ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-11251/2020

04 октября 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  27 сентября 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  04 октября 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей  Горбуновой Е.А., Зориной О.В.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-7757/2022) акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.06.2022 по делу № А75- 11251/2020 (судья Кузнецова Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 233 475 497,99 руб. и заявления публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании договора залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договор залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между должником и акционерным обществом «Сургутнефтегазбанк» недействительными сделками, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно Строительная Компания «СеверСтрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:

публичного акционерного общества «Сбербанк России» - представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 15.09.2021 № 1-ДГ/1/74, срок действия по 09.04.2024);

установил:

решением суда от 25.02.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно-Строительная Компания «СеверСтрой» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член СРО ААУ Евросиб» ФИО3 (305019, г. Курск, а/я 5). Судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 25 августа 2021 года.   

В суд почтой 29.04.2021 поступило заявление акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно-Строительная Компания «СеверСтрой»   задолженности в размере 233 475 497,99 рублей.

В арбитражный суд поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании договора залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договор залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между ООО ИСК «СеверСтрой» и АО «СНГБ». Просит применить недействительности сделок в виде погашения регистрационной записи об ипотеке в отношении заложенных прав участника долевого строительства.

Определением суда от 18.6.2021 заявления публичного акционерного общества «Сбербанк России»  и Акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» объединены в одно производство.

Определением от 06.06.2022 суд определил: заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании договора залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договора залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между ООО ИСК «СеверСтрой» и АО «СНГБ» удовлетворить. 

Признать недействительными сделками договор залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договор залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между ООО ИСК «СеверСтрой» и АО «СНГБ».

Заявление акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно Строительная Компания «СеверСтрой» задолженности в размере 233 475 497,99 рублей оставить без удовлетворения.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратилось акционерное общество «Сургутнефтегазбанк», просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что банк как залогодержатель по заложенному требованию имеет право на получение исполнения по данному требованию в пределах, необходимых для покрытия требований залогодержателя, обеспеченных залогом, заявив о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

До начала судебного заседания от публичного акционерного общества «Сбербанк России» 22.09.2022 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО3 27.09.2022 поступил отзыв на апелляционную жалобу, без доказательств направления лицам, участвующим в деле.

Суд, отказал в приобщении к материалам дела указанного отзыва.

В судебном заседании представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» поддержал доводы, изложенные в отзыве. Считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Как следует из материалов дела, между АО Банк «СНГБ» и ООО «ИСК «СеверСтрой» было заключено две кредитные сделки:  кредитный договор № С46729/10 от 13.12.2016 на сумму 530 000 000 руб. со сроком погашения до 13.12.2019;  кредитный договор № С48309/11 от 02.06.2017 на сумму 600 000 000 руб. со сроком погашения до 29.11.2019. 

При введении процедуры наблюдения в отношении должника Арбитражный суд ХМАО-Югры в своем определении от 26.09.2020 установил, что ООО «ИСК «СеверСтрой» перестал своевременно исполнять обязательства по вышеуказанным договорам с августа 2018 года. 

Размер не оспоренной задолженности ООО «ИСК «СеверСтрой» перед ответчиком АО Банк «СНГБ» составляет более 120 млн. руб. 

Из представленных суду сведений ссудного счета следует, что должником согласно графику в добровольном порядке платежи по кредиту осуществлялись не позднее августа 2018 года. 

В обеспечении кредитного договора № С46729/10 от 13.12.2016 были заключены: 

договор поручительства №70 от 15.02.2019 с ООО «СеверСтрой»;

договор поручительства №72 от 15.02.2019 с ООО «СеверСтрой Партнер».

В ЕФРСБ 13.08.2019 опубликовано сообщение АО Банк «СНГБ» №04210746 о намерении обратиться в суд с заявлением о признании ООО «СеверСтрой Партнер» банкротом и 01.11.2019 обратилось с соответствующим заявлением (дело № А75-2026/2019). 

