ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-26387/2017

г. Самара

19 мая 2022 года

11АП-5375/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 19 мая 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Копункина В.А., судей Машьяновой А.В., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от ФИО2 представитель ФИО3 по доверенности от 08.05.2019,

от ФИО2 представитель ФИО4 по доверенности от 02.03.2016,

от иных лиц представители не явились, о времени и месте судебного заседания  извещены надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4, апелляционную жалобу конкурного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Самарской области от 18.03.2022 по заявлению конкурного управляющего ФИО5 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности (вх 66686 от 09.04.2019) 

в рамках дела № А55-26387/2017 о несостоятельности (банкротстве) ТСЖ «Современник-» (ИНН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 10 апреля 2018 года ТСЖ «Современник-» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит:

-Признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего ТСЖ "Современник-" лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ТСЖ "Современник-".

-Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности, и взыскать с ФИО2 в пользу ТСЖ "Современник-" денежные средства в размере 5 512 289 (Пять миллионов пятьсот двенадцать тысяч двести восемьдесят девять) рублей 83 копейки.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2019 было приостановлено  производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 до рассмотрения Арбитражным судом Самарской области заявлений конкурсного управляющего о признании недействительными сделок между ТСЖ «Современник» и ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ООО «СМУ-5», ООО «Транслогистик», а также об истребовании документов у ФИО2

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.06.2021 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 возобновлено к рассмотрению.

Определением суда от 28.02.2022 принято уточнение просительной части заявления конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.03.2022 заявление конкурного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности должника ТСЖ «Современник-», ИНН 

<

***> - оставлено без удовлетворения.

Конкурный управляющий ФИО5 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 18.03.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08 апреля 2022 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12 мая 2022 года.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представители ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение Арбитражного суда Самарской области от 18 марта 2022 года по делу № А55-1190/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В суд апелляционной инстанции от конкурсного управляющего ФИО5 посредством телефонограммы поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства или объявлении перерыва в судебном заседании в связи с плохим самочувствием.

Представители ФИО2 возражали против удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства или объявлении перерыва в судебном заседании.

В соответствии с части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Из совокупного толкования приведенных положений следует, что отложение судебного заседание является правом суда; указанное право может быть реализовано в строго предусмотренных процессуальным законодательством случаях.

Доказательств намерения заявителя ходатайства представить суду дополнительные пояснения и доказательства не представлены.

Принимая во внимание, что правовая позиция конкурсного управляющего изложена в апелляционной жалобе, явка представителей сторон в судебное заседание апелляционной инстанции не признана обязательной, неявка сторон не препятствует рассмотрению апелляционных жалоб, а также учитывая пределы срока рассмотрения жалоб, ходатайство об отложении судебного разбирательства подлежит отклонению.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Федеральным Законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» внесены изменения в Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», который дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 09.04.2019, и подлежит рассмотрению по нормам главы III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Вместе с тем, в части норм материального права подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действующей на дату вменяемых ответчику действий (бездействия).

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Применительно к настоящему делу процедура конкурсного производства была введена 10.04.2018 года.

Соответственно, обязанность по передаче копий документов в процедуре конкурсного производства должна была быть исполнена не позднее 13.04.2018 года.

Таким образом, к отношениям сторон по привлечению ответчиков к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы Закона о банкротстве в действующей редакции.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановления N 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Как следует из абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, либо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; либо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В качестве оснований привлечения бывшего руководителя должника конкурсный управляющий ссылается, что ответчиком утверждены штатное расписание и фонд заработной платы, не соответствующие утвержденным общим собранием собственников помещений многоквартирного дома тарифу на содержание и обслуживание имущества в доме, а также смете расходов.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с ч.2 статьи 61.11. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

-в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

-в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Обстоятельство того, что ответчиком утверждены штатное расписание и фонд заработной платы, не соответствующие утвержденным общим собранием собственников помещений МКД тарифу на содержание и обслуживание имущества в доме, а также смете расходов не может являться основанием для привлечения бывшего председателя правления ТСЖ «Современник-» к субсидиарной ответственности на основании ст.61.11. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсный управляющий ссылается на то, что под руководством ответчика за период с 19.03.2014 г. по 31.12.2017 г. была произведена выплата заработной платы в общем размере 10 512 290,94 руб., что на 2 090 101, 14 руб. больше, чем предусмотрено штатным расписанием.

