ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-33274/2022

город Ростов-на-Дону

29 ноября 2024 года

15АП-10613/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 ноября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Южный капитал» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.05.2024 по делу № А53-33274/2022,

            при ведении протокола секретарем Лебедевым И.В.,

            при участии: от общества с ограниченной ответственностью «Южный капитал»: представитель ФИО1 по доверенности от 25.09.2024; от ФИО2: представитель ФИО3  по доверенности от 02.06.2023. 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 финансовый управляющий ФИО5 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 05.08.2019, заключенного должником с ФИО2, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу жилого помещения с кадастровым номером 61:44:0040602:226, расположенного по адресу: 

<

...>.

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.05.2024  по делу № А53-33274/2022, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления.

Общество с ограниченной ответственностью "Южный капитал" обжаловало, определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл.  34 АПК РФ, и просило определение суда первой инстанции отменить, заявления об оспаривании сделки удовлетворить.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил судебный акт оставить без изменения.

В судебном заседании стороны доложили правовые позиции по существу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,  на основании договора купли-продажи от 05.08.2019 должник продал ответчику жилое помещение с кадастровым номером 61:44:0040602:226, по адресу: 

<

...>, за 2 170 000 рублей. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.11.2022 возбуждено производство по делу о банкротстве. Решением Арбитражного суда Ростовской области от 15.12.2022 должник признан банкротом, введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО5, член САУ СРО «Дело». 

Установив, что в результате совершения оспариваемой сделки должник уменьшил конкурсную массу, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве», статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Отказывая в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, суд первой инстанции руководствовался следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за его счет, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. В рассматриваемом случае сделка совершена за пределами трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом. 

Ввиду того, что определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ при наличии признаков ее подозрительности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует действующему правовому регулированию (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и пр.). 

Из заявления финансового управляющего следует, что пороки оспариваемой сделки заключаются в том, что имущество выбыло из собственности должника в пользу ответчика без получения равноценного встречного исполнения, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Изложенные доводы указывают, что предполагаемые пороки сделки охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом финансовый управляющий не обосновал наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. 

Как следствие, суд не вправе квалифицировать сделку по статьям 10 и 168 ГК РФ. Равным образом суд не имеет законных оснований для квалификации сделки по статье 170 ГК РФ, так как материалы дела не свидетельствуют о ее мнимости. Ответчик раскрыл разумные причины совершения сделки, доказал наличие финансовой возможности.  Наличие родства само по себе не влечет мнимость сделки. 

Посчитав, что оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления без исследований иных обстоятельств дела.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. 

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. 

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела. 

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 № 308-ЭС18-16378 по делу № А63-5243/2016. 

Как установлено судом первой инстанции, настоящее дело о банкротстве возбуждено 03.11.2022, оспариваемая сделка совершена 05.08.2019, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Между тем, постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», был введен мораторий на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. 

В силу пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве, в делах о банкротстве, возбужденных в течение трех месяцев после прекращения действия моратория в отношении должников, на которых он распространялся периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19 и статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, исчисляются с даты введения моратория и включают в себя соответствующий период до введения моратория, период моратория, а также в течение одного года с момента прекращения действия моратория, но не позднее даты возбуждения дела о банкротстве. 

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19, статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, по делам о банкротстве, возбужденным в трехмесячный срок, исчисляются исходя из дня введения моратория. 

В частности, это означает, что при оспаривании сделок проверкой охватываются: периоды, предшествующие дню введения моратория, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года); период действия моратория; период со дня окончания моратория до дня возбуждения дела о банкротстве; а также период после возбуждения дела о банкротстве. 

В рассматриваемом случае мораторий, введенный постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497, действовал до 01.10.2022. 

Дело о банкротстве в отношении ФИО4 возбуждено 03.11.2022, т.е. в пределах трех месяцев после прекращения действия моратория. В этой связи оспариваемая сделка, совершенная 05.08.2019, попадают в трехлетний период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что спорная сделка совершена за пределами периода подозрительности не верен.

Суду первой инстанции надлежало должным образом квалифицировать оспариваемую сделку как подозрительную по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, суд первой инстанции не верно квалифицировав спорную сделку уклонился от исследования иных обстоятельств, имеющих правовое значение для разрешения спора.

Отменяя судебный акт суда первой инстанции и удовлетворяя заявление об оспаривании сделки, суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующее.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В соответствии с пунктом 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что в реестр требований кредиторов включены обязательства перед ООО «Южный Центр Агрогрупп» в размере 21 618 000 руб. (определение о включении от 07.02.2023) и ООО «Южный капитал» в размере 171 041 824,03 руб. (определение о включении от 27.02.2023). 

