СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12981/2021(6)-АК

Дело № А60-27120/2021

13 октября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2023 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 13 октября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО2: ФИО3 (доверенность от 14.07.2022, паспорт),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 18 июля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительной сделкой перечисление должником в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 2 135 700 руб.,

вынесенное в рамках дела № А60-27120/2021         

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью СК «Стройхимзащита»  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: ФИО5,

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 02.06.2021 поступило заявление уполномоченного органа о признании общества с ограниченной ответственностью СК «Стройхимзащита» (далее – общество СК «Стройхимзащита», должник)  несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.07.2021 после устранения недостатков заявление принято к производству.  

Уполномоченный орган просил суд ввести процедуру конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, признать установленной и подлежащей включению в реестр требований кредиторов сумму задолженности по обязательным платежам в общем размере 22 561 640 руб. 45 коп., утвердить  конкурсного управляющего из числа членов Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 производство по делу №А60-27120/2021 по заявлению уполномоченного органа о признании общества СК «Стройхимзащита» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2021 определение от 20.08.2021 отменено, вопрос направлен на новое рассмотрение. 

При новом рассмотрении дела решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2022 (резолютивная часть от 12.01.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении общества СК «Стройхимзащита» введена процедура конкурсного производства отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» (с учетом определения Арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2022 об исправлении описок, опечаток или арифметических ошибок).

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявление от 26.02.2022 №36(7237), стр.178.

Реестр требований кредиторов должника в размере 23 702 739 руб. 11 коп. сформирован из требований двух кредиторов: уполномоченного органа (202 316 руб. 64 коп. основного долга (вторая очередь), 22 369 447 руб.81 коп. основного долга и 1 130 994 руб. 62 коп. пени (третья очередь)) и акционерного общества «Энергосбыт плюс» (2 980 руб. 04 коп. основного долга).

03.06.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего общества «СК «Стройхимзащита» ФИО4 о признании недействительной сделки по перечислению (выдаче) должником в адрес ФИО2 (далее – ФИО2) денежных средств в общей сумме 2 135 700 руб. в период с 16.01.2019 по 22.11.2019, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу общества СК «Стройхимзащита» денежных средств в сумме 2 135 700 руб., с учетом последнего уточнения  требований (л.д.75 т.3), принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения  требований (далее – АПК РФ).

В качестве правового основания приведены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (далее – ФИО5), исполнявший в 2019 году функции единоличного исполнительного органа.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2023 (резолютивная часть от 05.07.2023) в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной отказано. 

Частично не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, согласно которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в части сделки по перечислению денежных средств в сумме 1 170 897 руб.

В апелляционной жалобе ее заявитель приводит доводы о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия встречного предоставления в отношении 1 000 000 руб., полученных ФИО2 согласно авансовому отчету за июль 2019 года за компрессор, принадлежащий должнику, а также полученных подотчет денежных средств в сумме 170 897 руб. Отмечает, что поскольку в подотчет на хозяйственные нужды в спорный период ФИО2 выдано 955 000 руб., а документы в обоснование встречного предоставления представлены лишь в отношении суммы 784 103 руб., постольку целевое расходование выданных денежных средств в сумме 170 897 руб. на нужды должника ФИО2 не подтверждено; расходы, имеющиеся в представленных в материалы дела авансовых отчетах, с достаточной степенью достоверности не подтверждены чеками и иными платежными документами; представленные чеки не подтверждают как произведенные, согласно авансовым отчетам, расходы, так и то, что указанные расходы произведены именно в пользу должника, а не в личных интересах ФИО2; имеющиеся доказательства также не подтверждают размер необходимых должнику расходных операций, так как часть авансовых отчетов, в частности за январь-апрель, октябрь-декабрь 2019 года у ФИО2 отсутствуют. Конкурсный управляющий считает, что вопреки данным обстоятельствам суд неверно признал перечисления в пользу физических лиц со счетов ФИО2 в отсутствие авансовых отчетов, подтверждающих обоснованность размера таких платежей и их необходимость для должника, обычной практикой. При этом, конкурсный управляющий считает, что обычной практикой для должника являлось ежемесячное получение от ФИО2 авансовых отчетов по электронной почте, отражающих совершенные в пользу должника расходные операции, в том числе на выплату заработной платы работникам. Следовательно, при отсутствии авансовых отчетов на начало и конец отчетного периода, невозможно сделать вывод о начальном и конечном сальдо по расчетам между должником и ФИО2, соответственно, какие-либо платежные документы, из которых прямо не следует, что они направлены на нужды должника (например, назначение платежа), не могут считаться надлежащим доказательством несения ФИО2 расходов в интересах должника. Кроме того, конкурсный управляющий указывает на необоснованность выводов суда относительно спорных денежных средств в сумме 1 000 000 руб., полученных ФИО2, поскольку сведения о сальдо, указанные по итогу каждого отчетного месяца, не могут быть приняты во внимание, ввиду отсутствия авансовых отчетов на начало и на конец отчетного периода (2019 год), что не позволяет произвести проверку достоверности сальдо, отраженного нарастающим итогом за каждый месяц, при том, что размер заявленных в имеющихся авансовых отчетах сумм не соответствует размеру указанного сальдо за эти же периоды. Конкурсный управляющий полагает, что в отсутствие авансовых отчетов за январь-апрель и октябрь-декабрь 2019 года отраженное в промежуточных авансовых отчетах сальдо нельзя считать доказанным. Также, по мнению апеллянта, судом оставлено без внимания, что представленные документы содержат противоречия в части расчетов между сторонами, которые ФИО2 не опровергнуты; взаимоотношения сторон в части спорной суммы 1 000 000 руб. ФИО2 раскрыты не были.