В соответствии с ч.2 ст. 149 ЖК РФ председатель правления товарищества собственников жилья действует без доверенности от имени товарищества, подписывает платежные документы и совершает сделки, которые в соответствии с законодательством, уставом товарищества не требуют обязательного одобрения правлением товарищества или общим собранием членов товарищества, разрабатывает и выносит на утверждение общего собрания членов товарищества правила внутреннего распорядка товарищества в отношении работников, в обязанности которых входят содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме, положение об оплате их труда, утверждение иных внутренних документов товарищества, предусмотренных настоящим Кодексом, уставом товарищества и решениями общего собрания членов товарищества.

Трудоустройство работников в ТСЖ «Современник-» было обусловлено производственной необходимостью, связанной с обслуживанием жилого дома. Выплата заработной платы осуществлялась в соответствии с действующим законодательством РФ и являлась обязанностью Должника.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Конкурсным управляющим не приведены доказательства причинно-следственной связи наступления банкротства должника от выплаты заработной платы работникам ТСЖ.

Кроме этого, определением Арбитражного суда Самарской области по данному делу А55-26387/2017 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего к ФИО10, ФИО9, ФИО12, ФИО7, ФИО8, ФИО11, ФИО6 о взыскании выплаченной заработной платы.

В связи с чем, судом было признано обоснованным выплата ТСЖ заработной платы указанным лицам согласно их штатному расписанию.

Также, в качестве оснований привлечения бывшего руководителя должника конкурсный управляющий ссылается, что ответчик не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о признании Должника несостоятельным (банкротом) в связи с наличием оснований, указанных в статье 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и/или признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Основанием для привлечения руководителя должника или индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, а также причинно-следственная связь между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, а именно: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность -прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 29.03.2018, принятого в рамках настоящего дела, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности с учетом положений статьи 9 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытком лицами, входящими в состав органов юридического лица" дано определение недобросовестности действий директора. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 по делу N 309-Эс 16-1553 бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду.

При этом конкурсным управляющим не были приведены заявителем и доказательства причинно-следственной связи от неподачи заявления ответчиком о несостоятельности (банкротстве) и наступившими неблагоприятными последствиями.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 N 3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно подп. «в» п. 3 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 предоставление коммунальных услуг потребителю осуществляется круглосуточно (коммунальной услуги по отоплению - круглосуточно в течение отопительного периода), то есть бесперебойно либо с перерывами,  не  превышающими  продолжительность,  соответствующую требованиям к качеству коммунальных услуг.

Действия по ограничению или приостановлению предоставления коммунальных услуг не должны приводить к нарушению прав и интересов потребителей, пользующихся другими помещениями в этом многоквартирном доме и полностью выполняющих обязательства, установленные законодательством Российской Федерации и договором, содержащим положения о предоставлении коммунальных услуг (подпункт «б» п. 122 Правил № 354).

Следовательно, ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от заключенных договоров теплоснабжения, поскольку такие действия привели бы к отключению жилых многоквартирных домов от тепловых энергоресурсов.

Как следствие, инициирование руководителем должника процедуры банкротства не могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами - ресурсоснабжающими организациями.

Само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредитором не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Подобными ситуациями могут быть лишение лицензии на право осуществления занимаемой деятельностью, выбытие многоквартирных домов из управления должника и другие аналогичные ситуации, в обязательном порядке отражающие экстраординарность события, после которого продолжение прежней деятельности является объективно невозможным. Именно с возникновением подобных ситуаций закон и связывает необходимость обращения руководителя с заявлением о признании должника банкротом».

Следовательно, в судебно-арбитражной практике при определении момента объективного банкротства в отношении управляющей компании учитывается специфика ее экономической деятельности, предполагающей прямую зависимость финансового положения и показателя платежеспособности от исполнения конечными потребителями своих обязанностей по оплате оказанных услуг в пользу данной управляющей компании.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

При этом специфика функционирования ТСЖ такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Соответствующая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 27.01.2017 N 306-ЭС16-20500.

Единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения.

Соответственно наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства, а у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Кроме того, само по себе наличие кредиторской задолженности, не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения по подаче заявления должника о признании его банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. Данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Таким образом, обстоятельства деятельности должника не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в связи с чем суд первой инстанции обоснованное пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у бывшего руководителя должника ФИО2 обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве на указанную конкурсным управляющим дату.

