Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-23166/2020

28 мая 2020 года

г.Санкт-Петербург

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Домрачева Е.Н.,

рассмотрев дело по иску:

Индивидуального предпринимателя Чернышевой Марии Владимировны (адрес:  Россия 194021, Санкт-Петербург, ул Карбышева д 4 к 2 кв 13, ОГРНИП: 316784700212956);

к  Страховому Публичному акционерному обществу "РЕСО-ГАРАНТИЯ" (адрес:  Россия 125047, МОСКВА, УЛИЦА ГАШЕКА 12, 1, ОГРН:  1027700042413);

о взыскании страхового возмещения  в размере 2 922 руб. 01 коп., неустойки в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 14.08.2019 по 29.02.2020 включительно в размере 5 844 руб. 02 коп. (согласно уточнению), неустойки в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 01.03.2020 по день фактического исполнения обязательства, возникшего в результате ДТП, произошедшего 11.03.2017 с участием автомобиля Мицубиси Lancer  г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Сузуки Grand VI г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО3

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Страховому Публичному акционерному обществу "РЕСО-ГАРАНТИЯ" (далее – ответчик) о взыскании страхового возмещения  в размере 2 922 руб. 01 коп., неустойки в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 14.08.2019 по 29.02.2020 включительно в размере 5 844 руб. 02 коп. (согласно уточнению), неустойки в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 01.03.2020 по день фактического исполнения обязательства, возникшего в результате ДТП, произошедшего 11.03.2017 с участием автомобиля Мицубиси Lancer  г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Сузуки Grand VI г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО3

Определением суда от 19.03.2020 иск принят к производству  рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон по правилам ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцу предложено уточнить просительную часть иска, ответчику предложено представить отзыв на иск.

13.04.2020 в материалы дела от ответчика посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» поступил отзыв на иск, согласно доводам которого ответчик просит отказать в удовлетворении иска в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

28.04.2020 в материалы дела от истца посредством почтового отправления поступило заявление об уточнении просительной части иска, согласно которому истец просит взыскать страховое возмещение в размере 2 922 руб. 01 коп., неустойку в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 14.08.2019 по 29.02.2020 включительно в размере 5 844 руб. 02 коп. (согласно уточнению), неустойку в размере 1% в день от суммы 2 922, 01 руб. за период с 01.03.2020 по день фактического исполнения обязательства.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.05.2020 в виде резолютивной части в удовлетворении иска отказано.

26.05.2020 в материалы дела от истца посредством почтового отправления поступило заявление о составлении мотивированного решения.

В силу пункта 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 28.11.2018 № 451-ФЗ « О внесении изменений в отдельные  законодательные акты РФ» по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

          Как следует из материалов дела, 11.03.2017 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием с участием автомобиля Мицубиси Lancer  г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Сузуки Grand VI г.р.з. 

<

***> под управлением водителя ФИО3 

           В связи с произошедшим ДТП, автомобиль Мицубиси Lancer  г.р.з. 

<

***> получил механические повреждения. 

           Транспортное средство Мицубиси Lancer  г.р.з. 

<

***> принадлежащее ФИО4 было застраховано по полису КАСКО в ООО Страховая компания «Капитал-Полис». 

           В соответствии с условиями Договора страхования транспортного средства № АМ 0034831 от 22.03.2016 ООО «Страховая компания «Капитал-Полис» осуществило выплату страхового возмещения, за вычетом установленной полисом франшизы  в размере 15 000 руб. путем перечисления денежных средств на расчётный счет страхователя в размере 4 223 руб. 50 коп. 

25.09.2017 между ООО «Страховая компания «Капитал-Полис» (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования (цессии) в соответствии с которым Общество передало, а Индивидуальный предприниматель принял права требования на возмещение ущерба по страховым случаям, наступившим с 30.05.2016 по 25.09.2017.

