﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 

№ 17АП-6831/2019-АК

г. Пермь

04 июля 2019 года

Дело № А50-42501/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2019 года,  постановление в полном объеме изготовлено 04 июля 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Романова В.А., судей Васевой Е.Е., 

Чепурченко О.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Леконцевым Я.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника  

Беляевой Татьяны Васильевны 

на вынесенное судьей Шеминой Е.В. по делу № А50-42501/2017 о признании  

банкротом Беляевой Татьяны Васильевны (ИНН 590772379000), 

определение Арбитражного суда Пермского края от 17 апреля 2019 года об  

удовлетворении заявления финансового управляющего Шумихина Сергея  

Борисовича о признании недействительным договора дарения от 11.08.2015  

между должником и ответчиками Беляевым Владиславом Эдуардовичем и  

Беляевым Арсением Эдуардовичем и применении последствии  

недействительности сделки, 

и об отказе в удовлетворении заявления Беляевой Т.В. об исключении из  

конкурсной массы имущества, 

третьи лица: орган опеки и попечительства над несовершеннолетними детьми  

Орджоникидзевского района г.Перми, Синицын Василий Васильевич,  

Синицина Елена Сергеевна, Дзюина Светлана Васильевна, 

в судебном заседании приняли участие Должник Беляева Т.В. (паспорт) и  

представители: - должника:  Бусыгин Л.И. (паспорт, по устному ходатайству); 

- ПАО «Сбербанк России»: Архипов В.Н. (паспорт, дов. от 15.12.2017);  

(иные лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и  месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей  

121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том  числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),  

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 13.12.2017 принято  заявление ПАО «Сбербанк России» (далее – Сбербанк») о признании  банкротом Беляевой Татьяны Васильевны (далее – Беляева Т.В., Должник),  возбуждено настоящее дело о ее банкротстве.  

Определением арбитражного суда от 21.03.2018 в отношении Должника  введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим  утверждена Баранова Елена Сергеевна.  

Решением арбитражного суда от 26.07.2018 Беляева Т.В. признана  банкротом, в отношении нее открыта процедура реализации имущества,  финансовым управляющим утвержден Шумихин Сергей Борисович.  

Должник Беляева Т.В. обратилась 26.07.2018 в арбитражный суд с  заявлением об исключении из конкурсной массы Должника недвижимого  имущества, принадлежащего ранее должнику: здания (жилой дом) кадастровый  номер 59:11:0020026:62, и земельного участка 1.000 кв.м. с кадастровым  номером 59:11:0020026:23, расположенных по адресу Пермский край,  г. Чусовой, ПГТ Верхнечусовские Городки, ул. Свердлова, д. 27 (далее –  Недвижимое имущество).  

Финансовый управляющий Шумихин С.Б. обратился 16.08.2018 в суд с  заявлением о признании договора дарения указанного выше Недвижимого  имущества, заключенного 11.08.2015 между Беляевой Т.В. и Беляевым  Владиславом Эдуардовичем и Беляевым Арсением Эдуардовичем  недействительной сделкой, и применении последствий ее недействительности в  виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.08.2018 к  участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований  относительно предмета спора привлечен орган опеки и попечительства над  несовершеннолетними детьми Орджоникидзевского района г. Перми.  

Определением от 25.09.2018 указанные заявления Должника об  исключении имущества из конкурсной массы должника и финансового  управляющего о признании договора дарения недействительной сделкой  объединены для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 АПК РФю  

Определением суда от 14.12.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц  без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены  также Синицын Василий Васильевич, Синицина Елена Сергеевна, Дзюина  Светлана Васильевна.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.04.2019 (судья  Шемина Е.В.) договор дарения от 11.08.2015 Недвижимого имущества между  Должником и Беляевым А.Э. и Беляевым В.Э. признан недействительной  сделкой, применены последствия ее недействительности, в виде обязания  

ответчиков Беляева А.Э. и Беляева В.Э. возвратить в конкурсную массу  должника Недвижимого имущества. Также судом отказано в удовлетворении  заявления Беляевой Т.В. об исключении из конкурсной массы указанного  Недвижимого имущества.  

Должник Беляева Т.В. обжаловала определение от 17.04.2019 в  апелляционном порядке, просит его отменить и разрешить вопрос по существу.  

