Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая,32,

http://krasnodar.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

№ А32-14678/2021

г. Краснодар

11 июня 2021 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Язвенко В.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению закрытого акционерного ООО «РУСМАШ» (ИНН 

<

***>)

к ИП ФИО1 (ИНН  

<

***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

УСТАНОВИЛ:

ООО «РУСМАШ» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 50 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака № 561554, судебных расходов в размере 1 030 руб. 50 коп. и расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2021 исковое заявление принято к производству суда и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в порядке упрощенного производства подлежат рассмотрению дела по исковым заявлениям о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц пятьсот тысяч рублей.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства путем направления в их адрес определения суда, а также посредством размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края в сети интернет www.kad.arbitr.ru.

28.04.2021 от ответчика в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление, в котором он возражал против удовлетворения исковых требований в полном объёме, заявил о несоблюдении истцом претензионного порядка рассмотрения спора, а также заявил ходатайство о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Отклоняя доводы ответчика об отсутствии доказательств досудебного урегулирования спора с истцом, суд исходит из представленных в материалы дела доказательств: претензии от 03.03.2019 (л.д. 9) и доказательства ее направления в адрес ответчика (л.д. 11). Кроме того, по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Данная позиция отражена в пункте 4 Раздела "Процессуальные вопросы" "Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2015)", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015 г.

Между тем, из отзыва на исковое заявление и позиции ответчика в целом, суд не усматривает его намерения мирного урегулирования спора, а формальное оставление искового заявления без рассмотрения лишь породит новые споры и приведет к сутяжничеству. 

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; необходимо провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц; рассмотрение дела в порядке упрощенного производства не соответствует целям эффективного правосудия, в том числе в случае признания судом необходимым выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства.

Возражения ответчика относительно рассмотрения дела в упрощенном порядке в данном случае не является основанием для перехода к рассмотрению дела в порядке искового производства.

04.06.2021 Арбитражным судом Краснодарского края по результатам рассмотрения дела № А32-14678/2021 вынесена резолютивная часть решения, которая 05.06.2021 размещена на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 1 статьи 229 АПК РФ.

08.06.2021 в материалы дела от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного текста решения арбитражного суда по делу № А32-14678/2021.

Изучив указанное заявление, суд считает его подлежащим удовлетворению, поскольку оно подано на четвертый рабочий день после размещения резолютивной части решения суда в сети интернет.

Исследовав документы и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,30.01.2019 в магазине «Автомагазин», расположенном по адресу: Краснодарский край, ст. Каневская, ул. Тракторная, 34 А, в котором осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, с целью извлечения прибыли осуществлялась реализация натяжителей цепи ГРМ «Русский богатырь» для двигателей 3М3 406/405/409 (в количестве 2х штук), на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 561554 (12 класс МКТУ). 

Как указал истец в исковом заявлении, по внешним признакам, ввиду явных и существенных различий от оригинальной продукции, выпускаемой истцом, данный товар содержит признаки несоответствия легальной продукции.

Факт реализации указанного товара подтверждается представленными в материалы дела товарным чеком от 30.01.2019, содержащим печать с реквизитами ответчика и видеозаписью покупки товара.

Ссылаясь на то, что разрешение на использование спорного товарного знака не предоставлялось, приобретенный товар является контрафактным, истец посчитал действия ответчика по продаже вышеуказанного товара нарушающими его исключительные права.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования: о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Доводы ответчика о том, что он не является производителем спорного товара, судом отклоняются по следующим основаниям. 

Распространение контрафактных экземпляров товара, в любом случае, образует нарушение исключительного права на товарный знак, независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц.

Действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, ответчик, как субъект предпринимательской деятельности, при покупке спорного товара с целью его дальнейшей реализации должен был убедиться в надлежащей легитимации данного товара, в законности воспроизведения обозначения, проверить, предоставляется ли ему правовая охрана на территории Российской Федерации; должен был и мог предвидеть последствия использования чужого промышленного образца, однако не затребовал у продавца соответствующие документы.

