ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-2650/2018

г. Киров

03 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО3 ФИО4, по доверенности от 22.02.2018

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью Фирма «Импульс-2», общества с ограниченной «Новые технологии мониторинга», ФИО5

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2021 по делу № А82-2650/2018

по заявлению общества с ограниченной ответственностью фирма «Импульс-2» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии мониторинга» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о признании недействительными сделками произведенные обществом с ограниченной ответственностью «Мегастрой» в пользу ФИО5 выплаты в качестве дивидендов:

-от 07.07.2016 на сумму 1000500 руб.;

-от 12.07.2016 на сумму 3001500 руб.;

-от 15.08.2016 на сумму 504600 руб.;

-от 12.08.2016 на сумму 508950 руб.;

-от 18.08.2016 на сумму 1000500 руб.;

-от 31.08.2016 на сумму 1000 руб.;

-от 30.09.2016 на сумму 261 000 руб.;

-от 11.10.2016 на сумму 1522500 руб.;

-от 02.11.2016 на сумму 1000200 руб.;

-от 03.11.2016 на сумму 4959000 руб.;

-от 09.12.2016 на сумму 2610000 руб.;

-от 26.12.2016 на сумму 2305500 руб.;

-от 29.12.2016 на сумму 10005000 руб.;

-от 22.02.2017 на сумму 1914 800 руб.;

-от 10.03.2017 на сумму 3045000 руб.;

-от 06.04.2017 на сумму 4000000 руб.;

-от 07.04.2017 на сумму 1000000 руб.;

-от 10.04.2017 на сумму 2000000 руб.;

-от 12.04.2017 на сумму 1000000 руб.;

-от 14.04.2017 на сумму 265000 руб.;

-от 26.04.2017 на сумму 700500 руб.;

-от 02.06.2017 на сумму 2958000 руб.;

-от 15.06.2017 на сумму 400000 руб.;

-от 14.07.2017 на сумму 3915000 руб.;

-от 08.08.2017 на сумму 1305000 руб.;

-от 15.08.2017 на сумму 2958000 руб.

и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мегастрой» денежных средств в размере 54 141 550 руб.,

третье лицо: финансовый управляющий ФИО5 ФИО6,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ИНК Поток» (далее ООО «ИНК Поток») обратилось в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «МегаСтрой» (далее ООО «МегаСтрой»).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.03.2018 заявление ООО «ИНК Поток» принято, возбуждено производство по делу № А82-2650/2018 Б/127 о несостоятельности (банкротстве) ООО «МегаСтрой».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 04.06.2018  заявление ООО «ИНК Поток» признано обоснованным, в отношении ООО «МегаСтрой» введена процедура наблюдения. На должность временного управляющего имуществом должника утверждена ФИО7, член Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 11.12.2018  ООО «МегаСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МегаСтрой» возложено на временного управляющего ФИО7, члена Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

10.06.2019 судом вынесена резолютивная часть определения (в полном объеме судебный акт изготовлен 17.06.2019) об утверждении конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «МегаСтрой» члена Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» ФИО8.

23.08.2019 конкурсные кредиторы: общество с ограниченной ответственностью фирма «Импульс-2» и общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии мониторинга» (далее - ООО фирма «Импульс-2», ООО «НТМ», заявители) обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой выплаты должником дивидендов за 2016 и 2017 года в пользу ФИО5 и применении последствий недействительности сделок по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мегастрой».

Определением Арбитражного суда Ярославской области к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО5 (ФИО5) ФИО6.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2021 заявленные требования  удовлетворены.

ФИО5, ООО Фирма "Импульс-2", ООО "Новые технологии мониторинга" с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами. 