В своей апелляционной жалобе Должник указывает, что проведена  субъективная оценка обстоятельств, имеющих значение для дела, некоторые  отзывы и заключения не приняты во внимание судом, отзывы и ходатайства  финансового управляющего Должнику не направлялись, при этом  установленные судом первой инстанции обстоятельства, имеющие значение  для дела, не доказаны. Обращая внимание, что заключение договора дарения  Недвижимого имущества сыновьям не преследовало собой цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов, поскольку на момент ее совершения  Беляева Т.В. не была осведомлена о финансовых трудностях мужа и о  проблемах выплатой кредита. Должник обращает внимание апелляционного  суда, что спорное имущество было получено ею по договору дарения от своих  родителей, при этом дарение в пользу своих детей указанного Недвижимого  имущества было осуществлено в силу высоких рисков утраты своей жизни по  линии проф.деятельности должника. При этом, по мнению Беляевой Т.В., факт  наличия заинтересованности к Должнику не является основанием для  признания сделки недействительной, так как, договор дарения обычно  заключается между родственниками, указывая, что дети, хотя и являются  заинтересованными лицами, но на момент заключения договора им было 14 и  12 лет, не могли и не должны быть в курсе финансовых дел родителей. Кроме  того, апеллянт обращает внимание и на то, что судом первой инстанции не  было учтено заключение органа опеки и попечительства, направленное в  защиту интересов несовершеннолетних детей. Указывая, что спорное  имущество является единственным для проживания местом для членов семьи  Должника, в том числе отца и матери-инвалида II группы, просит исключить  Недвижимое имущество из конкурсной массы Должника.  

Сбербанк в письменном отзыве считает апелляционную жалобу  Должника необоснованной, просит в ее удовлетворении отказать.  

В заседании суда апелляционной инстанции Должник и его  представитель на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили  обжалуемое определение отменить, представитель Сбербанка возражал против  удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение  оставить без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в  судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является  препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  

арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, и верно установлено судом первой  инстанции между Беляевой Т.В. (Даритель) и Беляевым А.Э. и Беляевым В.Э.  (Одаряемые) 11.08.2015 заключен договор дарения, в соответствии с условиями  которого, даритель безвозмездно передает в дар, а одаряемые принимают по  ½ доли каждому следующее имущество: земельный участок, площадью 1.000  кв.м., с кадастровым номером 59:11:0020026:23, категория земель: земли  населенных пунктов, разрешенное использование: индивидуальное жилищное  строительство, и расположенный на нем Жилой Дом (лит А инв. № 1842)  назначение: жилое, 2-этажный, общей площадью 142 кв.м., расположенные по  адресу: Пермский край, Чусовской муниципальный район, Верхнечусовское  Городковское поселение, пос. Верхнечусовские городки, ул. Свердлова, д. 27.  

Договор подписан сторонами, зарегистрирован в Управлении  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Пермскому краю, что подтверждается отметкой на договоре дарения.  

Между тем, определением суда от 13.12.2017 в отношении должника  возбуждено настоящее дело о ее банкротстве, определением арбитражного суда  от 21.03.2018 в отношении Должника введена процедура реструктуризации  долгов, решением арбитражного суда от 26.07.2018 Беляева Т.В. признана  банкротом, в отношении нее открыта процедура реализации имущества.  

Должник обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила  не обращать взыскание по обязательствам Должника на имущество,  принадлежащее Беляеву В.Э. и несовершеннолетнему Беляеву А.Э., и также не  включать Недвижимое имущество, ранее принадлежавшее Беляевой Т.В., в  конкурсную массу, оставить указанное имущество детям должника и не  выселять ее родителей из единственного для них жилья.  

Полагая, что действия должника по передаче безвозмездно объектов  недвижимого имущества при наличии неисполненных денежных обязательств  перед кредиторами, свидетельствуют о злоупотреблении правом, и указанные  действия совершены Должником с целью исключения возможности передачи  этого имущества в счет расчетов с его кредиторами, финансовый управляющий  Должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании  указанного договора дарения недействительной сделкой.  

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявление  финансового управляющего, исходил из того, что дарение имущества  совершено в неблагоприятных финансовых условиях, в которых находился  должник, экономический смысл указанных действий не обоснован, а  оспариваемая сделка не была направлена на восстановление  платежеспособности должника и пополнение его активов, повлекла выбытие  имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для целей  удовлетворения требований кредиторов, что позволило суду прийти к выводу,  что должником, Беляевой Т.В., при дарении спорного имущества допущено  злоупотребление правом, в связи с чем усмотрел основания для признания  

сделки должника недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы,  отзыва на апелляционную жалобу, заслушав пояснения лиц, явившихся в  судебное заседание, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  отмены или изменения обжалуемого судебного акта исходя из следующего.  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьями 61.2 или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка  оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются  к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся  индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан,  совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть  признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию  финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного  органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о  банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).  

