ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

29 августа 2022 года                                                                                               Дело №А65-7784/2019

гор. Самара            11АП-8608/2022

Резолютивная часть постановления оглашена 22 августа 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен 29 августа 2022 года. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Гольдштейна Д.К., Машьяновой А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 17, 22 августа 2022 года (в соответствии со ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв) в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2022, вынесенное по делу №А65-7784/2019 по исковому заявлению ФИО2 о взыскании суммы убытков с арбитражного управляющего ФИО3, 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Ассоциации «СОАУ «Меркурий», Управления Росреестра по Республике Татарстан, акционерного общества Страховая компания «Спасские ворота»,

при участии в судебном заседании до перерыва:

от ФИО2 – представитель ФИО4 по доверенности от 25.01.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань» - представитель ФИО5 по доверенности от 10.01.2022;

от ФИО3 – представитель ФИО6 по доверенности от 10.01.2022;

при участии в судебном заседании после перерыва:

от ФИО2 – представитель ФИО4 по доверенности от 25.01.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань» - представитель ФИО5 по доверенности от 10.01.2022;

УСТАНОВИЛ:

Решением суда от 25.10.2019 общество с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член СРО арбитражных управляющих «Меркурий». 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №231 от 14.12.2019. 

Определением суда от 24.11.2021 завершено конкурсное производство в отношении общества с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания». 

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление ФИО2 о взыскании с ФИО3 убытков в размере 69 695 585 руб. (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке ст. 49 АПК РФ). 

Определением суда от 13.01.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Ассоциация «СОАУ «Меркурий», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, АО Страховая группа «Спасские ворота».

Решением Арбитражного суда Республике Татарстан от 11.05.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2022 по делу №А65-7784/2019 отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 апелляционная жалоба оставлена без движения. Заявителю предложено устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения в срок до 04.07.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме с учетом поступивших дополнений, приобщенных судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань» возражал относительно доводов апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве, приобщенном судом апелляционной инстанции к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО2 поступили уточнения заявленных требований, согласно которым он просит привлечь в качестве созаявителей по делу и взыскать с ФИО3 в пользу:

-ООО «Татбункер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 2 732 818,65 руб.;

- Муниципального казенного учреждения«Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования города Казани» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 16 653 975,53 руб.;

-АО «Сетевая Компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 432 413,05 руб.

-ООО «НерудСервис-Казань» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 45 508 886,29 руб.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство об уточнении заявленных требований не находит оснований для принятия его к рассмотрению, поскольку в соответствии со ст.ст. 46, 49 АПК РФ ходатайства об изменении основания или предмета иска, увеличение или уменьшение исковых требований, о привлечении в качестве созаявителей могут быть заявлены до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. В соответствии со ст. 266 АПК РФ рассмотрение указанных ходатайств не относится к компетенции арбитражного апелляционного суда. 

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО3, ФИО2 указывал, что должнику причинены убытки действиями управляющего по отказу от части исковых требований по делу №А65-1282/2020 по иску должника о взыскании неосновательного обогащения с общества с ограниченной ответственностью «Камское речное предприятие», а также бездействием управляющего в части не оспаривания в деле о банкротстве сделок должника по перечислению денежных средств платежами №7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб, №8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб., №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб., №18 от 20.05.2016 в размере 187 465 руб., №19 от 20.05.2016 в размере 108 120 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «Камское речное предприятие».

Возражая относительно заявленных требований, арбитражный управляющий ФИО3 и конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «НСК» указывали, что срок исковой давности по требованиям, от которых отказался управляющий по делу №А65-1282/2020, истек до введения в отношении должника процедуры наблюдения, а указанные ФИО2 сделки, во исполнение которых должником произведены спорные платежи, признаков недействительности не имеют, совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности до возбуждения дела о банкротстве, при отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем не могли быть оспорены.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований. 

