1496/2023-242091(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

 

20 сентября 2023 года Дело № А33-14067/2022 

Красноярск 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 13 сентября 2023 года.  В полном объёме решение изготовлено 20 сентября 2023 года.  

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Кошеваровой Е.А., рассмотрев в  

судебном заседании дело по иску ФИО1 

к ФИО2, ФИО3, ФИО8  

Марине Георгиевне, ФИО4, ФИО5, о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности, в присутствии в судебном заседании: 

от истца: ФИО6, действующей на основании доверенности от 17.01.2023,  

личность удостоверена паспортом, наличие высшего юридического образования  

подтверждено дипломом, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО7, 

установил:

ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского  края с иском к ФИО2, ФИО3 (далее  – ответчики) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по денежным  обязательствам ООО «Красмет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о взыскании с  ФИО2 и ФИО3 солидарно денежных  средств в размере 1 438 160 руб. 65 коп., взыскании с ФИО2  денежных средств в размере 435 000 руб.  

Определением от 10.06.2022 г. исковое заявление оставлено судом без движения. Определением от 07.07.2022 года исковое заявление принято к производству суда. 

В материалы дела от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в  соответствии с которым истец просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности  ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО8,  взыскать с указанных лиц солидарно денежные средства в размере 1 811 661 руб. 71 коп. в  пользу ФИО1  

Определением от 05.07.2023 уточнение исковых требований принято судом. К участию в  деле в качестве соответчиков привлечены ФИО4 и ФИО5.  

В судебное заседание ответчики не явились, судебное заседание проведено в их  отсутствие в соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Представитель истца в судебном заседании требования поддержал.  

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для  рассмотрения спора, обстоятельства.  

Согласно материалам регистрационного дела общество с ограниченной  ответственностью «Красмет» создано в соответствии с протоколом собрания учредителей  общества № 1 от 04.08.1997 ФИО3 (доля 30%), ФИО9 (доля 25%), ФИО10 (доля  25%), ФИО11 (доля 20%). Директором общества назначен  ФИО3  

ООО «Красмет» зарегистрировано постановлением администрации Сухобузимского  района Красноярского края 18.11.1997. Впоследствии общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ  03.12.2002 за ОГРН 

<

***>.  

В соответствии с протоколом общего собрания участников от 05.09.2007 по состоянию  на 2013 год участниками ООО «Красмет» являлись: ООО «Сибирский регион», владеющее  долей в размере ½ в уставном капитале общества и ООО «КанскУглеСервис», владеющее  долей в уставном капитале в размере  ½ уставного капитала.  

16.06.2014 на основании протокола о результатах проведения открытого аукционе между  ООО «КанскУглеСервис» («Продавец») в лице конкурсного управляющего ФИО12,  действующего на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 12.03.2013  по делу № А33-14714/2012 и ФИО4 («Покупатель») был  заключен договор купли-продажи № 5 доли номинальной стоимостью 26 100,00 руб. в  уставном капитале ООО «Красмет».  

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 17.10.2016 по делу № А333234/2016 суд признал действительным договор № 5 от 16.06.2014 купли-продажи доли в  уставном капитале ООО «Красмет», заключенный между ФИО4  и обществом с ограниченной ответственностью «КанскУглеСервис».  

Заочным решением Сухобузимского районного суда Красноярского края от 10.10.2016  по делу № 2-583/2016 с ООО «Красмет» в пользу ФИО1 взыскана  задолженность по заработной плате за период с 11 ноября 2013 года по 25 августа 2016 года  в размере 1646182,80 рублей, компенсация за нарушение установленного срока выплаты  заработной платы 226977,85 рублей. Расторгнут трудовой договор, заключенный между  ООО «Красмет» в пользу ФИО1 от 11 ноября 2013 года № 001/13 с 08  сентября 2016 года.  

Сухобузимским районный судом Красноярского края в указанном деле установлено, что  в соответствии с трудовым договором от 11.11.2013 года № 001/13 ФИО13 принят на  работу в ООО «Красмет» на должность заместителя генерального директора по безопасности  на неопределенный срок с окладом в размере 31250 рублей с 30% надбавкой за непрерывный  стаж работы на предприятиях, расположенных в северных районах Красноярского края и  30% районного коэффициента.  