ФИО5 полагает, что указанный судебный акт принят с существенным нарушением норм материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не правильно применены нормы права. Заявители утверждает, что ООО «Мегастрой» являлось неплатежеспособным еще с 2015 года, когда, по их мнению, возникла непогашенная кредиторская задолженность, а ответчик как руководитель общества знал о неплатежеспособности организации, но умышленно действуя во вред кредиторам с 2015 года вел организацию к банкротству. Заявители в ходе судебного разбирательства неоднократно указывали, что объективного банкротства ООО «Мегастрой» на момент оспариваемых сделок не имелось, равно как не было и недостаточности имущества. Речь идет только и исключительно о наличии просроченной задолженности, которая, предположительно, была вызвана недостаточностью денежных средств, о чем, также предположительно, знал ответчик. С позицией заявителей о наличии признаков несостоятельности согласился суд, применив указанные презумпции. Таким образом, в основе решения суда лежит ряд предположений. При этом конкретный момент возникновения неплатежеспособности в решении суда не установлен, несмотря на то, что это обстоятельство носит объективный характер и имеет существенное значение для правильного разрешения спора. Однако выводы суда основаны на неполном исследовании материалов дела и неправильном применении норм материального и процессуального права. Прежде всего, сам по себе факт наличия у должника задолженности на момент совершения сделки не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества, равно как и о том, что у ответчика недостаточно средств для погашения таких требований. Из материалов дела вовсе не следует, что на момент совершения оспариваемых сделок задолженность являлась просроченной. По каждому обязательству, которые указаны в решении суда, ответчиком были представлены подробные пояснения с указанием, когда в действительности возникло обязательство и когда наступил срок исполнения. Данные пояснения в решении практически не отражены, судом полностью и абсолютно некритически принята позиция заявителей. Наиболее явно это видно по тому, что суд посчитал просроченной задолженность-перед кредиторами ООО «Деметра», ООО «Армснабимпэкс», ЗАО «Компания «Промышленный лизинг», тогда как сами эти кредиторы свою задолженность просроченной не считали, о чем в материалы дела были представлены письма от этих кредиторов. Тем не менее, суд решил, что заявители лучше других кредиторов знают, когда наступил срок исполнения обязательства, в котором эти заявители не являются стороной, и принял именно позицию заявителей, не основанную ни на каких доказательствах. Доказательства, представленные ответчиком, оценку суда не получили. Таким образом, определение суда основано на неполном исследовании доказательств. Как неоднократно указывалось ответчиком и не отрицалось заявителями, при расчетах с кредиторами ООО «Мегастрой» принималось во внимание существо отношений сторон и наличие (отсутствие) разногласий по выполненным работам. Так, по ряду кредиторов (ООО «Элит Строй», ООО «Анкорпром») оплата удерживалась как обеспечительная мера для устранения этими подрядчиками недостатков в их работах; по всем поставщикам и субподрядчикам действовало условие о расчетах по факту получения денежных средств от заказчиков. Ровно та же отсрочка, которую генподрядчику навязывали заказчики, применялась в отношениях с субподрядчиками и не вызвала у них никаких возражений. Вопреки позиции суда «отсутствие со стороны кредиторов активных действий по направлению претензий и истребованию долга в судебном порядке» вовсе не свидетельствует об отсутствии задолженности и «наличии у ООО «МегаСтрой» права не погашать имеющийся долг». Данный факт свидетельствует только о том, что сами стороны обязательства не считали это обязательство просроченным. Они продолжали сотрудничать, что совершенно не характерно для добросовестных участников делового оборота, действующих разумно и с обычной для участников делового оборота осмотрительностью, которые считают, что их право на получение денег нарушено. Суд признал наличие договоренностей и специфики сторон, но при этом сделал вывод о наличии у ООО «МегаСтрой» финансовых затруднений. Однако факт наличия на момент совершения оспариваемых сделок финансовых затруднений материалами дела не подтвержден. Этот вывод суда прямо опровергается доказательствами, представленными в дело и которые не получили никакой оценки суда. Так, в, материалы дела представлена бухгалтерская отчетность за 2016 год, подтвержденная заключением независимого аудитора, в соответствии с которым у ООО «МегаСтрой» имелась прибыль, выручка превышала расходы, более того, в 2016 году была достигнута максимальная выручка за всю историю деятельности организации, имелся стабильный рост. Данные доказательства заявителями не опровергнуты, о фальсификации или о недостоверности доказательств ими не заявлено. Оценка этим доказательствам судом не дана. Между тем, судебная практика подтверждает необходимость оценки таких доказательств по делу. Также в материалы дела представлены заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства, выполненные как временным управляющим ООО «МегаСтрой», так