ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-28538/2017

г. Самара

04 февраля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 февраля 2021 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Селиверстовой Н.А., судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО2 по доверенности от 22.12.2020,

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 12.03.2020,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы ФИО5 и АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 12 ноября 2020, вынесенное по заявлению АО АКБ «Газбанк» о включении в реестр требований кредиторов должника, заявлению конкурсного кредитора ФИО3 о признании недействительными договоров поручительства в рамках дела № А55-28538/2017 (судья Докучаева Е.С.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, дата рождения ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: с. Кондурчинский Красноярского района Куйбышевской области, адрес регистрации: 443011, г.Самара, Просека 1, Внутренний проезд, д.22, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.11.2017 возбуждено производство по делу №А55-28538/2017 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2017 в отношении гражданина ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО7, член Ассоциации «Первая Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.07.2018 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего гражданина - должника: ФИО6.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.09.2018 финансовым управляющим должника ФИО6 утвержден ФИО8, член Саморегулуриемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 30.05.2019 (резолютивная часть объявлена 23.05.2019) ФИО6 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2019 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) гражданина (должника) - ФИО6. Финансовым управляющим ФИО6 утвержден ФИО9.

АО АКБ «Газбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника - ФИО6 в общем размере 33 838 602 руб. 73 коп., в том числе: 31 000 000 руб. – основной долг, 838 602 руб. 73 коп. - проценты.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.09.2019 заявление принято к рассмотрению.

Конкурсный кредитор ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров поручительства от 05.09.2019 вх. № 171335 о признании недействительными договоров поручительства №68/17/П1 и №59/17/П1 от 21.09.2017.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23.10.2019 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление акционерного общества Акционерный коммерческий банк «Газбанк» от 07.08.2019 вх. №150350 о включении в реестр требований кредиторов должника, ходатайство ФИО3 от 04.09.2019 вх. № 170394 об истребовании доказательств, заявление ФИО3 от 05.09.2019 вх. № 171335 о признании недействительными договоров поручительства.

12.05.2020 в судебном заседании от ФИО3 А.Х.М. поступило дополнение к встречному заявлению об оспаривании договоров поручительства от 21.09.2017 №59/П1 и № 68/П1. Указанное дополнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.11.2020 отказано в удовлетворении ходатайства ФИО5 об отложении судебного заседания.

Приняты дополнения ФИО3 от 13.09.2019, от 12.05.2020, к заявлению о признании недействительными договоров поручительства от 21.09.2017 №59/17/П1, №68/17/П1.

Удовлетворено заявление ФИО3 о признании недействительными договоров поручительства от 21.09.2017 №59/17/П1, №68/17/П1, в редакции дополнений от 13.09.2019, от 12.05.2020.

Применены последствия недействительности сделки.

Отказано в удовлетворения заявления акционерного общества Акционерный коммерческий банк «Газбанк» в лице конкурсного управляющего Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» о включении в реестр требований кредиторов в размере 33 838 602 руб. 73 коп.

Взыскано с акционерного общества Акционерный коммерческий банк «Газбанк» в пользу ФИО3 12 000 руб. судебных расходов по государственной пошлине за рассмотрение заявлений о признании сделок недействительными.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО5 обратился с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020 апелляционная жалоба оставлена без движения, определением от 21.12.2020 жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 21.01.2021.

АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» также обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 12 ноября 2020 по делу № А55-28538/2017.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 апелляционная жалоба оставлена без движения, определением от 12.01.2021 жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 02.02.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 судебное заседание отложено на 02.02.2021 с целью совместного рассмотрения апелляционных жалоб, поданных на один судебный акт.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В адрес апелляционного суда от финансового управляющего должника поступили отзывы на апелляционные жалобы, в которых просит отказать в их удовлетворении, определение суда первой инстанции оставить в силе.

От конкурсного кредитора ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу АО АКБ «Газбанк», в котором возражает против ее удовлетворения.