Оспариваемая финансовым управляющим сделка совершена 11.08.2015,  то есть до 01.10.2015, в период, когда должник не имел статуса  индивидуального предпринимателя и не осуществлял предпринимательской  деятельности, следовательно, указанная сделка может быть оспорена только по  общим гражданско-правовым основаниям.  

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в  обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются.  

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая  требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не  устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК  РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может  быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела  о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной  массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении  сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки  (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным  лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер,  при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства  того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них  намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес сделки (пункт 9  информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации»).  

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1  постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные  интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного  лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с  нарушением установленных статьей 10 ГК РФ пределов осуществления  гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными  средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и  причиняющее им вред или создающее для этого условия.  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые  негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом  осуществления субъективного права.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под  которым понимается всякое умаление материального блага, уменьшение или  утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление  правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения  возможного обращения на него взыскания.  

По своей правовой природе злоупотребление правом является  нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем  злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет  ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК  РФ).  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками  гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок  необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц  с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и  законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

При определении наличия у Должника признаков неплатежеспособности  и наличия в действиях Должника признаков неплатежеспособности Должника,  судом первой инстанции верно установлены следующие обстоятельства.  

Так, суд первой инстанции правомерно принял во внимание, что между  Сбербанком и Беляевым Эдуардом Ивановичем заключен кредитный договор  от 04.03.2013 № 10 (М), согласно которому Сбербанк обязался предоставить  заемщику кредит в размере 8.000.000 руб. на срок до 02.03.2023 под 16,5 %  годовых.  

Исполнение обязательств по указанному кредитному договору  обеспечивалось в том числе договором поручительства с Беляевой Т.В. от  04.03.2013 № 17-П (л.д.23- 27).  

В адрес Беляевой Т.В. и ИП Беляева Э.И. сбербанком были направлены  требования от 01.07.2015 № 6984-52/799 о необходимости погашения  образовавшейся задолженности.  

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по кредитному  договору, Банк обратился за судебной защитой.  

Решением Третейского суда от 21.08.2015 по делу № Т/ПРМ/15-5609 в  пользу кредитора солидарно с ИП Беляева Э.И., ИП Летуновой Н.В. и  Беляевой Т.В. взыскана задолженность по кредитному договору от 04.03.2013 в  общем размере 6.286.446,81 руб. Обращено взыскание на заложенное  имущество должника.  

Определением Орджоникидзевского районного суда от 26.10.2015 по  делу № 13-990/2015 удовлетворены требования кредитора о выдаче  исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского  суда от 21.08.2015 по делу № Т/ПРМ/15-5609.  

Ввиду этого Сбербанк обратился в Арбитражный суд Пермского края с  заявлением о признании Беляевой Т.В. банкротом, которое определением от  13.12.2017 принято к производству суда, в отношении должника возбуждено  настоящее дело о банкротстве.  

Судом также установлено, что согласно размещенной в публичном  доступе информации (картотеки арбитражных дел) следует, что определением  суда от 21.03.2017 в отношении мужа должника – Беляева Э.И. введена  процедура реструктуризации долгов гражданина (дело № А50-1540/2017).  

Так как в рамках настоящего дела, а также в рамках дела о банкротстве  Беляева Э.И. ( № А50-1540/2017) установлено, что на дату совершения  оспариваемой сделки имелась просрочка исполнения обязательств основным  должником по кредитным договорам, по которым Беляева Т.В. является  поручителем, а Беляева Т.В. является супругой Беляева Э.И., проживает с ним  по одному адресу, суд первой инстанции обоснованно указал, что Беляева Т.В.  не могла не осознавать неизбежность наступления признаков  неплатежеспособности основного заемщика в течение ближайшего времени и,  как следствие, предъявления к ней как к поручителю требований кредитной  организацией.  