Согласно представленному письменному отзыву ФИО2 считает доводы конкурсного управляющего несостоятельными, поддерживает выводы суда об отсутствии оснований для признания сделки должника с ФИО2 недействительной. Отмечает, что отсутствие у конкурсного управляющего оправдательных документов, а также документов, которые бы свидетельствовали о наличии обоснованных сомнений в законности произведенных перечислений, основанием для признания спорной сделки недействительной не является. Обстоятельства трудоустройства ФИО2 у должника в спорный период не свидетельствуют о наличии у ответчика статуса контролирующего должника лица, а доля ФИО2 в уставном капитале должника в размере 10% не относит ответчика к лицам, перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве. Выплата ФИО2 заработной платы сотрудникам и возмещение своих расходов, связанных с деятельностью должника, не имели цели причинения вреда кредиторам должника. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал позицию, изложенную в письменном отзыве, считая определение суда законным и обоснованным, доводы апелляционной жалобы – несостоятельными.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе мероприятий конкурсного производства конкурным управляющим выявлено, что в период с 16.01.2019 по 22.11.2019 ФИО2 от общества СК «Стройхимзащита» получены денежные средства на общую сумму 2 135 700 руб.:

- 955 000 руб. (перечисления со счета должника с назначением платежей «подотчет на хозяйственные нужды»);

- 172 700 руб. (перечисления со счета должника с назначением платежей «оплата аренды автомобиля);

- 1 008 000 руб. (приход согласно приложению к авансовым отчетам за июнь и июль 2019 года).

На момент совершения сделок должник уже находился в неблагоприятном финансово-экономическом положении, что следует из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности, и имел непогашенные требования перед кредиторами, в последующем включенные в реестр требований кредиторов (перед уполномоченным органом по оплате обязательных платежей на сумму 10 000 000 руб., что подтверждается определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2022, которым включено требование на сумму 22 561 640 руб. 45 коп., в том числе 202 316 руб. 64 коп. – вторая очередь реестра, 22 359 323 руб. 81 коп. – третья очередь реестра). При этом в январе 2019 года были оформлены результаты выездной налоговой проверки за период 01.01.2015-31.12.2016 актом от 22.01.2019 №15-08/03; решение о привлечении к налоговой ответственности вынесено в феврале 2020 года, которым должнику доначислены налог на прибыль в сумме 7 373 677 руб., НДС в сумме 6 637 210 руб., пени, штрафы и законность которого проверена в судебном порядке в рамках дела №А60-38322/2020.

