АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А67- 2252/2020

г. Томск

14 октября 2020 года

– изготовление полного текста решения суда

14 октября 2020 года – оглашение резолютивной части решения суда

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Чикашовой О.Н.,  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шпаренко Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 310774629200166)

к обществу с ограниченной ответственностью «Химмедсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании 23 415 086,70 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 (1), общество с ограниченной ответственностью «Медрентсервис» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) (2), финансовый управляющий ФИО1  - ФИО3 (ИНН 

<

***>) (3)

при участии в заседании:

от истца –  ФИО4 (удостоверение адвоката, доверенность от 02.10.2020);

от ответчика – без участия (извещен);

от третьего лица (1) ФИО2 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 29.06.2018, диплом от 29.06.2006 рег. № 916);

от третьего лица (2) -  без участия (извещено);

от третьего лица (3) – без участия (извещено)

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Химмедсервис» о взыскании 93 473,40 руб. дохода, который общество должно было извлечь от сдачи нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...> в аренду за период с 26.06.2017 по 27.06.2017 (включительно), указав правовым основанием положения статей 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д. 4-15 том 1).

Определением суда от 26.03.2020 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (л.д. 1-3 том 1).

Определением суда от 27.03.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО2, суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства (л.д. 110-114 том 2).

Определением суда от 25.05.2020 принято увеличение исковых требований до 23 415 086,70 руб. (л.д. 33-35 том 4), суд постановил в дальнейшем рассматривать дело с исковыми требованиями о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Химмедсервис» суммы неосновательного обогащения в виде дохода в размере 23 415 086,70 руб., который данное общество должно было извлечь от сдачи нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, в аренду за период с 26.06.2017 по 08.11.2018 (включительно), о взыскании судебной неустойки в случае неисполнения судебного акта за каждый день неисполнения указанного акта, вступившего в законную силу, в размере, предусмотренном статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации по день исполнения указанного решения (л.д. 71-73 том 4).

Протокольными определениями суда от 30.07.2020, от 21.09.2020 истцу отказано в принятии увеличения исковых требований (дополнительно заявлено требование о взыскании суммы процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 26.06.2017 по дату исполнения решения суда; ранее указанное требование не заявлялось ни при подаче иска, ни при увеличении исковых требований, принятых судом определением от 25.05.2020), на основании части 1 стати 49 АПК РФ, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в абзаце 5 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», согласно которым под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении, увеличение размера исковых требований не может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований, которые не были заявлены истцом в исковом заявлении, так, например, требование о применении имущественных санкций не может расцениваться как увеличение размера требований по иску о взыскании основной задолженности, такое требование может быть заявлено самостоятельно (л.д. 63-67, 77-84 том 6, л.д. 55 том 8).

Определением суда от 30.07.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Медрентсервис».

Определением суда 21.09.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО1  - ФИО3 (ИНН 

<

***>), члена Ассоциации МСРО «Содействие» (назначен определением Арбитражного суда Города Москвы от 06.02.2020 по делу № А40-337694/19-95-4040).

Исковые требования мотивированы тем, что 23.06.2014 между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа № 1, предметом которого являлись нежилые помещения общей площадью 2 804,2 кв.м. и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>);  ФИО6, в одностороннем порядке отказался от исполнения договора, отказ получен ответчиком 11.05.2017; апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 12.01.2018 по делу № 33-27/2018 договор признан расторгнутым с 11.05.2017, суд обязал ответчика передать указанное недвижимое имущество обратно ФИО1; регистрация прав ФИО1 на указанное недвижимое имущество произведена 17.04.2018, фактическая передача имущества – 08.11.2018; истец полагал правомерным требование о взыскании неосновательного обогащения за период с 26.06.2017 (с даты определения Арбитражного суда Томской области о приятии к производству заявления ФИО1 о признании ответчика банкротом в рамках дела о банкротстве № А67-2332/2017, л.д. 15-16 том 2) по 08.11.2018 (даты подписания акта приема-передачи нежилых помещений); в подтверждение на соблюдение досудебного порядка урегулирования спора сослался на обращение в феврале 2019г. с аналогичными требованиями в Советский районный суд г. Томска (взыскание неполученных доходов в порядке статьи 1107 ГК РФ), где было возбуждено гражданское дело №2-997/2019, определением  от 15.04.2019, вступившем в законную силу 25.06.2019г., прекращено за подведомственностью спора арбитражному суду (определения суда общей юрисдикции на л.д. 70-81 том 2).  Правовым основанием иска указаны статьи 1102, 1107  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В отзыве на исковое заявление третье лицо ФИО2 указывает на отсутствие неосновательного обогащения за период с 12.05.2017 по 26.06.2017 с ссылкой на судебные акты в рамках дела о банкротстве ООО «Химмедсервис» № А67-2332/2017; поясняет, что сдача в аренду носила компенсационный характер с целью за счет арендной платы компенсировать расходы на содержание (отопление, охрана, свет, ставка арендной платы установлена с учетом состояния помещений; истцом не представлено доказательств, что 2 804,2 кв.м. нежилых помещений возможно сдать в аренду по цене 500 руб. за кв. м.; помещения находятся в неудовлетворительном техническом состоянии, что следует из акта приема-передачи от 08.11.2018 и акта технического обследования от 03.04.2018; полагает правомерным на основании статьи 1108 ГК РФ при расчете неосновательного  обогащения учитывать расходы на содержание имущества (л.д. 132-145 том 2, 1-14 том 3).

В дополнительном отзыве на исковое заявление третье лицо ФИО2 (в связи с увеличением исковых требований) указывает на следующее: нормы статьи 308.3 ГК РФ в части судебной неустойки не подлежат применению, поскольку обязательства должно быть исполнено не в натуре, а в денежной форме (пункт 30 Постановления Пленума Верховного суда РФ  от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»); в соответствии с постановлением судебного пристав-исполнителя от 28.08.2017 ООО «Химмедсервис» запрещено пользоваться спорными нежилыми помещениями, они подлежали передаче на ответственное хранение ФИО1, согласно акта приема-передачи на хранение арестованного имущества от 06.09.2017 имущество передано на хранение ФИО1, в связи с чем ответчик не мог пользоваться помещениями с 06.09.2017 до 17.04.2018 (дата регистрации права собственности ФИО1 на нежилые помещения); истцом не представлено доказательств получения доходов ответчиком от пользования спорными помещениями (л.д. 48-52 том 4); в дополнительных отзывах от 16.06.2020, от 30.07.2020, объяснениях в порядке статьи 81 АПК РФ полгало, что неосновательное обогащение отсутствует, поскольку ответчик никогда не пользовался помещениями, в рамках исполнительного производства ему было запрещено пользоваться ими (л.д. 95-101 том 4, л.д. 120-128 том 5, л.д. 96 том 6).