Изучив материалы дела и доводы лиц, участвующих в деле, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не находит оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 12 статьи 20 Закона о банкротстве споры, связанные с профессиональной деятельностью арбитражного управляющего (в том числе о возмещении причиненных им убытков), его отношениями с саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, разрешаются арбитражным судом.

На основании пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно пункту 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

В абзаце 3 пункта 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2004 года N 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

Ответственность арбитражного управляющего, установленная статьей 20.4 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

Лицо, право которого нарушено, в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 150 от 22.05.2012).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу приведенных норм с учетом данных разъяснений, бремя доказывания фактов ненадлежащего исполнения обязательств, возникновения убытков на стороне потерпевшего, а также причинно-следственной связи между данными фактами лежит на истце. При доказанности данных обстоятельств у должника по деликтному обязательству возникает бремя доказывания своей невиновности.

Недоказанность любого из вышеуказанных условий привлечения к деликтной ответственности влечет отказ судом в удовлетворении иска о возмещении убытков.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО7, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.10.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член СРО арбитражных управляющих «Меркурий».

Общество с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» в лице конкурсного управляющего ФИО3 обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Камское речное предприятие» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 74 400 000 руб. неосновательного обогащения, 22 700 275,93 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами (дело №А65-1282/2020).

В обоснование исковых требований управляющий указывал, что в рамках дела о банкротстве должника в адрес конкурсного управляющего от ООО КБЭР «Банк Казани» поступила выписка о движении денежных средств по расчетному счету 

<

***>, принадлежащему должнику, при анализе которого конкурсным управляющим установлено, что в адрес ООО КБЭР «Банк Казани» должником были произведены за ООО «Камское речное предприятие» (ИНН 

<

***>) следующие перечисления:

- П/п №7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб. Погашение просроченного долга по дог. № 56/15-ЛВ-ЮЛ от 29.04.15.

- П/п №8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб. Погашение просроченного долга по дог. № 74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.15.

- П/п №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб. Погашение просроченного долга по дог. № 74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.15.

- П/п №269/910-1 от 30.12.2016 в размере 1 976 429,68 коп. Погашение просроченных %  по дог. № 74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.15.

- П/п №269/910-2 от 30.12.2016 в размере 2 105 355,19 коп. Погашение просроченных %  по дог. № 74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.15.

- П/п №269/427-1 от 30.12.2016 в размере 918 215,13 коп. Погашение ПЕНИ просроченных % по дог. № 74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.15.

Управляющий также указывал, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.12.2019 по делу №А65-7784/2019 удовлетворено в полном объеме заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» ФИО3 об истребовании бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, от исполнения судебного акта бывший руководитель должника ФИО2 уклоняется, в связи с чем отсутствует информации об основаниях соответствующего платежа.

Судом при разрешении дела №А65-1282/2020 установлено, что ООО «Камское речное предприятие» выступало заемщиком по кредитным договорам, заключенным с ООО КБЭР «Банк Казани» №56/15-ЛВ-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-ЛВ-ЮЛ от 05.06.2015.

В обеспечение обязательств ООО «Камское речное предприятие» между должником и ООО КБЭР «Банк Казани» заключены договоры поручительства №56/15-П2-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-П2-ЮЛ от 05.06.2015.

Суд установил, что правоотношения между ООО «Камское речное предприятие» и должником возникли из кредитных договоров и договоров поручительства, а взыскиваемые управляющим суммы не составляют неосновательное обогащение, поскольку исполнение произведено должником в соответствии с условиями указанных договоров.

ООО «Камское речное предприятие» в ходе судебного разбирательства заявлено о пропуске управляющим срока исковой давности в отношении платежей № 7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб, № 8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб., №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб., №18 от 20.05.2016 в размере 187 465 руб., №19 от 20.05.2016г. в размере 108 120 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.08.2020 по делу №А65-1282/2020 на основании ст. 49 АПК РФ в связи со сделанным ответчиком заявлением о применении исковой давности принято заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 об уменьшении исковых требований до 5 000 000 руб. долга, 26 487 руб. 30 коп. процентов за пользование денежными средствами по правилам ст. 395 ГК РФ, с указанием, что требования конкурсного управляющего, основанные на платежных поручениях №7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб., № 8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб., №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб., №18 от 20.05.2016 в размере 187 465 руб., №19 от 20.05.2016г. в размере 108 120 руб., заявлены с пропуском срока исковой давности.