Помимо этого, согласно сведениям банка исполнительных производств по состоянию на март 2019 года в отношении должника были возбуждены исполнительные производства по требованиям взыскателей: Межрайонной ИФНС России №32 по Свердловской области (акт органа осуществляющего контрольные функции от 12.02.2019 №90617), ИП ФИО6 в размере 1 074 024 руб. 79 коп. (решение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2018 по делу №А60-32801/2018), акционерного общества «Ямалкоммунэнерго» в размере 221 988 руб. 52 коп. (решение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 01.02.2019 дело №А81-7263/2018), ИП ФИО6 в размере 926 616 руб. 16 коп. (решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.03.2019 по делу №А60-74984/2018), ИП ФИО7 в размере 274 280 руб. (решение Арбитражного суда Свердловской области от 30.08.2019 по делу №А60-14608/2019).

Полагая, что спорные перечисления (сделки) совершены при отсутствии встречного исполнения, с аффилированным лицом, в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на момент их совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности, в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, сделки совершены с целью вывода денежных средств из имущественной массы должника, при их совершении было допущено злоупотребление правом (статьи 10, 168 ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании указанных сделок по перечислению денежных средств в адрес ФИО2 недействительными и применении последствий их недействительности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего в связи с недоказанностью наличия совокупности всех условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанному конкурсным управляющим основанию, злоупотребление правом допущено не было.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Из содержания заявления следует, что в качестве основания для признания оспариваемой сделки недействительной конкурсным управляющим приведены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ, вместе с тем, нормы о злоупотреблении правом могут быть применены, только если сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Вместе с тем, анализ представленных в материалы дела документов, доводов и возражений участвующих в деле лиц свидетельствует о том, что приведенные конкурсным управляющим в качестве основания для оспаривания сделок обстоятельства соответствуют составу признаков недействительности сделки по специальному основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, не усматривается, в связи с чем в данном случае подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснил, что норма пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (с учетом разъяснений пунктов 5 - 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки, причинение вреда имущественным правам кредиторов), неподтвержденность хотя бы одного из которых является основанием к отказу в удовлетворении требования.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо (статья 19 Закона о банкротстве) если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка совершена в период с 16.01.2019 по 22.11.2019, в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (09.07.2021), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В спорный период ФИО2 являлся начальником по производству общества СК «Стройхимзащита», а также участником должника с долей участия в уставном капитале в размере 10%.

Должник осуществлял деятельность в сфере строительно-монтажных работ при осуществлении капитальных и текущих ремонтов различных объектов, в том числе на объектах заказчиков – общества с ограниченной ответственностью «РН-Пурнефтегаз» (Тарасовское и Западно-Пурпейское месторождения), закрытого акционерного общества «Ванкорнефть», общества с ограниченной ответственностью РН-СервисСклад», общества с ограниченной ответственностью «РемТехСервис». В 2019 году должник завершал ранее начатые объекты, осуществлял передачу результатов работ, в частности объектов в г.Губкинский.

Как указывал конкурсный управляющий при обращении в суд с рассматриваемыми требованиями, он не располагает сведениями, подтверждающими предоставление встречного исполнения обязательств со стороны ФИО2 по оспариваемым платежам.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Стороны согласно статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Исходя из оснований заявленного требования, конкурсному управляющему надлежало доказать наличие у сторон намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, фактическое причинение такого вреда неправомерными действиями участников сделок, осведомленность ответчика, а также наличие неравноценного встречного предоставления.

Ответчик, со своей стороны, должен был обосновать свои утверждения о том, что полученные им от должника денежные средства были направлены на нужды общества и что получение им денежных средств не являлось выводом активов должника в целях причинения вреда кредиторам.

Арбитражный суд первой инстанции, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, пришел к выводу о том, что в данном случае отсутствуют основания для признания спорных платежей недействительной сделкой, поскольку полученные ответчиком денежные средства были использованы (израсходованы) в интересах общества.

В подтверждение наличия оснований для перечисления денежных средств в части суммы 172 700 руб. за аренду автомобиля (07.02.2019 в размере 42 200 руб. (оплата за аренду автомобиля октябрь-декабрь 2018 года), 07.02.2019 в размере 26 100 руб. (оплата за аренду автомобиля за январь-февраль 2019 года), 28.10.2019 в размере 104 400 руб. (оплата за аренду автомобиля март-октябрь 2019 года) ФИО2 представлен договор аренды автомобиля от 01.01.2019 №5/18-АТС, а также документы, подтверждающие его исполнение. Кроме того, должник, исполняя функции налогового агента, удерживал подоходный налог в размере 13%, что подтверждается представленной в материалы дела справкой.