и конкурсным управляющим ООО «МегаСтрой». Оба арбитражных управляющих по результатам проведенного анализа независимо пришли к выводу о том, что финансовое положение ООО «МегаСтрой» ухудшилось только в 2017 году вследствие потери ряда крупных контрактов и совпадения негативных факторов. О том, что у ООО «МегаСтрой» еще в 2015 или 2016 году имелись признаки несостоятельности, арбитражные управляющие не указывают. Напротив, указано, что практически вся кредиторская задолженность сформировалась в 2017 году именно вследствие падения выручки в 2017 году. При этом позиция суда о том, что сам факт наличия задолженности свидетельствует о финансовых затруднениях не соответствует закону и судебной практике. Из всего изложенного следует, что вопрос выяснения причин неоплаты задолженности является ключевым для правильного разрешения настоящего спора. Только объективная недостаточность денежных средств у ООО «МегаСтрой» на момент совершения спорных сделок могла быть основанием для признанием их недействительными. Именно эта опровержимая презумпция лежит в основе всего решения. Поскольку в деле имелись указанные выше доказательства, опровергающие установленную законом презумпцию недостаточности денежных средств, суд предложил ответчику рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы по делу. Вопрос оценки финансового состояния ООО «МегаСтрой» в период 2016-2017 года является вопросом факта, который требует наличия специальных познаний для его разрешения. В этой связи ответчиком было заявлено ходатайство о назначении судебной финансово-экономической и бухгалтерской экспертизы по делу. Сторонами дела были представлены суду кандидатуры экспертов и формулировки вопросов, которые предлагалось поставить на рассмотрение эксперта. Однако после четырех .судебных заседаний по делу, посвященных исключительно разрешению вопроса о назначении экспертизы, суд внезапно отказал в удовлетворении ходатайств и незамедлительно вынес решение по делу. Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд допустил существенное нарушение процессуальных норм. Более того, суд, не обладая специальными познаниями в области финансов, экономики и бухгалтерского учета, без проведения финансового анализа деятельности ООО «МегаСтрой» пришел к выводу, который прямо противоречит выводам специалистов - арбитражных управляющих в представленных в дело заключениях. Характерно, что в решении суда этим заключениям не была дана оценка. В связи с изложенным, апеллянт полагает, что выводы суда не основаны на материалах дела. Судом допущено нарушение принципа состязательности и равноправия сторон. Также существенным обстоятельством по делу является осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных сделок. В данном случае судом также была применена презумпция, основанная на том, что ответчик являлся руководителем и единственным участником должника. Однако при этом судом не были учтено, что все решения по распределению и выплате дивидендов принимались исключительно на основании данных бухгалтерского учета. Между тем, из всех данных, доступных ответчику на момент выплаты дивидендов, следовало, что организация функционирует без каких-либо проблем. Данные бухгалтерской отчетности подтверждались независимым аудитором, у директора не было оснований сомневаться в наличии прибыли. Сам факт наличия прибыли показывает, что у организации имелись средства для закрытия всех её обязательств. Кроме того, деятельность ООО «МегаСтрой» в 2015 - 2017 годах постоянно контролировалась банками ПАО «Транскапиталбанк» и АО «Севергазбанк». Ими при предоставлении кредитных линий проводилась полная проверка ООО «МегаСтрой», оценка его текущей деятельности, задолженности и портфеля заказов. Поскольку кредиты предоставлялись в форме возобновляемой кредитной линии, такая проверка проводилась и в дальнейшем, при предоставлении очередных траншей. Никаких признаков неплатежеспособности при этом ими не было выявлено, поскольку в таком случае кредитные транши просто перестали бы предоставляться. Поскольку банки являются независимыми от ООО «МегаСтрой» коммерческими организациями, предоставление кредитов на общую сумму 135 миллионов рублей неплатежеспособному заемщику просто исключено, независимо от наличия обеспечений. Тем более невозможно ввести в заблуждение два банка одновременно. Таким образом, при принятии решений распределении и выплате дивидендов ответчик полагался на имеющиеся у него объективные доказательства того, что организация обладает достаточными денежными средствами для продолжения деятельности. Оснований не доверять данным бухгалтерского учета, которые были проверены трижды, аудитором и двумя банками, у него не имелось. Следовательно, установленная законом презумпция осведомленности о наличии «финансовых затруднений» (даже если они имелись, что могла бы подтвердить экспертиза по делу) опровергается обстоятельствами дела. В связи с изложенным, со стороны Э.А. Девриш-Оглы имеется субъективная добросовестность, поскольку он при принятии решении о выплате дивидендов обоснованно опирался на мнение компетентных в области финансов специалистов (бухгалтеров, аудиторов, сотрудников банков) о наличии у организации прибыли и о финансовой устойчивости организации.