В отзыве (объяснениях в порядке статьи 81 АПК РФ) третье лицо ООО «Медрентсервис» указывает на то, что аренда была заключена на 386,7 кв.м. площади по 100 руб., подтверждает оплату коммунальных услуг на 347 062,13 руб. (л.д. 25-26 том 7).

 В отзыве на исковое заявление ответчик в лице конкурсного управляющего И.В. Олейника поддержал позицию третьего лица ФИО2, полагал отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований (л.д. 63 том 4).

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО2 исковые требования не признал, поддержал позицию, изложенную в отзывах на исковое заявление и дополнительных пояснениях.

Ответчик, третьи лица ООО «Медрентсервис», финансовый управляющий ФИО3, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

Дело рассматривается без участия ответчика, третьих лиц ООО «Медрентсервис», финансового управляющего ФИО3, по правилам частей 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Заслушав представителей истца, третьего лица ФИО2, изучив материалы дела, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующее.

23.06.2014 между ФИО1 (продавец) и ООО «Химмедсервис» (покупатель) заключён договор купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа №1, в соответствии с которым продавец обязуется передать в собственность покупателя: 

- нежилые помещения общей площадью 1 106,1 кв. м, назначение: нежилое, этаж 1, 2; номера на поэтажном плане 1022-1032, 2030-2042, расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения общей площадью 1 698,1 кв. м, назначение: нежилое, этаж 1, 2; номера на поэтажном плане 1001-1021, 2001-2008, 2011, 2013-2029, 2045-2056, расположенные по адресу: 

<

...>;

- земельный участок общей площадью 3 105,2 кв. м, категория земель: земли населённых пунктов, расположенные по адресу: 

<

...> (далее – объекты недвижимости).

 Цена договора (стоимость объектов) на момент заключения договора составила 135 000 000 руб.

Указанное имущество передано продавцом по акту приёма-передачи от 01.07.2014 покупателю. Переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке. В связи с неисполнением покупателем обязательств по договору №1 купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа, ФИО1 обратился в суд с заявлением о взыскании задолженности.

Решением Советского районного суда города Томска от 30.11.2016 по делу №2- 3184/2016, оставленным без изменения апелляционным определением Томского областного суда от 28.03.2017 по делу №33-768/2017, с ООО «Химмедсервис» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа от 23.06.2014 в размере 61 900 000 руб. основного долга, 7 015 100,80 руб. неустойки за период с 24.08.2014 по 15.08.2016, 60 000 руб. судебных расходов. Общий размер задолженности составляет 68 975 100,80 руб.

Решением от 06.09.2017 Кировского районного суда города Томска по делу №2- 1359/2017 ООО «Химмедсервис» отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО1 о расторжении договора купли-продажи, возложении обязанности принять недвижимое имущество, взыскании уплаченных по договору денежных средств; отказано в удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 к ООО «Химмедсервис» о признании договора купли-продажи нежилых помещений и земельного участка расторгнутым с 11.05.2017, об обращении взыскания на нежилые помещения и земельный участок, о возложении на Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Томской области зарегистрировать за ним право собственности на недвижимое имущество.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 12.01.2018 (с учетом апелляционного определения от 02.03.2018 об исправлении опечатки) по делу №33-27/2018 решение Кировского районного суда города Томска от 06.09.2017 отменено в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 и ООО «Химмедсервис» и принят новый судебный акт об удовлетворении требования ФИО1 о признании договора купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа от 23.06.2014 №1 расторгнутым с 11.05.2017; на ООО «Химмедсервис» возложена обязанность по передаче, а на ФИО1 принятия по акту приёма-передачи нежилых помещений площадью 1 106,1 кв. м и 1698,1 кв. м, земельного участка площадью 3 105,2 кв. м, расположенных по адресу: 

<

...>; с ФИО1 в пользу ООО «Химмедсервис» взыскана задолженность в размере 14 100 000 руб.

Обстоятельства установлены вступившим в законную силу судебным актом – определением Арбитражного суда Томской области от 06.05.2019 в рамках дела № А67-2332/2017 о банкротстве ООО «Химмедсервис» и в силу части 2 статьи 69 АПК РФ не подлежат доказыванию вновь.

17.04.2018 на основании решения Кировского районного суда г. Томска от 06.09.2017, апелляционного определения Томского областного суда от 12.01.2018, апелляционного определения Томского областного суда от 02.03.2018 зарегистрировано право собственности ФИО1 на объекты недвижимости.

Определением Арбитражного суда Томской области от 26.06.2017 по делу №А67-2332/2017 по заявлению ФИО1 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Химмедсервис». Решением Арбитражного суда Томской области от 13.08.2018 по делу № А67-2332/2017 ООО «Химмедсервис» признано банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

08.11.2018 между гр. ФИО1 и арбитражным управляющим ООО «Химмедсервис» ФИО7 подписан акт приема-передачи нежилых помещений и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

...> (далее – акт приема-передачи от 08.11.2018).

Истец обратился с требованиями в арбитражный суд о взыскании неосновательного обогащения за период с 26.06.2017 (с даты определения Арбитражного суда Томской области о приятии к производству заявления ФИО1 о признании ответчика банкротом в рамках дела о банкротстве № А67-2332/2017, л.д. 15-16 том 2) по 08.11.2018 (даты подписания акта приема-передачи нежилых помещений) на основании пункта 1 статьи 1102 ГК РФ, статьи 1107 ГК РФ; исходя из указанных норм права судом определен предмет доказывания по делу.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права приобретение или сбережение имущества одним лицом (приобретателем) должно являться результатом соответствующего уменьшения имущества другого лица (потерпевшего) при отсутствии к тому правовых оснований.

Субъектами кондикционных обязательств выступают приобретатель - лицо, неосновательно обогатившееся, и потерпевший - лицо, за счет которого произошло обогащение.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из положений пункта 1 статьи 1107 ГК РФ следует, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Для применения этой нормы следует установить безосновательность приобретения имущества его фактическим пользователем, факт или возможность использования этого имущества для извлечения доходов и размер этих доходов.

Исходя из положений пункта 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», истец по требованию о взыскании неосновательного обогащения должен доказать факт приобретения либо сбережения ответчиком имущества, принадлежащего истцу, отсутствие у ответчика для этого правовых оснований, период такого пользования, а также размер неосновательного обогащения. При недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств исковые требования не подлежат удовлетворению.