Кроме того, судом первой инстанции также обоснованно указана на то обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ТСЖ «Современник-» не свидетельствует о том, что общество признано банкротом по вине контролирующего лица, в результате совершения последним противоправных действий. Также не представлено доказательств того, что инициирование процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению задолженности перед ресурсоснабжающей организацией и уполномоченным органом, что позволило бы исключить возникновение задолженности в указанных заявителем суммах.

Для возложения на привлекаемое лицо субсидиарной ответственности по обязательствам ТСЖ, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы доказательства того, что это лицо давало указания, прямо или косвенно направленные на доведение общества до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Наступление для юридического лица негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, наличие задолженности само по себе не свидетельствует о совершении руководителем должника виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния должника.

Осуществление дальнейшей хозяйственной деятельности свидетельствует о принятии директором мер по улучшению финансового состояния общества.

Кроме того, в качестве оснований привлечения бывшего руководителя должника конкурсный управляющий ссылается, что в установленный законом о банкротстве срок ответчиком не передана конкурсному управляющему документация финансово-хозяйственной деятельности Должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции также правомерно исходил из следующего.

В соответствии с названным постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Такие доводы конкурсный управляющий должника в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не приводит.

Кроме этого, ответчиком были переданы заявителю по актам приема-передачи от 26.11.2017, от 29.12.2017, от 09.01.2018 и от 18.01.2018 документы финансово-хозяйственной деятельности ТСЖ «Современник-».

Кроме этого, 04.05.2021 заявление конкурсного управляющего об истребовании документов у ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ТСЖ «Современник», было оставлено без удовлетворения. Суд не нашел оснований для истребования документов у ФИО2 В связи с чем, данный довод заявителя является необоснованным.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, его применение допустимо лишь в случае исчерпывающей подтвержденности материалами дела состава вменяемого контролирующим лицам правонарушения, включающего в себя применительно к такому основанию ответственности как невозможность полного погашения требований кредиторов виновность и противоправность вменяемых таким лицам деяний/бездействия и причинно-следственную связь между их виновным и противоправным поведением и объективным банкротством, под которым для целей Закона о банкротстве понимается критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам (пункты 1, 2, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4(2020)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020), статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Пункт 16 постановления Пленума ВС РФ N 53 содержит разъяснение о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, в связи с чем судам предписано оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе, это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума ВС РФ N 53.

Непредставление бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в том числе вследствие возможного уклонения от добровольной передачи документов, само по себе не образует состав правонарушения, предусмотренного подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 64, статей 71 , 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ответчик своими действиями способствовал доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимал какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давал указания на совершение должником убыточных операций, суд первой инстанции правильно указал, что не доказано наличие совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, а надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд первой инстанции обоснованно не усмотрел наличие оснований для привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 по делу о несостоятельности (банкротстве) ТСЖ «Современник-», в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5

Доводы апелляционной жалобы о том, что определением Арбитражного суда Самарской области от 23.12.2020 удовлетворено заявление о признании недействительными сделок между должником, ООО «Алпемо», ООО «СМУ-5», ООО «Транслогистик» на общую сумму 2 673 656 рублей судом не принимаются.

В соответствии с пунктом 16 Постановления от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов  добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, при этом по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий по восстановлению платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом, исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе, применительно к масштабам деятельности должника; судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника, в т.ч. изучением иных (объективных, рыночных и т.д.) вариантов ухудшения финансового положения должника.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (указанная позиция подтверждается материалами судебной практики - Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 3 марта 2020 г. N 09АП-2742/20 по делу N А40-20605/2017). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Помимо этого, согласно п. 19 указанного Постановления, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Между тем, в материалы дела не представлены доказательства, что заключение договоров повлекло неплатежеспособность должника.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что банкротство должника явилось следствием совершения вышеуказанных сделок. Материалами дела не подтверждается совершение ФИО2 виновных действий (бездействия), в том числе принятия каких-либо ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, которые бы имели причинно-следственную связь с возникновением признаков банкротства должника. Действия (бездействие) ФИО2, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества.

Также отсутствует недобросовестность и неразумность при принятии ключевых деловых решений, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации и другие основания, которые свидетельствовали бы о неправомерных действиях ФИО2, повлекших банкротство должника.

Таким образом, совершение вышеназванных сделок не могло стать необходимой причиной объективного банкротства должника, и, как следствие, невозможность полного погашения требований кредиторов не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал заявителю в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 18 марта 2022 года по делу № А55-26387/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.   

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.. 

Председательствующий                       В.А. Копункин

Судьи                       А.В. Машьянова

                                                                                                                      Е.А. Серова