В ЕФРСБ 20.08.2019 опубликовано сообщение АО Банк «СНГБ» №04220846 о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «СеверСтрой» банкротом и 11.10.2019 обратилось с соответствующим заявлением в Арбитражный суд ХМАО-Югры (дело № А75-19049/2019).

В ЕФРСБ в 20.08.2019 опубликовано сообщение АО Банк «СНГБ» №04220845 о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом.

В таких условиях (просрочка более года, публикация уведомлений о намерении признать группу компаний СеверСтрой банкротами) 15.09.2019 АО Банк «СНГБ» уступает по договору уступки прав (требований) №1 от 15.11.2019 своему фактически аффилированному лицу – ООО «Автоколор» задолженность по кредитному договору №С48309/11 от 02.06.2017 в отсутствии оплаты (а также средств для последующей оплаты) и, одновременно, в этот же день: 

- ООО «СеверСтрой Партнер» в счет погашения задолженности по кредитному договору №С48309/11 от 02.06.2017 перед ООО «Автоколор» передает по договору о предоставлении отступного №1 от 15.11.2019 земельные участки;

 - ООО «ИСК «СеверСтрой» предоставляет АО Банк «СНГБ» оспариваемые договоры залога имущественных прав от 15.11.2019 №03 и №06 в обеспечении обязательств ООО «Автоколор» по договору уступки прав (требований) №1 от 15.11.2019;

 - ООО «СеверСтрой» предоставляет поручительство по договору поручительства № 22 от 15.11.2019 в целях обеспечения обязательств ООО «Автоколор» перед АО Банк «СНГБ» по договору цессии № от 15.11.2019.

То есть   15.11.2019 между АО «СНГБ» и Должником были заключены договоры залога( имущественных прав требований №03 и №06, в обеспечении исполнения обязательств ООО «Автоколор» перед АО «СНГБ» по договору уступки прав (требований) №1.

  02.12.2019 в Росреестре зарегистрировано обременение по договору ипотеки №03.

  20.03.2020 в Росреестре зарегистрировано обременение по договору ипотеки №06.

  28.07.2020 АО «СНГБ» обратился в Арбитражный суд ХМАО-Югры с заявлением о признании должника банкротом (Определением арбитражного суда от 05.08.2020 заявления принято к производству).

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суд первой инстанции верно установил, что спорная сделка, направленная на обеспечение ранее возникших обязательств ООО «Автоколор» перед Банком, заключена в целях изменения очередности удовлетворения требований АО Банк "СНГБ" по обязательствам, возникшим у ООО «Автоколор» перед банком  на основании договора уступки прав (требований) №1.

При приведенных обстоятельствах  основания для признания оспариваемых сделок  недействительными  в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве имеются независимо от осведомленности (неосведомленности) Банка на момент ее совершения о наличии у ООО ИСК "СеверСтрой" неисполненных обязательств перед другими кредиторами (абзац второй пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В августе 2019 года, АО Банк «СНГБ» опубликовало уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника. 

Однако АО Банк «СНГБ» не обращалось с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом на основании уведомления №04220845 от 20.08.2019, а, в дальнейшем, передало свое право требования ООО «Автоколор» и приняло от должника  в обеспечение обязательств  ООО «Автоколор» по договору уступки права требования залог (на основании оспариваемых сделок). 

Как указал кредитор ПАО Сбербанк, в рамках дела о банкротстве ООО «СеверСтрой» № А75-19049/2019, АО Банк «СНГБ» письменно пояснило  Восьмому арбитражному апелляционному суду о причинах, по которым банк инициировал процедуры банкротства ООО «СеверСтрой» и ООО «СеверСтрой Партнер», и не инициировали банкротство ООО «ИСК «СеверСтрой»: ООО ИСК «СеверСтрой», являясь членом группы компаний «СеверСтрой», выполняло функцию технического дольщика. Денежные средства, полученные на основании кредитных договоров, уплачивались застройщикам группы компаний (ООО «ДЭП», ООО «СеверСтрой Партнёр»), после чего расходовались последними на деятельность, связанную со строительством. В свою очередь, предполагалось, что исполнение обязательств по кредитным договорам должно было осуществляться средствами, вырученными от деятельности застройщиков. Таким образом, предъявлять требование к организации, основной функцией которой являлась функция технического дольщика не представлялась целесообразным. 