Следовательно, положение пункта 1 статьи 1107 ГК РФ о том, что неосновательно обогатившееся лицо должно извлечь доходы из имущества потерпевшего, необходимо применять таким образом, чтобы определить, какие доходы в аналогичных обстоятельствах и при подобных условиях обычно извлекаются лицами, занимающимися предпринимательской деятельностью, из такого же имущества.

При ином подходе к толкованию норм права неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не имело бы никаких негативных экономических последствий и было бы демотивировано к тому, чтобы не допускать неосновательного обогащения, равно как не было бы экономически стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2014 № 18222/13).

В отношении правомерности заявленного периода неосновательного обогащения с 26.06.2017 по 08.11.2018, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В соответствии с пунктом 3 статьи 453 ГК РФ в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Из разъяснений, изложенных в пункте 2 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2016)» следует, что согласно пункту 3 статьи 453 ГК РФ при изменении договора в судебном порядке обязательства считаются измененными с момента вступления в законную силу решения суда об изменении договора.

Апелляционным определением судебной коллеги по гражданским делам Томского областного суда от 12.01.2018 по гражданскому делу №33-27/2018 решение Кировского районного суда г. Томска от 06.09.2017 в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о признании расторгнутым договора купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа от 23.06.2014 №1, заключенного между ООО «Химмедсервис» и ФИО1, отменено, договор купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа от 23.06.2014 №1, заключенный между ООО «Химмедсервис» и ФИО1, признан расторгнутым с 11.05.2017.

Принимая во внимание то, что обязательства сторон по вышеназванному договору прекратились в судебном порядке 12.01.2018 (дата вынесения апелляционного определения), правовые основания для возврата недвижимого имущества у ООО «Химмедсервис» до указанной даты отсутствовали.

Доводы ФИО1 относительно того, что спорный договор расторгнут 11.05.2017 и именно с этой даты у ООО «Химмедсервис» отсутствовало право пользование спорным имуществом судом отклоняются. Из представленной сторонами переписки (уведомления об отказе от договора и из ответа на уведомление от 05.05.2017 об отказе от договора и иных документов) не усматривается достижение соглашения между сторонами во внесудебном порядке, что в свою очередь впоследствии послужило основанием для обращения со взаимными исковыми заявлениями о признании договора расторгнутым. При этом суд обращает внимание и на то, что решением Кировского районного суда г. Томска по делу №2-1359/2017 от 06.09.2017 в расторжении договора купли-продажи нежилых помещений и земельного участка с рассрочкой платежа от 23.06.2014 №1, заключенного между ООО «Химмедсервис» и ФИО1, отказано, договор признан расторгнутым лишь при пересмотре судебного акта суда первой инстанции, что также косвенно свидетельствует о неоднозначности сложившейся между участниками спора ситуации.

Материалами дела подтверждается, что спорный договор признан расторгнутым именно 12.01.2018 (дата принятия апелляционного определения). 

При этом дата, с которой договор признан расторгнутым, правового значения для рассмотрения требования о взыскании суммы неосновательного обогащения не имеет, так как в силу прямого указания статьи 1107 ГК РФ необходимым условием возникновения обязательства из неосновательного обогащения является, в том числе, установление времени, когда лицо узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Вышеизложенный вывод подтвержден судебными актами в рамках дела о банкротстве № А67-2332/2017 ООО «Химмедсервис» – определением Арбитражного суда Томской области от 06.05.2019 (л.д. 17-24 том 3), Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2019 (л.д. 25-32 том 3), Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.10.2019 (л.д. 33-36 том 3), Определением Верховного Суда Российской Федерация от 18.03.2020 (л.д. 37 том 3).

С учетом изложенного, довод истца о возможном периоде неосновательного обогащения с 26.06.2017г. по 11.01.2018г. судом откланяется; датой начала возможного периода возникновения неосновательного обогащения, суд определяет – 12.01.2018г.

Окончание периода неосновательного пользования нежилыми помещениями ответчиком истец связывает с подписанием акта приема-передачи нежилых помещений и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...>, от 08.11.2018, подписанного между гр. ФИО1 (продавец) и арбитражным управляющим ООО «Химмедсервис» ФИО7 (управляющий) (далее – акт приема-передачи от 08.11.2018) (л.д. 116-117 том 1).

Рассматривая указанный довод и представленное доказательство (акт приема-передачи от 08.11.2018), суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 акта приема-передачи от 08.11.2018 управляющий передает, а продавец принимает нежилые помещения общей площадью 1 698,1 кв.м. и 1 106,1 кв.м., расположенные на 1 и 2 этажах в нежилом здании по адресу: 

<

...> (далее – помещения общей площадью 2 804,2 кв.м.), согласно поэтажным планам.

Пункт 2 акта приема-передачи от 08.11.2018 предусматривает, что стороны (ФИО1 и ФИО7) подтверждают, что арендатор, субарендаторы Общества покинули помещения только 20.04.2018г. и возможность фактически владеть и пользоваться помещениями продавец получил лишь с данной даты.

Следовательно, ФИО1, подписав акт приема-передачи от 08.11.2018 с указанным условием (пункт 2) своими действиями подтвердил, что с 20.04.2018г. он фактически владел и пользовался помещениями.

Государственная регистрация перехода права собственности на помещения общей площадью 2 804,2 кв.м. от ответчика к ФИО1 произведена 17.04.2018г. (выписка из ЕГРН, л.д. 107-114 том 1).

Таким образом, как минимум с 20.04.2018г. (а не с 08.11.2018г.), принимая во внимание состоявшую ранее регистрацию перехода права собственности на помещения (17.04.2018), ФИО1 имел возможность владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, то есть осуществлять все правомочия собственника, предусмотренные статьей 209 ГК РФ.

Косвенным подтверждением того, что ФИО1 имел возможность по состоянию на 20.04.2020 владеть и пользоваться спорными нежилыми помещениями является и факт обследования объекта 02.04.2018 ООО «Томская техническая экспертиза» по заказу ФИО1 с целью составления Акта технического состояния нежилых помещений (л.д. 8-62 том 6).

В судебном заседании представитель истца пояснил, что поскольку акт подписан 08.11.2018, то именно с этой даты он имеет юридическую силу.

По мнению суда, с учетом фактических обстоятельств дела, в период с 20.04.2018 по 08.11.2018 неосновательного обогащения не могло наступить, поскольку в данный период собственником объекта со всеми правомочиями по владению, пользованию и распоряжению имуществом являлся ФИО1 (с учетом пункта 2 акт приема-передачи от 08.11.2018 и регистрации права собственности 17.04.2018).