Учитывая, что между Банком и Беляевым Э.И. неоднократно проводились  переговоры об урегулировании задолженности, результатом которых, было  обращение 11.06.2015 Беляева Э.И. в Банк с заявлением о предоставлении  отсрочки платежей задолженности по кредитным договорам, в том числе по  договору от 04.03.2013 № 10(М) поручителем по которому выступила Беляева  Т.В. нужно также признать верными выводы суда, о том, что материалами дела  не подтверждено, что на момент совершения оспариваемой сделки у Должника  имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для  погашения задолженности.  

О недостаточности денежных средств свидетельствует и то  обстоятельство, что указанные требования не исполнены до настоящего  времени и включены в реестр требований кредиторов должника.  

Судом первой инстанции правомерно учтена правовая позиция,  выраженная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 12.07.2011 № 722/11, поскольку непосредственно в  преддверии банкротства должник всегда испытывает определенные трудности  в исполнении обязательств перед своими клиентами и контрагентами,  презюмируется, что последние об этих затруднениях не могут не знать и,  соответственно, предполагается, что заинтересованное лицо владеет  информацией о возникновении признаков несостоятельности.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в определении от 24.11.2015 № 89-КГ15-13, договор  поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения  гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот  момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за  должника по основному договору. Такая обязанность принимается  поручителем при подписании договора (если самим договором не  предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит  волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его  обязательствам.  

Учитывая, что в период действия договора поручительства, кредитор  вправе предъявить свое требование к поручителю в любой момент после  просрочки со стороны основного должника, и, заключая договор, поручитель  принимает на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика,  соответствующая обязанность должна быть исполнена поручителем в течение  всего периода действия договора поручительства, при наступлении просрочки  со стороны должника. Данное условие не зависит от поведения поручителя,  зависит только от должника, следовательно, поручитель, взявший на себя  обязательство в момент заключения договора поручительства, должен  сохранить возможность исполнить его (обязательство) в течение всего срока  действия договора.  

Заключая оспариваемый договор, Беляева Т.В. обладала информацией о  том, что имеется реальная возможность предъявления к ней требований на  основании договора поручительства по погашению задолженности перед  Сбербанком, что и произошло в последующем, в связи с чем суд первой  инстанции обоснованно указал, что представленные в материалы дела  документы их совокупности свидетельствуют о том, что заключение  должником сделки по отчуждению ликвидных активов на основании  оспариваемого договора дарения, было связано исключительно с финансово- экономическим положением супруга.  

Кроме того, в силу правовой природы договора дарения, его фактических  условий, не подразумевающих встречного предоставления одариваемым  дарителя, должник никакого встречного исполнения по данным сделкам не  получил, соответственно, совершение такой сделки не имело для должника  экономической выгоды.  

В результате безвозмездного отчуждения ликвидного имущества (здания  (жилой дом) кадастровый номер 59:11:0020026:62, и земельного участка 1.000  кв.м. с кадастровым номером 59:11:0020026:23, расположенных по адресу  Пермский край, г. Чусовой, ПГТ Верхнечусовские Городки, ул. Свердлова, д.  27) имущественным правам кредиторов был причинен вред, поскольку  подобное отчуждение повлекло утрату возможности кредиторов на  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет  реализации указанного имущества.  

Оспариваемый договор дарения от 11.08.2015, как было указано выше,  носит односторонний характер, никакого встречного исполнения по данной  сделке Должник не получил, следовательно, совершение сделки не имело для  должника экономической выгоды.  

В условиях наличия неисполненных денежных обязательств совершение  оспариваемых сделок свидетельствует об их направленности на уменьшение  конкурсной массы в нарушение интересов кредиторов должника. В  рассматриваемом случае совершение оспариваемой сделки не было каким-либо  образом связано с деятельностью должника и не повлекло за собой получение  им какой-то имущественной либо иной выгоды.  

С учетом изложенного, судом первой инстанции верно установлено, что в  результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов, так как из состава имущества должника выбыло ликвидное  имущество, подлежащее включению в конкурсную массу.  

Исходя из того, что спорный договор был заключен Должником в пользу  своих несовершеннолетних на момент заключения указанного договора детей –  Беляева А.Э и Беляева В.Э., следует, что одаряемые являются  заинтересованными лицами по отношению к Должнику в силу положений  пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, согласно которому  заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину  признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей  линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители,  дети, сестры и братья супруга.  

