ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-14951/2017

г. Вологда

03 июня 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 03 июня 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Марковой Н.Г. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Тверской области от 05 апреля 2022 года по делу № А66-14951/2017, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 22.11.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «ИнвестХолдинг» (адрес: 

<

...>; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Общество, должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2.

Решением суда от 29.03.2018 Общество признано банкротом, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО3. 

Конкурсный кредитор акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) обратился 05.03.2021 в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО9, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. 

Конкурсный управляющий должника ФИО3 19.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. 

Определением суда от 18.03.2021 к участию в рассмотрении данного обособленного спора привлечены заинтересованные лица ФИО7 и его финансовый управляющий ФИО8. 

В порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление Банка и конкурсного управляющего объединены в одно производство для их совместного рассмотрения. 

Определением суда от 05.04.2022 (резолютивная часть объявлена 15.02.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Банк с определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить в части. Доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных Банком требований. Податель жалобы усматривает согласованность и недобросовестность действий ответчиков, направленных на причинение вреда кредиторам. 

В судебном заседании представитель Банка поддержал апелляционную жалобу. 

Конкурсный управляющий должника ФИО3 в отзыве с доводами жалобы согласился, просил отменить определение суда. Ходатайствовал о рассмотрении жалобы в своё отсутствие. 

ФИО9 в отзыве против удовлетворения жалобы возражал, просил определение суда оставить без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке. 

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 12 по Тверской области 09.11.2010 за основным государственным номером 

<

***>. 

Генеральным директором и участникам Общества являлся ФИО9

Вступившим в законную силу определением суда от 28.07.2020 по делу № А66-14951/2017 ФИО9 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за не передачу конкурсному управляющему документации Общества в размере 118 302 133 руб. 83 коп. 

Ссылаясь на то, что ФИО9 является отцом ФИО9 и бывшим тестем ФИО5, ФИО5, ФИО5 и ФИО6 являются детьми ФИО5, из них ФИО5 и ФИО6 являются сыном и дочерью ФИО5 и ФИО10 (ранее Дутты) Светланы Владимировны, являющейся дочерью ФИО9, а ФИО4, в свою очередь, – бывшей супругой ФИО9 и матерью ФИО9, ФИО5 дочерью ФИО5 и ФИО11, на факт невозможности погашения требований кредиторов за счёт имущества должника вследствие действий и бездействий контролирующих должника лиц, выразившихся в заключении необоснованных сделок, конкурсный управляющий и Банк обратились с настоящими заявлением в суд. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

В рассматриваемом случае обстоятельства, на которые ссылаются Банк и конкурсный управляющий, возникли после вступления в силу Закона                   № 266-ФЗ, следовательно, подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. 

Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. 

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и так далее (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)). 

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии. 

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и тому подобное). Суд устанавливает степень вовлечённости лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, и в дальнейшем нашёл отражение в пункте 3 Постановления № 53. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если иное не предусмотрено настоящим федеральным законом, в целях настоящего федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путём принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Из разъяснений, приведённых в абзаце 4 пункта 3 Постановления № 53, следует, что лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1-3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения. 

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 является бывшей супругой ФИО9, ФИО9 – сыном ФИО9 и ФИО4; ФИО5, ФИО5 и ФИО6 являются детьми ФИО5, из них ФИО5 и ФИО6 являются сыном и дочерью ФИО5 и ФИО10 (ранее Дутты) Светланы Владимировны, являющейся дочерью ФИО9, а ФИО5 дочерью ФИО5 и ФИО11. 

Вместе с тем родственные и свойственные связи ответчиков не свидетельствуют о том, что ФИО4, ФИО9, ФИО5, ФИО5 и ФИО6 относятся к контролирующим должника лицам, получившим выгоду по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве. 

В соответствии с приведёнными в четвёртом абзаце пункта 3 Постановления № 53 разъяснениями, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника. Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения. 