Утверждение истца о неосновательном обогащении (пользовании помещениями ответчиком без правовых оснований) с 20.04.2018 по 08.11.2018, без учета содержания самого акта, а только принимая во внимание дату его подписания (08.11.2018), не соответствует принципу «эстоппель».

Принцип эстоппель (estoppel) означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, применение которой означает утрату права на защиту посредством лишения стороны права на возражение.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некоей хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам. А в силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Суд отмечает, что главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Рассматривая довод истца об уклонении ответчика от подписания акта приема-передачи, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Акт приема-передачи от 08.11.2018 подписан со стороны ООО «Химмедсервис» конкурсным управляющим общества ФИО7 Конкурсное производство в отношении ООО «Химмедсервис» введено решением Арбитражного суда Томской области от 13.08.2018 по делу № А67-2332/2017. С открытием конусного производства полномочия руководителя должника прекращаются. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО7, он не располагает и не располагал сведениями относительно того, в какой период арендаторы, субарендаторы покинули помещения в здании по адресу: 

<

...>, в тот период времени (20.04.2018) руководителем являлся ФИО2, акт был подготовлен и представлен представителем ФИО1 ФИО4, пописан в связи с необходимостью окончания исполнительного производства, поскольку без акта судебный пристав-исполнитель не оканчивал исполнительное производство.

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО8, работника ООО ЧОП Правопорядок, осуществлявшего охрану здания (договор на охрану здания, л.д. 20-23 том 5), арендаторы съехали окончательно в марте 2018, сам ЧОП покинул здание 13.04.2018г.

Материалами дела подтверждено, что договором передачи под охрану от 05.09.2017 (л.д. 6-7 том 6), актом приема-передачи на хранение арестованного имущества от 06.09.2017 (л.д. 5 том 6) с установлением режима хранения имущества должника – без права пользования, имущество передано 06.09.2017 на хранение ФИО6 Доказательства того, что имущество выбыло из хранения и было передано обратно ООО «Химмедсервис» в материалах дела отсутствуют.

Суд принимает во внимание также обстоятельства подписания одностороннего акта приема-передачи от 02.04.2018г. ООО «Химмедсервис» ФИО2, ООО «РентСервис» ФИО9, представителем ООО ЧОО «Правопорядок», согласно которому зафиксировано, что обязательства ООО «Химмедсервис» в соответствии с апелляционным определением Томского областного суда от 12.01.2018 выполнены в полном объеме; ФИО1 переданы - нежилые помещения общей площадью 1 106,1 кв. м, назначение: нежилое, этаж 1, 2; номера на поэтажном плане 1022-1032, 2030-2042, расположенные по адресу: 

<

...>; - нежилые помещения общей площадью 1 698,1 кв. м, назначение: нежилое, этаж 1, 2; номера на поэтажном плане 1001-1021, 2001-2008, 2011, 2013-2029, 2045-2056, расположенные по адресу: 

<

...>; земельный участок общей площадью 3 105,2 кв. м, категория земель: земли населённых пунктов, расположенные по адресу: 

<

...> (л.д. 19 том 5).

Акт составлен в одностороннем порядке в связи, по мнению ответчика и третьего лица, с уклонением ФИО1 от его подписания, о чем свидетельствуют следующие обстоятельства.

12.02.2018 ответчиком в адрес истца заказным письмом направлено уведомление с предложением явиться 22.02.2018 для прима-передачи объектов недвижимого имущества; в уведомлении указан тот адрес ФИО1, который сам ФИО1 обозначал, направляя уведомлена ранее об одностороннем отказе от договора (л.д. 65-67 том 4). 

26.02.2018 в связи с обнаруженной опечаткой в судебном акте, а также в связи с тем, что 22.02.2018 ФИО1 не явился для подписания акта, ответчиком навалено повторное уведомление  для прима-передачи объектов недвижимого имущества 02.04.2018.

05.04.2018 после подписания одностороннего акта ответчик обратился в Росреестр для регистрации перехода прав собственности на объекты недвижимости (л.д. 122-124 том 4).

02.04.2018 со стороны ФИО1, представителя ФИО4 в присутствии двух свидетелей также был составлен акт о том, что 02.04.2020 ФИО1 не переданы акты разграничения балансовой принадлежности, оригинал документов на приборы учета, иная и техническая документация в отношении нежилых помещений, ключи (л.д. 72 том 6).

Указанными выше документами подтверждается, что обе стороны присутствовали 02.04.2018 по адресу: 

<

...>, но по неустановленным причинам не встретились друг с другом, подписали акты в одностороннем порядке.

При таких обстоятельствах, уклонение от подписания акта приема-передачи в рассматриваемый период со стороны ответчика суд не усматривает. 

Учитывая изложенное, принимая во внимание совокупность представленных в дело доказательств, суд определяет период возможного неосновательного обогащения, который требует исследования в рамках настоящего спора, с 12.01.2018г. по 20.04.2018г.

В соответствии с правой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 30.01.2020 № 8024/1 по делу № А52-401/2001/1, если лицо сдает в аренду помещение, не имея на то правомочий, неосновательным обогащением являются не только само помещение, но и доходы, полученные от сдачи этого помещения в аренду.

В качестве неосновательного обогащения в рассматриваемом случае может являться: 

- неосновательное обогащение в силу использования имущества самим ООО «Химмедсервис», составляющего стоимость неосновательно сбереженной арендной платы, которую ответчик не уплатил истцу, поскольку использовал помещения;

- доходы, полученные ответчиком от сдачи имущества в аренду или которые он должен был получить от сдачи имущества в аренду.

Следует отметить, что по пункту 2 статьи 1105 ГК РФ подлежит возмещению обогащение, возникающее вследствие неосновательного пользования чужим имуществом или услугами, а по пункту 1 статьи 1107 ГК РФ - обогащение, которое образуют доходы, извлеченные из неосновательно полученного (сбереженного) имущества или которые должны быть извлечены.

Истцом в качестве правового обоснования исковых требований заявлены обе нормы гражданского права.

В предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входит установление обстоятельств (факта) получения (сбережения) ответчиком имущества за счет истца, отсутствие предусмотренных правовыми актами или сделкой оснований для такого приобретения.

Рассматривая требования о взыскании неосновательного обогащения в результате пользования спорными нежилыми помещениями площадью 2 804,2 кв.м. ООО «Химмедсервис» (сбережения в виде арендной платы, которую ответчик должен был заплатить) на основании пункта 2 статьи 1105 ГК РФ, суд учитывает следующие обстоятельства.

04.08.2017 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о наложении ареста на имущество должника ООО «Химмедсервис» (л.д. 102- том 4).