12.10.2016 г. истец обратился с претензий о выплате страхового возмещения в адрес страховой компании СПАО «РЕСО-Гарантия». 

Претензия была получена ответчиком 24.07.2017 и оставлена последним без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения Индивидуального предпринимателя с настоящим исковым заявлением в Арбитражный Суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

В соответствии со статьей 965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. 

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки. 

В силу пункта 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. 

Таким образом, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, обладает правом непосредственного обращения к страховщику, если страхование является обязательным и если возможность прямого требования потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику причинителя вреда предусмотрена законом или договором. 

Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу, в пределах страховой суммы. 

Следовательно, с момента наступления страхового случая потерпевший приобретает в рамках правоотношений по ОСАГО статус выгодоприобретателя, которому обеспечивается право на возмещение вреда, причиненного, в частности, его имуществу за счет страхового возмещения. 

При этом страховая компания, являясь страховщиком риска наступления гражданской ответственности владельца транспортного средства, при использовании которого причинен вред, в силу закона и договора обязана возместить выгодоприобретателю ущерб в пределах страховой суммы. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 13 Закона об ОСАГО страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы в течение 30 дней со дня их получения. В течение указанного срока страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или направить ему мотивированный отказ в такой выплате. 

В отзыве ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Судом установлено, что ДТП (страховой случай) произошёл 11.03.2017. 

Исковое заявление поступило в суд 17.03.2020.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43(ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

В настоящем деле суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истцом пропущен. 

При этом, суд считает необходимым отметить и следующее. 

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ответственность причинителя вреда – участника ДТП застрахована по полису ОСАГО ответчика. 

Пунктом 2 статьи 966 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет три года.

Пунктом 1 этой же статьи установлено, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет два года.

В силу пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Постановление Пленума № 58) исковая давность по спорам, вытекающим из договоров обязательного страхования риска гражданской ответственности, в соответствии с пунктом 2 статьи 966 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать об отказе страховщика в осуществлении страхового возмещения или прямом возмещении убытков путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания или выдачи суммы страховой выплаты.

В соответствии со статьёй 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" Перемена лиц в обязательстве (статья 201 ГК РФ) по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

То есть в рассматриваемом деле срок исковой давности необходимо исчислять с момента события - ДТП от 11.03.2017.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, истцом формально законно приобретено право требования по договору цессии, однако, учитывая, что требования о взыскании заявленной суммы   предъявлены не в целях защиты нарушенных прав потерпевшего или прав истца, т.к. истец не является участником ДТП и его права не нарушались, а только лишь в целях обогащения, указанное влечет вывод о наличии в действиях истца злоупотребление правом. 

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -АПК РФ). 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). 

Совокупность обстоятельств, установленных в рамках настоящего дела, а также в целом на рынке страховых услуг, с учетом массовости аналогичных исков, направленных в суды в 2016, 2017 годах, свидетельствует о недобросовестности действий его участников, направленных на формальную судебную легитимизацию недобросовестных действий, осуществляемых путем массовой скупки страховых обязательств с намерением извлечения сверхприбыли, а не компенсации потерь. 

Возмещение вреда, как в экономическом, так и в правовом смысле, в принципе, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику подобных правоотношений. 

Реализация механизма правового регулирования института страхования не может и не должна приводить к смещению имущественной массы даже в пользу его действительных участников, а тем более скупщиков долгов и неустоек. 

Между тем, в настоящем случае, в том виде, в котором заявлены исковые требования, не достигается ни одна из указанных целей, тем более наносится вред общественным отношениям в области страхования. 

Таким образом, суд оценивает действия истца не как направленные на защиту нарушенного права, так как истец не является субъектом нарушенного права, а как направленные на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и является основанием для отказа в исковых требованиях по правилам статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В исковых требованиях надлежит отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы подлежат оставлению на Истце.

Руководствуясь статьями 110, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий десяти дней со дня принятия.

Судья Домрачева Е.Н.