АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А01-30/2019

г. Краснодар

24 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Соловьева Е.Г., судей Илюшникова С.М.  и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании индивидуального предпринимателя ФИО1, в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.11.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2025 по делу № А01-30/2019 (Ф08-3548/2025), установил следующее.

В деле о банкротстве ООО «Югэнерго» (далее – должник, общество) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился с заявлением со следующими требованиями:

– привлечь к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ООО «Югмонтажэнерго»;

– взыскать с названных лиц солидарно 1 942 711 рублей 83 копейки денежных средств, эквивалентных включенным требованиям в реестр требований кредиторов должника, 679 207 рублей 39 копеек – текущих платежей, 106 714 рублей 26 копеек мораторных процентов по состоянию на 11.02.2021, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 992 957 рублей на день вынесения решения и до момента его фактического исполнения (уточненные требования).

Заявление основано на статьях 61.11, 61.13, 61.14, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ), нормах Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) и мотивировано тем, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) перечисленных лиц, контролирующих должника.

Определением от 08.07.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 13.01.2022, заявленные требования удовлетворены. Суды исходили из доказанности конкурсным управляющим предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения лиц, контролирующих должника в преддверии несостоятельности, к субсидиарной ответственности. В качестве виновных действий (бездействия), которые привели к невозможности погашения требований кредиторов, суды указали на то, что бывшие руководители должника не исполнили обязанности, предусмотренные пунктом 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве по представлению конкурсному управляющему документации должника для ознакомления и по ее передаче конкурсному управляющему; сокрыли имущество должника, информацию, бухгалтерскую и иную документацию, раскрывающую сведения об указанном имуществе: о его количественных и качественных характеристиках, нахождении, основаниях приобретения, о сделках с имуществом и т. д.; вывели аффилированным лицам 11 037 151 рубль; не предприняли меры для своевременного обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Непредоставление документов повлекло убытки для должника в виде взыскания дебиторской задолженности и отсутствующих запасов в размере 26 862 тыс. рублей. Указанные действия (бездействие) бывшего руководства должника не позволили включить имущество, принадлежащее должнику, в конкурсную массу для расчетов с кредиторами, а также повлекли существенное затруднение проведения процедуры банкротства.

Постановлением суда округа от 30.03.2022 определение от 08.07.2021 и постановление апелляционного суда от 13.01.2022 отменены в части удовлетворения требований к ФИО3, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Постановление мотивировано тем, что суды не определили степень вовлеченности ФИО3 в процесс вывода денежных средств должника аффилированным лицам и его осведомленность о причинении данными действиями значительного вреда его кредиторам, не выяснили вопрос о моменте возникновения у должника признаков финансового кризиса.

При новом рассмотрении определением от 28.11.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.04.2025, в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества отказано; заявление ФИО3 о взыскании 350 тыс. рублей судебных расходов с арбитражного управляющего ФИО2 оставлено без удовлетворения Суды исходили из отсутствия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ввиду возникновения признаков несостоятельности после потери ФИО3 контроля над обществом, а также отсутствия доказательств вовлеченности ответчика в процесс вывода денежных средств должника.

В кассационной жалобе и дополнении к ней индивидуальный предприниматель ФИО1 просит отменить судебные акты и привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. По мнению заявителя, суды не учли факт наличия у ФИО3 контроля над корпоративной банковской картой должника, а также доступа к системе «Интернет-клиент».

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 указал на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании индивидуальный предприниматель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемые судебные акты.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, запись о создании общества внесена в ЕГРЮЛ 07.11.2013.

С 07.11.2013 учредителем должника с долей в уставном капитале 100% являлся ФИО4. С указанной даты ФИО4 возложил на себя полномочия генерального директора должника.

10 августа 2016 года в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении полномочий руководителя должника ФИО4 и возложении полномочий руководителя должника на ФИО3.

3 марта 2017 года в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении полномочий руководителя должника ФИО3 и возложении полномочий руководителя должника на ФИО6.

14 июля 2017 года в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении у участника обязательственных отношений в отношении юридического лица – Джабраилова СаидаХусейна Хасановича и возникновении у участника обязательственных отношений в отношении юридического лица у ФИО7 с долей в уставном капитале 100%.