Финансовый управляющий ФИО3 доводы жалобы поддержал.

ООО Фирма "Импульс-2", ООО "Новые технологии мониторинга" полагают, что суд первой инстанции верно признал недействительными сделками выплаты, произведенные ООО «Мегастрой» в пользу ФИО5 в качестве дивидендов в общей сумме 54 141 550 руб. При применении последствий недействительности сделки судом взысканы денежные средства лишь в размере 41 243 403 руб. 82 коп. Последствия признания недействительными выплат дивидендов на сумму 12 898 146 руб. 18 коп. судом первой инстанции не применены. В обоснование взыскания меньшей суммы, чем размер выплаченных дивидендов, уплата которых признана недействительной, суд сослался на преюдициальное значение определения Арбитражного суда Ярославской области по делу № А82-18987/2018 Б/594 о включении требований ООО «МегаСтрой» в реестр требований кредиторов ФИО5 в сумме 12 898 146руб. 18 коп. Однако, во-первых, ни ООО «НТМ», ни ООО фирма «Импульс-2» не являлись участниками обособленного спора по рассмотрению требований ООО «МегаСтрой» о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 Во-вторых, обстоятельствами, обосновывающими требование в размере 12 898 146 руб. 18 коп. была отмена ФИО9 решения единственного участника общества от 30.03.2018 о начислении себе дивидендов за 2017 год в связи с убытком по итогам работы за 2017 год. Взыскание денежных средств в результате признания выплат дивидендов недействительными и взыскание денежных средств в связи с отменой решения об их начислении и уплате влекут за собой разные правовые последствия. Поскольку суд не взыскал с ФИО3 12 898 146 руб. 18 коп., тем самым, полагают, не применены последствия недействительности выплат дивидендов на сумму 12 898 146 руб. 18 коп. Это означает, что требование о взыскании с него этой денежной суммы не сохранит силу и не сможет быть предъявлено к нему после завершения процедуры его собственного банкротства. Таким образом, обжалуемое определение, по мнению заявителей жалобы, принято с нарушением норм материального права, а именно судом не применен закон (п. 2 ст. 167 ПС РФ), подлежащий применению (п. 1 ч. 2 ст. 270 АПК РФ). Суд первой инстанции взыскал с ФИО5 в пользу ООО «Мегастрой» 6000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины. Однако судебные расходы по уплате госпошлины были понесены не ООО «МегаСтрой», а заявителями: ООО фирма «Импульс-2». Таким образом, при принятии обжалуемого определения были нарушены правила распределения судебных расходов, а именно ст. 110 АПК РФ. На основании изложенного, просят изменить определение Арбитражного суда Ярославской области от 27 марта 2021 г. в части применения последствий недействительности сделок, а также в части распределения судебных расходов и взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Мегастрой» денежные средства в размере 54 141 550 руб., в пользу ООО фирма «Импульс-2» 6 000 руб.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 17.05.2021 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 18.05.2021 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

ООО Фирма "Импульс-2", ООО "Новые технологии мониторинга" в отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 полагают, что жалоба представляет собой не что иное, как позицию ответчика, уже изложенную им в суде первой инстанции. ФИО5 выражает несогласие с установленными судом обстоятельствами, и оценкой доказательств. Между тем, следует обратить внимание, что при рассмотрении данного обособленного спора судом первой инстанции было проведено 9 судебных заседаний, в ходе которых были полно и всесторонне исследованы все обстоятельства дела и представленные по делу доказательства, и доводы ответчика, приведенные им вновь в апелляционной жалобе, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте. Таким образом, суд первой инстанции принял обоснованное определение о признании недействительными сделками выплаты, произведенные ООО «Мегастрой» в пользу ФИО5 в качестве дивидендов в общей сумме 54 141 550 руб. Основания для отмены в этой части определения Арбитражного суда Ярославской области от 27 марта 2021 года отсутствуют. Просят оставить апелляционную жалобу ФИО3 без удовлетворения.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда о замене судьи от 28.06.2021 произведена замена судьи Щелокаевой Т.А. на судью Дьяконову Т.М. для рассмотрения апелляционных жалоб по данному обособленному спору.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, против рассмотрения жалобы по существу не возражал.

Иные стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных представителей.

Представитель ФИО4 заявил ходатайство о проведении судебной экспертизы, в удовлетворении которого судебной коллегией было отказано.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, ООО «МегаСтрой» создано в качестве юридического лица 16.10.2008.

С 2013 года единственным участником общества является ФИО5, который в спорном периоде осуществлял, в том числе функции единоличного исполнительного органа должника.

Вышеуказанным участником общества принято решение о начислении и выплате дивидендов единственному участнику ООО «МегаСтрой» ФИО5