09.08.2017  составлены акты о наложении ареста  объектов недвижимости (л.д. 103-110 том 4).

22.08.2017 определением Кировского районного суда по делу № 2-1359/2017 вынесен запрет ООО «Химмедсервис» пользовать нежилыми помещениями и земельным участком, имущество передано на ответственное хранение ФИО1 (л.д. 97-98 том 3).

29.08.2017 вынесено постановление судебного пристава-исполнителя о запрете ООО «Химмедсервис» пользоваться нежилыми помещениями общей площадью 1 106,1 кв. м, нежилыми помещениями общей площадью 1 698,1 кв. м, расположенными по адресу: 

<

...>, земельным участком общей площадью 3 105,2 кв. м, расположенным по адресу: 

<

...>; о передаче на ответственное хранение ФИО1 указанных объектов недвижимости (л.д. 111-112 том 4).

05.09.2017 постановлением судебного пристава-исполнителя арестованное имущество передано на хранение ФИО1 с установлением режима хранения имущества должника ООО «Химмедсервис»: без права пользования (л.д. 3-4 том 6).

 05.09.2017 заключен договор передачу под охрану между ФИО1 и УФССП России по Томской области (л.д. 6-7 том 6).

06.09.2017 подписан акт приема-передачи на хранение арестованного имущества, которым имущество передано на хранение ФИО1 с указанием следующих ограничений должника в праве пользования имуществом: без права пользования, объем ограничения – полное, срок ограничения – весь срок хранения (л.д. 5 том 6).

На основании частей 1 и 4 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» № 229-ФЗ от 02.10.2007 (далее  - Закон об исполнительном производстве) судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. 

Арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества) (часть 4 статьи 80 Закона об исполнительном производстве). 

Статьей 86 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что недвижимое имущество должника, на которое наложен арест, передается под охрану под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, назначенным судебным приставом-исполнителем, либо лицам, с которыми территориальным органом Федеральной службы судебных приставов заключен договор. Лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, не может пользоваться этим имуществом без данного в письменной форме согласия судебного пристава-исполнителя.

 Судом установлено, что на спорное имущество был наложен арест, при этом имущество передано на ответственное хранение ФИО1 с запретом распоряжения имуществом, а также без права пользования ООО «Химмедсервис».

Поскольку спорное имущество выбыло из владения ответчика и передано на хранение истцу, ответчик не мог пользоваться спорными объектами недвижимости, начиная, как минимум с 06.09.2017 (акт приема-передачи на хранение арестованного имущества), в связи с утратой владения ввиду изъятия недвижимости и передачи на ответственное хранение ФИО1

Доказательств отмены постановлений, актов судебных приставов-исполнителей в рассматриваемый период в материалы дела не представлено.

Объекты недвижимого имущества в период с 06.09.2017 до 17.04.2018 находились на ответственном хранении ФИО1, с 17.04.2018 ФИО1 является собственником имущества (иного и материалов дела не следует).

Исходя из содержания акта приема-передачи от 08.11.2018, истец и ответчик подтвердили факт освобождения помещений арендаторами и субарендаторами, из содержания акта не усматривается, что здание занимал непосредственно ООО «Химмедсервис».

Доказательств, подтверждающих, что ответчик в рассматриваемый период является пользователем спорных нежилых помещений, в материалах дела отсутствуют и истцом в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлены, как и не представлены доказательства того, что имущество у ФИО1 было обратно истребовано судебным приставом-исполнителем, как и того, что режим нахождения имущества под охраной нарушался.

Таким образом, в спорный период ни истец, ни ответчик не могли использовать его, распоряжаться, в том числе путем сдачи в аренду, соответственно, на стороне истца не могли возникнуть убытки в виде упущенной выгоды (истец сам подтверждает, что у него отсутствовала возможность извлекать коммерческую выгоду из имущества, пояснения на л.д. 4 том 5), а на стороне ответчика неосновательное обогащение в виде сбережения арендной платы.

Выводы подтверждаются судебной практикой: Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 30.03.2017 по делу № А29-7340/2016, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 09.10.2017 по делу № А60-49858/2016, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 16.01.2019 по делу № А55-33708/2017.

В связи с изложенным, исковые требования о взыскании неосновательного обогащения по пункту 2 статьи 1105 ГК РФ в связи с использованием имущества самим ООО «Химмедсервис», составляющего стоимость неосновательно сбереженной арендной платы, которую ответчик не уплатил истцу, не подлежат удовлетворению, в связи с недоказанностью пользования ответчиком нежилыми помещениями в спорный период.

Рассматривая требования о взыскании неосновательного обогащения в виде доходов, полученных ответчиком от сдачи имущества в аренду или которые он должен был получить от сдачи имущества в аренду, на основании пункта 1 статьи 1107 ГК РФ ГК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Размер неосновательного обогащения определен истцом на основании Отчета № 09.11/18 об оценке имущества (в том числе объект оценки – размер месячной арендной платы за 1 кв.м. площади в нежилом здании по адресу: 

<

...>, за период сентябрь-апрель 20018гг.) (далее – Отчет об оценке № 09.11/18) (л.д. 20-62 том 6).

Согласно Отчета об оценке № 09.11/18, размер месячной арендной платы за 1 кв.м. площади в нежилом здании по адресу: 

<

...> составляет 500 руб. 

С учетом данного значения истцом определен размер арендной платы за период пользования ответчиком спорными нежилыми помещениями (с 26.06.2017 по 08.11.2018) с учетом их площади (2 804,2 кв.м.) и периода пользования, который составил 23 415 086,70 руб.

Истец в обоснование возможной рыночной стоимости за 1 кв.м. 500 руб. сослался также на договоры субаренды, заключенные арендатором ООО «Медрентсервис» с третьими лицами со стоимостью арендной платы в размере от 450-550 руб. за кв.м., и аффилированность ответчика и арендатора ООО «Медрентсервис», обосновывая этим заниженную стоимость ставки арендной платы за 1 кв.м. в 100 руб.

Ответчик и третье лицо ФИО2, возражая в этой части, указывают, что оценка произведена оценщиком без осмотра объекта, фотоматериал не представлен, не указаны физические характеристики объекта. Сведения, содержащиеся в отчете, о техническом состоянии здания противоречат акту приема-передачи от 08.11.2018 помещений, подписанному ФИО1 и конкурсным управляющим ФИО7 Объекты, с которыми проводил сравнение оценщик, по мнению ФИО2, не являются аналогичными, ни по площади, ни по качеству, ни по техническому состоянию. Кроме того, не представлено доказательств того, что сделки по представленным в отчете объявлениям, реально были заключены на условиях предложения. ООО «Химмедсервис» не планировало извлечение прибыли путем сдачи в аренду недвижимого имущества, сдача в аренду носила компенсационный характер.

