ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

25.09.2019

 

Дело № А40-57347/15

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2019 года 

Полный текст постановления изготовлен 25 сентября 2019 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.Н. Коротковой, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании:

от публичного акционерного общества «ТРАСКАПИТАЛБАНК»/ТКБ БАНК ПАО – ФИО1, по доверенности № 01-06/181 от 12.02.2018, до 01.02.2020,

от конкурсного управляющего ООО «МИКРОТЕСТ»  - ФИО2, лично, паспорт РФ,

от САО «ВСК» - ФИО3, по доверенности № 1105-Д от 24.07.2019, до 23.07.2020,

рассмотрев 18.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

публичного акционерного общества «ТРАСКАПИТАЛБАНК»/ТКБ БАНК ПАО 

на определение от 11.03.2019

Арбитражного суда города Москвы, 

вынесенное судьей П.Н. Коршуновым, 

на постановление от 13.06.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями  А.С. Масловым, М.С. Сафроновой, П.А. Порывкиным, 

об отказе в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МИКРОТЕСТ», 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2015 должник – ООО «МИКРОТЕСТ» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 

ТКБ БАНК ПАО обратилось в Арбитражный суд города Москвы с жалобой в порядке статьи 60 Закона о  банкротстве, в которой просил признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «МИКРОТЕСТ» ФИО2, выразившиеся в нарушении требований, установленных статьями 129, 134, 138 Закона о банкротстве, а именно: в непринятии мер по сохранности залогового имущества, переданного ТКБ БАНК ПАО, в непринятии мер по открытию специального счета должника для зачисления денежных средств по заложенным требования в период с 14.10.2015 по 26.10.2017, в не направлении контрагентам уведомлений с реквизитами специального банковского счета для исполнения обязательств по контрактам, переданным в залог ТКБ БАНК ПАО, в не направлении денежных средств, поступивших с 14.10.2015 по 26.10.2017 по договору от 29.07.2013 №Р58114, заключенному с ПАО «МГТС», в размере 11 559 989 руб. на погашение требований залогового кредитора – ТКБ БАНК ПАО, а также просил взыскать с конкурсного управляющего ООО «МИКРОТЕСТ» ФИО2 в пользу ТКБ БАНК ПАО убытки в размере суммы поступившей на расчетные счета должника во исполнение контрактов, переданных в залог ТКБ БАНК ПАО в период с 14.10.2015 по настоящее время, в том числе в размере 10 981 989, 55 руб. – поступившей по договору от 29.07.2013 №Р58114, заключенному с ПАО «МГТС». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ТКБ БАНК ПАО обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 отменить, удовлетворить заявленные требования. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

12.09.2019 в суд округа поступил отзыв, согласно которому конкурсный управляющий должника возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

16.09.2019 в суд округа также поступил отзыв, согласно которому Ассоциация «РСОПАУ» возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные отзывы приобщены к материалам дела.

В приобщении к материалам дела поступившего от САО «ВСК» отзыва на кассационную жалобу судебной коллегией отказано в связи с нарушением статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при его подаче,  отзыв с приложениями на 8 л. подлежит возращению САО «ВСК». 

В судебном заседании представитель ТКБ БАНК ПАО доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против доводов кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве на кассационную жалобу.

Представитель САО «ВСК» также возражал против доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что  суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из непредставления достаточных и допустимых доказательств того, что конкурсный управляющий должника действовал недобросовестно или допустил бездействие, противоречащее целям конкурсного производства, а также нарушил права или законные интересы кредиторов должника. Также суды пришли к выводу о недоказанности заявителем наличия убытков, поскольку в материалах дела в нарушение положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют какие  либо доказательства причинения либо возможности причинения убытков действиями конкурсного управляющего ФИО2 конкурсной массе должника и (или) правам и законным интересам конкурсных кредиторов.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий (временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий или конкурсный управляющий) - гражданин Российской Федерации, утверждаемый арбитражным судом для проведения процедур банкротства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий и являющийся членом одной из саморегулируемых организаций; конкурсный управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий.

В силу статьи 24 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в своей деятельности обязан руководствоваться законодательством Российской Федерации, осуществлять функции, установленные в пункте 4 названной статьи, а также иные функции, установленные настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Таким образом, соблюдение требований законодательства о банкротстве (несостоятельности) является профессиональной обязанностью арбитражного управляющего.

В пункте 1 статьи 129 Закона о банкротстве установлено, что с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения такой жалобы является установление арбитражным судом фактов несоответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего Закону о банкротстве и нарушение такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов.