Установив реальность взаимоотношений между должником и ответчиком по данному договору, суд признал доказанным обстоятельства его исполнения со стороны должника и ФИО2, в связи с чем, оснований для признания указанных платежей в сумме 172 700 руб. недействительной сделкой суд не выявил.

В данной части выводы суда конкурсным управляющим не оспариваются.

Также не оспариваются конкурсным управляющим и выводы суда в отношении суммы 8 000 руб., приход которой отражен в авансовом отчете ФИО2 за июль 2019 года от 01.08.2019 №07/19 (л.д.136-137, 150-153 т.2)

Судом установлено, что спорные средства получены ФИО2 от ФИО8, следовательно, оснований для вывода об их принадлежности должнику не имеется. Таким образом, указанная сумма не может входить в размер оспариваемых платежей, совершенных должником с целью причинения вреда.

В обоснование получения денежных средств на подотчет на хозяйственные нужды в части суммы 995 000 руб. и расходования их в интересах должника ответчиком представлены в материалы дела кассовые и товарные чеки, а также авансовые отчеты; даны пояснения об обстоятельствах и цели получения денежных средств, о порядке предоставления отчетности по расходованию денежных средств.

Проанализировав данные документы, суд установил, что документарно подтверждено (представлены первичные документы, отчеты, чеки, выписки на счету ответчика) целевое расходование денежных средств непосредственно в сумме 845 153 руб. (зарплата 784 103 руб., чеки 61 050 руб.), что также подтверждено конкурсным управляющим в письменных пояснениях от 03.03.2023 (л.д.87 т.3).

При этом, принимая во внимание совокупность всех представленных документов, в том числе косвенных, последовательные и непротиворечивые пояснения ФИО2 о расходовании денежных средств в сумме 995 000 руб. в интересах общества СК «Стройхимзащита», арбитражный суд пришел к выводу о том, что оснований для признания недействительными платежей на всю сумму 995 000 руб. также не имеется.

Так, опровергая требования конкурсного управляющего, ответчик указывал, что в счет выплаты заработной платы сотрудникам должника им были осуществлены переводы спорных денежных средств на карты, принадлежащие сотрудникам общества СК «Стройхимзащита», что подтверждается выпиской по счету №40817810767500084668 ФИО2

В спорный период ответчик занимал в обществе СК «Стройхимзащита» должность начальника по производству, не был зарегистрирован как индивидуальный предприниматель, не являлся участником или руководителем каких-либо иных юридических лиц, не получал иного дохода за исключением заработной платы и арендных платежей по взаимоотношениям с должником, следовательно, переводы денежных средств по счету ФИО2 в пользу сотрудников должника были продиктованы их статусом и правовой связью с должником.

Иных оснований для перечисления денежных средств на протяжении более чем 10 месяцев лицам, трудоустроенным и находящимся в гражданско-правовых отношениях с обществом СК «Стройхимзащита», кроме как связанных с исполнением обязательств по выплате вознаграждения от лица должника, у ФИО2 не имелось.

Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что перечисление ФИО2 денежных средств в качестве заработной платы в спорный период являлось для должника обычной практикой, что следует из представленной банковской выписки и принятых судом авансовых отчетов. Соответственно, оплачивая заработную плату сотрудникам должника и возмещая свои расходы, связанные с деятельностью должника, ответчик не имел цели причинить вред кредиторам.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривая настоящий обособленный спор, оснований для иной оценки собранных доказательств и формирования иных выводов не установил. 

В данной части конкурсный управляющий, согласно доводам апелляционной жалобы, считает не подтвержденным расходование ФИО2 денежных средств на нужды должника только в сумме 170 897 руб. (995 000 руб. – 784 103 руб.), поскольку в обоснование суммы 170 897 руб. представлены чеки по операциям, по которым невозможно установить, произведены ли они в пользу должника или в личных интересах ФИО2, также невозможно подтвердить и размер необходимых должнику расходных операций, так как часть авансовых отчетов, в частности за январь-апрель, октябрь-декабрь 2019 года, у ФИО2 отсутствуют.