Довод истца, что обоснованность данного Отчета об оценке № 09.11/18 подтверждена судебным актом – постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А67-2332/2017 от 20.01.2020, не обоснован, поскольку предметом рассмотрения спора по указанному делу явился иной предмет оценки, судом не проверялась обоснованность заключения в части объектов недвижимости, в связи с чем отклоняется.

Возражения, заявленные ответчиком, третьим лицом ФИО2 относительно Отчета об оценке № 09.11/18 (л.д.139-141 том 2), истцом не опровергнуты.

Третье лицо ФИО2, опровергая доводы истца о рыночной стоимости аренды нежилых помещений в 500 руб., представил Отчет № 2011 Об определении рыночной стоимости аренды нежилых помещений, по адресу: 

<

...>, номера на поэтажном плане 1001-1021, 2001-2008, 2011, 2013-2029, 2045-2056, 1022-1032, 2030-2042, выполненным ООО «Континент-СП» 23.07.2020 (дата оценки 12.01.2018) (далее – Отчет об оценке № 2011) (л.д. 25-119 том 5).

При определении размера неосновательного обогащения необходимо исходить из того, что в рассматриваемом случае оплата за пользование должна производиться исходя из размера, который подлежал бы уплате ответчиком в случае заключения с ним договора аренды аналогичных нежилых помещений, то есть с учетом их технического состояния.

В Отчете об оценке № 2011, представленного третьим лицом, учтено физическое состояние нежилых помещений (ограниченно работоспособное, помещения в текущем состоянии не пригодны для использования в качестве офисов, необходимо провести ремонтные работы); описание объекта произведено с учетом Акта технического обследования от 02.04.2018 (стр. 29, 31 отчета).

Вывод оценщика: рыночная стоимость аренды нежилых помещений за 1 кв.м. составляет 76 руб.; таким образом, образом, общей площадью 1 698,1 кв.м. в месяц составляет 129 055,60 руб.; общей площадью 1 106,1 кв.м. в месяц 84 063,60 руб., т.е. 213 119,20 руб. в месяц.

Суд принимает во внимание Акт технического обследования, составленный по результатам осмотра нежилого здания, расположенного по адресу: 

<

...> от 03.04.2018, ООО «ТомТехЭкспертиза» (заказчик: ФИО1, дата осмотра 02.03.2018) (далее – Акт технического обследования от 03.04.2018) (л.д. 8-19 том 6).

Выводы эксперта при техническом обследовании здания: объект не пригоден для дальнейшей безопасной эксплуатации; здание невозможно использовать в административных или торгов-офисных целях; анализ технического состояния инженерных коммуникаций здания позволяет сделать вывод о том, что объект создает угрозу для жизни и здоровья людей; общее техническое состояние здания, в том числе состояние внутренней отделки помещений, неудовлетворительное; для приведения здания в надлежащее техническое состояние необходимо осуществление ряда мер, в том числе проведение санитарно-эпидемиологической и пожарно-технической экспертиз, осуществление ремонтных работ по ремонту конструкций крыши и чердачного этажа, инженерных коммуникаций в здания, а также внутренней отделке помещений (л.д. 112-118 том 5).

Выше указанное техническое состояние объектов недвижимости со ссылкой на Акт технического обследования зафиксирован самим истцом в акте приема-передачи от 08.11.2018; истец с техническим состоянием помещений был согласен.

Кроме того, как верно указывает третье лицо ФИО2, ФИО1 с 19.10.2010 является индивидуальным предпринимателем и с 12.08.2008 по 23.06.2014 владел спорными объектами, однако не представил доказательств извлечения прибыли из расчета 500 рублей за кв.м. Также, из материалов дела не следует, что в настоящее время возможно извлекать прибыль в размере 500 рублей/кв.м. (стр. 14-15 Постановления Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2019 по делу №А67-2332/2017).

В качестве косвенного доказательства отсутствия объективной возможности сдать в аренду все нежилые помещения площадью 2 804,2 кв.м. третьим лицом представлены ответы на запросы предпринимателей, имеющих в собственности аналогичную недвижимость, согласно которым средний процент сдачи помещений в аренду от полезной площади задания в 2017 году составляла 52-60%, в 2018 году – 53-67% (л.д. 12- 32 том 4).

Довод о возможности сдачи в аренду нежилых помещений за 500 руб. за 1 кв.м. ссылкой на договоры субаренды № 5-17 от 01.06.2017 (площадь 69,1 кв.м.) (л.д. 118-125 том 1), № 8-17 от 01.06.2017 (площадь 173 кв.м.) (л.д. 126-131 том 1), № 2-Ф/17 от 31.03.2017 (площадь 28,6 кв.м.) (л.д. 132-138 том 1), №7-16 от 01.11.2016 (площадь 30,1 кв.м.) (л.д. 85-87 том 7), заключенные ООО «РентСервис» с третьими лицами, не обоснован, поскольку материалами дела подтверждается субаренда только на площадь 300,8 кв.м., что не доказывает возможность сдачи по указанной цене всей площади здания, кроме того, доходы от субаренды не являются доходом ответчика и не подтверждают реальность получения доходов в указанном размере ответчиком (л.д. 118-138 том 1).

В связи с этим ссылки истца на отчеты оценщика, а также на передачу спорного имущества в субаренду третьим лицам отклоняются судом, поскольку данные доказательства не подтверждают реального получения именно ответчиком (а не третьими лицами) дохода от использования имущества.

Довод истца об аффилированности ответчика и ООО «Медрентсервис», что является причиной занижения арендной платы (л.д. 6 том 7, л.д. 110-111 том 7, л.д. 68-69 том 8) документально не подтвержден; с учетом пояснений третьего лица ФИО2, в том числе, что обстоятельства аффилированности лиц уже были предметом рассмотрения Арбитражным судом Томской области в рамках дела № А67-2332/2017 о банкротстве ООО «Химмедсервис» (Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020 по делу № А67-2332/2017, стр. 6) (л.д. 1-7 том 9), судом отклоняется.

Иных договоров аренды ответчик не заключал и иного дохода от предоставления в аренду спорных помещений в рассматриваемый период не получал, таких доказательств в материалы дела в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик должен был извлечь иные доходы от использования имущества, в материалы дела также не представлено.

Под доходами следует понимать не любые абстрактно определяемые поступления, которые могли быть получены при эксплуатации того или иного имущества, а те поступления, которые либо не могли не быть приобретены в силу особенностей имущества, либо для получения которых имелись конкретные предпосылки в виде уже заключенных договоров об использовании имущества, сложившейся и приносящей стабильные результаты практики его эксплуатации (Определение Верховного Суда РФ от 26.09.2017 № 309-ЭС17-13242).