В судебном заседании представитель АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» просил удовлетворить апелляционную жалобу, обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт. Жалобу ФИО5 поддержал.

Представитель ФИО3 против удовлетворения апелляционных жалоб возражал, просил определение суда первой инстанции оставить в силе.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд исходит из нижеследующего.

Из материалов дела усматривается, что АО АКБ «Газбанк» обратилось с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь на то, что по состоянию на 27.12.2018 ФИО6 имеет неисполненные обязательства перед Банком по договору №59/17/П1 от 25.08.2017 на сумму 9 238 931,50 руб., из которых 9 000 000 руб. основной долг, 238 931, 50 руб. – проценты, и по договору №68/17/П1 от 21.09.2017 в сумме 24 599 671,23 руб., из которых 24 000 000 руб. основной долг, 599 671,23 руб. проценты. Всего Банк просит включить в реестр требований кредиторов ФИО6 требования на сумму 33 838 602,73 руб.

Конкурсный кредитор должника ФИО3 оспаривает договоры поручительства №№ 59/17/П1, 68/17/П1 от 21.09.2017, послужившие основанием для предъявления требования, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2, пункты 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку при наличии признаков предпочтения в оспариваемых договорах, в связи с наличием признаков неплатежеспособности/неисполненных обязательств ФИО6 перед иными кредиторами на момент совершения спорных сделок, в условиях аффилированности менеджера Банка и его клиента должнику, который не мог не знать, оспариваемые сделки причиняют вред имущественным правам кредиторов.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО9, поддерживая требования о признании недействительными договоров поручительства от 21.09.2017, указывает, что АО КБ «Газбанк» заключил оспариваемые сделки со своим аффилированным лицом, зная о его неплатежеспособности, по сути, искусственно создав задолженность должника перед собой в ущерб добросовестным кредиторам должника.

Суд первой инстанции признал доводы конкурсного кредитора должника ФИО3 обоснованными, указав на то, что на момент заключения оспариваемых договоров должник имел неисполненные обязательства перед ним по договору займа от 06.08.2015 на сумму, эквивалентную 463 021,84 долларов США, а также задолженность перед кредитором ФИО10 по договору от 10.06.2015 в размере 15 000 000 руб., тогда как АО АКБ ГАЗБАНК не могло не знать о неплатежеспособности ФИО6, учитывая аффилированность АО АКБ ГАЗБАНК и ФИО5

Арбитражный суд Самарской области признал обоснованными доводы конкурсного кредитора ФИО3  о том, что договоры поручительства заключены не в интересах ФИО6, а в интересах ФИО11, который являлся выгодоприобретателем по оспариваемым сделкам. Договоры поручительства заключены на заведомо невыгодных для ФИО6 условиях, и их исполнение может повлечь отчуждение всех его незаложенных активов на сумму более 33 000 000 руб. По состоянию на 21.09.2017 общая сумма кредитных обязательств ФИО6 составила около 284 миллионов рублей, а общая стоимость имущества не превышала 57 миллионов руб. Таким образом, имущества ФИО6 недостаточно было даже для погашения собственных кредитных обязательств перед собственными кредиторами.

Учитывая, что должник, принял на себя обязательства, не имея разумного экономического обоснования обеспечения обязательств ФИО11 по исполнению кредитных договоров, при наличии своих неисполненных обязательств перед кредиторами, суд первой инстанции пришел к выводу о заключении договоров в период ухудшения финансового положения и при значительной задолженности, об отсутствии экономической целесообразности сделок, их совершении в отношении заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, что является основанием для признания недействительными договоров поручительства от 21.09.2017 №59/17/П1, №68/17/П1.

В апелляционных жалобах ФИО5 и ОА АКБ ГАЗБАНК, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, повторяют возражения, заявленные ими при рассмотрении дела судом первой инстанции, однако суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в силу следующего.

При рассмотрении вопроса о правомерности и обоснованности требований кредитора, основанных на сделке (договоре), суд обязан оценить сделку на предмет ее соответствия закону.