То есть, АО Банк «СНГБ» не отрицает наличие признаков банкротства у всей группы компаний на момент публикаций уведомлений о намерении обратиться в суд с заявлениями о признании банкротами группу компаний «СеверСтрой», и, обуславливает не направление заявления о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом отсутствием целесообразности, поскольку это технический дольщик у которого отсутствуют какие-либо средства. Т.е. отсутствует средства имущество и денежные средства даже для финансирования процедуры банкротства.

Между тем, по истечению 6 месяцев с даты совершения оспариваемых сделок (договоры о залоге № 03 и №06) АО Банк «СНГБ» 08.07.2020 публикует на ЕФРСБ новое сообщение №05029474 от 08.07.2020 о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника банкротом и 27.08.2020 все же обращается в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом. 

При этом, статус ООО ИСК «СеверСтрой» с 20.08.2019 с технического дольщика не изменился, имущественное положение должника также не улучшилось.

С учетом изложенного кредитор полагал, что  АО Банк «СНГБ» не обращался в суд с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом, только для того чтобы преодолеть попадание оспариваемых сделок в шестимесячный период оспаривания, установленный ст. 61.3 Закона о банкротстве в целях усложнения доказывания недействительности сделок. 

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции признает верным вывод суда первой инстанции от том, что указанные действия АО Банк «СНГБ» совершены с злоупотреблением своих прав и являются недобросовестными. 

Недобросовестное поведение не должно быть более выгодным для участника оборота, чем добросовестное и разумное осуществление предоставленных ему прав. 

При таких обстоятельствах суд верно указал на необходимость рассмотрения заявления как если бы АО Банк «СНГБ» действовал добросовестно и не стал затягивать направление заявления о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом. 

В ЕФРСБ 13.08.2019 опубликовано уведомление АО Банк «СНГБ» №04210746 о намерении обратиться в суд с заявлением о признании ООО «СеверСтрой Партнер» банкротом и 01.11.2019 обратилось с соответствующим заявлением (дело № А75-2026/2019). 

В ЕФРСБ 20.08.2019 опубликовано уведомление АО Банк «СНГБ» №04220846 о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «СеверСтрой» банкротом и 11.10.2019 обратилось с соответствующим заявлением в Арбитражный суд ХМАО-Югры (дело №А75- 19049/2019). 

Учитывая, что уведомление АО Банк «СНГБ» о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом было опубликовано также 20.08.2019, то, действуя добросовестно, АО Банк «СНГБ» обратился бы в суд с заявлением о признании банкротом ООО «ИСК «СеверСтрой» в тоже время, что и с заявлением о признании банкротом ООО «СеверСтрой» - 11.10.2019. 

Помимо этом следует отметить, что договор ипотеки № 03 от 15.11.2019 прошел государственную регистрацию в установленном Законом порядке в пределах шести месяцев до принятия заявления о банкротстве должника, а, следовательно,  может быть оспорен по основаниям п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Так, согласно статье 8.1 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации (пункт 1); права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (пункт 2).

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случае, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 11 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» ипотека как обременение имущества, заложенного по договору ипотеки, или при ипотеке, возникающей в силу закона, возникает с момента государственной регистрации ипотеки.

В силу указанных выше норм права что ипотека как вещное обременение, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для лиц, не являющихся сторонами сделки, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса).

Применительно к правоотношениям, формирующимся в рамках дела о несостоятельности, указанное означает, что, по общему правилу, включение требований в реестр как обеспеченных ипотекой допускается только при условии наличия соответствующей записи об обременении в Едином государственном реестре прав, поскольку в таком случае у суда не должно возникать сомнений относительно того, что ипотека действительно существует (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4)).

