АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-207/2022

г. Петропавловск-Камчатский

04 мая 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 28 апреля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 04 мая 2022 года. 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Ищук Ю.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тюшняковой В.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску 

Федерального агентства по рыболовству (ИНН 7702679523, ОГРН 

<

***>)

к 

обществу с ограниченной ответственностью «Охотское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о расторжении договора,

при участии:

от истца:

не явились,

от ответчика:

ФИО1 – представитель по доверенности от 10.01.2022 № 1 (сроком по 31.12.2022), диплом, 

установил:

Федеральное агентство по рыболовству (далее – Росрыболовство, истец, адрес: 107996, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Охотское»  (далее – Общество, ответчик, адрес: 683031, Камчатский край, ул. Топоркова, д. 8/5, помещение 176) о расторжении договора от 04.09.2018 № ДВ-М-1652 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов (далее – ВБР) во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства.

Требование заявлено со ссылками на статьи 450, 452 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 13, 33.5 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон о рыболовстве) и мотивировано тем, что добыча (вылов) ВБР в течение 2019 и 2020 года осуществлена ответчиком в объеме менее 70 % выделенных квот.

Судебное заседание в порядке статьи 156 АПК РФ проводилось в отсутствие истца, поддержавшего исковые требования в направленном в суд заявлении от 28.04.2022.

Представитель ответчика иск не признал по доводам письменного отзыва; предоставил для приобщения к материалам дела дополнительные письменные пояснения и сведения о внесении изменений в разрешения на добычу (вылов) ВБР.

Заслушав пояснения ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, между истцом (Агентством) и ответчиком (Пользователь) 04.09.2018 заключен договор о закреплении доли квоты добычи (вылова) ВБР во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства № ДВ-М-1652.  

По условиям указанного договора на основании приказа Росрыболовства от 01.08.2018 № 522 Агентство предоставляет, а Пользователь приобретает право на добычу (вылов) ВБР в соответствии с долей квоты добычи (вылова) ВБР во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления добычи (вылова) палтусов в Петропавловско-Командорской подзоне в размере 0,709 %.

В соответствии с пунктами 4 и 5 договора истец принял на себя обязательство осуществлять контроль за освоением квот добычи (вылова) ВБР, распределенных Пользователю, а Пользователь – осуществлять добычу (вылов) ВБР на основании ежегодно распределяемых ему квот в соответствии с закрепленной договором долей.

Договор заключен на срок с 01.01.2019 по 31.12.2033 (пункт 7 договора).

Протоколом от 26.11.2021 № 9 заседания Комиссии по принудительному прекращению права на добычу (вылов) ВБР в случаях, предусмотренных пунктами 2–5, 8–12 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве,  предложено рекомендовать истцу принять решение о принудительном прекращении права на добычу (вылов) ВБР путем досрочного расторжения договора № ДВ-М-1652 от 04.09.2018.

В связи с нарушением ответчиком условий договора в части освоения квот в 2019–2020 годах, истцом в адрес Общества направлено письмо от 15.12.2021 № 05-01-17/13842 с предложением добровольно расторгнуть договор, которое получено ответчиком 28.12.2021, о чем свидетельствует отчет об отслеживании почтового отправления, полученный с официального сайта АО «Почта России».

Поскольку ответ на предложение расторгнуть договор от ответчика не поступил, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором. 

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с частью 1 статьи 33.5 Закона о рыболовстве договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, договор о предоставлении рыбопромыслового участка и договор пользования водными биоресурсами могут быть досрочно расторгнуты по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством, настоящим Федеральным законом.

На основании требования органа государственной власти, заключившего договоры, указанные в статьях 33.1, 33.3 и 33.4 названного Федерального закона, допускается их досрочное расторжение в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 13 названного Федерального закона  (часть 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве).

Согласно пункту 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется, в том числе в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов распределенного общего допустимого улова применительно к соответствующей квоте добычи (вылова) водных биоресурсов.

Из представленной в материалы дела информации СВТУ Росрыболовства следует, что освоение ответчиком квот добычи (вылова) ВБР за 2019-2020 годы составило: в 2019 году – 0% при выделенной квоте 1,010 тонн и в 2020 году – 0%  при выделенной квоте 0,790 тонн. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в течение двух лет (2019 и 2020 год) выделенные по спорному договору квоты на вылов ВБР ответчиком не освоены. 