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

В таком случае принцип состязательности сторон при осуществлении правосудия (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) реализуется арбитражным судом путем создания лицам, участвующим в деле, условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, обеспечения права высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Исследование разумных версий происхождения задолженности, выдвинутых лицами, участвующими в деле, отвечает задачам судопроизводства в арбитражных судах (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и позволяет не допустить включение в реестр необоснованных требований.

Понятие повышенного стандарта доказывания раскрыто применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора N 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора N 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора N 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-20992 (3), 305-ЭС16-10852, 305-ЭС16-10308, 305-ЭС16-2411, 309-ЭС17-344, 305-ЭС17-14948, 308-ЭС18-2197, 305-ЭС18-3009, 310-ЭС17-20671).

Оспаривание сделок по признакам подозрительности (статья 61.2 Закона о банкротстве) направлено на защиту имущественной массы  должника и потенциально позволяет  уменьшить его долговую нагрузку (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2020 N 305-ЭС19-20914(2) по делу N А40-103324/2018).

Оспаривание преференциальных сделок (статья 61.3 Закона о банкротстве) направлено прежде всего на воспрепятствование противоправным действиям кредиторов по распределению имущества должника с нарушением очередности и на выравнивание их шансов на соразмерное удовлетворение требований в условиях высокой вероятности недостаточности имущества должника-банкрота для покрытия всех требований.

Конкурсный кредитор  ФИО3 по данному обособленному спору  преследовал цель пресечения противоправного уменьшения имущественной массы должника , однако последствия признания поручительства недействительной преференциальной сделкой не повлекут для  должника  восстановление его имущественных прав.

В то же время оспаривание поручительства по признакам подозрительности (статья 61.2 Закона о банкротстве) сохраняет смысл, так как потенциально позволяет добиться искомого результата: уменьшить долговую нагрузку.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 30 июля 2020 г N 305-ЭС20-5547.

Таким образом, квалификация оспариваемых сделок как недействительных на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве судом первой инстанции произведена неверно, однако это обстоятельство не привело к принятию неправильного судебного акта в силу следующего.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума от 23.12.2010 N 63) для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки; неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Так, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (абзац пятый пункта 8 постановление Пленума от 23.12.2010 N 63).

Между тем, с учетом разъяснений, изложенных в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделки поручительства в принципе не предусматривают встречное исполнение, а потому не могли быть оспорены и по мотиву неравноценности.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо (пункт 6 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63) одновременное наличие двух следующих условий: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Дело о банкротстве должника возбуждено 10.11.2017. Оспариваемые договоры поручительства заключены 21.09.2017.

По смыслу положений статей 361, 363 Гражданского кодекса Российской Федерации правовая природа договора поручительства направлена на обеспечение исполнения основным должником своих обязательств, является обычным способом обеспечения обязательств по кредитным договорам и не предполагает извлечение поручителем прибыли. Выдача поручительства при наличии корпоративных и иных тесных экономических связей между поручителем и заемщиком не может указывать на порочность сделки по выдаче такого обеспечения, как и на намерение причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Пунктом 15.1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве предусмотрено, что при рассмотрении требования об оспаривании договора поручительства (залога), выданного по обязательству заинтересованного лица, могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса).

В соответствии со сложившейся судебной практикой в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собою на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В противном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых связей позволяет создать подконтрольную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения доли требований независимых кредиторов при банкротстве участников группы лиц.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика, например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 N 305-ЭС18-15086 (3) от 15.02.2019 N 305-ЭС18-17611, от 23.09.2019 N 306-ЭС18-6320 по делу N А55-32826/2016.

В апелляционных жалобах заявители оспаривают выводы суда первой инстанции о наличии своей аффилированности по отношению к должнику.

Отклоняя эти доводы, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц, если должником является юридическое лицо).