ООО «Камское речное предприятие» было представлено заявление о проведении зачета взаимных требований на сумму 5 000 000 руб. от 17.01.2017.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2020 по делу №А65-1282/2020 отказано в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» к обществу с ограниченной ответственностью «Камское речное предприятие» о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование денежными средствами.

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2020 по делу №А65-1282/2020 вступило в законную силу.

Судом первой инстанции установлено, что общий трехлетний срок исковой давности в соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации для предъявления должником требования к ООО «Камское речное предприятие» о взыскании неосновательного обогащения на основании спорных платежей №7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб., № 8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб., №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб., №18 от 20.05.2016 в размере 187 465 руб., №19 от 20.05.2016 в размере 108 120 руб. истек в апреле и мае 2019 года, то есть более чем за полгода до утверждения ФИО3 конкурсным управляющим. К иным лицам, исполнявшим обязанности единоличного исполнительного органа должника, соответствующих требований о взыскании убытков ФИО2 не заявлено.

Судом первой инстанции отмечено, что согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в период с 29.10.2018 по 05.08.2019 директором должника являлся ФИО8, в период с 06.08.2019 по 25.10.2019 - ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.08.2019 установлено, что ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения:  г. Казань, умер 02.02.2019.

С учетом изложенного суд первой инстанции указал, что ФИО2 как лицом, на которое до утверждения ФИО3 конкурсным управляющим были возложены обязанности единоличного исполнительного органа должника, не представлены доказательства самостоятельного обращения к ООО «Камское речное предприятие» с требованием о возврате неосновательного обогащения либо прерывания течения срока исковой давности по спорным платежам, равно как и доказательства передачи таких сведений ФИО3

В обоснование обращения с иском о взыскании с ООО «Камское речное предприятие» неосновательного обогащения управляющий ФИО3 указал на отсутствие у него бухгалтерской и иной документации должника, из которой возможно было установить основания осуществления спорных платежей, в связи с уклонением ФИО2 от исполнения обязанности по передаче документации.

В обоснование мотивов последующего отказа от части исковых требований по делу №А65-1282/2020 управляющий ФИО3 указал на отсутствие у управляющего доказательств прерывания течения срока исковой давности, истечение срока исковой давности до введения в отношении Должника процедуры конкурсного производства, необходимость обеспечения сохранности конкурсной массы путем уменьшения суммы государственной пошлины за подачу иска.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что частичный отказ от иска был заявлен управляющим ФИО3 по делу №А65-1282/2020 в отношении требований, срок исковой давности для защиты которых истек до введения в отношении должника первой процедуры банкротства. Доказательства возможности удовлетворения первоначально заявленного по делу №А65-1282/2020 требования с учетом заявления ООО «Камское речное предприятие» о пропуске срока исковой давности ФИО2 не приведены.

Судом по делу №А65-1282/2020 установлено, что спорные платежи № 7 от 04.04.2016 в размере 8 400 000 руб., № 8 от 04.04.2016 в размере 5 000 000 руб., №9 от 04.04.2016 в размере 56 000 000 руб., №18 от 20.05.2016 в размере 187 465 руб., №19 от 20.05.2016 в размере 108 120 руб. произведены должником в счет исполнения обязательств в соответствии с условиями кредитных договоров и договоров поручительства.

