному, судами установлены следующие обстоятельства оформления прав на помещения (жилые, нежилые) в МКД, построенном ЖСК и введенном в эксплуатацию в 2016 году на средства паенакоплений физических лиц - членов ЖСК.

В период с декабря 2016 по август 2018 года (последняя передача произведена 01.08.18) все помещения (жилые, нежилые, отнесенные к общему имуществу) в МКД, за исключением 2-х были переданы ЖСК его членам-пайщикам в собственность по передаточным актам; 2 помещения (жилые квартиры) были переданы в собственность субъекта Российской Федерации - города федерального значения Севастополь (к/н 91:02:001002:7513) и в собственность России (к/н 91:02:001002:7522).

25.01.17 осуществлен кадастровый учет всех помещений в МКД; определена кадастровая стоимость каждого помещения, что следует из представленных в материалы дела выписок из ЕГРН (представлены кооперативом с пояснениями от 04.02.24).

В период с 2017 по 2023 годы (последняя регистрация произведена 15.05.23) в ЕГРН осуществлена государственная регистрация прав собственников всех помещений в МКД (физических лиц – пайщиков-членов ЖСК, города федерального значения Севастополь, Российской Федерации) на все входящие в состав МКД помещения (жилые, нежилые, относящиеся к общему имуществу собственников помещений в МКД), при этом:

- 22.06.17 в ЕГРН осуществлена регистрация права собственности субьекта Российской Федерации – города федерального значения Севастополь на жилую квартиру в спорном МКД, к/н 91:02:001002:7513, площадью 39,5 кв.м., кадастровой стоимостью 4 582.335, 22 руб. (т.3, л.д. 175);

- 06.12.17 в ЕГРН осуществлена регистрация права собственности Российской Федерации и права оперативного управления Прокуратуры города Севастополя на жилую квартиру в спорном МКД, к/н 91:02:001002:7522, площадью 65кв.м., кадастровой стоимостью 7 280 014,14 руб. (т.3, л.д. 176):

- на 01.01.22 в ЕГРН из вошедших в состав МКД к/н 91:02:001002:7425 зарегистрировано право собственности на 207 помещений (в том числе указанные 2 квартиры – за Российской Федерацией и городом федерального значения Севастополь);

- по состоянию на 31.12.22 в ЕГРН зарегистрировано право собственности на все помещения в МКД, за исключением прав на 3 помещения (жилые квартиры);

- 15.05.23 в ЕГРН зарегистрированы права собственности физических лиц на оставшиеся 3 помещения (жилые квартиры).

При этом, согласно выпискам из ЕГРН об объектах недвижимости в спорном МКД, нежилые помещения также принадлежат на праве собственности физическим лицам; общее имущество МКД зарегистрировано за собственниками помещений в МКД.

На основании изложенного судами сделан вывод о том, что ни в период начисления НИ за 2022 год на 31.12.22, ни позднее, ЖСК не имел прав собственности ни на одно из помещений в МКД (жилое, нежилое, либо относящееся к общему имуществу). 

Данный вывод судов подтверждается и материалами дела (представленными ЖСК Выписками из ЕГРН в отношении всех помещений в МКД).

УФНС также не ссылается на наличие у ЖСК в собственности, либо ином праве, какого-либо помещения в МКД после ввода его в эксплуатацию (что могло бы являться основанием для исчисления НИ применительно к такому объекту).

С учетом изложенного суды обоснованно указали на отсутствие у ЖСК обязанности по уплате начисленного ему НИ за 2022 год также и по мотиву отсутствия доказательств принадлежности ЖСК в какой-либо части реально существующего на 2022 год объекта недвижимости – МКД с к/н 91:02:001002:742, созданного в результате завершения строительства ранее зарегистрированного за ЖСК объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776.

При этом, согласно ст. 400 НК РФ, физические лица - собственники имущества, признаваемого объектом налогообложения, являются плательщиками налога на имущество.

В соответствии с п.п. 2, 3, 6 п.1 ст. 401 НК РФ объектом налогообложения по НИ для физических лиц являются, в том числе: квартира, комната, машино-место, иные здание, сооружение, помещение.

Как установлено судами, до сентября 2018 года все помещения в МКД были переданы ЖСК в установленном п. 4 ст. 218 ГК РФ порядке в собственность его пайщикам - физическим лицам, и 2 квартиры (в отношении которых регистрация права произведена в ЕГРН в 2017 году) - в собственность Субъекта Российской Федерации и Российской Федерации.

Согласно п. 9.5 ст. 85 НК РФ (введена Федеральным законом от 23.11.20 № 374-ФЗ), потребительский кооператив обязан сообщать в налоговый орган сведения о полном внесении паевых взносов за недвижимость, предоставленную членам, иным лицам, имеющим право на паенакопления - в течение 10 дней со дня полного внесения соответствующего паевого взноса.