Следовательно, исчисление периода предпочтительности сделки в рамках настоящего обособленного спора связано с датой государственной регистрации ипотеки.

Таким образом, учитывая, что обратившись с заявлениями о признании несостоятельным (банкротом) в отношении  всех членов группы компаний, ответчик заявил соответствующие требования в отношении должника по настоящему деле о банкротстве лишь по истечении  шести месяцев с даты заключения оспариваемых сделок, целью которых является изменение очередности обязательств, суд полагает возможным  распространить положения ст. 61.3 Закона о банкротстве на  приведенные отношения и констатировать наличие признаков недействительности оспариваемых сделок по приведенному основанию.

При приведенных  обстоятельствах, действия группы компаний «СеверСтрой», и ООО «ИСК «СеверСтрой» лишены экономического смысла, поскольку компании закрывают свои обязательства перед цессионарием по кредитному договору (путем предоставления отступного) и тут же, предоставляют в залог АО Банк «СНГБ» права в обеспечении цессии лицу, которое заведомо не имеет средств для расчетов с банком. 

То есть ни ООО «ИСК «СеверСтрой», ни группа компаний «СеверСтрой» не получило никакого встречного исполнения. Как правило, при предоставлении дополнительного залога в обеспечении просроченного кредита, кредитор увеличивает сроки возврата кредита или уменьшается сумма задолженности. 

Однако, в настоящем случае этого не произошло. Оспариваемые сделки являются безвозмездными. 

Фактически, в результате заключение договоров залога имущественных прав №03 и №06 произошло удвоение задолженности ООО «ИСК «СеверСтрой»: в дополнении к обязательствам по кредитному договору, возникли обязательства по договору цессии. 

При этом формально выгодоприобретателем по договору о предоставлении отступного № 1 от 15.11.2019 является ООО «Автоколор» (ИНН 

<

***>). 

При этом, конечный приобретатель актива – ООО «Автоколор» не соответствует критериям самостоятельного субъекта предпринимательской деятельности, не осуществляет такую деятельность фактически и действует в оспариваемых сделках только номинально, фактически находясь под контролем АО Банк «СНГБ». 

Ранее, судом в рамках дела А75-20726/2019 (определение от 28.02.2022) было установлено, что в соответствии с информацией, содержащейся в ЕГРЮЛ, единственным участником ООО «Автоколор» является ФИО4 (ИНН 

<

***>). Запись о принадлежности ему 100% долей в уставном капитале ООО «Автоколор» внесена 14.02.2019 г., т.е. в процессе подготовки общества к сделке об отступном, поскольку само ООО «Автоколор» существует с 2007 г. (ОГРН 

<

***> от 12.10.2007 г.). 

По сведениям ЕГРЮЛ ФИО4 являлся учредителем 6 обществ, 4 из которых исключены из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 ФЗ от 08.08.2001 г. №129-ФЗ. Еще одна организация была исключена из ЕГРЮЛ в результате присоединения. Таким образом, у ФИО4 отсутствуют какие-либо иные общества, которые могли бы являться источником для финансирования сделки с АО Банк «СНГБ» по уступке права (требования) к ООО «СеверСтрой Партнер».

Обратного  не доказано. При этом до 2019 года и само ООО «Автоколор» деятельности, соизмеримой по масштабам со сделкой об отступном, не вело. По данным сайта налог.ру валюта баланса ООО «Автоколор» на 31.12.2018 г. составила 257 т.р., после совершения сделки по отступному валюта баланса на 31.12.2019 г. составила 246 102 т.р. (при цене сделки в сумме 222 315 т.р.). Что примечательно, и в 2020 году ООО «Автоколор» фактически не вело деятельности, поскольку валюта баланса на 31.12.2020 г. составила 246 088 т.р., а по форме 2 «Отчет о финансовых результатах за 2020 г.» показатели по всем строкам равны 0.