Решением от 16.04.2019 общество (отсутствующий должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства на пять месяцев. В ходе исполнения должностных обязанностей конкурсный управляющий выявил, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) лиц, контролировавших должника в преддверии его банкротства.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Закона № 127-ФЗ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве. Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. При этом Закон о банкротстве подлежит применению в редакции, действовавшей на момент совершения лицом, к которому предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, действий (бездействия), явившихся основанием для обращения с названным заявлением.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Таким образом, подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, являющихся основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности. При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Суды установили, что ФИО3 являлся руководителем должника с 10.08.2016 по 03.03.2017.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с положениями гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства). Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Из пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве следует, что руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве. Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона № 127-ФЗ, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона № 127-ФЗ.

По смыслу названной нормы права, возможность привлечения лиц, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно ряда указанных в законе условий: во-первых, возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподача каким-либо из указанных выше лиц заявления и банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленное в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Данный объем обстоятельств, подлежащих доказыванию, также определен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013 (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Суды установили, что трудовые отношения должника и ФИО3 прекращены в декабре 2016 года. С января 2017 года ФИО3 трудоустроен в Ставропольском крае. Подпись ФИО6 как руководителя должника заверена нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга в целях внесения изменений в ЕГРЮЛ 14.02.2017. Согласно акту приема-передачи документации от 03.03.2017 ФИО4 при смене директора передал документы должника (45 пунктов с приложением реестра договоров и счет фактур) ФИО6 В данном документе отражена передача электронной отчетности и ключей, учетной политики, кассовой книги и авансовых отчетов (с указанием количества страниц и экземпляров). Документация должника истребована в судебном порядке у ФИО6, который являлся руководителем должника более двух лет после прекращения полномочий ФИО3 Доказательств, подтверждающих возможное нахождение у ФИО3 бухгалтерской документации должника, не представлено. Признаки объективного банкротства должника возникли 26.10.2017, то есть значительно позже увольнения ФИО3 с должности директора. Основания для подачи заявления о признании должника банкротом у ФИО3 отсутствовали.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что в спорный период у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, а также указав на отсутствие доказательств, подтверждающих возможное нахождение у ФИО3 бухгалтерской документации должника, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы заявителя о том, в период руководства ответчиком со счета должника выведены средства в размере 870 734 рублей, правомерно отклонены судами, поскольку объем указанных перечислений с учетом данных бухгалтерского баланса должника по состоянию на 01.01.2017 (20 641 тыс. рублей дебиторской задолженности, запасы – 6221 тыс. рублей, прочие активы – 4 млн рублей), а также поступлений на счет общества в аналогичный период (более 7 млн рублей) исключает вывод о возможности причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов.

Ссылка заявителя на то, что в период после 03.03.2017 ФИО3 являлся фактическим руководителем должника и контролировал расходные операции (имел доступ к системе «Интернет-клиент» общества) также обоснованно отклонена. Апелляционный суд установил, что после увольнения ФИО3 первичную документацию в отношениях с контрагентами заверял ФИО4, указывая себя генеральным директором должника, проставляя печать общества. Личная подпись ФИО6 как руководителя должника заверена нотариусом в целях внесения изменений в ЕГРЮЛ 14.02.2017. Несвоевременное изменение учредителем (руководителем) новой карточки с образцом подписи не свидетельствует о фактическом контроле ФИО3 над деятельностью должника после его увольнения (даты внесения сведений в ЕРГЮЛ). Доказательств того, что после прекращения полномочий и передачи документации ФИО3 имел доступ к финансовым операциям должника (электронной почте и паролю), не представлено.

В обжалуемых судебных актах подробно приведены мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, с указанием на определенные доказательства, исследованные и оцененные в их совокупности по правилам статьи 71 Кодекса. Основания для переоценки данных обстоятельств у суда кассационной инстанции отсутствуют (части 1 и 3 статьи 286 Кодекса).

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы, касающиеся фактических обстоятельств данного спора и доказательственной базы по делу, не могут являться основанием для отмены судебных актов в суде кассационной инстанции, сводятся к несогласию заявителя с оценкой судами представленных доказательств и сделанными на их основании выводами об обстоятельствах дела. Переоценка доказательств и установленных судами обстоятельств дела в суде кассационной инстанции не допускается.

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.11.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2025 по делу № А01-30/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                   Е.Г. Соловьев

Судьи                                                                                                                  С.М. Илюшников

                                                                                                                             Ю.В. Мацко