Указанная обязанность способствует администрированию НИ применительно к реализации п. 4 ст. 218 ГК РФ и способствует своевременному взиманию данного налога с надлежащего собственника, поскольку в соответствии с п. 5 ст. 83 НК РФ сведения о паевых взносах являются основанием для постановки на учет физического лица в налоговом органе по месту нахождения принадлежащего этому лицу недвижимого имущества независимо от государственной регистрации права на такое недвижимое имущество. 

Соответственно, сведения о кадастровой стоимости объекта налогообложения, внесенной в ЕГРН, представляют в налоговые органы органы Росреестра, осуществляющие кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество.

Вместе с тем, как правильно сослались на то суды, у ЖСК отсутствовала обязанность предоставлять сведения в налоговый орган в порядке реализации указанной нормы, поскольку согласно ч. 4 ст. 9 закона от 23.11.20 № 374-ФЗ, норма п. 9.5 ст. 85 НК РФ о данной обязанности вступила в силу с 01.07.21 и не распространяется на предшествующие периоды (такая позиция изложена и в письме ФНС РФ от 24.03.21 № СД-4-21/3908@).

Отсутствие у кооператива обязанности сообщить информацию о пайщиках, предусмотренную п. 9.5 ст.85 НК РФ, представители управления не отрицают.

Также суды обосновано приняли во внимание, что отсутствие у УФНС своевременной информации о полном внесении членами ЖСК паевых взносов за помещения в возведенном МКД с к/н 91:02:001002:742 в целях взимания НИ с надлежащих плательщиков данного налога (собственников помещений в МКД), не является основанием для взимания данного налога за 2022 год с ЖСК, в отношении которого УФНС не выявлено наличие права собственности на какое-либо помещение в МКД. 

Кроме того, вопреки доводам УФНС, суды пришли к основанному на материалах дела выводу о возникновении в результате действий УФНС двойного налогообложения в отношении одного объекта недвижимого имущества.

В частности, УФНС представило в материалы дела информацию (пояснения от 21.05.24) о том, что наряду с предъявлением к уплате НИ за 2022 год в адрес ЖСК в отношении спорного объекта, в отношении физических лиц - собственников помещений в МКД, налоговым органом сформированы и направлены налоговые уведомления о начислении НИ за 2021 и 2022 годы по принадлежащим им помещениям в МКД, а по помещению с к/н 91:02:001002:7522 (жилая квартира в собственности Российской Федерации и оперативном управлении Прокуратуры г. Севастополя) организация начисляет и уплачивает НИ самостоятельно, начиная с 2020 года.

Согласно дополнениям управления от 21.05.24 № 07-25/13098 к апелляционной жалобе, налоговым органом в отношении физических лиц - собственников помещений в МКД, за 2021 год сформировано и направлено 168 налоговых уведомлений, а за 2022 год - 155 налоговых уведомлений. Налоговым органом произведены начисления НИ физических лиц (с учетом доли, периода и льготы, предоставленной собственнику объекта) на сумму 196 269 руб., в том числе за период с 01.01.21 по 31.12.21 на сумму 67 745 руб., с 01.01.22 по 31.12.22 на сумму 134 581 руб.

Относительно помещения в МКД с к/н 91:02:001002:7522 УФНС указало, что кадастровая стоимость указанного объекта по состоянию на 01.01.22 составила 4 207 596,25 руб. По данному объекту налогоплательщиком в налоговый орган предоставлялись декларации по НИ организаций за 2020, 2021, 2022, 2023 годы, где заявлен объект недвижимого имущества с к/н 91:02:001002:7522 и остаточной стоимостью по состоянию на: 31.12.20 в сумме 4 368 320 руб.; 31.12.21 в сумме 4 323 247 руб.; 31.12.22 в сумме 4 278 174 руб.; 31.12.23 в сумме 4 233 101 руб.; НИ организаций за 2020, 2021, 2022, 2023 исчислен юридическим лицом самостоятельно на основании представленных налоговых деклараций.

С учетом изложенного, настаивая на уплате ЖСК НИ за 2022 год, УФНС начислило НИ за 2022 год всем собственникам помещений в МКД, помимо трех, зарегистрировавших право собственности на помещения в МКД 15.05.23.

При этом судами правомерно отклонены поддержанные в кассационной жалобе доводы УФНС об отсутствии двойного налогообложения от указанных действий УФНС по предъявлению НИ за 2022 год к уплате и ЖСК и собственникам помещений в МКД, обосновываемые наличием в 2022 году двух самостоятельных объектов налогообложения: объект незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776 и завершенный строительством, введенный в эксплуатацию МКД с к/н 91:02:001002:7425, а также различием в кадастровых номерах, в общей площади, в кадастровой стоимости данных объектов.