При этом, доказательств приобретения спорного товара у легального продавца ответчик суду не представил, как и не подтвердил документально и обстоятельств легальности реализованной продукции.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 43.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление Пленума № 5/29), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

В силу пункта 43.3 Постановления Пленума N 5/29 суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Как установлено судом, истец является правообладателем исключительных прав на товарный знак № 561554 по свидетельству (дата приоритета 22.09.2014) в отношении услуг класса 12 МКТУ «аксессуары тормозные; амортизаторы для автомобилей; амортизаторы подвесок; валы карданные; двигатели, в том числе их составные части, в частности, в частности натяжители цепи двигателя; коробки передач для наземных транспортных средств; крепления для ступиц колес; муфты сцепления для наземных транспортных средств; оси; передачи зубчатые для наземных транспортных средств; преобразователи крутящего момента для наземных транспортных средств; приспособления противоугонные для транспортных средств; пружины амортизационные; рессоры подвесок; рули; сигнализации противоугонные; сигнализация заднего хода; стеклоочистители для ветровых стекол; ступицы колес; сцепления для наземных транспортных средств; тормоза; тросионы; трансмиссии для наземных транспортных средств; цепи для автомобилей; цепи приводные для наземных транспортных средств».

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Ссылаясь на то, что ответчик при осуществлении предпринимательской деятельности реализовывал продукцию на упаковке которой имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 561554, ООО «РУСМАШ» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании 50 000 руб. компенсации, рассчитанной исходя из п. 4 ст. 1515 ГК РФ, предусматривающей право на расчет суммы возмещения убытков выплаты компенсации: в размере в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению. Поэтому размещение на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, позволяет правообладателю по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в том числе в двукратном размере стоимости данного товара, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 “О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации” (далее – Пленум № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В пункте 61 Пленума № 10 сказано, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель (абз.5 п. 61 Пленума №10).

В рассматриваемом споре истец просит взыскать с ответчика компенсацию в двукратном размере стоимости права использования спорного товарного знака, сниженной до 50 000 руб.

Обосновывая данный размер компенсации, истец представил в материалы дела договор № 2 от 01.03.2016, заключенный между обществом и ИП ФИО2, согласно которому стоимость неисключительной лицензии на право использования товарных знаков № 473042, № 561554 в отношении всех товаров 12 класса МКТУ составляет по 100 000 руб. за каждый товарный знак в год.

Доводы ответчика о том, что лицензионный договор от 01.03.2016 № 2 не является надлежащим доказательством, так как заключен между аффилированными лицами, отклоняются судом ввиду следующего.

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ и ЕГРИП, ИП ФИО2 является учредителем ООО «Русмаш», размер его вклада в уставный капитал общества составляет 17 000 руб., при размере уставного капитала 50 000 руб., т.е. доля ФИО2 в уставном капитале общества составляет более 20%.

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» стороны лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 являются аффилированными лицами.

Вместе с тем, как указал суд кассационной инстанции по настоящему делу, само по себе отличие условий лицензионного договора (за исключением способа использования объекта интеллектуальных прав) и обстоятельств допущенного нарушения не является основанием для признания указанного договора недопустимым доказательством и для отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации.

Суд также обращает внимание на то, что в делах о взыскании компенсации аффилированность может учитываться как обстоятельство, влияющее на стоимость права, указанную в лицензионном договоре. 

Наличие аффилированности между сторонами лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора недопустимым доказательством для определения цены права пользования товарного знака и для отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации.

Лицензионный договор от 01.03.2016 № 2 недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлялось. Указанный договор зарегистрирован в Роспатенте в установленном законом порядке

В обоснование расчета компенсации истцом в материалы дела представлены соответствующие доказательства: внесения предпринимателем ФИО2 платежей по договору за 2016–2017 годы и отчет № 18И-11/184А об определении рыночной стоимости товарного знака № 473042.

Как указано выше, рассчитанная истцом компенсация в размере двукратной стоимости права может быть оспорена ответчиком путем представления иных лицензионных договоров или иных сведений о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

Вместе с тем указанные сведения ответчиком не представлены.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что представленный истцом лицензионный договор от 01.03.2016 № 2 может быть учтен судом для определения стоимости права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 473042.