На «номинальный» характер участия ООО «Автоколор» в сделке по выводу актива из ООО «СеверСтрой Партнер» указывает и отсутствие в материалах дела свидетельств расчета между ООО «Автоколор» и АО Банк «СНГБ» по договору уступки права требования) № 1 от 15.11.2019 г. 

В судебном заседании суда первой инстанции представитель АО Банк СНГБ подтвердил, что до настоящего времени  требования о принудительном исполнении обязательства  к ООО «Автоколор» не предъявлены. Вместо требований к ООО «Автоколор» АО Банк СНГБ обратился с требованиями о включении в реестр требований кредиторов должника, основанными на  праве залога, представленного должником в обеспечение обязательств  ООО «Автоколор» (оспариваемые сделки).

Суд верно установил, что формально ООО  «Автоколор» и группа компаний, конечным бенефициаром которой является ФИО5, в том числе должник и ИСК «СеверСтрой», заинтересованными лицами друг к другу не являются. 

При этом со стороны АО Банк «СНГБ» осуществляется контроль за деятельностью ООО «Автоколор» на основании договора залога доли в уставном капитале № 86/79-Н/86-2019-5-614 от 11.12.2019 г. (запись ГРН 2198617362139 от 18.12.2019 г.), заключенного также в обеспечение  требования по договору уступки права требования.

Сложившаяся ситуация предполагает возможность удовлетворения  АО Банк СНГБ своих требований из заложенного имущества в любом случае, как при ситуации обращения взыскания на залог имущества, как в ситуации  реализации полномочий  единственного участи при обращении взысканий на долю в уставном капитале,  так и в ситуации неплатежеспособности  ООО «Автоколор».

Более того, в настоящее время Арбитражным судом ХМАО-Югры в рамках дела № А75-1186/2022 вынесено определение от 02.02.2022 г. о принятии к производству заявления  ИФНС по г. Сургуту ХМАО-Югры о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Автоколор»; при этом сумма недоимки составляет 582 718, 53 рублей.

Таким образом, из имеющихся в общем доступе данных можно заключить, что ООО «Автоколор» не является самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности, как до, так  и с момента заключения договора о предоставлении отступного фактически деятельности не вело, подчиняясь воле  иного лица – конечного бенефициара, личность которого сторонами раскрыта не была. 

При этом воля  такого лица, очевидно, направлена на вывод актива  должника  из риска обеспечения удовлетворения требований независимых кредиторов. Аналогичной является и воля ответчика АО Банк СНГБ, в целях сохранения  возможности полного удовлетворения своих  требований по кредитным обязательствам аффилированных с должником лиц. 

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что   действия АО Банк «СНГБ» и ООО «Автоколор» согласованы, имеют единую цель и направлены на вывод имущества должника из конкурсной массы и не являются добросовестными. 

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Кроме того, суд апелляционной инстанции по аналогии принимает во внимание разъяснения, изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, и в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу которых, если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на другую сторону сделки возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у указанных лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

По правилам обозначенной нормы права недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом в соответствии с действующей судебной практикой возложение на лицо, участвующее в деле бремени доказывания отрицательного факта является недопустимым, в то время как заявление об отрицательном факте, по общему правилу, перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя (например, определение Верховного Суда РФ от 10.07.2017 № 305-ЭС17-4211 по делу № А40-11314/2015).

В настоящем случае  оспариваемые сделки, как указано выше, совершены в условиях  значительной просрочки исполнения обязательств,  как должником, так и иными членами группы компаний, в связи с  чем ответчиком инициированы дела о банкротстве.  

При этом  должником безвозмездно утрачены  активы, с другой стороны ответчик обеспечил возможность преимущественного   удовлетворения своих требований в условиях финансового  кризиса крупы компаний,  в которую сходит   должник, вопреки интересам иных независимых кредитором. 

При приведенных обстоятельствах,  суд верно установил основания для признания договора залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договора залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между ООО ИСК «СеверСтрой» и АО «СНГБ» недействительным. 