Вопреки данному доводу, как правильно установлено судами и обосновано выше, по состоянию на 2022 год реально, как объект материального мира, существует только один объект - МКД с к/н 91:02:001002:7425, созданный из объекта незавершенного строительства с к/н 91:02:001002:4776, запись о регистрации которого сохранялась в ЕГРН в 2022 в качестве действующей только в силу требований п. 8 ст. 40 закона № 218-ФЗ.

Кроме того, различия во внесенных в ЕГРН сведениях о пощади, кадастровой стоимости указанных объектов объективно вызваны определением указанных данных в отношении одного и того же строящегося объекта недвижимости на разных этапах его возвещения (этап незавершенного строительства с готовностью объекта 95% и этап завершенного строительства с готовностью объекта 100%), и, соответственно, не свидетельствуют о реальном существовании в 2022 году двух различных физических объектов недвижимого имущества: объекта незавершенного строительства и МКД, созданного в результате завершения строительства данного объекта незавершенного строительства.

В ЕГРН в отношении МКД с к/н 91:02:001002:7425 также указано, что данный объект создан из объекта с к/н 91:02:001002:4776. 

Суд округа также отклоняет как неосновательный довод кассационной жалобы УФНС о неправомерном удовлетворении заявления ЖСК о признании недействительными требования от 27.06.23 № 3237 и решения от 14.08.23 № 941, обосновываемый ссылками на то, что указанные ненормативные правовые акты приняты во исполнение сообщения УФНС в адрес ЖСК об исчисленных суммах налога, которое в настоящем деле ЖСК не оспаривается.

Положения ст. ст. 137 и 138 НК РФ по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи с положениями ст.ст. 29 и 198 АПК РФ не могут рассматриваться как исключающие обжалование в арбитражный суд решений (актов ненормативного характера) любых должностных лиц налоговых органов и рассмотрение таких обращений по существу. Иное противоречило бы Конституции Российской Федерации, неправомерно ограничивая фундаментальное конституционное право на судебную защиту, обеспечивающее законное осуществление гражданами и юридическими лицами иных прав и законных интересов.

Кроме того, согласно определению КС РФ от 04.12.03 № 418-О, налогоплательщик вправе обжаловать в суд требование об уплате налога, пеней и об уплате налоговой санкции независимо от того, было ли им оспорено решение налогового органа, на основании которого вынесено соответствующее требование.

Суды первой и апелляционной инстанций также мотивированно отклонили поддержанный в кассационной жалобе довод УФНС о неправомерном использовании судами норм гражданского законодательства к налоговым отношениям, сославшись при этом на п. 1 ст. 11 НК РФ и правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации (далее - КС РФ), согласно которым предполагается наличие в налоговом законодательстве норм, реализация которых находится в зависимости от правового регулирования, содержащегося в иных отраслях законодательства (в том числе от гражданско-правового регулирования соответствующих отношений, в частности с точки зрения их налоговых последствий), и не исключается наличие норм, использующих понятия других отраслей законодательства в собственно налоговом смысле; согласно которым нормы налогового законодательства - исходя не только из публичных интересов государства, но и из частных интересов физических и юридических лиц как субъектов гражданских правоотношений - должны быть гармонизированы с носящими обычно диспозитивный характер нормами гражданского законодательства; налоговые обязательства, будучи прямым следствием деятельности в экономической сфере, неразрывно с нею связаны; их возникновению, как правило, предшествует вступление лица в гражданские правоотношения, то есть, налоговые обязательства базируются на гражданско-правовых отношениях либо тесно с ними связаны (постановления КСРФ от 14.07.03 № 12-П, от 23.12.09 № 20-П, определение КС РФ от 17.05.22 № 1136-О).

Исходя из изложенного, основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, оценив представленные в материалах дела доказательства по правилам ст. ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, правильно применив нормы материального и процессуального права, суды пришли к верному выводу об отсутствии у ЖСК обязанности по уплате НИ за 2022 год в отношении объекта незавершенного строительства с кадастровым номером 91:02:001002:4776, в связи с чем пришли к правомерному выводу о незаконности оспариваемых в деле требования и решения УФНС, в которых данный налог и пени по нему предъявлены к уплате ЖСК.

В силу положений ст. 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Вместе с тем, доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судами, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений ст. ст. 286, 287 АПК РФ. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Севастополя от 15.02.2024 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2024 по делу № А84-9034/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.Н. Смотрова

Судьи Е.В. Бессонова

 Ю.А. Радвановская