Вместе с тем, коллегия судей считает, что отсутствие полного объема оправдательных документов у ФИО2 не может являться достаточным и самостоятельным основанием для вывода о том, что оспариваемые платежи однозначно является подозрительными сделками, а также не является безусловным доказательством для вывода о совершении сделок с целью причинения вреда правам кредиторов, поскольку на бывшего работника общества при отсутствии к нему при увольнении требований о погашении задолженности, законом не возлагается какая-либо обязанность по хранению доказательств.

В силу своего должностного положения бывший работник не располагает наличием всех доказательств, которые могли бы подтвердить расходование денежных средств должника.

В данном случае для признания сделок недействительными должна быть совокупность косвенных доказательств, которая прямо бы указывала на наличие у ответчика умысла на совершение подозрительных сделок либо наличие сговора между ФИО2 и должником (его контролирующими лицами).

Однако данные обстоятельствами не установлены. Бремя доказывания того, что сделка является недействительной лежит на оспаривающем ее лице.

Отсутствие оправдательных документов непосредственно у конкурсного управляющего также не может является безусловным доказательством для признания оспариваемых платежей недействительными.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Иное подлежит доказыванию.

Обязанность передать бухгалтерскую документацию возложена на руководителя должника, которая последним не исполнена. В таком случае вина и ответственность за непередачу бывшим руководителем конкурсному управляющему документации не может быть возложена на ответчика по настоящему обособленному спору.

При этом сам факт занятия ФИО2 должности начальника по производству не свидетельствует о наличии у него статуса лица, на котором лежит обязанность по сохранению и передачи управляющему бухгалтерской документации.

То обстоятельство, что ФИО2 являлся участником должника с долей участия в уставном капитале 10% также не является достаточным основанием для утверждения о том, что ФИО2 мог влиять на принимаемые обществом решения, организацию бухгалтерского учета и имел доступ ко всей документации должника, поскольку мажоритарным участником общества с долей участия в уставном капитале 90% и единоличным исполнительным органом общества являлись иные лица.

Позиция конкурсного управляющего о том, что в материалах дела отсутствуют убедительные доказательства расходования денежных средств в сумме 170 897 руб. на нужды должника, поскольку расходы, отраженные в авансовых отчетах, с достаточной степенью достоверности не подтверждены чеками и иными платежными документами; представленные чеки не подтверждают как произведенные, согласно авансовым отчетам, расходы, так и то, что указанные расходы произведены именно в пользу должника, а не в личных интересах ФИО2; авансовые отчеты за некоторые периоды отсутствуют, судом апелляционной инстанции не может быть признана достаточно убедительной для целей признания перечисления суммы 170 897 руб. недействительной сделкой.

Непередача конкурсному управляющему всей документации должника, а также отсутствие должного бухгалтерского учета всех хозяйственных операций в обществе не могут являться неблагоприятными последствиями в виде признания сделки недействительной и взыскания соответствующей суммы с ФИО2

Судом апелляционной инстанции также учитывается, что в рамках выездной налоговой проверки опрашивались работники должника о поступлении материальных ценностей и запасах общества, которые поясняли, что товарно-материальные ценности могли храниться только на базе в г.Губкинский, а материалы, поступающие на объекты, сразу использовались в производстве; запасов практически не имелось; при необходимости приобретения дополнительных товарно-материальных ценностей для выполнения работ закуп материалов происходил в магазинах, находящихся в непосредственной близости от объектов, на которых данные работы выполнялись. Данные пояснения отражены в решении Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2020 по делу №А60-38322/2020.

Таким образом, оснований полагать, что полученные на подотчет денежные средства в части суммы 170 897 руб. были присвоены ответчиком ФИО2, а не использованы на хозяйственные нужды должника, у суда не имеется, даже несмотря на то, что полученные в ходе выездной налоговой проверки пояснения работников должника относятся к иному временному периоду. Данные пояснения работников характеризуют общую ситуацию на объекте строительства, которая с достаточной степенью вероятности могла иметь место и в 2019 году.