На запрос суда сведений о том, каким образом извещался о судебных заседаниях  ответчик по делу № 2-583/2016 (вручение или фикция извещения), присутствовал ли  представитель в судебных заседаниях, с приложением копий подтверждающих документов,  в ответе от 20.07.2023 № 4053 Сухобузимским районным судом Красноярского края  сообщено, что дело № 2-583/2016 в отношении ООО «Красмет» уничтожено в соответствии с  Инструкцией о порядке организации комплектования, хранения, учета и использования  документов от 19.03.2019 № 56; из протокола судебного заседания видно, что ответчик  надлежащим образом извещен, в суд не явился, причина неявки неизвестна.  

Решение от 10.10.2016 по делу № 2-583/2016 вступило в законную силу 19.11.2016.  23.11.2016 выдан исполнительный лист серии ФС № 015999076.  

Согласно ответу ОСП по Сухобузимскому району на запрос суда, в отделении судебных  приставов по Сухобузимскому району на исполнении находилось исполнительное  производство № 12512/16/24003-ИП, возбужденное 05.12.2016 на основании  исполнительного листа серии ФС № 015999076, выданного 23.11.2016 Сухобузимским  

районным судом Красноярского края о взыскании денежных средств по оплате труда на  сумму 1 873 160, 65 рублей с ООО "Красмет" (ИНН 2435003995) в пользу Седова Алексея  Борисовича (постановление о возбуждении исполнительного производства от 05.12.2016  представлено в материалы дела).  

15.01.2019 исполнительное производство окончено в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 46  Федерального закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с тем, что  невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения  о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах.  

Определением от 06.07.2023 суд истребовал сведения, о том каким образом должник  извещался о ходе исполнительного производства, получены ли были должником  постановления об исполнительных действиях (в частности, постановление о возбуждении  исполнительного производства), какие действия были проведены судебным приставом-исполнителем в ходе исполнительного производства на основании исполнительного листа  серии ФС № 015999076, выданного 23.11.2016 Сухобузимским районным судом по делу №  2-583/2016, проводился ли опрос руководителей, учредителей должника, накладывался ли  арест на денежные средства, недвижимое имущество должника, по какой причине в период  ведения исполнительного производства должником было отчуждено недвижимое имущество  (устанавливалось ли судебным приставом-исполнителем наличие недвижимого имущества,  применялся ли запрет на совершение регистрационных действий), с приложением  подтверждающих документов.  

В ответе от 04.08.2023 № 24003/2022 Отдел судебных приставов по Сухобузимскому  району (ГУ ФССП России по Красноярскому краю) сообщил, что исполнительный документ  после окончания исполнительного производства направлен в адрес взыскателя. Материалы  исполнительного производства уничтожены в связи с истечением срока хранения,  предусмотренного инструкцией по делопроизводству Федеральной службы судебных  приставов № 682 от 10.12.2010. Меры обеспечительного и принудительного исполнения в  рамках исполнительного производства к должнику не применялись. Постановления о  возбуждении и окончании исполнительного производства направлялись сторонам простой  почтовой корреспонденцией, подтверждение фактического получения отсутствует.  

Согласно сводке по исполнительному производству № 12512/16/24003-ИП судебным  приставом-исполнителем осуществлены следующие действия по принудительному  исполнению: после возбуждения исполнительного производства постановлением от  05.12.2016 выносилось 30.12.2016 постановление о распределении денежных средств (при  этом сведения о вынесении постановления об обращении взыскания на денежные средства  должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации, в сводке отсутствуют),  08.02.2018 и 17.10.2018 выносились постановления об обращении взыскания на денежные  средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации; сведения о  принятии иных мер принудительного исполнения отсутствуют.  

20.08.2021 судебным приставом-исполнителем отделения судебных приставов по  Сухобузимскому району ГУФССП России по Красноярскому краю, на основании  исполнительного листа серии ФС № 015999076, выданного 23.11.2016 Сухобузимским  районным судом Красноярского края, возбуждено исполнительное производство №  24488/21/24003-ИП о взыскании денежных средств по оплате труда на сумму 1 873 160, 65  рублей с ООО "Красмет" (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1.  