Как следует из материалов дела, между ООО «Химмедсервис» и ООО «РентСервис» (в настоящее время - ООО «Медрентсервис»), в отношении нежилых помещений по адресу: 

<

...>, были заключены договоры аренды нежилых помещений с условием стоимости 1 кв.м. по 100 руб., помещения по актами приема-передачи переданы арендатору.

Согласно статьей 617 ГК РФ, переход права собственности на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды.

Право сдачи имущества в аренду и получение арендных платежей принадлежит его собственнику (статьи 606, 608 ГК РФ). При перемене собственника имущества прежний собственник утрачивает, а новый приобретает право на получение доходов от сдачи имущества в аренду (пункт 23 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»).

Договоры аренды недействительными не признаны, заключены до наложения ареста на имущество и передачи по акту на хранение истцу (06.09.2017), запрета распоряжаться имуществом, до регистрации права собственности ФИО1, соответственно, перемена собственника не влечет изменение условий договоров аренды, в том числе в части стоимости арендной платы.

Истцом не доказана как реальность получения должником доходов от использования спорного имущества в размере 500 руб. за кв.м., так и не обоснована возможность их поступления. Доводы истца строятся на предположениях о возможности должника извлекать доходы от использования спорного имущества. 

При недоказанности факта пользования ответчиком спорными нежилыми помещениями в качестве средства извлечения прибыли само по себе наличие у него в заявленный период помещений не может являться достаточным и безусловным основанием для взыскания предполагаемых доходов.

Согласно абзаца 1 статьи 303 ГК РФ, при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Как следует из содержания указанной нормы права, под названными доходами следует понимать доходы, которые ответчик извлек или должен был извлечь от фактического обладания чужим имуществом, в виде арендной платы за это имущество, прибыли, получаемой в результате его нормальной производственной эксплуатации и т.д.

В соответствии с разъяснениями пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», при рассмотрении споров по искам собственника о взыскании стоимости пользования его имуществом за период нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ). Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

Как ранее уже отмечалось, исходя из смысла статьи 303 ГК РФ, под доходами следует понимать не любые абстрактно определяемые поступления, которые могли быть получены при эксплуатации того или иного имущества, а те поступления, которые либо не могли не быть приобретены в силу особенностей имущества, либо для получения которых имелись конкретные предпосылки в виде уже заключенных договоров об использовании имущества, сложившейся и приносящей стабильные результаты практики его эксплуатации.

Поскольку доказательств извлечения ООО «Химмедсервис» доходов от эксплуатации спорного имущества в рассматриваемый период, а также доказательств наличия реальной возможности получения доходов ответчиком в заявленном истцом размере (500 руб. за 1 кв.м.) не представлено (объекты находились в неудовлетворительном состоянии), основания для удовлетворения требований отсутствуют (аналогичный подход отражен в Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 26.05.2017 по делу № А71-2553/2016).

При этом в отсутствие указанных доказательств наличие факта добросовестности, либо недобросовестности ответчика, не имеет правового значения (Определение Верховного суда Российской Федерации от 26.09.2017 № 309-ЭС17-13242 по делу № А71-2553/2016).

Все иные доводы, заявленные истцом, представленные им доказательства рассмотрены судом и оценены, как не имеющие значение для рассмотрения дела по существу в рамках заявленных исковых требований.

Суд полагает, что размер неосновательного обогащения за рассматриваемый период пользования данных помещений ответчиком должен быть определен с учётом положений пункта 1 статьи 1107 ГК РФ, согласно условиям заключенных, действующих в спорный период договоров аренды. 

Материалами дела подтверждается, что в период с 12.01.2018 по 20.04.2018 между ООО «Химмедсервис» и ООО «РентСервис» (в настоящее время – ООО «Медрентсервис») заключены и действовали следующие договоры аренды нежилого помещения;

 № 02-2017 от 31.03.2017 (площадь аренды 80 кв.м.), срок действия до 28.02.2018 (л.д. 142-144 том 3);

№ 03-2017 от 31.03.2017 (площадь аренды 28,6 кв.м.), срок действия до 28.02.2018 (л.д. 1435-147 том 3);

№ 04-2017 от 31.03.2017 (площадь аренды 36 кв.м.), срок действия до 28.02.2018 (л.д. 148-150 том 3); 

№ 06-2017 от 10.05.2017 (площадь аренды 36 кв.м.), срок действия до 31.03.2018 (л.д. 151-153 том 3);

№ 07-2017 от 01.06.2017 (площадь аренды 69,1 кв.м.), срок действия до 30.04.2018 (л.д. 59-62 том 7);

№ 08-2017 от 01.06.2017 (площадь аренды 55,2 кв.м.), срок действия до 30.04.2018  (л.д. 63-64 том 7);

№ 09-2017 от 01.06.2017 (площадь аренды 391,1 кв.м.), срок действия до 30.04.2018  (л.д. 65-68 том 7);

№ 10-2017 от 01.06.2017 (площадь аренды 173 кв.м.), срок до 30.04.2018  (л.д. 67-68 том 7);

№ 11-2017 от 01.09.2017 (площадь аренды 217 кв.м.), срок до 31.07.2018  (л.д. 69-70 том 7);

№ 12-2017 от 01.09.2017  (площадь аренды 81 кв.м.), срок до 31.07.2018  (л.д. 71-72 том 7);

№ 13-2017 от 01.09.2017 (площадь аренды 30,1 кв.м.), срок до 31.08.2018  (л.д. 73-74 том 7).

Иные договоры аренды нежилого помещения, представленные в материалы дела, заключены со сроками действия по 08.10.2016, 31.10.2016, 31.01.2017, 31.03.2017, 31.05.2017, 31.08.2017, 29.09.2017, 30.09.2017, 30.12.2017, что ранее исследуемого периода возникновения неосновательного обогащения по настоящему делу (л.д. 154-158 том 3, л.д. 1-11 том 4, л.д. 115-126 том 7, л.д. 72-136 том 8). Доказательств иного срока действия договоров аренды, продления их действия в материалы дела истцом не представлены. 

Довод истца, ссылкой на письмо ООО «РентСервис» в адрес судебного пристава-исполнителя от 12.10.2017 исх. № 36 (л.д. 75 том 7), что все перечисленные в указанном письме 27 договоров аренды являются действующими, отклоняется судом, поскольку из содержания письма данное утверждение не следует, кроме того, письмо составлено по состоянию на октябрь 2017 года, тогда как дата начала возможного неосновательного обогащения определена судом 12.01.2018.

