ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова, д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77;

факс: (8452) 74-90-91, http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-7942/2018

г. Саратов

15 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2022 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей  Грабко О.В., Яремчук Е.В.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЭДИГО» - ФИО2

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 13 сентября 2022 года по делу № А06-7942/2018  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭДИГО» (416471, 

<

...>", , ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), несостоятельным (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 31.05.2021 (резолютивная часть объявлена 25.05.2021) общество с ограниченной ответственностью «Эдиго» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура банкротства конкурсное производство. Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Эдиго» утверждена кандидатура ФИО2. 

  Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

   13 сентября 2022 года Арбитражным судом Астраханской области в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Эдиго» отказано. 

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ЭДИГО» - ФИО2 не согласилась с принятым судебным актом и обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что по состоянию на 30 сентября 2017 года ООО «Эдиго» обладало признаками неплатежеспособности, а у руководителя Должника - ФИО3 возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом. Установленный п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве срок для направления в суд заявления истек 01 ноября 2017 года.

   Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Двенадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи, с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

   Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В соответствии с подп. 1 пункта 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника. 

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если: - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; - настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В соответствии с пунктом 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Согласно пункту 2 ст. 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. 

В соответствии со ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 ст. 9 Закона о банкротстве. 

Указанная правовая позиция сформирована в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016)», утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016. 

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве. 

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи. 

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Банк ВТБ (публичное акционерное общество) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭДИГО» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 03.12.2020 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Эдиго» введена процедура банкротства наблюдение. 

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 31.05.2021 (резолютивная часть объявлена 25.05.2021) общество с ограниченной ответственностью «Эдиго» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура банкротства конкурсное производство. 

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Эдиго» утверждена кандидатура ФИО2. 

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, протоколу общего собрания участников ООО «Эдиго» от 13.02.2015 ФИО3 с 13.02.2015 по 25.05.2021 являлся руководителем должника, директором ООО «Эдиго». 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что в нарушение пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве ФИО3 не обратился в суд с заявлением о признании ООО «Эдиго» несостоятельным (банкротом) при наличии у должника признаков банкротства. 

По мнению заявителя, банкротство ООО «Эдиго» наступило в результате бездействия ответчика, выразившегося в неисполнении обязанности по принятию решения о подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов ООО «Эдиго» включены: Банк ВТБ ПАО- 87 788 102, как требования обеспеченные залогом, 238 991 163, 19 руб., не обеспеченные залогом, ОАО «Парфюмерно-косметическая компания «Весна»- 2 033 000 руб., ПАО «Сбербанк России»- 22 661 223, 30 руб., ИП ФИО4 – 20 000 руб. 

Конкурсный управляющий указывает, что кредиторская задолженность перед ПАО «Сбербанк России» возникла 30.08.2017, с даты направления банком требования о досрочном погашении задолженности в течении 30 дней и полагает, что по состоянию на 30.09.2017 ООО «Эдиго» обладало признаками неплатежеспособности и у руководителя должника возникла обязанность направить в суд заявление о признании должника банкротом не позднее 01.11.2017. 

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что задолженность ООО «Эдиго» перед кредиторами возникла на основании следующих договоров: - договора поручительства №23-ПР/Э-13 от 05.05.2013, заключенного с ОАО Парфюмерно-косметическая компания «Весна» в счет обеспечения исполнения обязательств ООО «Астраханская Центральная Дистрибуторская Компания» по договору поставки от 19.10.2010 №244; - договора поручительства №ДП1-ЦВ-730710/2015/00076 от 22.10.2015, заключенного с Банком ВТБ (ПЛО) в счет обеспечения исполнения обязательств ООО «Астраханская Центральная Дистрибуторская Компания» по кредитному соглашению №КС-ЦВ-730710/2015/00076 от 22.10.2015; - договора поручительства №ДП2-ЦВ-730710/2015/00077 от 22.10.2015, заключенного с Банком ВТБ (ПАО) в счет обеспечения исполнения обязательств ИП ФИО3 по кредитному соглашению №КС-ЦВ_730710/2015/00077 от 22.10.2015; - договора поручительства №ДП2-ЦВ-730710/2015/00078 от 22.10.2015, заключенного с Банком ВТБ (ПАО) в счет обеспечения исполнения обязательств ИП ФИО5 по кредитному соглашению №КС_ЦВ730710/2015/00078 от 22.10.2015; - договора поручительства №283 от 21.11.2016, заключенного с ПАО Сбербанк в счет обеспечения исполнения обязательств ИП ФИО6 по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 21.11.2016 г. №16-110; -договора поручительства №ДП1-IGR17/VGBR0718 от 28.02.2017, заключенного с Банком ВТБ (ПАО) в счет обеспечения исполнения обязательств ООО «Астраханская Центральная Дистрибуторская Компания» по соглашению о выдаче банковской гарантии №СОГ-IGR17/VGBR0718 от 28.02.2017; - договора поручительства №80 от 22.03.2017, заключенного с ПАО Сбербанк в счет обеспечения исполнения обязательств ИП ФИО6 по договору об открытии возобновляемой кредитной линии от 17.03.2017 №17-22. 