Исполнительное производство № 24488/21/24003-ИП окончено в день возбуждения  20.08.2021, поскольку 16.07.2021 ООО «Красмет» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее  юридическое лицо, о чём внесена запись 2212400401420.  

Согласно материалам дела из активов у ООО «Красмет» имелось два объекта  недвижимости, права на которые возникли на основании договора купли-продажи от  27.04.2004 № 002-Н, заключенного между обществом и управлением имущественных  отношений администрации Красноярского края.  

В отношении данных объектов недвижимости принято решение Арбитражного суда  Красноярского края от 11.06.2015г. по делу № А33-3740/2015, которым суд обязал общество с  ограниченной ответственностью «Красмет» осуществить государственную регистрацию  перехода права на следующие объекты недвижимости:  

- нежилое одноэтажное здание ремонтно-механических мастерских с материально-техническими складами (литер В10, В11, В12, В13, В14), общей площадью 1836,40 кв.м.,  условный номер 24:18:000000:10109:002, расположенное по адресу: Россия, 

<

...> зд. 4, строение 2;  

- нежилое одноэтажное здание гаража (литер В6, В7, В8), общей площадью 1180,70  кв.м., условный номер 24:18:000000:10109:001, расположенное по адресу: Россия,  

<

...> зд. 4,  строение 1, приобретенные по договору купли-продажи от 27.04.2004 № 002-Н,  заключенному между управлением имущественных отношений администрации  Красноярского края и обществом с ограниченной ответственностью «Красмет».  

Протоколом общего собрания участников № 1 от 06.04.2017 генеральным директором  ООО «Красмет» назначена ФИО8.  

29.09.2017 между ООО «Красмет» в лице директора ФИО8 (продавец) и  ФИО14 (покупатель) заключены договоры купли-продажи недвижимого  имущества:  

- нежилого одноэтажного здания с кадастровым номером 24:18:3006001:280,  расположенного по адресу: Россия, 

<

...> зд. 4, строение 1;  

- нежилого одноэтажного здания с кадастровым номером 24:18:3006001:279,  расположенного по адресу: Россия, 

<

...> зд. 4, строение 2.  

Переход права собственности согласно выписке из Единого государственного реестра  недвижимости зарегистрирован 10.10.2017 и 12.10.2017.  

Согласно пояснениям ответчика ФИО8, в период нахождения в должности  генерального директора ООО «Красмет» ФИО8 стало известно о решении  Арбитражного суда Красноярского края от 11.06.2015г. по делу № А33-3740/2015; в 2017  году решение от 11.06.2015 по делу № А33-3740/2015 было исполнено; у организации в  собственности оказалось два нежилых сооружения, которые долгие годы не использовались,  находились на территории другой организации и были в заброшенном состоянии,  требовавшем огромных вложений для того, чтобы начать ими пользоваться; на тот момент  ООО «Красмет» не вело и в будущем, не планировало вести хозяйственную деятельность,  позволяющую эксплуатировать данные сооружения в том регионе, где они находились,  поэтому было принято решение об отчуждении; при вступлении в должность генерального  директора ООО «Красмет» от предыдущего директора ФИО3 никакой  документации в отношении ООО «Красмет» не получала; фактически ФИО3 свои  функции генерального директора не исполнял несколько лет, местонахождение его было  неизвестно; по информации, полученной от учредителей, ООО «Красмет» с 2014 года не вел  хозяйственную деятельность и не имел сотрудников, исполнительный орган в лице  генерального директора свои функции не исполнял, отчетность в налоговую инспекцию не  направлялась, один из учредителей организации был признан банкротом, его доля в  уставном капитале несколько лет не была оформлена должным образом, поэтому какие-либо  решения единственный участник организации единолично принимать не мог, не было  кворума; о существующей задолженности ООО» Красмет перед ФИО1 узнала только  из данного судебного разбирательства; организация могла бы узнать о существующей  задолженности при совершении сделки купли-продажи в 2017 году, но арест на имущество  организации наложен не был и переход права собственности был произведен в  установленный срок.  

