﻿﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 

№ 17АП-16972/2019-ГК

г. Пермь

26 декабря 2019 года

Дело № А60-43860/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 26 декабря 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Муталлиевой И.О., судей Дружининой Л.В., Сусловой О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного  

заседания Балтаева Р.Н., 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца,  

акционерного общества "Сибирский химический комбинат", 

на решение Арбитражного суда Свердловской области  от 28 сентября 2019 года по делу № А60-43860/2019  

по иску акционерного общества "Сибирский химический комбинат" (ОГРН  

1087024001965, ИНН 7024029499) 

к обществу с ограниченной ответственностью "УС БАЭС" (ИНН  

6639013357, ОГРН 1056600441743); 

к обществу с ограниченной ответственностью "ЯВА СТРОЙ" (ОГРН  

1027739131122, ИНН 7706203397) об исполнении обязательств в натуре, при участии: 

от истца: Радзивил Г.С., представитель по доверенности от 26.10.2018,  

диплом, паспорт; 

от ответчика ООО "УС БАЭС": Бородина О.Д., представитель по  

доверенности от 27.08.2018, диплом, паспорт; 

от ответчика ООО "ЯВА СТРОЙ": не явились, извещены  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела  

извещены надлежащим образом в порядке ст. ст. 121, 123 Арбитражного  

процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том  

числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  

заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного  

суда), 

установил:

Акционерное общество "Сибирский химический комбинат" (далее – истец,  далее АО "СХК") обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с  иском к обществу с ограниченной ответственностью "УС БАЭС" (далее –  ответчик № 1, ООО "УС БАЭС"), обществу с ограниченной ответственностью  "ЯВА СТРОЙ" (далее – ответчик № 2, ООО "ЯВА СТРОЙ") с требованием об  исполнении обязательств в натуре, а именно, о об обязании ответчиков  восстановить утраченное оборудование согласно дефектной ведомости от  10.12.2018, а также взыскании солидарно судебной неустойки на случай  неисполнения судебного акта в размере 2 122 000 руб. 00 коп..  

Решением суда от 28.09.2019 в удовлетворении исковых требований к  ответчику ООО "УС БАЭС" отказано в полном объеме. Исковые требования к  ответчику ООО "ЯВА СТРОЙ" оставлены судом без рассмотрения.  

Не согласившись с принятым судебным актом, истец, обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новый  судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.  

Считает, что судом сделан неправильный вывод об объеме обязательств  нового подрядчика ООО "УС БАЭС" по соглашению о передаче договора от  20.12.2017. Указывает, что в силу ст. 392.3 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ) к ООО "УС БАЭС" перешел весь комплекс прав и  обязанностей по договору в целом; новый подрядчик в переданном договоре не  заявлял об освобождении себя от каких бы то ни было прав и обязанностей.  Полагает необоснованным вывод суда о том, что буквального толкования  соглашения от 20.12.2017 не усматривается, что новый подрядчик принял на  себя обязательства первого подрядчика в отношении обеспечения сохранности  переданного в монтаж оборудования. Указывает, что соглашение от 20.12.2017  не может рассматриваться в отрыве от самого договора. Судом не учтено  дополнительное соглашение № 17 от 27.12.2018 (п. 1, 9). Считает, что ООО "УС  БАЭС" отвечает за недостатки в выполненных ООО "ЯВА СТРОЙ" работах,  которые возникли до момента заключения соглашения о передаче договора от  20.12.2017, ссылается на положения ст. 392.1, п. 1 ст. 384, ст. 391 ГК РФ.  Полагает неверным вывод суда об отсутствии доказательств того, что спорное  оборудование в надлежащей комплектации было передано новому подрядчику  заказчиком либо прежним подрядчиком ООО "ЯВА СТРОЙ". Указывает на  наличие в материалах дела акта приема-передачи строительной площадки №  110/04-12/211 от 27.12.2017. Кроме того, считает неверным оставления иска без  рассмотрения к ответчику № 2. По мнению апеллянта, заявленное  неимущественное требование подлежало рассмотрению в рамках настоящего  дела.  

От ООО "УС БАЭС" поступил отзыв, согласно которому ответчик № 1  просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без  удовлетворения.  

В ходе судебного заседания в суде апелляционной инстанции истец на  доводах жалобы настаивал, ответчик № 1 против удовлетворения жалобы  возражал.  