При этом из заявления ФИО2 суд первой инстанции не усмотрел оснований для оспаривания указанных платежей должника в пользу ООО КБЭР «Банк Казани» во исполнение договоров поручительства №56/15-П2-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-П2-ЮЛ от 05.06.2015, за исключением их формального совершения в пределах трех лет до возбуждения производства по делу о банкротстве.  Заявителем не приведены основания, по которым оспариванию в деле о банкротстве должника подлежали непосредственно платежи, без оспаривания договоров, в счет исполнения обязательств по которым были произведены указанные платежи.

При этом договоры поручительства №56/15-П2-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-П2-ЮЛ от 05.06.2015 заключены за пределами трехлетнего срока, предшествующего дате возбуждения дела о банкротстве должника.

Вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264 и др.).

Согласно сложившейся судебной практике, наличие, в частности, корпоративных связей между поручителем и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. При кредитовании банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой. Поэтому само по себе получение кредитной организацией обеспечения в период выдачи финансирования не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении и в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом один из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка – кредитора, так и его контрагентов (Определение ВС РФ №308-ЭС20-15308 от 28.01.2021 по делу № А63-14055/2018).

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункта 12.2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, сам по себе факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует, в том числе, учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявителем не представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что, заключая Договоры поручительства №56/15-П2-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-П2-ЮЛ от 05.06.2015 и принимая спорные платежи по кредитному договору в порядке, установленном в договоре поручительства, ООО КБЭР «Банк Казани» знал или должен был знать о том, что именно получаемое им исполнение в последующем может сделать невозможным исполнение должником своих обязательств перед другими кредиторами.

Обязательным условием недействительности сделки, указанной в п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Между тем судом первой инстанции принято во внимание, что заявителем не представлено доказательств наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату заключения договоров поручительства №56/15-П2-ЮЛ от 29.04.2015 и №74/15-П2-ЮЛ от 05.06.2015, а также на дату совершения спорных платежей.

При этом отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на 29.12.2016 установлено определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-7784/2019 от 27.01.2021, вступившим в законную силу.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении сделки должник, ООО «Камское речное предприятие» и ООО КБЭР «Банк Казани» действовали исключительно с намерением причинить вред другим лицам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права, заявителем не представлено.

Судом первой инстанции принято во внимание, что арбитражный управляющий с учетом необходимости соответствия его поведения принципам добросовестности и разумности, самостоятельно определяет стратегию конкурсного производства в отношении должника, необходимость и последовательность совершения тех или иных оперативных действий для достижения предусмотренной Законом о банкротстве цели («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016)). 

При этом утвержденный на проведение процедуры банкротства арбитражный управляющий обязан высказывать профессиональное суждение относительно целесообразности конкретных действий в ходе проведения процедуры (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2013 года № 14917/11). 

Кроме того, взыскание задолженности в судебном порядке связано со значительными издержками, а управляющий, в свою очередь, не должен допускать необоснованного расходования конкурсной массы. 

Указанные выводы соответствуют правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о наличии у арбитражного управляющего профессионального суждения и необходимости его высказывать при решении вопросов, связанных с ходом проведения процедуры банкротства (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2013 года № 14917/11). 

Деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов, должна быть направлена, прежде всего, на минимизацию расходов, осуществляемых за счет имущества должника, из которого формируется конкурсная масса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2019 года № 305-ЭС19-15519 по делу № А40-108749/2011). Также такая деятельность должна быть подчинена цели процедуры конкурсного управляющего - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675). 

Возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков. 

Принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств прерывания срока исковой давности по требованиям, учитывая что сам заявитель жалобы препятствовал управляющему в проведении всех законных мероприятий конкурсного производства, уклонявшись от передачи документации, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявленный ФИО3 частичный отказ от исковых требований является разумным и обоснованным поведением арбитражного управляющего с целью сохранения конкурсной массы.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО2 обоснованными и правильными. 

доводы, изложенные в апелляционной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах решение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя и уплачены им при подаче апелляционной жалобы. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2022 по делу №А65-7784/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Л.Р. Гадеева

 

Судьи                       Д.К. Гольдштейн    

 

А.В. Машьянова