Кроме того, имеющиеся в материалах дела доказательства (оригиналы кассовых и товарных чеков) подтверждают, что для общества совершались разовые сделки по приобретению инструмента, комплектующих, запчастей, канцелярских товаров, производилась заправка транспорта и т.д. (л.д.87-135 т.2).

Доказательства обратного конкурсным управляющим не приведены (статья 65 АПК РФ).

Оценивая обстоятельства получения имущества или денежных средств от должника на сумму 1 000 000 руб. (отраженных в авансовом отчете за июнь 2019 года от 10.07.2019 №06/19), суд первой инстанции пришел к выводу о неподверженности позиции конкурсного управляющего надлежащими доказательствами.

Согласно авансовому отчету от 10.07.2019 №06/19 отражен приход компрессора на сумму 1 000 000 руб. (л.д.136-137, 145-148 т.2). Данный авансовый отчет, как часть протокола осмотра доказательств, составленного нотариусом, был представлен в материалы ответчиком.

В ходе рассмотрения настоящего спора конкурсный управляющий представил акт приема-передачи объекта основных средств от 06.08.2014 компрессора Airman PDS 265SC-W, составленный между должником и лизинговой компанией (л.д.88 т.3). Местонахождение указанного компрессора в момент его передачи зафиксировано по адресу: Ямало-Ненецкий АО, г.Губкинский, промзона, панель 6.

По мнению конкурсного управляющего, реализация именно этого объекта основных средств отражена в авансовом отчете от 10.07.2019 №06/19 в разделе «приход», что само по себе является надлежащим доказательством передачи денежных средств или оборудования ФИО2 

Между тем, суд не может согласиться с предположением конкурсного управляющего о том, что в июне 2019 года ответчику ФИО2 был передан именно тот компрессор, который поступил к должнику в 2014 году.

Вместе с тем, не отрицая факт получения от должника некоего компрессора, но опровергая позицию конкурсного управляющего и в ответ на требование суда раскрыть взаимоотношения с должником по сумме 1 000 000 руб., ФИО2 в письменных пояснениях от 13.02.2023, 02.05.2023 (л.д.77-78, 182-185 т.3) пояснил, что компрессор был получен в качестве возмещения произведенных расходов на нужды должника и на указанную сумму сторонами была уменьшена задолженность за ранее  произведенные ответчиком расходы в интересах работодателя (должника), конечное сальдо в данном авансовом отчете составляет 343 411 руб.

Указанные обстоятельства конкурным управляющим также не опровергнуты.

В своей жалобе конкурсный управляющий указывает, что сведения о сальдо, указанные по итогу каждого отчетного месяца, не могут быть приняты во внимание по причине отсутствия авансовых отчетов на начало и на конец отчетного периода (2019 год), что не позволяет произвести проверку достоверности сальдо, отраженного нарастающим итогом за каждый месяц, при том, что размер заявленных в имеющихся авансовых отчетах сумм не соответствует размеру указанного сальдо за эти же периоды, а также полагает, что в отсутствие авансовых отчетов за январь-апрель и октябрь-декабрь 2019 года отраженное в промежуточных авансовых отчетах сальдо нельзя считать доказанным.

Вместе с тем, их материалов настоящего обособленного спора видно, что ответчик ФИО2 смог представить только те доказательства, которыми он располагал сам, в том числе посредством сбора доказательств при содействии нотариуса (составлен протокол осмотра доказательств), в ходе рассмотрения спора ФИО2 давал пояснения о расходовании денежных средств и связи таких расходов с деятельностью должника (ремонтно-строительные работы на объектах общества с ограниченной ответственностью «РН-Пурнефтегаз» в г.Губкинский Ямало-Ненецкого автономного округа, на Губкинском и Барсуковском месторождении), о порядке предоставления отчетов об использовании денежных средств (л.д.79-84 т.2).

Следовательно, отсутствие у конкурсного управляющего документации должника, отражающей полный бухгалтерский учет всех хозяйственных операций общества СК «Стройхимзащита», не может создавать для ответчика ФИО2 негативные последствий в виде непринятия в качестве надлежащих доказательств те документы, которые смог представить ответчик. О фальсификации какого-либо из документов конкурсным управляющим не заявлено. Следовательно, отсутствие авансовых отчетов за январь-апрель и октябрь-декабрь 2019 года само по себе не опровергает сведения, содержащиеся в представленных авансовых отчетах за май-сентябрь 2019 года.