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из дела усматривается, что 30.03.2016 ФИО5 приобрел у ФИО6 и ФИО12 по 50% долей в уставном капитале ООО «Содружество-Л» за 10745 руб. 

Став 30.03.2016 единственным участником ООО «Содружество-Л», ФИО5 оставил директором Общества ФИО6 

ФИО5 до июня 2018 занимал должность Первого Заместителя Председателя Правления АО АКБ «Газбанк». 

Таким образом, по состоянию на 21.09.2017 (дату предоставления ФИО6 поручительств по обязательствам ФИО11) ФИО6 находился в подчинении у ФИО5, являющегося одним из руководителей АО АКБ «Газбанк». 

Кредитные договоры от 24.08.2016 

<

***> и от 29.02.2016 №5/16 и договор поручительства с ФИО6 по кредитному договору от 29.02.2016 №5/16 от имени АО АКБ «Газбанк» подписывал ФИО5

В день приобретения 100% доли в уставном капитале ООО «Содружество-Л», 30.03.2016 АО АКБ «Газбанк» в лице ФИО5 предоставило ФИО6 и ФИО12 кредиты по 100 000 000 р. каждому.

24.08.2016, когда еще не были погашены, и как следует из дела о банкротстве ФИО12 не погашены вообще, вопреки резолюции службы безопасности банка о высоком риске такого кредитования, АО АКБ «Газбанк» в лице ФИО5 предоставило ФИО6 и ФИО12 кредиты еще на 180 000 000 руб.

После того, как 100% доли в уставном капитале ООО «Содружество-Л» принадлежало ФИО5, он лично предоставил 11.04.2017 в залог АО АКБ «Газбанк» принадлежащую ему 100% долю в УК ООО «Содружество-Л» по обязательствам ФИО6 и ФИО12 на 200 000 000 руб. по кредитным договорам от 30.03.2016.

При таких обстоятельствах доводы конкурсного кредитора должника о том, что для незаинтересованного покупателя долей такое обеспечение является нетипичным, и, наоборот, доказывает личную тесную связь между топ-менеджером АО АКБ «Газбанк» и ФИО6, следует признать обоснованными.

Совместное с ФИО6 поручительство ФИО5 по обязательствам ФИО11 по кредитному договору от 25.08.2017 №59/17 также свидетельствует  о связанности ФИО5, как одного из руководителей АО АКБ «Газбанк», и ФИО6

Суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание вывод об аффилированности ФИО6 и ФИО5, содержащийся в мотивировочной части решения Промышленного районного суда г. Самары от 28.10.2019 по делу 2-3783/2019, в котором участвовали и ФИО5, АО АКБ «Газбанк» и ФИО6 

Данный судебный акт содержит указание на то, что кредитор АО АКБ «Газбанк» и заемщик ФИО11, его поручители ФИО5 (являвшийся первым заместителем Председателя Правления Банка, членом кредитного комитета с правом голоса), ФИО6 и ФИО13 являются аффилированными лицами, поскольку, несмотря на формальную независимость указанных субъектов гражданских правоотношений, между ними прослеживается очевидная связь, вследствие которой кредитор АО АКБ «Газбанк» пошел на объективный предпринимательский риск, одобряя кредит ФИО11 на изначально финансово необеспеченных условиях, в связи с чем, по мнению суда, в данном случае факт невозврата кредита, выданного ФИО11, является следствием недобросовестного поведения самого кредитора АО АКБ «Газбанк».

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства (Определение Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014; Определение Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305- ЭС15-5734(4, 5) по делу № А40-140479/2014).

Между тем, такие доказательства, в нарушении положений статьи 65 АПК РФ  Банком не представлены, тогда как при наличии признаков аффилированности менеджера Банка и его Клиента первый в преддверии банкротства не мог не знать о неудовлетворительном финансовом положении должника (Определение Верховного суда РФ от 27 мая 2015 № 305-ЭС14-1353).