Вместе с тем в силу пункта 1 статьи 2 Закона о рыболовстве одним из принципов законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов является принцип рационального использования водных биоресурсов.

Предоставление соответствующему государственному органу статьей 33.5 Закона о рыболовстве права на досрочное расторжение договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) ВБР является исключительной мерой, направленной, прежде всего, на рациональное использование биоресурсов, исключение экономически невыгодного неиспользования рыбопромысловых участков, предоставление другим лицам права добычи (вылова) биоресурсов на неосвоенных участках в целях их рационального освоения. 

Возражая по заявленным требованиям, ответчик пояснил, что исходя из научных данных Сахалинского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии от 2014 года наилучшие периоды для добычи (вылова) палтусов - с августа до конца года. Линейные графики работы судов общества разрабатываются, в том числе, с учетом указанных данных. Распоряжением СВТУ Росрыболовства от 23.07.2020 № 07-01-10/10478 в связи с освоением ОДУ 111%  был наложен запрет на добычу (вылов) палтусов в Петропавловско-Командорской подзоне, в то время как плановый выход судна СРТМ «Валерий Маслаков» в районы добычи – октябрь и ноябрь 2020 года. Также ответчик указал на существующие в 2019 и 2020 годах объективные, не зависящие от Общества, проблемы добычи палтуса, которые являлись предметом обсуждений на заседании Дальневосточного научно-промыслового совета: недостаточное освоение квот в результате активизации использования донных жаберных сетей и «нахлебничества» касаток (статья «С палтусом все непросто», источник публикации медиахолдинг «Фишньюс» www.fishnews.ru/news/40304).

Как указано в статье 13 Закона о рыболовстве, положения части 2 о принудительном прекращении права на добычу (вылов) ВБР применяются за исключением ряда случаев, в том числе указанного в пункте «б» части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, а именно: установления ограничений рыболовства, предусмотренных пунктами 1 и 2 части 1 статьи 26 Закона о рыболовстве, в результате которых в отношении соответствующей квоты добыча (вылов) ВБР в течение года осуществлена в объеме менее 70 % распределенного общего допустимого улова применительно к такой квоте добычи (вылова ВБР).

Оценив предоставленные в дело доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что квоты в 2020 году не освоены ответчиком по объективным причинам в результате ограничения рыболовства. 

Таким образом, отсутствует предусмотренная частью 2 статьи 13 Закона о рыболовстве совокупность, при которой возможно принудительно прекратить право на добычу (вылов) ВБР по требованию органа государственной власти: неосвоение выделенных квот в 2019 и 2020 году (в пределах заявленных истцом требований).

Также суд считает заслуживающими внимания доводы ответчика о сложной промысловой обстановке добычи палтусов, что нашло свое отражение в публикации медиахолдинга «Фишньюс». 

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Доводы Общества со ссылкой на приказы Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 18.04.2019 № 205 и от 22.09.2021 № 643 суд отклоняет, поскольку установленные ими ограничения рыболовства не относятся к Петропавловско-Командорской подзоне.

Доводы ответчика о возникновении чрезвычайной ситуации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19 суд также отклоняет. 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 в «Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1» в вопросе 7 разъяснил, в том числе со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным, независимо от типа деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

В порядке статей 9, 65 АПК РФ ответчик не предоставил доказательств наличия конкретных обстоятельств и условий, обусловленных пандемией, при наличии которых Общество было лишено возможности организовать добычу и освоить квоты вылова палтусов в 2019 и 2020 годах.

Учитывая, что расторжение договора, влекущее такие серьезные последствия для сторон, как прекращение правоотношений, является крайней мерой, применяемой к недобросовестному контрагенту в случае, когда все другие средства воздействия исчерпаны, а сохранение договорных отношений становится нецелесообразным и невыгодным для другой стороны, суд приходит к выводу, что избранная истцом мера ответственности (расторжение договора) несоразмерна степени существенности допущенных ответчиком нарушений и балансу интересов сторон.

Доказательств того, что указанные истцом нарушения в виде неосвоения    пользователем в 2020 году выделенных квот произошли исключительно по вине ответчика или повлекли существенный ущерб, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении с ответчиком спорного договора, в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер и является по своей правовой природе санкцией, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, каковым ответчик с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела признан быть не может, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о расторжении спорного договора.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся на истца, который в силу статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от ее уплаты. 

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья                         Ю.В. Ищук