В соответствии с расчетом суда, доход от аренды за период с 12.01.2018 по 20.04.2018 составляет (с разбивкой по срокам действия договоров):

1) по договорам № 02-2017, № 03-2017, № 04-2017 со сроком действия до 28.02.2018 (общая площадь 144,6 кв.м.) -

144, 6 кв.м.* 100 руб. за кв.м. *2 мес./59 дней (январь + февраль) *48 дн. аренды = 23 528,14 руб.;

2) по договору № 06-2017 со сроком действия до 31.03.2018 (общая площадь 36 кв.м.) - 36 кв.м.* 100 руб. за кв.м. *3 мес./90 дней (январь + февраль + март) *79 дн. аренды = 9 480 руб.;

3) по договорам № 07-2017, 8-2017, 9-2017, № 10-2017 со сроком действия до 30.04.2018 (общая площадь 688,4 кв.м.) за период до 20.04.2018 -

688,4 кв.м.* 100 руб. за кв.м. *4 мес./120 дней *99 дн. аренды = 227 172 руб.

Всего:  260 180 руб. 14 коп. (23 528,14 + 9 480 + 227 172).

Таким образом, размер арендной платы полученной ответчиком в период с 12.01.2018 по 20.04.2020 в рамках указанных договоров аренды (общая площадь, сдаваемая в аренду 869 кв.м, иного из материалов дела не следует) составил 260 180 руб. 14 коп. 

Под доходом по смыслу пункта 1 статьи 1107 ГК РФ понимается чистая прибыль обогатившегося лица, извлеченная из неосновательно сбереженного имущества, то есть полученная им выручка за вычетом расходов, понесенных в целях извлечения такого дохода.

При разрешении настоящего спора суд полагает правомерным исходить из статьи 1108 ГК РФ, в силу которой при возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества (статья 1104) или возмещении его стоимости (статья 1105) приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы (статья 1106) с зачетом полученных им выгод, право на возмещение затрат утрачивается в случае, когда приобретатель умышленно удерживал имущество, подлежащее возврату.

Поскольку истец обратился с иском о взыскании неосновательного обогащения, суд по правилам статьи 1108 ГК РФ, учитывая разумность и необходимость затрат на содержание спорного имущества, полагает правомерным учесть при расчете неосновательного обогащения право приобретателя на возмещение расходов на коммунальные платежи.

Расходы на коммунальные платежи подтверждаются:

- по теплоснабжению: актом № 40 от 28.02.2018 на сумму 122 024,84 руб., актом № 12 от 31.01.2018 на сумму 163 073.26 руб., всего на сумму 285 098,1 руб., а также платежными поручениями на сумму 203 073,26 руб. (л.д. 103-108 том 6);

- по электроэнергии: актом прима-передачи электроэнергии №70020011269 от 28.02.2018 на сумму 57 188,5 руб.; акт № 700200580 от 31.01.2018 на сумму 79 688,53 руб. (л.д. 100, 109-119 том 6);

- по водоснабжению: счет-фактурами от 27.02.2018 на сумму 5 063,62 руб., от 26.02.2018 на сумму 22 153,32 руб. (л.д. 120-123 том 6).

Всего расходов подтверждено на сумму 449 192,1 руб. (л.д. 100, 120-123 том 6; таблица-пояснения, л.д. 6 том 9).

Истцом указанные обстоятельства не опровергнуты, доказательств иного размера расходов на оплату коммунальных услуг не представлено.

Оплата арендной платы ООО «РентСервис» путем погашения за ответчика коммунальных услуг подтверждается платежными поручениями на сумму 347 962,13 руб. (л.д. 100-101, 124-136 том 6, л.д.28-42 том 7), а также указанное подтверждает и само третье лицо ООО «Медрентсервис» (л.д. 25-26 том 7; таблица-пояснения, л.д. 6-7 том 9).

Истец доказательств обратного не представил.

В процессе рассмотрения дела ответчиком заявлялся довод о необходимости зачета произведенных им расходов по содержанию имущества в виде коммунальных платежей.

Факт затрат на содержание помещений подтверждается актами, платежными поручениями.

Обстоятельства умышленного удержания имущества ответчиком не доказано и материалам дела не подтверждено.

Довод о компенсационном характере действий ООО «Химмедсервис» о сдаче нежилых помещений в аренду в целях компенсировать расходы ответчика на содержание здания в виде оплаты коммунальных услуг (л.д. 135-137 том 2) последовательно отстаивается ООО «Химмедсервис» в ряде судебных разбирательств, что нашло свое отражение в решении Арбитражного суда Томской области от 21.12.2019 по делу № А67-3656/2019, вступившем законную силу (л.д. 131-141 том 3), Постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2019 по делу № А67-2332/2017, в связи с чем у суда отсутствуют основания с ним не согласиться.

Факт не поступления денежных средств от аренды ответчику подтверждается выписками по счету ООО «Химмедсервис» за период с 29.01.2018 по 28.12.2018 (л.д. 81-4 том 4) (иного в материалы дела не представлено), поскольку направлялись на оплату коммунальных расходов. 

В Реестре требований кредиторов должника ООО «Химмедсервис» ресурсоснабжающие организации не состоят, что повреждает отсутствие задолженности по оплате коммунальных услуг.

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

По общему правилу стороны в арбитражном процессе должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в противном случае они несут негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Так как материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик извлек или имел объективную возможность извлечь доход от находящегося у него недвижимого имущества в спорный период именно в определенном истцом размере, с учетом подтвержденных затрат на содержание имущества, требования истца о взыскании неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требование о взыскании судебной неустойки в случае неисполнения судебного акта за каждый день неисполнения указанного акта, вступившего в законную силу, в размере, предусмотренном статьей 395 ГК РФ по день исполнения указанного решения, суд руководствуется следующим.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Правила пункта 1 статьи 308.3. ГК РФ не распространяются на случаи неисполнения денежных обязательств (пункт 30 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Нормы статьи 308.3 ГК РФ в части судебной неустойки не подлежат применению, поскольку обязательство должно быть исполнено не в натуре, а в денежной форме, в связи с чем в требование удовлетворению не подлежит.

Истцом уплачена государственная пошлина в размере 3 750 руб. (чек ордер ПАО Сбербанк от 21.03.2020 операция 93) (л.д. 16 том 1).

При цене иска 23 415 086,70 руб. подлежала уплате государственная пошлина  в размере 140 075 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 310774629200166) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 136 325 руб.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

                      Судья                                                                                            О.Н. Чикашова