Согласно ответу ГУ МВД России по Красноярскому краю от 07.07.2022 на запрос суда  транспортных средств за ООО «Красмет» с 2013 года по настоящее время не  зарегистрировано.  

Из анализа движения денежных средств по счету общества № 40702810200000000120,  открытому ООО «Красмет» в АО «Экспобанк», за период с 08.02.2014 (дата открытия) по  17.05.2019 (дата закрытия) следует, что фактически общество деятельности не вело  (движение денежных средств по финансово-хозяйственным операциям, перечисления от  контрагентов за товары, работы, услуги отсутствуют). Единственные систематические  поступления на счёт общества – платежи от ПАО «МТС» по аренде. Дата последнего  платежа 19.10.2015. После указанной даты никакие платежи на указанный счёт ООО  «Красмет» не поступали (только производились списания комиссий, сумм по решениям о  взыскании в бюджет).  

Также согласно выписке производились перечисления ФИО1 в период нахождения  в должности директора ФИО3 (23.09.2014 – 30 000 руб. на хоз. расходы,  29.09.2014 – 10 000 руб. на хоз. расходы, 06.10.2014 – 10 000 руб. на хоз. расходы, 08.10.2014  – 10 000 руб. на хоз. расходы).  

Последней операцией по счету 29.12.2016 является взыскание задолженности по  исполнительному производству в пользу ФИО1 в размере 61 498 руб. 94 коп. (за счет  остатка денежных средств, накопленных на счете от поступления арендных платежей, не  востребованных к 29.12.2016).  

07.08.2017 в регистрирующий орган подано заявление о переходе 50% доли в уставном  капитале общества, принадлежащей ФИО4, ФИО5.  

Решением единственного участника ООО «Красмет» № 1 от 27.03.2019 ФИО5 ООО «Сибирский регион» исключено из участников общества в связи с его  исключением из ЕГРЮЛ. 50% доли ООО «Сибирский регион» в уставном капитале ООО  «Красмет» перешли обществу.  

Решением единственного участника ООО «Красмет» № 2 от 08.05.2019 с указанной даты  ФИО8 освобождена от должности генерального директора. На должность  генерального директора ООО «Красмет» с 09.05.2019 назначен ФИО2.  

Впоследствии на основании заявления от 20.06.2019 ФИО5 вышел из состава  участников ООО «Красмет», и решением единственного участника ООО «Красмет» № 1 от  21.06.2019 распределены доли в уставном капитале общества, в связи с чем доля ФИО2 составила 100%.  

Как следует из пояснений истца и ответчика ФИО8, ФИО3 уехал из  города Красноярск и более не выходил на связь ни с истцом, ни с ответчиком, ни с  учредителями организации. Местонахождение ФИО3 неизвестно и выяснить его  не представлялось возможным.  

Ответчик указывает, что ООО «Красмет» с 2014 года не вело хозяйственную  деятельность и не имело сотрудников, исполнительный орган в лице генерального директора  свои функции не исполнял.  

Довод ответчика об отсутствии сотрудников подтверждается ответом ОПФР по  Красноярскому краю, согласно которому ООО «Красмет» сведения по форме СЗВ-М за  отчётные периоды с 2016, 2017, 2020 гг не представляло.  

Довод об отсутствии финансово-хозяйственной деятельности ООО «Красмет», помимо  выписки по расчетному счету общества, подтверждается сведениями, представленными  МИФНС России № 17 по Красноярскому краю, и налоговой отчетностью с 2014 по 3 квартал  2019 года (ответ от 22.08.2022 № 26-41/02101).  

Истец, полагая, что умышленная неуплата и уклонение ответчика от возмещения  заработной платы и компенсации истцу, а также отсутствие дальнейших действий по  ликвидации/банкротству общества свидетельствует о неразумности и недобросовестности  

учредителя и руководителя ООО «Красмет» Илюшина А.А., а также руководителя  (генерального директора) Маркевича Ю.В., предполагает субсидиарную ответственность по  обязательствам ООО «Красмет», обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в  заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.  