Ответчик № 2 отзыв не представил, явку своих представителей в судебное  заседание апелляционного суда не обеспечил, что в соответствии со ст. 156  АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.  ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, 12.12.2014 между  АО "СХК" (заказчик) и ООО "Ява Строй" (подрядчик) заключен договор №  24/24-2140 на выполнение строительно-монтажных и пусконаладочных работ  по проекту АО "СХК" Строительство модуля фабрикации и пускового  комплекса рефабрикации плотного смешанного уранплутониевого топлива для  реакторов на быстрых нейтронах (основной период строительства)" (далее -  договор), согласно условиям которого заказчик поручает, а подрядчик  принимает на себя обязательство в сроки и на условиях договора выполнить  строительно-монтажные и пусконаладочные работы в рамках проекта АО  "СХК" Строительство модуля фабрикации и пускового комплекса  рефабрикации плотного смешанного уранплутониевого топлива для реакторов  на быстрых нейтронах по рабочей документации, договором и передать  результат работ заказчику, а заказчик обязуется создать подрядчику  необходимые условия для выполнения работ, принять результат работ и  оплатить его на условиях, предусмотренных договором (п. 2.1 договора).  

В рамках договора ООО "ЯВА Строй" получило от АО "СХК"  давальческий материал - оборудование "Комплектное распределительное  устройство 6кВ в блочно-модульном исполнении со шкафом оперативного  тока" (далее - КРУ-бкВ), что подтверждается актом о приемке-передаче  оборудования в монтаж формы ОС-15 № 518 от 05.08.2016.  

В период с 15.08.2016 по 10.02.2017 ООО "ЯВА Строй" осуществляло  монтаж КРУ-бкВ (Сооружение 63), который не был выполнен в полном объеме,  подрядчиком акты сдачи-приемки выполненных работ по монтажу данного  оборудования заказнику не предъявлялись и заказчиком не оплачивались.  

Согласно п. 13.1 договора риск повреждения, а также обязанности по  обеспечению сохранности и целостности МТР и оборудования, с даты его  передачи до даты завершения работ на объекте, несет подрядчик.  

В соответствии с п. 24.2 договора оборудование, переданное заказчиком  подрядчику по акту под монтаж, находится на ответственном хранении  подрядчика до подписания акта рабочей комиссией о приемке его для  комплексного опробования. Подрядчик обязан обеспечить сохранность этого  оборудования. В случае его утраты или повреждения по вине подрядчика он  восстанавливает его за свой счет.  

Согласно п. 24.3 договора если в случае действия/бездействия подрядчика  заказчику и/или иным лицам причинен ущерб (утрата) включая хищение  

любого вида, порчу объекта и/или временных зданий и сооружений, подрядчик  обязан возместить все причиненные убытки и упущенную выгоду.  

В дальнейшем, 20.12.2017 между ООО "ЯВА Строй" (подрядчик) и ООО  "УС БАЭС" (новый подрядчик) заключено соглашение о передаче договора  (далее – соглашение), которое согласовано заказчиком (АО "СХК").  

По акту № 10 от 22.12.2017 общество "ЯВА Строй" передало обществу  "УС БАЭС" оригинал акта сверки взаимных расчетов между "ЯВА Строй" и АО  "СХК" за период с 01.01.2017 по 20.12.2017 по договору № 24/24-2140 от  12.12.2014.  

Протоколом совместного совещания АО "СХК", ООО "УС БАЭС", ЧУ  "ИТЦП "Прорыв", ООО "СТС" по текущему состоянию КРУ-бкВ (Сооружение  63) зафиксировано, что монтаж оборудования продолжен быть не может в связи  с отсутствием большого количества монтажных элементов и комплектующих.  В связи с чем, было принято решение создать инвентаризационную комиссию с  обязательным участием ОА"СХК", провести ревизию и на основании акта по  результатам работы комиссии составить дефектную ведомость недостающих  элементов и комплектующих (т. 2 л. д. 43).  

По результатам комиссионного обследования 07.12.2018 составлен акт №  2/12, которым установлено, что КРУ-бкВ (Сооружение 63) не передано от ООО  "ЯВА Строй" обществу "УС БАЭС", также составлена дефектная ведомость,  которой зафиксировано выявленное отсутствие комплектующих (т. 2 л.д. 40- 42).  