Таким образом, при наличии признаков заинтересованности одного из руководителей АО КБ «Газбанк» и ФИО6 предполагается, что Банк знал или должен был знать о признаках неплатежеспособности ФИО6 на дату предоставления поручительств 21.09.2017.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у должника признака недостаточности имущества, его стремление дать поддержку своему сотруднику не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (Определение ВС № 308-ЭС19-4372 от 22 июля 2019)

Из материалов дела усматривается, что по состоянию на 21.09.2017 ФИО6 имел непогашенные обязательства перед АО АКБ «Газбанк», поскольку 24.08.2016 ФИО6 взял в АО АКБ «Газбанк» кредит на сумму 100 000 000 руб. Окончательный срок возврата кредита в п.1.5, кредитном договоре от 24.08.2016 

<

***> определен не позднее 23.08.2017. Однако в указанный срок ФИО6 кредит не возвратил, что явилось основанием для продления срока его возврата до 23.08.2018 на основании дополнительного соглашения от 21.08.2017.

Невозможность ФИО6 своевременно погасить требование банка на сумму 100 000 000 руб. по кредитному договору 

<

***> от 24.08.2016 свидетельствует о признаках неплатежеспособности поручителя по состоянию на 21.09.2017, которые Банк должен был проверить.

В п.1.2, кредитного договора от 24.08.2016 

<

***> указано, что кредит в сумме 100 000 000 руб. предоставлен ФИО6 для приобретения земельных участков.

Суд первой инстанции установил, что земельные участки на кредитные денежные средства ФИО6 на 100 000 000 руб. не приобрел, т.е. использовал денежные средства не по целевому назначению, тогда как кредит был обеспечен залогом имущества ФИО6 на сумму 55 238 000 руб., то есть обеспечен примерно на 50%.

По условиям кредитного договора от 24.08.2016 

<

***>, АО АКБ «Газбанк» в период действия кредитного договора вправе проверять платежеспособность ФИО6, целевое использование кредита и состояние его обеспечения, испрашивать у ФИО6 документы в целях проверки данных обстоятельств.

Выявление нецелевого использования денежных средств, непредоставление по запросу Банка запрошенных документов по вопросам платежеспособности ФИО6, уклонение от контроля со стороны банка за его платежеспособностью, арест заложенного имущества являются основанием для досрочного расторжения кредитного договора (п. 5.2.4 кредитного договора от 24.08.2016 

<

***>).

При этом Банк, являясь профессиональным участником финансового рынка,  предоставив ФИО6 кредит на значительную сумму до получения от него поручительств по обязательствам ФИО11, хотя действуя разумно и осмотрительно, мог контролировать платежеспособное состояние ФИО6

Из выписки по лицевому счету ФИО6 в АО КБ «Газбанк» следует, что  по состоянию на 30.06.2017 у него отсутствовала возможность ежемесячных платежей по кредитному договору 

<

***> от 24.08.2016, поскольку ООО «РКБ-Капитал» как поручитель по кредитному договору от 24.08.2016 

<

***> перечислил за ФИО6 1 561 643,83 руб., а 31.07.2017 ООО «Стройкапитал-Р» перечислило за ФИО6 как поручитель 1 613 698,63 р., 29.09.2017-1 613 698,63 р., 30.11.2017-1 561 643,83 руб.

Согласно публичной информации размещенной на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов, 07.08.2017 ОСП Октябрьского района г. Самары наложило арест на имущество ФИО6

Таким образом, действуя осмотрительно, Банк должен был по условиям кредитного договора 

<

***> от 24.08.2016 проверить, не включено ли в список арестованного имущества залоговое имущество ФИО6, вправе был заявить о досрочном возврате кредита, об обращении взыскания на заложенное ФИО6 имущество, что исключило бы возможность ФИО6 как поручителя также отвечать по кредитным обязательствам ФИО11

Эти обстоятельство свидетельствуют о нетипичности возникших правоотношений между должником и Банком.

