ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-100362/2020

24 мая 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     16 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 мая 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

ф/у ФИО2  по паспорту

ФИО3 по паспорту

от ООО «Корвет»: генеральный директор ФИО3 (решение от 30.05.2022)

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-11783/2023)  финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2023 по делу № А56-100362/2020/суб.1, принятое по заявлению финансового управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

ответчик: ФИО5, 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) от 08.12.2021  ФИО4 (далее - ФИО6 к., должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №11(7212) от 22.01.2022.

В арбитражный суд от финансового управляющего ФИО2 поступило заявление о привлечении ФИО5 (далее - ФИО5, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ФИО6 и взыскании с него денежных средств в сумме 8 380 839,47 руб.

Определением арбитражного суда от 15.03.2023 в удовлетворении данного заявления отказано.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий просит определение от 15.03.2023 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении его требований, ссылаясь на то, что сам ответчик признавал факт его аффилированности по отношению к должнику и осуществления деятельности за должника, полагая также, что суд первой инстанции мог самостоятельно квалифицировать заявленные требования и признать спорные обязательства общими с учетом характера деятельности должника и ответчика, а также расчетов между ними.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании апелляционного суда финансовый управляющий поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Кредиторы ФИО3 и ООО «Корвет» поддержали позицию управляющего. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, в обоснование требований управляющий указал, что ответчик в период с 15.01.2015 по 15.10.2020 г. работал в должности менеджера-кассира у ИП ФИО6 к. (ОГРНИП 312784729000825). 

При этом финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства было выявлено, что на имя ответчика открыты счета в ПАО «Сбербанк» и ПАО «Банк «ВТБ» и оформлены банковские карты, с которых велись расчёты с контрагентами должника.

Полагая, что денежные средства с карт-счетов должника и ответчика, полученные в результате торговой  деятельности, выводились из оборота и  конвертировались последним в пунктах обмена валюты АО «Заубер Банк», АО «АКБ «Фора-Банк» и ПАО «АКБ «Авангард», управляющий обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Суд первой инстанции, исходя из недоказанности финансовым управляющим совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, отказал в удовлетворении заявления. 

Апелляционный суд не усмотрел оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно  пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этой связи апелляционный суд исходит из того, что положения вышеприведенных норм законодательства о банкротстве  и положения статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не содержат специального указания на возможность привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если должником является юридическое лицо, а значимыми обстоятельствами для разрешения вопроса о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности являются наличие между должником (независимо от того, является ли он гражданином или юридическим лицом) и ответчиком отношений, в которых последний может существенным образом определять поведение должника с помощью формально-правовых или неформальных механизмов социального и межличностного взаимодействия, а также причинно-следственная связь между совершенными под влиянием такого рода отношений действиями (сделками) должника, в том числе в пользу ответчика, и причинением вреда имущественным интересам кредиторов.

В силу изложенного, апелляционный суд полагает возможным в данном случае применение по аналогии норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – юридического лица.

В частности пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 этой статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Верховный суд РФ в Постановлении N 53 указал, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника. Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 АПК РФ.

Также, как разъяснено в пункте 20 постановления N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Исходя из пункта 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), следует, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Таким образом, бремя доказывания факта причинения убытков должнику  действиями (бездействием) контролирующего его деятельность лица, а также их размера и причинно-следственной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника возложено на заявителя (в данном случае управляющего).

В данном случае в обоснование своих требований  управляющий сослался на совершение ответчиком недобросовестных действий по выводу полученных от предпринимательской деятельности должника денежных средств из оборота и последующей их конвертации, что по его мнению, повлекло ухудшение финансового состояния должника и – как следствие – невозможность исполнения обязательств перед кредиторами.

Вместе с тем, заявителем надлежаще не доказано, что денежные средства, конвертированные ответчиком, принадлежали должнику (являлись доходами от его деятельности) либо что предпринимательская деятельность должника влекла соответствующую выручку.

Относимых и допустимых доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что ответчик контролировал деятельность должника либо был выгодоприобретателем в результате каких-либо сделок последнего и его деятельности в целом, управляющим в материалы дела (спора) также не представлено, при том, что ответчик указанные обстоятельства не подтвердил, а его должность – кассир-менеджер – сама по себе не предполагает руководство бизнесом должника (иного не доказано).

Равно образом не усматривается из материалов спора наличие между должником и ответчиком межличностных (супружеских) отношений, ввиду чего применительно к доводам апелляционной жалобы апелляционный суд  отмечает, что норм  для признания обязательств должника общими заявителем не приведено, а наличие совместных обязательств (как созаемщиков) может являться основанием для предъявления к  ответчику отдельный требований – связанных с неисполнением им своих гражданско-правовых обязательств.

При таких обстоятельствах, поскольку финансовым управляющим не доказано наличие условий как для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так и для взыскания с него убытков, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  заявления.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем они признаются апелляционным судом несостоятельными и не являющимися  основанием для отмены вынесенного судебного акта.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2023 г. по делу № А56-100362/2020/суб.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего Ш.А.к.ФИО7 - Э.Б. Колинько - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Сотов

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская 

 

И.Ю. Тойвонен