ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-29848/2021

г. Саратов

20 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «13» декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен «20» декабря 2022 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романовой Е.В., 

судей Грабко О.В., Судаковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское бюро «Антарес»

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2022 года по делу № А12-29848/2021 (судья Санин А.С.)

по ходатайству финансового управляющего ФИО2 ФИО3 Оглы о завершении процедуры реализации имущества, заявлению общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское бюро «Антарес» о признании требования кредитора общим обязательством супругов, заявлению общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское бюро «Антарес» о продлении проведения срока реализации имущества должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - р.п. Лог, Иловлинского р-на, Волгоградской обл.; место жительства: Волгоградская обл., Иловлинский р-он, 

<

...>; ИНН 

<

***>; СНИЛС 

<

***>),

без участия в судебном заседании представителей сторон, извещенных надлежащим образом, в порядке статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Двенадцатого арбитражного апелляционного суда,

УСТАНОВИЛ:

07.10.2021 в Арбитражный суд Волгоградской области обратился ФИО2 (далее – ФИО2, должник) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) по правилам банкротства физического лица.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.11.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО3 Оглы.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина размещено в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве № 7764730 от 29.11.2021, а также в газете «Коммерсантъ» №221(7183) от 04.12.2021 стр. 47.

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества.

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о признании требования кредитора общим обязательством супругов.

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о продлении проведения срока реализации имущества должника ФИО2

Определением Арбитражного суда Волгоградской области рассмотрение данных обособленных споров объединено в одно производство.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.10.2022 в удовлетворении заявления ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о признании требования кредитора общим обязательством супругов отказано. В удовлетворении заявления ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о продлении проведения срока реализации имущества должника ФИО2 отказано. Завершена реализация имущества гражданина в отношении ФИО2 ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО3 Оглы. В пользу ФИО3 Оглы суд определил перечислить денежные средства в сумме 25 000 руб. с депозитного счета Арбитражного суда Волгоградской области. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Коллекторское бюро «Антарес» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12.10.2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение, удовлетворить заявление ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о признании требования кредитора общим обязательством супругов, рассмотреть жалобу в отсутствие заявителя.

Апелляционная жалоба и дополнительные пояснения к ней мотивированы тем, что кредитный договор заключен в период брака. Кроме того, выписка движения кредитных денежных средств подтверждает их трату на общесемейные нужды (АЗС, продуктовые магазины, алкогольные магазины и т.д.). Заявитель ссылается на наличие иной судебной практики.

Лица, участвующие в деле,  в судебное заседание не явились.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, ФИО2 состоит в браке с ФИО4 с 26.04.2014.

13.06.2019 между АО «Тинькофф Банк» и должником был заключен кредитный договор № 

<

***>, в результате которого образовалась задолженность в размере 85 030,80 руб.

14.09.2020 мировым судьей судебного участка №10 Волгоградской области вынесен судебный приказ о взыскании с должника в пользу АО «Тинькофф Банк» задолженность по кредитному договору № 

<

***>.

Определением мирового судьи судебного участка №10 Волгоградской области судебный приказ был отменен.

Заочным решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 19.04.2021 по делу №2-302/2021 взыскана задолженность с ФИО2 в пользу АО «Тинькофф Банк».

29.11.2021 между АО «Тинькофф Банк» и ООО «Коллекторское бюро «Антарес» был заключен договор уступки прав требования.

В соответствии с условиями договора уступки прав требования АО «Тинькофф Банк» уступило ООО «Коллекторское бюро «Антарес» вышеуказанные права требования к должнику.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03.03.2022 требование кредитора ООО «Коллекторское бюро «Антарес» в размере 85 030,80 руб. включено в реестр требований должника в третью очередь.

ООО «Коллекторское бюро «Антарес», обращаясь с заявлением о признании обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2019 общим обязательством супругов, указало, что на момент заключения вышеуказанного кредитного договора должник был женат на ФИО4, денежные средства использовались на общие нужды семьи.

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «Коллекторское бюро «Антарес» о признании обязательства общим по кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2019, суд первой инстанции, руководствовался пунктом 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), разъяснениями, содержащимися в пункте 5 раздела III Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016 (далее - Обзора судебной практики № 1 (2016), и пришел к выводу о недоказанности кредитором наличия обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 45 СК РФ, для признания его требования общими обязательствами ФИО2 и его супруги.

Как следует из материалов дела, поступившие в конкурсную массу денежные средства за счет дохода должника, были распределены на погашение текущей и реестровой задолженности. 

Представленные ответы из регистрирующих органов свидетельствуют об отсутствии у должника иного имущества подлежащего реализации. Доказательства того, что у должника имеются нереализованное имущество и возможность удовлетворения требований кредиторов, лицами, участвующими в деле, не представлены.

В рамках проведенного анализа финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявлено.

Проведенный финансовым управляющим анализ сделок указывает на отсутствие оснований для обжалования таковых.