Конкурсный управляющий также отметил, что согласно имеющимся авансовым отчетам конечное сальдо за май месяц составляет 793 148 руб., а начальное сальдо за июнь – 973 056 руб., т.е. на 179 908 руб. больше. 

Действительно, в авансовых отчетах за указанные месяцы имеется расхождение. Однако задолженность общества СК «Стройхимзащита» в пользу ФИО2 на конец августа составила 610 333 руб. (даже за вычетом указанных 179 908 руб.). 

Таким образом, названная конкурсным управляющим неточность в авансовых отчетах никаким образом не влияет на факт конечного наличия задолженности должника перед ответчиком и ее уменьшения путем принятия компрессора с оцененной стоимостью 1 000 000 руб.

Резюмируя вышеизложенное, с учетом исследования доводов и возражений сторон, а также оценки представленных в их обоснование доказательств, принимая во внимание, что соответствующие перечисления работникам общества СК «Стройхимзащита» производились длительное время, в процессе обычной хозяйственной деятельности, установив, что по полученным «подотчетным» денежным средствам оформлялись авансовые отчеты, отмечая отсутствие доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении правом сторонами оспариваемых сделок, апелляционный суд считает, что арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта причинения оспариваемыми перечислениями денежных средств вреда имущественным правам кредиторов должника и, соответственно, об отсутствии в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных обстоятельств, которые могут являться основанием для признания спорных сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ввиду чего в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего судом отказано правомерно.

Судом обоснованно принято во внимание, что, обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий фактически ссылался на отсутствие у него документов, подтверждающих встречное исполнение по взаимоотношениям с должником ФИО2, а в ходе рассмотрения спора ссылался на неполноту представленных ответчиком документов. 

Вместе с тем, доказательств того, что ответчик являлся руководителем либо лицом, ответственным за введение бухгалтерского учета в обществе СК «Стройхимзащита», и был обязаны сохранить соответствующие (оправдательные) документы, связанные получением подотчетных денежных средств, не имеется.

Указывая на обстоятельства того, что авансовые отчеты у ответчика в полном объеме не сохранились, ФИО2 пояснил, что ранее такие отчеты подготавливались и сдавались по аналогичным перечислениям.

Таким образом, отказывая в удовлетворении настоящих требований, суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия оснований для удовлетворения заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

При этом, отсутствие оправдательных документов у конкурсного управляющего не может являться достаточным и самостоятельным основанием для вывода о том, что оспариваемые платежи однозначно являются сделкой с пороками, а также не является единственным и безусловным доказательством для вывода о совершении сделок в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторам, поскольку на работника, уволенного из общества, при отсутствии к нему при увольнении требований о погашении задолженности, законом не возлагается какая-либо обязанность по хранению доказательств.

Возложения бремени ответственности на работника должника за непередачу бывшим руководителем должника соответствующей документации конкурсному управляющему (за отсутствие документации) неправомерно. 

При этом как сам факт заинтересованности, так и так факт занятия должности начальника по производству в обществе СК «Стройхимзащита» не свидетельствует о наличии у ответчика статуса контролирующего лица должника, на котором лежит обязанность по сохранению и передаче управляющему бухгалтерской документации.

В рассматриваемом случае, суд, проанализировав представленные доказательства в совокупности, правомерно не установил оснований для выводов о подозрительном характере сделки и пришел к верному выводу о недоказанности обстоятельств того, что сделка была совершена в отсутствие встречного представления, с целью причинения вреда имущественным правам должника и кредиторов.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим должника требований у суда не имелось.

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут быть приняты как основания для отмены обжалуемого определения суда, поскольку они не опровергают выводов суда и установленных фактических обстоятельств дела, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана правильная оценка. 

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Так как определением от 24.08.2023 конкурсному управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, а судом апелляционной инстанции обжалуемый судебный акт оставлен в силе, с общества СК «Стройхимзащита» за счет конкурсной массы в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере, установленном в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 июля 2023 года по делу № А60-27120/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью СК «Стройхимзащита»  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3000 (Три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова 

 

Судьи

 

Л.М. Зарифуллина

 

Т.В. Макаров