При этом оспариваемый управляющим договор совершен самой  Беляевой Т.В. от имени своего сына Беляева А.Э. и от имени Беляева В.Э. с  согласия Должника, нельзя признать отсутствующим факт осведомленности  должника о наличии признаков собственной неплатежеспособности должника.  

Более того, следует учесть, что одаряемые Беляев В.Э. и Беляев А.Э на  момент заключения оспариваемого договора в жилье не нуждались, проживают  и зарегистрированы по совместному с родителями адресу : г. Пермь,  ул. Социалистическая, д. 24 А, кв. 28. Доказательств разумной необходимости  дарения несовершеннолетним детям спорного объекта недвижимости при  наличии признаков банкротства, неплатежеспособности и недостаточности  имущества, Должником не представлено.  

Приведенные обстоятельства подтверждают направленность действий  Должника на вывод своих активов, с целью неисполнения требований  кредиторов, в том числе по обязательствам своего супруга Беляева Э.И., за  исполнение обязательств которого перед Сбербанком поручилась Беляева Т.В.  

С учетом изложенного, апелляционный суд признает верными выводы  суда первой инстанции о наличии в действиях Беляевой Т.В. признаков  злоупотребления правом, поскольку дарение имущества совершено в  неблагоприятных финансовых условиях, в которых находился должник,  оспариваемая сделка не была направлена на восстановление  платежеспособности должника и пополнение его активов, повлекла выбытие  имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для целей  удовлетворения требований кредиторов, при этом экономический смысл  указанных действий Должником не обоснован.  

Таким образом, оспариваемая сделка совершена Должником с  противоправной целью, что влечет за собой признание ее недействительной по  основаниям статей 10, 168 ГК РФ.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда о наличии оснований для признания договора дарения от  11.08.2015 недействительным, как совершенного со злоупотреблением правом с  целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем  

уменьшения активов, за счет которых могли быть погашены требования  кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ, недействительная сделка  не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Поскольку сделка является безвозмездной, суд первой инстанции  правомерно применил последствия недействительности в виде односторонней  реституции – возврате переданного по недействительной сделке имущества в  конкурсную массу должника.  

При этом, исходя из установленных обстоятельств, суд первой инстанции  пришел также к верному выводу об отсутствии для удовлетворения заявления  Беляевой Т.В. об исключении Недвижимого имущества из конкурсной массы.  

Так, судом первой инстанции правомерно указано, что из представленных  в материалы дела доказательств не следует, данный жилой дом, отчужденный  по договору дарения, является единственным пригодным для проживания  должника и членов его семьи жильем, а также не подтверждено, что должник и  члены его семьи (супруг и дети) проживают совместно в спорном жилом доме,  в связи с чем правомерно указано, что заявление должника об исключении  указанного имущества из конкурсной массы не подлежит удовлетворению.  

Более того, указание Должником о том, что в отчужденном доме  проживают ее родители не может быть принято во внимание суда ввиду  следующего.  

Согласно статье 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам  всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое  не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое  не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским  процессуальным законодательством.  

Обращение взыскания на имущество гражданина-должника регулируется  нормами Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве), а также  нормами Закона о банкротстве в случае, если в отношении гражданина- должника вводятся процедуры, применяемые в деле о его несостоятельности.  

Положения части 1 статьи 79 Закона об исполнительном производстве и  пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве отсылают к статье 446  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК  РФ), согласно абзацу второму пункта 1 которой взыскание по исполнительным  документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику  на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина- должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем ему  помещении, оно является единственным пригодным для постоянного  проживания помещением.  

Поскольку из материалов дела следует, что родители Беляевой Т.В. –  Синицина Елена Сергеевна и Синицын Василий Васильевич проживают  отдельно от Должника, нельзя признать, что на принадлежащее гражданину- 

должнику на праве собственности жилое помещение не может быть обращено  взыскание.  

Таким образом, выводы суда о том, что заявление Должника об  исключении Недвижимого имущества из конкурсной массы не подлежит  удовлетворению, являются верными.  

Доводы апелляционной жалобы выводов суда первой инстанции не  опровергают, и по существу выражают несогласие Должника с вынесенным  судебным актом, что основанием для отмены обжалуемого определения  являться не может.  

Оснований для отмены (изменения) определения от 17.04.2019,  предусмотренных статьей 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не  установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.  

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение  апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя.  

Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 268-272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный  суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17 апреля 2019 года  по делу № А50-42501/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий В.А. Романов 

Судьи Е.Е. Васева  

 О.Н. Чепурченко