АО "СХК" был направлен запрос (исх.N 11-110/05-09/13087 от 14.12.2018)  к поставщику оборудования ЗАО "ГК "Электрощит" - ТМ Самара" о расчете  стоимости утраченного оборудования согласно дефектной ведомости от  10.12.2018. От ЗАО "ГК "Электрощит" - ТМ Самара" поступил ответ о том, что  стоимость утраченного оборудования составляет 2 122 000 руб. (т. 2 л. д. 44- 51).  

Заказчиком в адрес ООО "УС БАЭС", ООО "ЯВА Строй" направлена  претензия (исх. № 11/42/2019-ПРЕТ от 06.05.2019) с требованием восстановить  утраченное оборудование. Данная претензия осталась без удовлетворения,  утраченное оборудование не восстановлено.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления  заказчиком иска в арбитражный суд об исполнении обязательства в натуре, а  также заявления требования о взыскании судебной неустойки в размере  стоимости утраченного оборудования.  

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 740, 713,  392.3, 384, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ),  протолковав условия соглашения от 20.12.2017, пришел к выводу о том, что  сторонами соглашения при его заключении четко и недвусмысленно определен  объем обязательств нового подрядчика - 412 814 709 руб. 72 коп., что  соответствует акту сверки ООО "ЯВА Строй" и АО "СХК". Буквальное  толкование условий п. 13.1, 24.2 договора позволило сделать вывод о том, что  обязанность по обеспечению целостности и сохранности переданного в  

монтаже оборудования несет лицо, которому соответствующее оборудование  передано заказчиком (либо уполномоченным им лицом). Установив, что  спорное оборудование в надлежащей комплектации новому подрядчику ни  заказчиком, ни первым подрядчиком не передавалось; новый подрядчик не был  осведомлен о том, что у заказчика имеются к первоначальному подрядчику  имущественные требования, не отраженные в акте сверки по состоянию на  20.12.2017, а также что на момент заключения соглашения от 20.12.2017 новый  подрядчик не располагал сведениям относительно разукомплектования  спорного оборудования, пришел к выводу об отсутствии оснований к  удовлетворению иска к ООО "УС БАЭС".  

Оставляя иск без рассмотрения к ООО "ЯВА Строй", суд первой  инстанции пришел к выводам, что данные требования не относятся к текущим,  подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве.  

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав  представителей истца, ответчика № 1, суд апелляционной инстанции не  находит оснований для отмены (изменения) судебного акта.  

Выводы суда, содержащиеся в решении, соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Нормы  материального права применены судом первой инстанции правильно.  

Доводы апелляционной жалобы, сведенные к объему переданных  обязательств новому подрядчику по соглашению о передаче договора от  20.12.2017, толкованию условий соглашения, не принимаются апелляционным  судом в силу следующего.  

Согласно ст. 392.3 ГК РФ в случае одновременной передачи стороной всех  прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) к сделке по  передаче соответственно применяются правила об уступке требования и о  переводе долга.  

На основании п. 1 ст. 391 ГК РФ перевод долга с должника на другое лицо  может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и  новым должником.  

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами  предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по  соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый  должник принимает на себя обязательство первоначального должника.  

Согласно п. 1 ст. 392.1 ГК РФ кредитор может осуществлять в отношении  нового должника все права по обязательству, если иное не предусмотрено  законом, договором или не вытекает из существа обязательства.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 29 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О  некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса  Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки",  по смыслу статьи 392.3 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны  договора и третье лицо вправе согласовать переход всех прав и обязанностей  одной из сторон договора третьему лицу. В этом случае к третьему лицу  

переходит комплекс прав и обязанностей по договору в целом, в том числе в  отношении которых не предполагается совершение отдельной уступки или  перевода долга, в частности, по отношению к третьему лицу, вступившему в  договор, у кредитора сохраняется право на безакцептное списание денежных  средств, если это право было предоставлено кредитору по отношению к  первоначальному должнику.  

Например, по смыслу статей 392.3 и 391 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если с согласия арендодателя арендатор и третье лицо заключили  договор перенайма, то третье лицо полностью заменяет первоначального  должника в отношениях с кредитором и обязано вносить арендную плату за все  периоды пользования имуществом, в том числе до вступления в договор, если в  соглашении о передаче договора не предусмотрено иное.  

Из указанного следует, что если соглашением о передаче договора не  предусмотрено иное, то к третьему лицу переходят все права и обязанности  первоначального должника по договору в целом, в том числе и те обязанности,  которые существовали до вступления в договор данного третьего лица.  