В материалы дела представлены копии листов кассы за 07.07.2016, 12.07.2016, 15.08.2016,  12.08.2016,  18.08.2016, 31.08.2016, 30.09.2016,  11.10.2016, 02.11.2016, 09.12.2016, 16.12.2016, 26.12.2016, 29.12.2016,  22.02.2017, 10.03.2017, 07.04.2017, 10.04.2017, 12.04.2017, 14.04.2017, 21.04.2017, 26.04.2017, 02.06.2017, 15.06.2017, 14.07.2017, 08.08.2017, 15.08.2017, а также расходные кассовые ордера: № 52 от 07.07.2016 на сумму 1 000 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 57 от 12.07.2016 на сумму 3 001 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 67 от 12.08.2016 на сумму 508 950 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 69 от 15.08.2016 на сумму 504 600 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 71 от 18.08.2016 на сумму 1 000 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 72 от 31.08.2016 на сумму 1 000 руб. с назначением платежа «выплата дивидендов», № 81 от 30.09.2016 на сумму 261 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 87 от 11.10.2016 на сумму 1 522 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 96 от 02.11.2016 на сумму 1 000 200 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 99 от 03.11.2016 на сумму 4 959 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 111 от 09.12.2016 на сумму 2 610 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 113 от 16.12.2016 на сумму 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 125 от 26.12.2016 на сумму 2 305 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 126 от 29.12.2016 на сумму 10 005 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 10 от 22.02.2017 на сумму 1 914 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 16 от 10.03.2017 на сумму 3 045 000 руб. с назначением платежа «дивиденды март 2017», № 24 от 06.04.2017 на сумму 4 000 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 25 от 07.04.2017 на сумму 1 000 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 26 от 10.04.2017 на сумму 2 000 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 29 от 12.04.2017 на сумму 1 000 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 34 от 14.04.2017 на сумму 265 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 39 от 26.04.2017 на сумму 700 500 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 63 от 02.06.2017 на сумму 2 958 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 77 от 15.06.2017 на сумму 400 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 93 от 14.07.2017 на сумму 3 915 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 98 от 08.08.2017 на сумму 1 305 000 руб. с назначением платежа «дивиденды», № 100 от 15.08.2017 на сумму 2 958 000 руб. с назначением платежа «дивиденды». Получение денежных средств ответчиком не оспаривается.

Итого по уточненным требованиям сумма выплат составила 54 141 550 рублей (55 919 550 – 1 131 000 (по платежу от 22.02.2017) – 647 000 (по платежу от 21.04.2017) (определение Арбитражного суда Ярославской области от 06.08.2020 (т. 2 л.д. 231 - 232).

Как установлено определением Арбитражного суда Ярославской области 30 июня 2019 года по делу № А82-18987/2018 Б/594 (резолютивная часть объявлена 30.05.2019) https://kad.arbitr.ru о включении требований ООО «МегаСтрой»в реестр требований кредиторов ФИО5 в сумме 12 898 146руб.18 коп., на основании решения единственного участника общества от 30.03.2018 в связи с убытком по итогам работы за 2017 год было признано необоснованным начисление ФИО5 промежуточных дивидендов за 2017 год в сумме 14 825 455 руб. 38 коп.; фактически должнику были выплачены с удержанием налога на доходы физических лиц в сумме 12 898 146 руб. 18 коп., данная сумма подлежит возврату ООО «МегаСтрой».

Требование общества с ограниченной ответственностью «МегаСтрой» включено в реестр требований кредиторов ФИО5 в составе третьей очереди в размере 12 898 146,18 руб.

По мнению конкурсных кредиторов выплаты дивидендов ответчику отвечают признакам недействительных сделок по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с чем обратились с заявлением в суд.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов  (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 указанной статьи заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

При этом установленный Законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов. Возможность соединения требований нескольких кредиторов для достижения общих целей (признания незаконной сделки должника недействительной, пополнения конкурсной массы, максимального пропорционального погашения требований всех кредиторов) отвечает целям конкурсного производства и способствует эффективному восстановлению их нарушенных прав.

В рассматриваемом случае заявителями являются конкурсные кредиторы, суммарный размер кредиторской задолженности перед которыми, включенной в реестр требований кредиторов должника, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, что свидетельствует о наличии у заявителей правомочий по подаче настоящего заявления.

В соответствии со ст. 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании Должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели Должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов Должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества Должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки Должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам Должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеются одновременно два условия:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления № 63).

В силу абз. 1 п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов Должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества Должника.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Производство по делу № А82-2650/2018 Б/127 о несостоятельности (банкротстве) ООО «МегаСтрой» возбуждено 16.03.2018, оспариваемые выплаты дивидендов осуществлены ответчику в период с 07.07.2016 по 15.08.2017, т.е. в пределах сроков подозрительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что спорная сделка совершена в отношении заинтересованного лица, а именно: руководителя и единственного участника общества ФИО5

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Поскольку ответчиком по оспариваемым сделкам является единственный участник общества, суд пришел к выводу о совершении платежей в пользу заинтересованного лица.

Суд отмечает, что ответчик одновременно исполнял обязанности единоличного исполнительного органа должника, имел доступ к финансовой документации должника, в связи с чем имел прямую заинтересованность в совершении оспариваемых сделок и не мог не знать, что на момент получения им дивидендов у организации имеется непогашенная кредиторская задолженность.