Из дела также усматривается, что решением Промышленного районного суда г. Самары от 28.10.2019 по делу №2-3783/2019 на основании норм статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ признан недействительным договор купли-продажи, заключенный 25.08.2017 между ФИО14 и ФИО11 В качестве последствий недействительности сделки суд прекратил право собственности ФИО11 в отношении  объектов недвижимости, а также прекращен залог. При этом суд указал на недобросовестное поведение АО КБ «Газбанк», поскольку  денежные средства  в размере 9 000 000 руб. получены ФИО11 наличными денежными средствами в кассе Банка  до заключения договора купли-продажи объектов недвижимости.

При этом Банк согласовал условия договора купли-продажи от 25.08.2017 об отсрочке платежа на 15 календарных дней с даты государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости и не проконтролировал целевое использование кредитных денежных средств.

Согласно установленным по делу обстоятельств, ФИО14 оспорил договор купли-продажи и залог как безденежные, что привело к потере обеспечения в виде залогов объектов недвижимости залоговой стоимостью 9 000 000 руб. ФИО11 не вступал во владение приобретенными объектами недвижимости, не пользовался помещениями, то есть не проявлял себя как их собственник.

Промышленный районный суд г. Самары дал оценку справке 2-НДФЛ за 2017 на имя ФИО11, согласно которой доход заемщика от трудовой деятельности в ООО «ВолгаТурСтрой» за 2017 составил 240 903,70 руб., при этом ежемесячный заработок составлял 20 000 руб., тогда как размер ежемесячного платежа по кредитному договору от 25.08.2017 №59/17 составлял в разные периоды от 117 000 руб. до 230 000 руб. Заемщик не подтвердил свои финансовые источники, которые позволяли бы ему ежемесячно обслуживать кредит.

Промышленный районный суд г. Самары также дал оценку тому, что условия предоставления кредита ФИО11 отличались от общих условий кредитования, размещенных на сайте АО КБ «Газбанк» на дату предоставления кредита, поскольку на условиях ипотечного кредита кредит на приобретение недвижимости предоставлялся банком по программе «Деньги на жилую недвижимость» при условии предоставления первоначального взноса от 10% (сумма от 400 000 р.); по программе «Деньги на нежилую недвижимость» при условии предоставления первоначального взноса от 30% (сумма от 1 200 000 р.). При этом заемщик должен предоставить в банк паспорта обоих супругов, водительские права, сведения об ИНН, СНИЛС, загранпаспорт, военный билет, копию трудовой книжки, заверенной работодателем, иные документы, подтверждающие источники доходов и т.д. Ни один из названных документов ФИО11 в Банк для формирования кредитного досье не предоставил. При этом поручитель при предоставлении поручительства вправе рассчитывать на то, что условия кредитования, разработанные Банком в программах кредитования и размещенных на его официальном сайте, Банк должен исполнять.

Промышленный районный суд г. Самары также пришел к выводу о том, что АО КБ «Газбанк» ненадлежащим образом произвел оценку финансового положения заемщика ФИО11, не проверил его кредитоспособность, не учел наличие у ФИО11  просроченной задолженности в сумме 3 900 000 р. в КБ «АКБарс Банк» и  Банк имел все основания отказать ФИО11 в предоставлении кредита. АО КБ «Газбанк» также предоставило ФИО11 еще один кредит по кредитному договору от 02.10.2017 №70/17 на сумму 5 000 000 руб., сроком возврата до 01.11.2017. Учитывая, что дополнительным соглашением от 15.11.2017 срок возврата кредита был продлен до 22.11.2017, данный кредит также не был возвращен ФИО11 вовремя.

Осведомленность кредитора о наличии признаков неплатежеспособности должника судом может устанавливаться с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота, или если проверка таких сведений является частью профессиональной деятельности кредитора (п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В Определении Верховного суда РФ № 308-ЭС19-4372 от 22.06.2019 по делу № А53-15496/2017 изложена правовая позиция, в соответствии с которой для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). Под недостаточностью имущества должника в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества. При этом суд указал, что кризисная ситуация, как правило, возникает не одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию объективного банкротства.