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу  юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В  соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя  требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает  лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того  же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные  убытки (пункт 2 статьи 15 Кодекса).  

В силу пункта 2 статьи 15 указанного Кодекса под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный  ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных  условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Согласно положениям пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87  Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе  принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности,  ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав  органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании)  деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых  лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными  участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на  использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым  участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и  2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).  

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной  ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ  из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке  побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об  обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28  декабря 2016 года N 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации») предусмотреть компенсирующий негативные последствия  прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его  ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов  привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их  недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение  обязательств общества.  

Соответственно, в исключительных случаях участник корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к  ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при  предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность  удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих  лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано  

с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению  предпринимательской деятельности.  

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к  ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности  оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником  допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее  к смешению имущества участника и общества (например, использование участником  банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами),  если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало  невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она  относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового  решения.  

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств  дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной  деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом  юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают  собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно  исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод  деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности  перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N  305-ЭС22-14865).  

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий  (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в  течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует  привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам  (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе  не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020  N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).  

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени  доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9,  части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она  должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно  предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают  контролирующее должника лицо и кредитор.  

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить  доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него  убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а  также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и  достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае  предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных  доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо  - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения  относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56  постановления N 53).  

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия  (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств  перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в  процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду  характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений  

либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела  (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).  

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к  субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с  учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью  предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для  исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.  

Судом установлено, что директором ООО «Красмет» с 04.08.1997 по 06.04.2017 являлся  ФИО3, с 06.04.2017 по 08.05.2019 являлась ФИО8, с 09.05.2019 по  16.07.2021 (дату исключения общества из ЕГРЮЛ) являлся ФИО2  

Факт наличия задолженности ООО «Красмет» перед ФИО1 по заработной плате  подтверждается вступившим в законную силу заочным решением Сухобузимского  районного суда Красноярского края от 10.10.2016 по делу № 2-583/2016.  

Согласно тексту решения задолженность по заработной плате возникла в период с  12.11.2013 по 25.08.2016, т.е. в период нахождения ФИО3 на должности  генерального директора общества.  

Активы общества, за счет которых возможно было произвести погашение  задолженности перед истцом, отчуждены 29.09.2017, т.е. в период, когда директором  общества являлась ФИО8  

В период руководства ФИО2 какой-либо финансово-хозяйственной  деятельности общества не отслеживается, как и отчуждения активов.  

Участниками общества в разные периоды его существования являлись ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.  

Судом истребована и проанализирована информация о деятельности общества. Из  сведений, представленных ОПФР по Красноярскому краю, следует, что ООО «Красмет»  сведения по форме СЗВ-М за отчётные периоды с 2016, 2017, 2020 гг не представляло,  отчисления, в том числе, за ФИО1 не производились (т.е., несмотря на наличие  подписанного трудового договора, официально трудоустройство ФИО1 в обществе  оформлено не было, соответствующих сведений по кадровому (бухгалтерскому) учету  общества в обществе не имелось).  

Факт отсутствия финансово-хозяйственной деятельности (ФХД) ООО «Красмет»  подтверждается ответом Межрайонной ИФНС России № 17 по Красноярскому краю на  запрос суда, согласно которому за 2013 год у налогового органа отсутствует возможность  представления отчётности; за 2017 год отчётность представлена без отражения ФХД; с 2018  года отчётность отсутствует; за 3 квартал 2019 года налоговая декларация представлена без  отражения ФХД. Бухгалтерская отчётность ООО «Красмет» отсутствует.  

Представленная налоговая отчетность за 2014 – 3 квартал 2019 года свидетельствует о  фактическом отсутствии финансово-хозяйственной деятельности.  

Из анализа выписки по счёту № 40702810200000000120, открытому ООО «Красмет» в  АО «Экспобанк», за период с 08.02.2014 (дата открытия) по 17.05.2019 (дата закрытия)  следует, что активная финансово-хозяйственная деятельность обществом не велась,  поступление денежных на счёт общества осуществлялось исключительно от ПАО «МТС» за  аренду принадлежащего обществу недвижимого имущества. Дата последнего платежа  19.10.2015. После указанной даты никакие платежи на расчетный счёт ООО «Красмет» не  поступали.  