Судом апелляционной инстанции проанализированы основания возникновения обязательств перед указанными кредиторами и установлено следующее: 

- обязательства перед ООО «Южный Центр Агрогрупп» возникли в связи с неисполнением договоров займа №02/08/19-1 от 02.08.2019, №02/09/19-1 от 02.09.2019, №02/12/19-3 от 02.12.2019, задолженность по которым составила 21 618 000 рублей, и которая подтверждена определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.06.2022 по делу №А53-20510/2020.

 Данная задолженность включена в реестр требований кредиторов на основании определения от 07.02.2023 по делу № А53-33274/2022. 

Также ФИО4 имеет неисполненные обязательства перед ООО «Южный Центр Агрогрупп», основанные на факте признания недействительными сделок по перечислению денежных средств на общую сумму 29 565 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.05.2023 по делу № А53-20510/2020 перечисления признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, со ФИО4 взыскано в конкурсную массу общества 29 565 000. 

Однако требования ООО «Южный Центр Агрогрупп» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 29 565 000 руб. оставлены без рассмотрения определением суда от 01.04.2024 по делу № А53-33274/2022. Данное определение от 01.04.2024 не было обжаловано и вступило в законную силу. 

Соответственно, в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Южный Центр Агрогрупп» в части задолженности на сумму 21 618 000 руб. - обязательства перед ООО «Южный капитал» возникли в связи с неисполнением договора займа, в обеспечение исполнения обязательств по которому 28.05.2019 ФИО4 заключил договор поручительства. 

Задолженность по неисполненным обязательствам установлена апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам от 30.03.2022 по делу № 33-5345/2022, оставившим без изменения решение Октябрьского районного суда г. Ростов-на-Дону от 24.09.2021.

Исходя из анализа включенных в реестр требований, суд апелляционной инстанции установил, что в момент совершения оспариваемой сделки должником принимались на себя значительные обязательства, которые в последующем не были исполнены и включены в реестр требований кредиторов.

Указанные в совокупности обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка совершена в период формирования у должника признаков неплатежеспособности.

Указанные обстоятельства, в том числе установлены постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 ноября 2024 года по настоящему делу.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена в период релевантный периода возникновения неплатежеспособности должника она подлежит признанию недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, суд апелляционной инстанции соглашается с доводом кредитора - заявителя апелляционной жалобы о том, ответчиком не доказано наличие у него финансовой возможности оплаты цены договора.

Как следует из материалов дела цена согласована сторонами в размере 2 170 000 рублей. Доказательства перечисления указанной суммы посредством безналичной оплаты через Банк ответчиком не представлено.  

Обосновывая передачу денежной суммы в наличном порядке, ответчик представил обоснование финансовой возможности со ссылками не только на свои доходы, но и на доходы ФИО3, ФИО6. Вместе с тем, из представленных документов усматривается, что общий доход указанных лиц за вычетом прожиточного минимума позволял оплатить цену сделки с учетом того, что данным лицом также приобреталась иная квартира у должника, а ФИО3 также приобретался у должника автомобиль. 

Кроме того, при установлении финансовой возможности принимается во внимание доход непосредственно ответчика, а не членов его семьи (родителей). каких-либо заемных правоотношений и отношений по договору дарения между ответчиком и членами его семьи не установлено.

Доход самого ответчика по месту его работы, как следует, в том числе из его пояснений, составляет за 2016-2019 года 3 850 548 рублей 05 копеек. Указанного дохода за вычетом прожиточного минимума было явно недостаточно для приобретения квартиры № 1 и квартиры № 6, общая стоимость которых составляет 2 170 000 рублей и 1 450 000 рублей соответственно. 

Доказательств снятия денежных средств с банковских счетов в период предшествующий заключению договора купли-продажи ответчиком не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности встречного предоставления со стороны ответчика по оспариваемому договору купли-продажи.

С учетом изложенного, надлежит  признать  недействительным договор от 05.08.2019 купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером 61:44:0040602:226, расположенного по адресу: 

<

...>, заключенный между ФИО4 и ФИО2.

 В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6. и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8. Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В порядке применение последствий недействительности сделки надлежит обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО4 жилое помещение с кадастровым номером 61:44:0040602:226, расположенного по адресу: 

<

...>.

При этом, поскольку при рассмотрении обособленного спора исполнение обязательства со стороны ответчика не доказано, встречное требование не подлежит восстановлению.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределены в соответствии с положениями статьи 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.05.2024  по делу № А53-33274/2022 - отменить.

Заявление удовлетворить.

Признать  недействительным договор от 05.08.2019 купли-продажи  жилого помещения с кадастровым номером 61:44:0040602:226, расположенного по адресу: 

<

...>, заключенный между ФИО4 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки, а именно:

Обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО4 жилое помещение с кадастровым номером 61:44:0040602:226, расположенного по адресу: 

<

...>.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Южный капитал» судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение заявления в суде первой инстанции в размере 6 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                              М.А. Димитриев

Судьи                                                                                                               Д.В. Николаев

                                                                                                                           Н.В. Сулименко