В рассматриваемом случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что определением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2015, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2016 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.04.2016  в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ТКБ Банк ПАО (далее - «Банк») в размере 271 364 354,24 руб. основного долга,  как обеспеченное залогом имущества должника и требование ООО «НЕТВЕЛЛ» в размере 91 000 000,00 руб. основного долга, как обеспеченное залогом имущества должника.

Суды таким образом установили, что статус залогового кредитора установлен для требований Банка определением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2015, однако именно  указанным определением установлено, что требования банка подлежат включению в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом:

безналичных денежных средств на расчетном счете общества «Микротест» № 40702810301300000172, открытом в Екатеринбургском филиале банка, образовавшихся в результате зачисления на этот счет сумм, поступивших от контрагентов общества «МИКРОТЕСТ» по договорам, требования по которым были заложены банку;

безналичных денежных средств, которые будут перечислены на данный расчетный счет контрагентами общества «МИКРОТЕСТ» по договорам, требования по которым были заложены банку;

самих требований, в отношении которых должником с банком заключены соглашения о залоге имущественных требований

Суды в данном случае исходили из того, что именно в соответствии с указанным определением конкурсным управляющим осуществлялся учет денежных средств на счете № 40702810301300000172, открытом в Екатеринбургском филиале банка, образовавшихся в результате зачисления на этот счет сумм, поступивших от контрагентов общества «МИКРОТЕСТ» по договорам, требования по которым были заложены банку, в том числе и денежных средств в сумме 11 559 989,00 руб., поступивших по договору от 29.07.2013 № Р58114, заключенному между ООО «МИКРОТЕСТ» и ПАО «МГТС».

Судами также установлено и подтверждается материалами дела, что в соответствии с указанным определением от 21.10.2015, конкурсным управляющим с расчетного счета 

<

***>, открытом в Екатеринбургском филиале банка, было перечислено в погашение требований Банка 271 364 354, 24 руб. платежными поручениями от 16.11.2015 и от 09.12.2015. 

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим исполнено определение Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2015 в полном объеме.

Кроме того, суды, установив, что с 09.12.2015 требования банка были погашены и отсутствовали в реестре кредиторов должника (что подтверждается выпиской по состоянию на 01.10.2017 из реестра кредиторов), правомерно признали несостоятельными доводы Банка о том, что с 14.10.2015 конкурсный управляющий обязан был аккумулировать денежные средства, поступившие от дебиторов ООО «МИКРОТЕСТ», на специальном расчетном счете должника, поскольку посчитали, что исполнение управляющим  судебного акта от 14.10.2015 (полный текст от 21.10.2015) не может быть поставлено в вину конкурсному управляющему.

Судами также отмечено, что при рассмотрении требования Банка в суде первой инстанции заявитель его поддерживал: именно по первоначально удовлетворенному судом требованию Банка, конкурсным управляющим осуществлялся учет денежных средств на счете № 40702810301300000172, открытом в Екатеринбургском филиале банка, образовавшихся в результате зачисления на этот счет сумм, поступивших от контрагентов общества «МИКРОТЕСТ» по договорам, требования по которым были заложены банку.

Вместе с тем, Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС16-7885 от 17.10.2016 указанные судебные акты отменены в части признания требований Банка обеспеченными залогом имущества должника, спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Верховный Суд РФ в своем Определении указал следующее.

По общему правилу пункта 1 статьи 358.6 Гражданского кодекса должник залогодателя, требование к которому заложено, исполняет соответствующее обязательство залогодателю.

При таком исполнении по смыслу подпункта 3 пункта 2 статьи 345 Гражданского кодекса имущество, переданное залогодателю - кредитору его должником, автоматически обременяется залогом. В силу прямого указания закона эта норма о трансформации залога не применяется в ситуации, когда исполнение осуществляется в деньгах.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 4 статьи 358.6 Гражданского кодекса денежные суммы, полученные залогодателем от его должника в счет исполнения обязательства, требование по которому заложено, если это предусмотрено законом или договором залога требования, зачисляются на залоговый счет залогодателя, к которому применяются правила о договоре залога прав по договору банковского счета.

Таким образом, согласно приведенным положениям гражданского законодательства, согласующимся с пунктом 5 статьи 358.9 Гражданского кодекса, при уменьшении стоимости заложенного денежного требования вследствие надлежащего исполнения должником соответствующего обязательства в пользу кредитора-залогодателя, залогодержатель может приобрести другое залоговое обеспечение, тесно связанное с произведенной безналичной расчетной операцией, но лишь при наличии залогового счета, на который поступило денежное исполнение. В этом случае пункт 1 статьи 358.9 Гражданского кодекса новым заложенным объектом признает права по договору банковского счета, а не находящиеся на счете денежные средства.