При таких обстоятельствах представляется соответствующим действительности довод  ответчика ФИО8 об отсутствии осведомленности о наличии задолженности перед  ФИО1, с которым как с работником ООО «Красмет» ФИО3 подписал  трудовой договор (в условиях понимания того, что ООО «Красмет» деятельность не вело и  не ведет, работники отсутствуют).  

Исходя из того, что трудовой договор с истцом на трудоустройство в ООО «Красмет»  подписан Маркевичем Ю.В., сведениями о трудоустройстве Седова А.Б. объективно  располагал Маркевич Ю.В., поскольку, как указывает сам истец, он выполнял личные  поручения Маркевича Ю.В. за отдельную плату (водителя, охранника). Данные пояснения  соотносятся, в том числе, с фактами перечисления Маркевичем Ю.В. денежных средств  Седову А.Б. с расчетного счета общества «на хоз. нужды».  

Вместе с тем, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона N 14-ФЗ введен Федеральным  законом от 28 декабря 2016 г. N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 488-ФЗ).  

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона N 488-ФЗ изменения вступают в силу  по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за  исключением положений, для которых названной статьей установлен иной срок вступления  их в силу. Федеральный закон N 488-ФЗ официально опубликован на интернет-портале  правовой информации 29 декабря 2016 г., в "Собрании законодательства Российской  Федерации" - 2 января 2017 г., в "Российской газете" - 9 января 2017 г.  

Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона N 14-ФЗ действует с 28 июня  2017 г.  

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты  гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям,  возникшим после введения их в действие.  

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие,  только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. В Федеральном законе N 488-ФЗ  отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Федеральный закон N 14-ФЗ,  распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.  

Соответственно, действия ФИО3, которые могли бы являться основанием  привлечения к субсидиарной ответственности по долгам общества (принятие на общество  обязательств по оплате услуг, полученных в личных интересах, неисполнение обязанности  по официальному оформлению трудоустройства, невыплата заработной платы) имели место  до вступления в законную силу положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона N 14- ФЗ, поэтому у суда отсутствуют основания для применения данных положений норм права к  спорным правоотношениям (Определение Судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2021 N 20-КГ21-6-К5).  

Следующим руководителем общества являлась ФИО8 

Из пояснений ФИО8 следует, что никакие документы о деятельности  общества, в том числе об обязательствах перед ФИО1, а также трудовой договор от  11 ноября 2013 года № 001/13 от предыдущего директора ФИО3 ей не  передавались.  

Доказательств обратного в дело не представлено. Напротив, соответствие  действительности данного довода подтверждается материалами регистрационного дела  (обращение ФИО8 за дубликатами учредительных документов в регистрирующий  орган).  

Осуществление регистрации права собственности на объекты недвижимого имущества с  последующей их продажей произведено в период нахождения ФИО8 на  должности генерального директора общества, исходя из чего истцом заявлено довод о  выводе имущества общества.  

Однако судом не установлена осведомлённость ФИО8 о наличии  задолженности общества перед ФИО1, доказательств уведомления самим истцом  общества о наличии задолженности также в материалы дела не представлено (истец  указывает, что такое уведомление не является обязанностью истца, но при наличии такого  уведомления истцом ответчиков последующая продажа ответчиками имущества общества  имела бы иную оценку).  

В целях проверки возможной осведомленность кого-либо из директоров или учредителей  ООО «Красмет» о наличии задолженности общества перед Седовым А.Б. судом  истребовались соответствующие сведения из Сухобузимского районного суда Красноярского  края, отдела судебных приставов по Сухобузимскому району.  

Таких сведений не представлено (судебное дело, материалы исполнительного  производства уничтожены по истечении сроков хранения), в том числе, направление  (вручение) постановлений по исполнительному производству не подтверждено.  