Доводы о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник не имел признаков неплатежеспособности отклоняются как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

В силу п. 2 статьи 29 Федерального закона от 08.02.21998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что общество не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято, в том числе, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац тридцать четвертый статьи 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

На момент заключения оспариваемых сделок должник уже обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами:

- ООО «Импульс-2» в сумме 223 912 руб. 65 копеек, начиная с 15.12.2015 (определение Арбитражного суда Ярославской области от 04.10.2018 по делу № А82-2650/2018 б/127 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Мегастрой» требование общества с ограниченной ответственностью фирма «Импульс-2» в сумме 2 435 595 руб. 90 коп. основного долга и 99 236 руб. 58 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, т. 1, л.д. 158 -159);

- ООО «Техпоставка» по товарным накладным № 9 от 19.02.2015 на сумму 5 003 640 руб., № 10 от 09.03.2015 на сумму 5 225 630 руб., № 56/1 от 04.06.2015 на сумму 3 212 266 руб. 58 коп., № 40 от 13.05.2015 на сумму 4 964 159 руб. 72 коп., № 27/1 от 16.04.2015 на сумму 3 691 972 руб. 50 коп. (определение Арбитражного суда Ярославской области от 25 октября 2018 года по делу № А82-2650/2018 о включении в состав третьей очереди требования общества с ограниченной ответственностью «Техпоставка» в сумме 20 097 668 руб. 80 коп., т. 1, л.д. 129);

- ООО «Новые технологии мониторинга» по товарным накладным от 14.12.2015 № 76, от 17.12.2015 № 80,от 25.12.2015 № 87 на сумму долга, оставшуюся неоплаченной 9 458 335 рублей 06 копеек (решение Арбитражного суда Ярославской области от 06.03.2018 по делу № А82-2650/2018 о взыскании ООО «МегаСтрой» в пользу ООО «Новые технологии мониторинга» 9 458 335 рублей 06 копеек долга по договору поставки от 09.11.2015 № 01/11/2015, 789 166 рублей 70 копеек пени за период с 26.03.2016 по 16.10.2017 (т. 2 л.д. 127 - 128).

Как следует из материалов дела, на дату первого из оспариваемых платежей в пользу ФИО5 указанные выше обязательства уже существовали и были просрочены должником, при этом сумма только этих долгов значительно превышала минимальную сумму просроченных обязательств, с которыми закон связывает наличие признаков банкротства организации (п. 2 ст. 3, п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве).

Все вышеуказанные кредиторы, как следует из отчета конкурсного управляющего по состоянию на 20.08.2020 учтены в третьей очереди реестра требований кредиторов (дата публикации: 01.09.2020, https://kad.arbitr.ru).

Помимо указанных кредиторов, как верно установлено судом первой инстанции, должник на дату совершения спорных выплат имел и иные обязательства, в частности, ООО «Элит Строй» за период с августа по октябрь 2016 года (с учетом договорного условия о сроках оплаты) в размере 10 696 999 руб. 44 коп.,  ООО «Торговая компания «Айсберг Трейд» с сентября 2016 года (с учетом договорного условия о сроках оплаты) в размере 6 585 120 руб., ООО «Компания «Химдеталь», начиная с сентября 2016, года в сумме 866 472 руб. основного долга, ООО «Сварочно-монтажный трест» за поставку товара в декабре 2016-мае 2017 года в общей сумме 1 302 070 руб. 78 коп., ООО «Ярсвязьстрой» за январь-апрель 2017 года в сумме 1 070 913 руб. основного долга и т.д.

Таким образом, на дату перечисления первого платежа (07.07.2016) у должника уже имелись неисполненные обязательства на сумму, превышающую 300 000 руб., обязательства (на момент начала выплаты дивидендов) существовали свыше 3 месяцев. В настоящее время перечисленная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции обоснованно счел пояснения заявителей о том, что ответчик неоднократно давал пояснения о предоставлении поставщиками отсрочек платежа дополнительно к срокам, установленными договорами, а также о том, что личное поручительство ФИО5 в обеспечение обязательств ООО «МегаСтрой» перед ООО «Армснабимпекс» и ЗАО «Компания «Промлизинг» было дано уже при наличии просрочки выполнения должником принятых на себя обязательств по оплате полученной продукции.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что договоры поручительства и новые сроки погашения обязательств были установлены контрагентами уже после получения ответчиком части дивидендов за 2016 год, т.е. при наличии просроченных обязательств на сумму более 300 000 руб. Обязательства по поручительству ответчиком исполнены не были, задолженность не погашена, включена в реестр требований кредиторов должника. 

