ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-14054/2023

Дело № А41-55921/19

18 августа 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 августа 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Базис-Лэнд» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 01.03.23,

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества «НОТА-Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО4 по нотариально удостоверенной доверенности от 16.12.22, зарегистрированной в реестре за № 77/486-н/7--2022-21-1128,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего публичного акционерного общества «НОТА-Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Московской области от 16 июня 2023 года по делу №А41-55921/19, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Базис-Лэнд» ФИО2 о привлечении общества с ограниченной ответственность «Вектор», общества с ограниченной ответственностью «Бирмаркет», общества с ограниченной ответственностью «Невский берег», общества с ограниченной ответственностью «Развоз», общества с ограниченной ответственностью «Складлогистик», общества с ограниченной ответственностью «Бави», общества с ограниченной ответственностью «Криор», общества с ограниченной ответственностью «Арастон», ФИО5, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Базис-Лэнд» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил признать установленным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Базис-Лэнд» следующих лиц: ООО «Вектор», ООО «Бирмаркет», ООО «Невский берег», ООО «Развоз», ООО «Складлогистик», ООО «Бави», ООО «Криор», ООО «Арастон», ФИО5, ФИО5, ФИО6; приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами и определения размера субсидиарной ответственности названных лиц (т. 1, л.д. 4-10).

Заявление подано на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона № 127?ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 октября 2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, были привлечены конкурсный управляющий ООО «Вектор» ФИО7, конкурсный управляющий ООО «Бирмаркет» ФИО8, конкурсный управляющий ООО «Невский берег» ФИО9, конкурсный управляющий ООО «Развоз» ФИО10, конкурсный управляющий ООО «Складлогистик» ФИО11, конкурсный управляющий ООО «Арастон» ФИО12, финансовый управляющий ФИО5 ФИО13 (т. 1, л.д. 103).

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 июня 2023 года заявление конкурсного управляющего ООО «Базис-Лэнд» ФИО2 было признано обоснованным частично, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Базис-Лэнд»,  производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Базис-Лэнд» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами, в удовлетворении остальной части требований отказано (т. 2, л.д. 38-45).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий публичного акционерного общества (ПАО) «НОТА-Банк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части отказа в удовлетворении требований к ФИО5, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 47-48).

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле не заявлены возражения в пересмотре судебного акта в обжалуемой части, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность определения в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Базис-Лэнд». 

Законность и обоснованность определения суда в обжалуемой части проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО «Базис-Лэнд» было зарегистрировано в качестве юридического лица 07.09.04, его единственным учредителем и генеральным директором (до 08.02.19) являлся ФИО5.

Решением Арбитражного суда Московской области от 11 сентября 2019 года ООО «Базис-Лэнд» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО14.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 марта 2022 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО2 указал, что ФИО5, как конечный бенефициар группы компаний «Пивдом» должен быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Базис-Лэнд» за совершение сделок внутри названной группы компаний.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции в числе прочего указал, что перечисленные конкурсным управляющим сделки не выходя т за пределы обычной хозяйственной деятельности и не являются существенными для должника.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (п. 5 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением в отношении ФИО5, конкурсный управляющий ООО «Базис-Лэнд» указал, что данное лицо является  конечным бенефициаром группы компаний «Пивдом», внутри которой проводились незаконные сделки.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Из материалов дела действительно следует, что ФИО5 является родным братом ФИО5 - единственного учредителя и бывшего генерального директора ООО «Базис-Лэнд».

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 17 названного Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств того, что именно в результате заключения указанных конкурсным управляющим сделок ООО «Базис-Лэнд» стало отвечать признакам банкротства, а ФИО5 получил от совершения этих сделок имущественную выгоду или того, что в случае несовершения данных сделок банкротства должника не наступило бы, не представлено.

Суд первой инстанции правомерно отклонил ссылки конкурсного управляющего на сделки, которыми, по мнению заявителя, был причинен вред кредиторам, указав, что указанные сделки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности и не являются существенными для должника с учетом размера активов.

Акт налоговой проверки, на который ссылается конкурсный управляющий должника, как верно указал суд первой инстанции,  в арбитражном процессе может быть признан относимым, допустимым и достоверным доказательством только в том случае, если на его основании налоговым органом вынесено решение по результатам налоговой проверки и указанное решение вступило в силу.

Однако, в данном случае решения налогового органа, из которого бы следовало, что банкротство ООО «Базис-Лэнд» возникло в связи с виновными действиями ФИО5, не представлено.

Более того, постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13 февраля 2023 года, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05 мая 2023 года, было отменено определение Арбитражного суда Московской области от 26 сентября 2022 года о признании недействительными договоров займа от 21.03.18 № 2018/03/21/1 и № 2018/03/21/2, заключенных между ООО «КРИОР» и ООО «Базис-Лэнд».

Как указал суд апелляционной инстанции в названном постановлении, чьи выводы поддержал кассационный суд, в рассматриваемом споре не усматривается злоупотребление правом с обеих сторон сделки, направленное на искусственное наращивание кредиторской задолженности и вывод активов должника. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств юридической или фактической аффилированности ООО «КРИОР» и ООО «Базис-Лэнд», вследствие чего отклонил довод конкурсного управляющего о предоставлении займа с целью перераспределения средств между аффилированными лицами. 

Суд апелляционной инстанции указал, что факт заключения договоров займа от 21.03.18 в целях прикрытия дарения денежных средств ООО «КРИОР» контрагентам ООО «Базис-Лэнд» документально не подтвержден. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделки, указанные конкурсным управляющим как основание для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, не являются причиной банкротства должника и не могут быть основанием для удовлетворения заявления. Данные сделки не оказали никакого существенного влияния на финансовое положение должника; они были объективно необходимы и совершались в рамках хозяйственной деятельности должника.

По общему правилу привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу разъяснений, данных в пунктах 16 и 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17, для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать факт совершения ими (или под их влиянием) совокупности сделок и других операций, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Также для привлечения лица к субсидиарной ответственности по мотиву совершения им сделок, причинивших существенный вред должнику и его кредиторам, необходимо доказать, что данное лицо в момент совершения сделки знало или должно было знать о цели совершения сделки.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В нарушение указанных положений заявителем не представлено доказательств того, что именно совершение указанных им сделок привело к банкротству должника либо эти сделки совершались ФИО5 исключительно в противоправных целях.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Базис-Лэнд».

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО5 было допущено искажение бухгалтерской отчетности ООО «Базис-Лэнд» и не исполнена обязанность по передаче документов должника, признается апелляционным судом несостоятельным.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанные требования Закона о банкротстве обусловлены, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Таким образом, в силу действующего законодательства обязанность по хранению документов бухгалтерского учета и последующей передаче их управляющему лежит на руководителе должника, то есть, применительно к настоящему делу, на ФИО5.

Действующее законодательство не содержит положений, обязывающих бенефециара компании вести бухгалтерский учет и обеспечивать хранение соответствующих документов в целях последующей передаче конкурсному управляющему должника.

ФИО5 руководителем ООО «Базис-Лэнд» или его бухгалтером не являлся. 

Доказательств того, что какие-либо документы должника находятся у ФИО5 или им были совершены действия по искажению бухгалтерской отчетности должника, не представлено.

Сам по себе факт нахождения ФИО5 в родственных отношениях с единственным учредителем ООО «Базис-Лэнд» вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не является.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении предъявленных к ФИО5 требований.

Оснований для переоценки сделанных судом первой инстанции выводов в данной части апелляционный суд не находит.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 16 июня 2023 года по делу № А41-55921/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

М.В. Досова

 

В.П. Мизяк