Доводы Банка о допустимости залога прав по расчетному счету противоречат пункту 1 статьи 358.9 Гражданского кодекса, согласно которому права по договору банковского счета могут быть предметом залога лишь при условии открытия залогового счета. При этом в соответствии с банковскими правилами, принятыми на основании пункта 2 статьи 846 Гражданского кодекса, залоговый счет является специальным банковским счетом, он открывается в самостоятельном порядке, а не образовывается путем изменения статуса расчетного счета (пункты 2.8, 4.14 инструкции Банка России от 30.05.2014 N 153-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов").

В рассматриваемом случае залоговый счет не был открыт.

Согласно  пункту 2 статьи 358.6 ГК РФ залогодатель при получении от своего должника денежных сумм в счет исполнения обязательства, требование по которому заложено, обязан по заявлению залогодержателя уплатить ему соответствующие суммы. Поскольку в указанной норме речь идет об обычном (незалоговом) обязательстве залогодателя вернуть полученную от своего должника сумму залогодержателю, при банкротстве залогодателя у залогодержателя в отношении этой суммы не возникает каких-либо преимуществ перед другими кредиторами залогодателя.

Таким образом, вывод о возникновении залога на безналичные денежные средства, находящиеся на расчетном счете общества "Микротест", (о залоге прав по расчетному счету) сделан судами при неправильном применении положений Гражданского кодекса о залоге обязательственных прав.

Далее Верховный Суд РФ отметил, что Банк, действуя на свой риск, не предпринял мер, направленных на минимизацию собственных потерь на случай исполнения контрагентами должника денежных обязательств по заложенным требованиям в пользу общества "Микротест". Не решив вопрос об открытии залогового счета, Банк, в частности, исключил возможность применения в деле о банкротстве специальных механизмов удовлетворения его требований, предусмотренных пунктом 2.1 статьи 18.1 и пунктом 2.2 статьи 138 Закона о банкротстве.

Особенности обращения взыскания на заложенное имущество должника, в отношении которого введена процедура банкротства, урегулированы статьей 18.1 Закона о банкротстве. В процедуре наблюдения обращение взыскания на заложенное имущество, в том числе во внесудебном порядке, не допускается (пункт 1). В ходе финансового оздоровления и внешнего управления обращение взыскания на заложенное имущество допускается только в судебном порядке - на основании определения арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве (пункт 2). С момента открытия конкурсного производства обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется в деле о банкротстве путем подачи заявления о включении обеспеченных залогом требований в реестр требований кредиторов в качестве залоговых (по смыслу пункта 6).

В рассматриваемом случае Банк предъявил свои требования в процедуре конкурсного производства.

Определение арбитражного суда об установлении требований кредитора в качестве обеспеченных залогом, вынесенное в ликвидационной процедуре конкурсного производства, применяемой в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов к признанному банкротом должнику (статья 2 Закона о банкротстве), является, по сути, судебным актом об обращении взыскания на заложенное требование. Этот судебный акт подлежит немедленному исполнению (пункт 1 статьи 142, пункт 6 статьи 100 Закона о банкротстве). Он исполняется конкурсным управляющим (статьи 126, 129 и 142 Закона о банкротстве). Отсрочка фактического исполнения данного судебного акта, не зависящая от залогового кредитора и обусловленная необходимостью соблюдения предусмотренных законодательством о банкротстве процедур реализации требования, не должна затрагивать прав и обязанностей такого кредитора.

Такой же юридической силой судебного решения об обращении взыскания на заложенное требование с момента открытия конкурсного производства обладают и определения суда об установлении требований залоговых кредиторов, вынесенные в предыдущих процедурах банкротства.

Таким образом, в отсутствие залогового счета и определений об обращении взыскания, предусмотренных пунктом 2 статьи 18.1 Закона о банкротстве, с момента установления залогового требования в процедуре конкурсного производства (и соответственно с момента открытия конкурсного производства для залоговых требований, установленных в предшествующих процедурах) залоговый кредитор вправе претендовать на преимущественное получение предоставленного контрагентом должника денежного исполнения по заложенному требованию. Поэтому с названного момента конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее исполнение судебного акта об обращении взыскания на заложенное требование, обязан открыть специальный банковский счет должника, указанный в статье 138 Закона о банкротстве, для аккумулирования как денежных платежей по заложенному требованию, поступивших после открытия конкурсного производства, так и выручки от реализации заложенного требования (при его продаже в конкурсном производстве).

При этом следует учитывать, что общие положения пункта 4 статьи 138 Закона о банкротстве о продаже имущества на торгах, должны применяться с учетом особенностей такого объекта залога как имущественное требование и цели процедуры конкурсного производства, заключающейся в максимальном наполнении конкурсной массы и соразмерном удовлетворении за ее счет требований кредиторов.