При таких обстоятельствах, поскольку просроченная на дату спорных выплат задолженность в итоге не была погашена, судебная коллегия находит несостоятельным утверждение представителя ответчика о том, что должник не имел признаков неплатежеспособности на дату совершения спорных сделок. Утверждение ответчика о том, что структура баланса была удовлетворительной, а имущества достаточно для удовлетворения требований кредиторов, не опровергает тот факт, что признаки неплатежеспособности на дату спорных сделок имели место, о чем ответчик, он же директор и единственный учредитель должника, не мог не знать.

При этом сама по себе достаточность имущества для погашения всех обязательств автоматически не означает способности должника своевременно погашать текущие обязательства должника, недостаток ликвидности является признаком неплатежеспособности и в данном случае установлен судом. 

Данное обстоятельство подтверждается анализом финансово-хозяйственной деятельности должника за 2015, 2016, 2017 гг. (ООО «Компания «Аудит-Сервис», т. 3, л.д. 13 - 50).

В частности, анализ коэффициентов платежеспособности должника в период 01.2015 – 12.2017 показал, что их значение на дату спорных выплат составляет менее нормативного: 

коэффициент абсолютной ликвидности, показывающий какая часть краткосрочных обязательств может быть погашена немедленно, и рассчитывается как отношение наиболее ликвидных активов к текущим обязательствам (нормативное значение – не менее 0,2), на протяжении 01.2015 – 12.2017 изменялся следующим образом: 0,2 – 0,1 – 0 – 0 на даты 01.2015, 01.2016, 01.2017, 12.2017 соответственно, что позволяет сделать вывод о том, что баланс должника неликвиден, должник являлся неплатежеспособным;

коэффициент текущей ликвидности, показывающий достаточно ли у предприятия средств, которые могут быть им использованы для погашения своих краткосрочных обязательств в течение года, и определяется как соотношение ликвидных активов к текущим обязательствам (нормативное значение: 1,0 – 2,0), на протяжении 01.2015 – 12.2017 изменялся следующим образом: 0,32 – 0,39 – 0,47 – 0,17 на даты 01.2015, 01.2016, 01.2017, 12.2017 соответственно, что позволяет сделать вывод о том, что предприятие не в состоянии стабильно оплачивать свои текущие счета, существует высокий финансовый риск.

На основании изложенного, оценив в совокупности представленные в дело доказательства, апелляционный суд полагает, что представленных в дело доказательств достаточно, чтобы сделать вывод о том, что спорные выплаты совершены должником при наличии признаков неплатежеспособности в ущерб кредиторам.

Заявляя о проведении экспертизы для целей определения того, «являлось ли экономически обоснованным распределение прибыли ООО «Мегастрой» и выплата дивидендов ФИО5 за 2015 год в размере 13 521 511,53 руб.» за 2016 год в размере 32 721 092,29 руб.?» ответчик настаивает на том, что признаков объективного банкротства не имелось, в частности, различные банки неоднократно анализировали финансовое состояние должника и подтверждали его платежеспособность для целей получения кредита.

Отклоняя ходатайство о проведении судебной экспертизы, судебная коллегия вслед за судом первой инстанции, не усматривает оснований для ее назначения, при этом руководствуется следующим.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 г. № 305-ЭС17-11710(4).

В рассматриваемом случае кредиторы должника ссылаются на то, что в реестр включены требования кредиторов, обязательства перед которыми возникли до совершения оспариваемой сделки, что было учтено судом первой инстанции при установлении совокупности условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению судебной коллегии, факт выплат дивидендов в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами и аффилированность ответчика - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника и ответчика имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63).

Спорными платежами была осуществлена выплата дивидендов единственному участнику общества при наличии просроченной дебиторской задолженности, т.е. стоимость имущества должника была уменьшена на сумму более 54 млн.руб.

При этом, как было указано выше, на момент данных выплат у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, которые могли быть погашены за счет суммы дивидендов.

Выплата собственнику бизнеса дивидендов в условиях, когда требования внешних кредиторов остаются неудовлетворенными, свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов, поскольку привела к невозможности удовлетворения их требований за счет данных денежных средств. 

Ответчик указывает на отмену решения от 31.03.2017 единственного участника ООО «МегаСтрой» о выплате дивидендов за 2017 год и включение ООО «МегаСтрой» в реестр требований кредиторов ФИО5 с данной суммой задолженности, в связи с чем полагает, что заявление в данной части удовлетворению не подлежит.

Арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если приобретатель по оспариваемой сделке вернул все исполненное в конкурсную массу (статьи 61.7 Закона о банкротстве).