Вместе с тем, исследовав и оценив представленное в материалы дела  соглашение от 20.12.2017, суд первой инстанции установил, что сторонами  согласован иной объем передаваемых прав и обязанностей первоначального  подрядчика новому подрядчику, в частности к новому подрядчику переходит  обязанность по уплате штрафных санкций, признанных первоначальным  подрядчиком в размере 1 488 295 руб. 09 коп.; долг подрядчика перед  заказчиком, передаваемый по соглашению новому подрядчику, состоит лишь из  суммы неотработанного подрядчиком аванса на строительно-монтажные  работы в размере 411 326 414 руб. 63 коп. и суммы штрафных санкций  (неустойки), и составляет всего 412 814 709 руб. 72 коп., на основании акта  сверки от 20.12.2017, подписанного между обществом "Ява Строй" и  обществом "СХК".  

В силу правовой позиции, изложенной в п. 43 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 "О некоторых  вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской  Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат  толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора  извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения  (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование  договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое  стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора  устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом  договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской  Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их  системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями  одного договора (системное толкование). Толкование условий договора  осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного  регулирования соответствующего вида обязательств.  

С учетом буквального толкования условий соглашения от 20.12.2017 по  правилам ст. 431 ГК РФ и исходя из системной связи пунктов 2 и 3 соглашения  о передаче договора, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том,  что сторонами соглашения при его заключении четко определен объем  обязательств нового подрядчика в размере 412 814 709 руб. 72 коп., состоящий  из неустойки в сумме 1 488 295 руб. 09 коп. и неотработанного подрядчиком  аванса за строительно-монтажные работы в размере 411 326 414 руб. 63 коп.  

Судом апелляционной инстанции одновременно учтено, что толкование  условий названного соглашения неоднократно давалось судами и в рамках дел   № А60-11259/2019 и № А60-12208/2019.  

Кроме того, толкование условий п. 13.1 и 24.2 договора методом лексико- сематического анализа также позволяет прийти к выводу о том, что риски  утраты спорного оборудования возлагаются на лицо, принявшее оборудование  по акту; обязанность восстановления оборудования возникает при  установлении вины.  

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела протокол совместного  совещания, акт комиссионного обследования № 2/12 от 07.12.2018, дефектную  ведомость, в отсутствие доказательств передачи спорного оборудования новому  подрядчику, суд верно установил, что спорное оборудование в надлежащей  комплектации новому подрядчику ни заказчиком, ни первым подрядчиком не  передавалось.  

Судом принято во внимание, что ни в соглашении, ни в акте сверки  взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 20.12.2017, в соответствии с  которым произведен расчет долга, принимаемого новым подрядчиком по  соглашению от 20.12.2017, не содержится информации о наличии у общества  "Ява Строй" перед заказчиком обязанности по восстановлению утраченного  оборудования.  

Судом также учтено, что отсутствие в материалах дела отсутствуют  доказательства, свидетельствующих о том, что на момент заключения  соглашения от 20.12.2017 новый подрядчик располагал сведениям  относительно разукомплектования спорного оборудования.  

Таким образом, по результатам исследования и оценки имеющихся в  материалах дела доказательств и исходя из буквального толкования условий  соглашения от 20.12.2017, суд верно установил, что новый подрядчик не  принимал на себя обязательства первого подрядчика по восстановлению  утраченного оборудования.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского  оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

В силу абз. 1 п. 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах"  при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности  условий договора и невозможности установить действительную общую волю  

сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора,  предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон,  практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также  последующего поведения сторон договора (статья 431 Гражданского кодекса  Российской Федерации), толкование судом условий договора должно  осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект  договора либо предложила формулировку соответствующего условия.  

Как установлено в преюдициальном судебном акте в рамках дела № А60- 11259/2019 проект соглашения от 20.12.2017 составлялся АО "СХК" и ООО  "Ява Строй" (ст. 69 АПК РФ).  

Формулируя условия дачи согласия на передачу договора, заказчик не  указал, что согласие на передачу договора представляется при условии  принятия новым подрядчиком на себя обязательств по восстановлению  утраченного оборудования; первым подрядчиком также сокрыто, что  оборудование утрачено.  