С учетом изложенного,  суд верно отказал во включении в реестр требований кредиторов должника  задолженности в размере 233 475 497,99 рублей.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что на основании статьи 358.6 ГК РФ, предусматривающую возможность залогодержателя имущественных прав предъявить свои требования непосредственно к должнику залогодателя, Банк имеет право  на получение исполнения по данному требованию, как залогодержатель.

Суд апелляционной инстанции  отклоняет данные доводы, поскольку суд установил, что оспариваемые договоры залога имущественных прав являются недействительными сделками (п.2 ст. 61.2 и п. 3 ст. 61.3. Закона о банкротстве).

При таких обстоятельствах, не имеет правового значения к кому предъявил свои требования залогодержатель: к залогодателю или должнику залогодателя.

              Предъявление требования к должнику залогодателя, не устраняет пороки сделок, о чем подробно указано выше и верно установлено судом первой инстанции. 

Приведенные АО Банк «СНГБ» в апелляционной жалобе доводы, не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм права, иных доводов, являющихся основаниями для отмены судебного акта не приведено.

                  Суд первой инстанции верно констатировал, что договоры залога имущественных прав являются недействительными сделками, поскольку совершены в целях причинения имущественного вреда кредиторам (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В материалы дела представлены доказательства, чтосделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 настоящего Постановления).

Должник передал в залог АО «СНГБ» права по договорам долевого участия  в обеспечении обязательств ООО «Автоколор» по договору уступки прав № 1 от 15.11.2019 перед АО «СНГБ».

В соответствии с п. 1 ст. 334 ГК РФ и п. 1 ст. 138 Закона о банкротстве залогодержатель имеет преимущественное право получить удовлетворение своих требований из стоимости предмета залога, в размере не менее 70% от суммы денежных средств в случае реализации предмета залоге в деле о банкротстве.

В результате чего, АО «СНГБ» получил право на преимущественное удовлетворение своих требований к ООО «Автоколор» за счет заложенных прав должника по договорам долевого участия. 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суд первой инстанции о том, что 13.08.2019 на ЕФРСБ опубликовано уведомление АО Банк «СНГБ» №04210746 о намерении обратиться в суд с заявлением о признании ООО «СеверСтрой Партнер» банкротом и 01.11.2019 обратилось с соответствующим заявлением (дело № А75-2026/2019).

20.08.2019 на ЕФРСБ опубликовано уведомление АО Банк «СНГБ» №04220846 о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «СеверСтрой» банкротом и 11.10.2019 обратилось с соответствующим заявлением в Арбитражный суд ХМАО-Югры (дело №А75-19049/2019).

Учитывая, что уведомление АО Банк «СНГБ» о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» банкротом было опубликовано также 20.08.2019, то, действуя добросовестно, АО Банк «СНГБ» обратился бы в суд с заявлением о признании банкротом ООО «ИСК «СеверСтрой» в тоже время что и с заявлением о признании банкротом ООО «СеверСтрой» - 11.10.2019.Таким образом, заявление о признании ООО «ИСК «СеверСтрой» было бы принято к производству Арбитражного суда ХМАО-Югры не позднее 18.10.2022.

Коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия АО Банк «СНГБ» и ООО «Автоколор» согласованы, имеют единую цель и направлены на вывод имущества должника из конкурсной массы и не являются добросовестными. 

При приведенных обстоятельствах  суд первой инстанции обосновано  пришел  к выводу об обоснованности требований  конкурсного кредитора ПАО Сбербанк о признании договора залога имущественных прав № 03 от 15.11.2019 и договора залога имущественных прав № 06 от 15.11.2019 заключенных между ООО ИСК «СеверСтрой» и АО «СНГБ» недействительными сделками.

С учетом изложенного,  суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводами первой инстанции о том, что поскольку, в настоящем случае сделки, на основании которых  кредитором АО «СНГБ» заявлены требования о включении в реестр требований кредиторов, признаны недействительными,  оснований для удовлетворения  заявления кредитора не имеется. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.06.2022 по делу № А75-11251/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

В.А. Зюков

Судьи

Е.А. Горбунова

 О.В. Зорина