Денежные средства, полученные ответчиком в качестве дивидендов за 2017 год, до настоящего времени не возвращены. Отмена решения о выплате дивидендов за 2017 год не легализует сделку по выплате денежных средств и не свидетельствует о возможности отказа в удовлетворении заявления об оспаривании сделок по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1, 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

Кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка по выплате дивидендов является односторонней сделкой, признание её недействительной влечет правовые последствия для ответчика в виде возврата (взыскания) денежных средств в конкурсную массу должника.

ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении данного лица введена процедура реализации имущества гражданина.

С даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают следующие последствия: требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом (пункт 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве).

В материалы дела представлено определение Арбитражного суда Ярославской области по делу № А82-18987/2018 Б/594 о включении требований ООО «МегаСтрой» в реестр требований кредиторов ФИО5 в сумме 12 898 146 руб. 18 коп.

При вынесении указанного судебного акта судом установлено, что на основании решения единственного участника общества от 30.03.2018 в связи с убытком по итогам работы за 2017 год было признано необоснованным начисление ФИО5 промежуточных дивидендов за 2017 год в сумме 14 825 455 руб. 38 коп.; фактически должнику были выплачены с удержанием налога на доходы физических лиц в сумме 12 898 146 руб. 18 коп., данная сумма подлежала возврату ООО «МегаСтрой».

Исходя из положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вышеуказанные обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, имеют преюдициальное значение для разрешения настоящего спора, в связи с чем не подлежат повторному доказыванию.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика денежных средств за вычетом указанной суммы (12 898 146 руб. 18 коп.), а именно, в размере 41 243 403 руб. 82 коп., рассчитано как 54 141 550 руб. - 12 898 146 руб. 18 коп. (с учетом определения об опечатке от 22.06.2021).

ООО Фирма "Импульс-2", ООО "Новые технологии мониторинга" в своей апелляционной жалобе ссылались на то, что следовало применить последствия недействительности в виде восстановления всей суммы 54 141 550 руб.

Отклоняя доводы жалобы кредиторов в этой части, апелляционный суд руководствуется следующим.

Из пункта 29 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) следует, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Отсюда следует, что в случае признания сделки недействительной в деле о банкротстве применение последствий недействительности является дискрецией суда.

Поскольку в силу требований материального закона допускается правовая ситуация, при которой суд при применении последствий недействительности сделки не связан с требованиями заявителя (истца), возврат полученного по недействительной сделке в пользу должника следует признать законным и разумным, направленными на создание условий для фактического исполнения судебных актов, обеспечения баланса интересов сторон.

Применение последствий недействительности сделки направлено на восстановление нарушенных прав, поэтому каждая сторона обязана возвратить другой все полученное по сделке (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В каждом случае суд, применяя последствия недействительности, обязан индивидуально определить действия обязанной стороны, необходимые и достаточные для восстановления нарушенных прав.

В данном случае в отношении ФИО5 решением Арбитражного суда Ярославской области от 12.08.2019 введена процедура реализация имущества, требование общества с ограниченной ответственностью «МегаСтрой» включено в реестр требований кредиторов ФИО5 в составе третьей очереди в размере 12 898 146,18 руб. определением Арбитражного суда Ярославской области 30 июня 2019 года по делу № А82-18987/2018 Б/594.

Таким образом, интерес, который преследуют кредиторы, обращаясь с настоящим требованием в деле о банкротстве, в части 12 898 146,18 руб. фактически удовлетворен., на этом основании в применении последствий недействительности в указанной сумме суд первой инстанции обоснованно отказал. В остальной части определение о применении обеспечительных мер кредиторами не оспаривалось.

ООО Фирма "Импульс-2", ООО "Новые технологии мониторинга" в своей апелляционной жалобе также ссылались на то, что суд первой инстанции взыскал с ФИО5 в пользу ООО «Мегастрой» 6000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины. Однако судебные расходы по уплате госпошлины были понесены не ООО «МегаСтрой», а заявителями, а именно ООО фирма «Импульс-2».

Данный довод не рассматривается судом апелляционной инстанции в связи с тем, что определением суда от 12.04.2021 Арбитражный суд Ярославской области исправил опечатку, взыскав государственную пошлину в пользу ООО фирма «Импульс-2».

Таким образом, заявителями апелляционных жалоб не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательства в обоснование своей позиции.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом первой инстанции с учетом положений статьи 71 АПК РФ были исследованы все представленные в материалы дела доказательства, дана оценка доводам сторон.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2021 по делу № А82-2650/2018 оставить без изменения, а апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью Фирма «Импульс-2», общества с ограниченной «Новые технологии мониторинга», ФИО5, на определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2021 по делу № А82-2650/2018 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

И.В. Караваев

Т.М. Дьяконова

ФИО1