Банк и конкурсный управляющий ФИО3 не представили в материалы дела допустимых и достоверных доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что ФИО4, ФИО9, ФИО5, ФИО5 и ФИО6 получили какую-либо личную выгоду из сделок, заключенных должником, или имели более широкие полномочия, а именно имели возможность распоряжаться денежными средствами Общества, оказывать влияние на действия руководителя должника. 

Доводы конкурсного управляющего и Банка о причинение вреда кредиторам Общества в результате приобретения ФИО4 недвижимого имущества и его последующее отчуждение в пользу сына – ФИО9, равно как передачи в распоряжение ФИО5, ФИО5 и ФИО6 транспортного средства марки MERCEDES BENZ S 350 4MATIC, 2012 года выпуска, жилого помещения общей площадью 82,1 кв. м, кадастровый номер 69:40:0300080:488, расположенного по адресу: 

<

...>, и жилого помещения площадью 50,9 кв. м, кадастровый номер 69:40:000003:1604, расположенного по адресу: 

<

...>, правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Вменяемые в вину ответчикам действия по совершению ФИО4 и ФИО9 сделок с имуществом, ранее принадлежавшему ФИО9, были выявлены финансовым управляющим ФИО8 в рамках дела № А66-19629/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 и признаны определением Арбитражного суда Тверской области от 31.08.2021 недействительными. Отчужденное по данным сделкам имущество не утрачено и в порядке применения последствий недействительности сделок подлежит возвращению в конкурсную массу ФИО9 Следовательно, кредиторы должника имеют право на удовлетворение своих требований за счёт стоимости имущества ФИО9, который привлечён к субсидиарной ответственности по обязательства Общества, в связи с чем в данной части вред должнику и его кредиторам причинён не был. 

В отношении ФИО5, ФИО5 и ФИО6 судом установлено, что имущество, указанное в заявлении конкурсного управляющего ФИО3, в частности транспортное средства марки MERCEDES BENZ S 350 4MATIC, 2012 года выпуска и жилое помещение общей площадью 82,1 кв. м, кадастровый номер 69:40:0300080:488, расположенное по адресу: 

<

...>, было приобретено ФИО5, которая не является родственником ФИО9, на основании договоров купли-продажи от 26.12.2016 и 29.05.2015 у ООО «Дутта Дженерал Энтерпрайз Трейд», а не у должника.  

Сделка по отчуждению транспортного средства марки MERCEDES BENZ S 350 4MATIC, 2012 года выпуска была оспорена конкурсным управляющим ФИО12 в рамках дела № А66-12653/2017 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дутта Дженерал Энтерпрайз Трейд», признана недействительной, и её рыночная стоимость возвращена в конкурсную массу ООО «Дутта Дженерал Энтерпрайз Трейд». Также в рамках дела                         № А66-12653/2017 о банкротстве ООО «Дутта Дженерал Энтерпрайз Трейд» установлено, что жилое помещение, площадью 50,9 кв. м, кадастровый номер 69:40:000003:1604, расположенное по адресу: 

<

...> подарено ФИО5 её матерью ФИО11, приобретённое последней по договору купли-продажи квартиры от 06.06.1997. 

Учитывая изложенное, ФИО5 не является лицом, контролирующим Общество, поскольку вменённые ей сделки совершены не за счёт имущества должника. 

Доказательств того, что ФИО5 или ФИО4 приобретали недвижимое имущество на денежные средства Общества, в материалы дела не представлено. Также не представлено доказательств того, что Обществом в пользу ФИО5 и ФИО6, являющихся несовершеннолетними внуками ФИО9, было отчуждено имущество, принадлежащее должнику. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что не доказано наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а также не предъявлено доказательств их виновных неправомерных действий, причинно-следственной связи между действиями и невозможность удовлетворения требований кредиторов Общества, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 05 апреля 2022 года по делу № А66-14951/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

 

Судьи

Н.Г. Маркова

О.Г. Писарева