В рассматриваемом случае также следует исходить из того, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор от 23.09.2015).

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 Пленума № 10.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – постановление № 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и № 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

При этом, как следует из фактических обстоятельств, в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления № 28-П основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, поскольку как указывалось выше, истцом предъявлено требование о защите исключительного права лишь на один товарный знак (по свидетельству Российской Федерации № 473042).

Из представленного в материалы дела ответчиком отзыва и дополнений к нему усматривается, что он выразил свое несогласие с заявленным истцом размером компенсации за допущенное нарушение, мотивировав его аффилированностью общества с предпринимателем ФИО2, а также неиспользованием указанными лицами спорного товарного знака.

Во исполнение указаний Суда по интеллектуальным правам судом установлено, что ответчик в рассматриваемом случае оспаривает указанную истцом цену, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, а не на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

Учитывая, что в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и разъяснениями, данными в постановлении № 28-П, основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, суд приходит к выводу, что при разрешении настоящего спора у суда отсутствуют основания для снижения компенсации ниже предела, установленного подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ и перехода, тем самым на взыскание компенсации по подпункту 1 пункта 4 данной нормы.

Придя к выводу о нарушении ответчиком по настоящему делу исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 473042, на основании представленных в материалы дела доказательств, следует вывод о том, что факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на указанный товарный знак доказан. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: 

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; - правонарушение совершено ответчиком впервые; - использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). 

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. 

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (указанная позиция изложена в постановление Суда по интеллектуальным правам от 11.10.2017 № С01-732/2017 по делу N А08-7399/2016).

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. 

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Таким образом, снижение судом размера компенсации ниже низшего размера, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно только на основании позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 3.2 постановления от 13 декабря 2016 г. N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", ст. 1301, 1311 и п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и другими, связанными с ними нормами гражданского законодательства учитывается принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению: абзац второй п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные сторонами доводы и представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер допущенного нарушения и степень вины, в том числе, принимая во внимание, что реализованный контрафактный товар предназначался именно для двигателей автомобиля (источника повышенной опасности жизни и здоровья людей), исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу о необходимости взыскать компенсацию в заявленном истцом размере 50 000 рублей.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на покупку товара, почтовых расходов.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в состав судебных расходов входят как государственная пошлина, так и судебные издержки, связанные с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

На основании указанных разъяснений Пленума ВС РФ расходы истца по приобретению и исследованию контрафактности спорной продукции суд относит к судебным издержкам истца.

Согласно ст.101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Системное толкование приведенных правовых норм в их взаимосвязи с иными нормами, содержащимися в главе 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, позволяет прийти к выводу о том, что критерием, позволяющим отнести понесенные стороной расходы к категории судебных, является их связь с рассмотрением дела в арбитражным суде.

В подтверждение расходов на приобретение спорного товара истцом представлен чек от 30.01.2019, содержащий ИНН и Ф.И.О. ответчика, а также наименование товара, из которого следует, что истец понес 720 руб. расходов на его приобретение. 

В дело представлена выписка из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №12 от 17.02.2011 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам и подлежат распределению в составе судебных расходов.

Учитывая, что понесенные истцом судебные расходы подтверждены документально и отвечают критериям, установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понесенные истцом расходы относятся на ответчика в сумме 200 руб.

Заявленные истцом почтовые расходы в сумме 110 руб. 50 коп. подтверждены представленными в материалы дела почтовыми квитанциями.

Вышеназванные расходы непосредственно связаны с рассмотрением настоящего дела, необходимы, обоснованы и подтверждены документально.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Взыскать с ИП ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «РУСМАШ» (ИНН 

<

***>) 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №561554, 1 030 руб. 50 коп. судебных издержек, а также 2 000 руб. расходов по уплате госпошлины.

Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

По заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, суд составляет мотивированное решение. 

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В случае составления мотивированного решения арбитражного суда такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый  арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Краснодарского края в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда – со дня принятия решения в полном объеме.

В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Судья                                                                                                               В.А. Язвенко