При этом цель и смысл соглашения от 20.12.2017 заключались именно в  продолжении новым подрядчиком выполнения работ на объекте строительства,  принятии на им на себя только обязанности по выполнению оставшихся работ и  ответственности в отношении тех работ, которые не выполнены ООО "Ява  Строй" на момент заключения соглашения и подлежат выполнению ответчиком  после 20.12.2017.  

Руководствуясь вышеизложенными правовыми позициями, принимая во  внимание умолчание заказчиком и первым подрядчиком об утрате спорного  оборудования, информация о котором в силу характера сделки должна быть  доведена до сведения нового подрядчика, учитывая также, что новый  подрядчик неоднократно указывал, что не принимал на себя соответствующие  обязанности первоначального должника, в то же время принимая во внимание  цель и смысл заключаемого соглашения от 20.12.2017, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что толкование условий соглашения должно  осуществляться в пользу нового подрядчика ООО "УС БАЭС".  

Ссылки апеллянта на акт приема-передачи строительной площадки №  110/04-12/211 от 27.12.2017 не принимаются судом, поскольку из указанного  акта следует, что АО "СХК" передало ООО "УС БАЭС" только строительную  площадку, а именно земельный участок, без указаний зданий, сооружений.  Передача какого-либо оборудования данным актом не фиксировалась (т. 2 л. д.  79).  

Доводы апеллянта относительно необоснованности оставления без  рассмотрения требований к ООО "Ява Строй", ссылки на неимущественный  характер требований, не принимаются апелляционным судом как основанные  на неверном толковании положений законодательства о банкротстве.  

Как верно установлено судом первой инстанции из информации,  размещенной в картотеке арбитражных дел, усматривается, что 25.04.2017  поступило заявление ООО "Импульс" о признании несостоятельным  (банкротом) ООО "Ява строй" (дело № А40-75222/17).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2017 в  отношении ООО «Ява строй» введена процедура наблюдения.  

Решением от 09.08.2019 (резолютивная часть от 08.08.2019) ООО "Ява  строй" (ОГРН 1027739131122) признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыта процедура конкурсного производства (т. 2 л. д. 157).  

Согласно абз. 7 п. 1 ст. 126 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) с даты  принятия судом решения о признании должника банкротом все требования  кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей,  иные имущественные требования, за исключением текущих платежей,  указанных в пункте 1 статьи 134 настоящего Федерального закона, и  требований о признании права собственности, об истребовании имущества из  чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных  сделок и о применении последствий их недействительности могут быть  предъявлены только в ходе конкурсного производства.  

В связи с этим в ходе конкурсного производства подлежат предъявлению  только в деле о банкротстве также возникшие до возбуждения этого дела  требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного  характера (о передаче имущества в собственность, выполнении работ и  оказании услуг), которые рассматриваются по правилам статьи 100 Закона о  банкротстве (п. 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").  

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по  денежным обязательствам в деле о банкротстве" в соответствии с пунктом 1  статьи 5 Закона о банкротстве денежные обязательства относятся к текущим  платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании  должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом.  

Для квалификации требования в качестве текущего имеет значение момент  возникновения обязательства, соотносимый с датой возбуждения дела о  банкротстве.  

Судом при рассмотрении настоящего спора установлено, что   оборудование было передано первому подрядчику 05.08.2016, монтаж КРУ-6кВ  осуществлялся первым подрядчиком в период август 2016 по 10.02.2017, то  есть до даты подачи заявления о признании ООО "Ява Строй" банкротом.  

Таким образом, обязательство по обеспечению сохранности переданного  имущества (спорного оборудования) осуществлялось им в период проведения  работ вплоть до 10.02.2017, т.е. возникло у первого подрядчика до даты  принятия заявления о признании должника банкротом.  

При этом само по себе то обстоятельство, что факт разукомплектования  оборудования выявлен только в ходе комиссионного обследования объекта в  декабре 2018, при установленных выше обстоятельствах дела, не влияет на  квалификацию требований в качестве текущих. Оснований для иных выводов в  

отношении характера требований судом апелляционной инстанции не  установлено.  

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не содержат фактов,  которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при  рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного  акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения,  либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются  судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя  апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 110, 258, 268, 269, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый  арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 сентября 2019  года по делу № А60-43860/2019 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской  области.  

Председательствующий И.О. Муталлиева  

Судьи Л.В. Дружинина  

 О.В. Суслова