Суд первой инстанции, установив, что исполнение ФИО6 обязанностей как поручителем приведет к отчуждению всех его незаложенных активов, что нарушает права и законные интересы его кредиторов, поскольку по состоянию на 21.09.2017 общая сумма кредитных обязательств ФИО6 составила около 284 миллионов рублей, а  общая стоимость его имущества не превышала 57 миллионов руб.,  пришел к законному и обоснованному выводу о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда.

При вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции также обоснованно учел, что о неблагоприятном финансовом положении ФИО6 Банк мог знать уже по состоянию на 24.08.2016, поскольку на заседании кредитного комитета АО КБ «Газбанк» 24.08.2016 при рассмотрении вопроса о предоставлении ФИО6 кредита на сумму 100 000 000 руб. Заместитель Председателя Правления Банка - руководитель службы управления рисками высказал мнение о повышенных рисках для Банка в случае выдачи кредита ФИО6 Также, протоколом заседания кредитного комитета №86 от 24.08.2016 зафиксировано, что при предоставлении кредита ФИО12 на сумму 100 000 000 руб., за которого ФИО6 представил Банку поручительство, руководитель службы управления рисками также высказал мнение о повышенных рисках для банка в случае выдачи кредита.

Из дела также усматривается, что на дату предоставления ФИО6 поручительств Банк обладал справкой 2-НДФЛ, выданной ему за 2016 ОАО «Региональный коммерческий банк», из которой следует, что суммарная заработная плата ФИО6 составила за год, предшествующий его кредитованию 233 335,32 руб., что не позволяло производить ежемесячное погашение кредитных обязательств по собственным обязательствам, тем более обязательств по  поручительству за ФИО11 Банку также было известно, что  по ранее предоставленному ФИО6 кредиту по кредитному договору 

<

***> от 30.06.2016 возврат кредита производил не сам ФИО6, а его поручитель ООО «Первая специализированная компания», тогда как само по себе отсутствие у должника обязательств с наступившим сроком исполнения в момент заключения им обеспечительной сделки по договору о переводе долга не свидетельствует о непричинении вреда кредиторам, вступившим к этому времени в отношения с должником (Определение ВС РФ от 05.11.2019 № 305-ЭС17-8176 (3).

Установив, что оспариваемые сделки совершены с целью уменьшения конкурсной массы должника, привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов, суд первой инстанции правомерно указал, что они отвечает признакам  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  и является недействительными.

При таких  обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал во включении заявленного требования в реестр требований кредиторов должника.

В апелляционной жалобе ФИО5 ссылается на допущенные судом первой инстанции процессуальные нарушение, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что он 11.04.2017 представлял в залог Банку 100% долю в ООО «Содружество-Л». Просит учесть, что Арбитражный суд Самарской области не дал оценку его доводам, изложенным в дополнении к отзыву, представленному суду 13.12.2019, а в нарушении ст.185 АПК РФ суд первой инстанции привел «данные» и выводы», без указания на источник информации и нормы права.

В апелляционной жалобе Банк также указал на допущенные нарушения норм процессуального права в отношении ФИО5

Данные доводы судебной коллегией изучены и отклоняются, поскольку не свидетельствуют о наличии безусловных оснований для отмены судебного акта, не свидетельствует о нарушении принципа состязательности, поскольку все доказательствами подлежат оценке в совокупности. При этом неотражение в судебном акте всех доводов стороны, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, определение Арбитражного суда Самарской области от 12.11.2020 по делу № А55-28538/2017 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 12 ноября 2020 по делу № А55-28538/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок.

 

Председательствующий                                                                         Н.А. Селиверстова

 

Судьи                                                                                                       Н.А. Мальцев

 

Е.А. Серова