Установленные судом обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Установив, что в процедуре реализации имущества гражданина все необходимые мероприятия финансовым управляющим выполнены, суд первой инстанции, исходя из положений статьи 213.28 Закона о банкротстве, обоснованно посчитал необходимым завершить процедуру.

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых а делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 27.03.2018 № 683-О пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, определяя основания, при которых освобождение гражданина от обязательств не допускается, предусматривает, в частности, что такое освобождение от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество; в этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Данные законоположения направлены, в том числе, на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4).

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Закона о банкротстве, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений постановления Пленума № 45 в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан.

Судом первой инстанции установлено, что признаков неразумного и недобросовестного поведения на стороне должника не установлено. По материалам дела не усматривается, что должник скрывал необходимую информацию либо предоставил недостоверные сведения, касающиеся осуществления мероприятий процедуры.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции с выводом о том, что оснований для отказа в освобождении должника от имеющихся обязательств не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что выписка движения кредитных денежных средств подтверждает их трату на общесемейные нужды (АЗС, продуктовые магазины, алкогольные магазины и т.д.), судом апелляционной инстанции отклоняются ввиду следующих обстоятельств.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве. К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 39 СК РФ общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

Согласно пункту 2 статьи 45 СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 07.02.2013 № 116-О, пункт 2 статьи 45 СК РФ находится в системной связи с ее пунктом 1, согласно которому по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. 

Данная норма конкретизирует применительно к семейным правоотношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в соответствии с которыми по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества (пункт 3 статьи 256); ответственность перед кредитором в силу обязательства несет должник (пункт 1 статьи 307); обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (пункт 3 статьи 308).

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ и пунктом 2 статьи 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденном 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Из указанных норм права и разъяснений следует, что для возложения на супругу должника солидарной обязанности по возврату заемных денежных средств, обязательство должно являться общим, то есть, как следует из пункта 2 статьи 45 СК РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

При этом, само по себе согласие супруги на получение кредита и осуществление действий по его погашению, не может являться достаточным доказательством, на основании которого следует, что обязательство, возникшее из договора, является общими для супругов.

Согласно выработанной судебной правоприменительной практике, исходя из норм действующего законодательства отсутствует презумпция наличия совместного долга супругов - наоборот, долг считается индивидуальным, пока не будет доказано, что денежные средства по нему были потрачены на нужды семьи - при этом бремя доказывания возлагается на лицо, требующее признания долга общим (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

Таким образом, в рамках настоящего обособленного спора, кредитор обязан был доказать, что полученные по договору денежные средства были реализованы должником в интересах семьи, в том числе и супруги.

Однако, кредитором в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие направления всех кредитных средств на семейные нужды.

Так, из представленного ООО «Коллекторское бюро «Антарес» расчета задолженности  по договору № 

<

***> от 13.06.2019 при подаче настоящего заявления, следует, что часть денежных средств была направлена на приобретение товаров в продовольственных магазинах, АЗС, алкогольных магазинах, при этом из сумм, отраженных в выписке, вопреки доводам заявителя, невозможно с достоверностью установить, что именно приобреталось, что не позволяет судебной коллегии прийти к однозначному выводу о том, что приобретались продукты питания и иные товары непосредственно для нужд семьи.

Кроме того, по состоянию на момент заключения кредитного договора, а также в течение всего последующего времени и до настоящего момента, должник и его супруга являлись и являются трудоустроенными гражданами, получающими ежемесячный доход.

Как следует из представленных финансовым управляющим документов, данный доход позволяет родителям (супругам) в силу положений 61 СК РФ равно распределить обязанности по финансовому содержанию несовершеннолетнего ребенка.

Данные обстоятельства указывают на отсутствие прямой необходимости у должника на получение кредитных денежных средств, в целях содержания своей семьи.

Как следует из материалов дела, с момента заключения вышеуказанного кредитного договора, должником и его супругой не было приобретено не только за счет кредитных денежных средств, но и в принципе, движимое или недвижимое имущество, которое также могло бы быть включено в конкурсную массу.

В соответствии с положениями статьи 45 СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Материалами дела установлено, что должником были однозначно совершены личные траты за счет кредитных денежных средств, в связи с командировкой в г. Саратов.

Ссылка апеллянта на иную судебную практику не принимается судом апелляционной инстанции, так как указанные судебные акты не имеют для настоящего спора преюдициального значения, приняты по обстоятельствам, не тождественным установленным по настоящему делу и не опровергают правильность выводов обжалуемого судебного акта.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим завершены, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет только к увеличению расходов в деле о банкротстве.

Доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы должника, а также доказательств наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества гражданина, заявителем в порядке статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Выводы суда основаны на результатах оценки доказательств, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте, при этом в силу положений части 2 статьи 71 АПК РФ суд первой инстанции исходил из такой степени достаточности доказательств, которая позволяла сделать однозначный вывод относительно подлежащих установлению по делу обстоятельств. 

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционные жалобы не содержат.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены либо изменения обжалуемого определения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2022 года по делу № А12-29848/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий          Е.В. Романова

 

Судьи          О.В. Грабко

 

Н.В. Судакова