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), конкурсный управляющий как антикризисный менеджер в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию наиболее эффективного обмена на денежный эквивалент поступившего в конкурсную массу требования к контрагентам должника, решив вопрос о целесообразности реализации этого требования на торгах либо прямого истребования дебиторской задолженности (оценив ликвидность требования, размер его дисконтирования при реализации, расходы на подготовку торгов и их проведение, вероятность получения долга напрямую от контрагента, временные и финансовые затраты на такое получение и т.п.). При этом в любом случае поступившие денежные средства подлежат зачислению на специальный банковский счет должника и распределяются по правилам статьи 138 Закона о банкротстве.

Одной из задач рассмотрения дела в суде является принятие исполнимого судебного акта, вносящего правовую определенность.

При новом рассмотрении обособленного спора по требованию Банка в части признания его требований как залоговых, суд первой инстанции вынес определение от 07.04.2016, которым отказал в удовлетворении заявления Банка.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2017 определение суда первой инстанции от 07.04.2017 отменено,  за требованиями Банка признан статус обеспеченных залогом имущества должника, установлено обеспечение требований «ТрансКапиталБанк» (ПАО) к ООО «МИКРОТЕСТ» залогом прав должника: по договору с ПАО «МГТС» от 29.07.2013 № Р58114, по договору поставки с ОАО «Промстрой» от 05.03.2014 № 156МТ/02/14, по договору с ОАО «СО ЕЭС» от 01.10.2014 № 732МТ/09/14.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.12.2017 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2017 оставлено без изменения.

Таким образом, суды в данном случае пришли к обоснованному выводу о том, что обязанность открыть специальный банковский счет должника, указанный в статье 138 Закона о банкротстве, для аккумулирования как денежных платежей по заложенному требованию, возникла у конкурсного управляющего именно 19.07.2018, а не 14.10.2015, как ошибочно полагает заявитель жалобы, фактически жалоб Банка направлена на преодоление вступившего в законную силу постановления Девятого Арбитражного апелляционного суда от 19.07.2017 по настоящему делу.

 Постановлением апелляционного суда от 19.07.2017, оставленным без изменения  Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.12.2017,  во включении реестр кредиторов ООО «МИКРОТЕСТ» требований Банка, обеспеченным залогом денежных средств в сумме 99 630 870, 91 руб., поступивших на расчетный счет ООО «МИКРОТЕСТ» после открытия конкурсного производства, отказано, то есть, как указали суды признана несостоятельность доводов банка о преимущественном праве претендовать на указанные денежные средства.

Доводы о возможности получения удовлетворения своих требований за счет безналичных денежных средств, поступивших от контрагентов должника в рамках исполнения ими договорных обязательств перед должником также оценены и отклонены судом апелляционной инстанции,  как прямо противоречащие позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 305-ЭС16-7885.

Суды посчитали, что исходя из содержания Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС16-7885 от 17.10.2016 и постановления апелляционного суда от 19.07.2017 Банк вправе претендовать как на предмет залога, только на сохранившиеся на день рассмотрения спора (то есть на 19.07.2017) права требования.

Кроме того, заявителем – Банком, не оспаривалось, что денежные средства, поступившие по договорам, указанным в резолютивной части постановления апелляционного суда от 19.07.2017 после этой даты, в порядке, установленном статьей 138 Закона о банкротстве, направлены в итоге Банку.

Согласно части 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к правовому характеру настоящего спора в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков, позволяющих суду принять решение о возмещении ему убытков: факт нарушения его права; наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками; размер требуемых убытков; факт принятия мер к предотвращению убытков.

Только совокупность всех данных признаков позволяет принять решение о взыскании убытков. Обязательным условием наступления ответственности является причинная связь между противоправными действиями ответчика и наступившим вредом. 

Исходя из смысла названных норм, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков. Доказыванию подлежит каждый элемент убытков.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Таким образом, противоправное поведение (незаконные действия) арбитражного управляющего является обязательным условием для предъявления требования о взыскании убытков. Поэтому доказывание факта неисполнения (ненадлежащего исполнения) арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей либо иного нарушения законодательства Российской Федерации является обязательным при предъявлении в арбитражный суд требования о возмещении убытков.

В данном случае суды учли вышеуказанные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, а также положения статей 20.3, 20.4, 138, 60 Закона о банкротстве и пришли к выводу, что Банк не доказал необходимую совокупность условий для признания его жалобы на действия управляющего обоснованной и не доказал вину и причинно-следственную связь между действиями управляющего и наступившими убытками у Банка, как не доказал и сам факт причинения таких убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют конкретным  фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней основаниям не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 по  делу №А40-57347/15 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Е.Н. Короткова  

                                                                  Н.Н. Тарасов