Из сводки по исполнительному производству следует, что постановление об обращении  взыскания на денежные средства общества выносилось 08.02.2018, т.е. после продажи  зданий, постановлений об аресте недвижимого имущества, запрете на совершение  регистрационных действий не выносилось; директора, учредители общества не  разыскивались, не опрашивались, к ответственности за неисполнение требований судебного  пристава-исполнителя не привлекались.  

Довод истца о том, что о наличии исполнительного производства ФИО8 могла  узнать из выписки по расчетному счету общества, опровергается сведениями о движении  денежных средств по счету: последняя операция по поступлению денежных средств на счет  общества – 19.10.2015 (за аренду), при этом данные денежные средства остались не  востребованными обществом и 29.12.2016 были списаны в счет оплаты по исполнительному  производству в погашение задолженности перед истцом.  

С 29.12.2016 (т.е. до даты назначения директором ФИО8) по дату закрытия  счета 17.05.2019 ни одной операции по счету общества не имеется.  

Указанные обстоятельства соответствуют пояснениям ФИО8 о том, что  расчетным счетом не пользовались, с содержанием операций по расчетному счету не  знакомы.  

Довод о наличии сведений об исполнительном производстве в публичном доступе в  настоящее время к проверке невозможен, по состоянию на текущую дату сведения об  исполнительном производстве в Банке данных исполнительных производств отсутствует.  Также не подтверждено наличие обстоятельств, в силу которых у руководителя общества  могли возникнуть сомнения относительно наличия исполнительных производств по  взысканию с общества задолженности работником общества (как указано выше, общество  деятельности не вело, работники отсутствовали).  

Следовательно, материалами дела не доказано, что принятие решения о продаже  имущества связано с умышленным и недобросовестным поведением ответчика ФИО8 по выводу активов общества.  

Аналогично в период нахождения ФИО2 на должности генерального директора  общества финансово-хозяйственная деятельность также не велась, обязательства перед  иными кредиторами вперед обязательств перед истцом не исполнялись, сдача бухгалтерской  отчётности и отчисления в ПФР не осуществлялись. Поскольку у предыдущего директора  ФИО8 отсутствовали документы о наличии у общества задолженности перед  истцом, оснований полагать, что ФИО2 располагал сведениями о задолженности,  также не имеется.  

В материалах дела отсутствуют и доказательства того, что неисполнение спорных  обязательств находится в причинно-следственной связи с действием/бездействием иных  ответчиков – учредителей ФИО4, ФИО5, их осведомленности о наличии  задолженности, намеренного принятия мер по выводу имущества в целях неисполнения  обязательств перед истцом.  

Таким образом, оценив доводы истца, пояснения ответчика и материалы дела по  правилам статьи 71 АПК РФ, с учетом принципа состязательности сторон, суд не  усматривает достаточных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности.  

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты  нарушенных прав кредиторов, исключением из принципа ограниченной ответственности  

участников и правила о защите делового решения руководителей общества, поэтому по  названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в  рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными  доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя и участника должно  толковаться против ответчиков, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то  есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств  подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая недоказанность  отсутствия вины ответчиков как руководителей и участников общества в возникновении  такой задолженности, их бездействие, приведшее к невозможности исполнения обязательств  перед истцом, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в  пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

При обращении в суд с иском истец уплатил государственную пошлину в сумме 31 732  руб. по чекам-ордерам от 25.04.2022, от 22.06.2022.  

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации, при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке,  при цене иска 1 811 661 руб. 71 коп., размер государственной пошлины составляет 31 117  руб.  

Учитывая положения статьи 110 АПК РФ и результат рассмотрения спора, расходы  истца по государственной пошлине в сумме 31 117 руб. подлежат взысканию с ответчика в  пользу истца, в остальной части госпошлина подлежит возврату истцу.  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской  Федерации, статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  истцу подлежит возврату из федерального бюджета 615 руб. излишне уплаченной  государственной пошлины.  

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной  квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам,  участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа  (код доступа - ).  

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства  заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края  

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.  

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 615 руб.  

государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 22.06.2022 № 3. 

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано  

в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий  

арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края. 

Судья Е.А. Кошеварова