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год (практика Судебной коллегии по экономическим спорам), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Согласно абзацу 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. 

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Конкурсный управляющий в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать: когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. 

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления. Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. 

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. 

Конкурсный управляющий связывает момент наступления неплатежеспособности должника с даты истечения срока исполнения требования ПАО «Сбербанк России» требования о досрочном погашении задолженности 01.11.2017. 

Вместе с тем, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленные статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. 

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности (статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308- ЭС17-6757 указал на необходимость учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. 

Однако обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждено Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. 

И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. 

В силу разъяснений, данных в пунктах 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно_следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности должника является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом. 

Согласно анализу финансового состояния должника активы баланса составляли: 31.12.2016 –80 445 тыс. руб., 31.12.2017 -77 693 тыс. руб., 31.12.2018 71 822 тыс. руб., 31.12.2019 – 68 914 тыс. руб. 

Согласно бухгалтерскому балансу выручка составляла: за 2016 г. –9499тыс. руб., поступление денежных средств- 16930 тыс. руб.; за 2017 г.-5 738 тыс. руб., поступление денежных средств- 8619 тыс.руб.; за 2018 г.-1109 тыс. руб., поступление денежных средств- 267 тыс.руб.

 Сведения об активах ООО «Эдиго»: административное здание, кадастровый номер 30:09:100101:1072, общей площадью 149, 4 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...> «д», литер строения «Б»; производственный цех, кадастровый номер 30:09:100101:2273, общей площадью 395 кв.м, расположенный но адресу: 

<

...> «д», литер строения «Ж»: мойка, кадастровый номер 30:09:100101:1480, общей площадью 827 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> «д», литер строения «3»; реммастерская «Модуль», кадастровый номер 30:09:100101:1622, общей площадью 1514 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> «д», литер строения «И»; склад бытовой химии и парфюмерии, кадастровый номер 30:09:100101:919, общей площадью 6802.7 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...> «д», литер строения «К»; котельная, кадастровый номер 30:09:100101:1330, общей площадью 33 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> «д», литер строения «Л»: помещение нежилое, кадастровый номер 30:09:100101:1885, общей площадью 2548.7 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...> «д», помещение 3; газопровод, кадастровый помер 30:09:100101:1763, длина 274 м, расположенный по адресу: 

<

...> «д», литер V: земельный участок, кадастровый номер 30:09:100103:513, общей площадью 24987 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...> «д», категория -_земли населенных пунктов, для эксплуатации производственной базы. 

Согласно сведениям ОГИБДД ОМВД Росси по Приволжскому району УМВД России по Астраханской области за ООО «Эдиго» зарегистрированы следующие транспортные средства: - ГАЗ-2790 г/н 

<

***> 2009 года выпуска; - ГАЗ-2790 г/н 

<

***> 2009 года выпуска; - ГАЗ-2790 г/н 

<

***> 2009 года выпуска; - ГАЗ_32213 г/н 

<

***> 2008 года выпуска.

Как следует из выписок по счету ПАО «Сбербанк России», ОАО «Промсвязьбанк», Банка ВТБ (ПАО) должником производились расчеты с кредиторами, в том числе по оплате просроченной кредиторской задолженности перед Банком ВТБ, осуществлялась финансовая деятельность, на счет поступали денежные средства за аренду помещений. Производство по делу о банкротстве возбуждено 17.08.2018 по заявлению кредитора Управления ФНС России по Астраханской области, впоследствии, определением от 26.11.2020 признано обоснованным заявление Банка ВТБ (ПАО) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Эдиго». 

Ответчик не оспаривает наличие неоплаченной задолженности. Вместе с тем, материалами дела подтверждено, что предприятие имело производственные и материальные активы, обеспечивающие осуществление производственной деятельности, расчеты с кредиторами в установленном порядке. 

В рассматриваемом случае не доказан момент наступления объективного банкротства, в который ФИО3 должен был явно осознавать невозможность исполнения обязательств перед кредиторами.

 Так, контролирующее должника лицо правомерно рассчитывало на получение прибыли и расчет с кредиторами. Также из материалов дела следует, что у Общества имелись активы, которые включены в конкурную массу. 

Вместе с тем, само по себе наличие у общества кредиторской задолженности не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующим лицом действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был не способен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности. 

Отрицательное значение активов в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности должника исполнять обязательства, поскольку наличие у общества задолженности перед кредиторами и по платежам в бюджет, отраженной в бухгалтерской отчетности, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Неоплата конкретного долга отдельному кредитору, само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве. 

Конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между бездействием бывшего руководителя должника по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и наступлением неплатежеспособности должника. 

Учитывая, что сам по себе факт ухудшения финансового состояния должника не отнесен к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, а наличие задолженности не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, не являются основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о признании его банкротом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что до даты ведения процедуры банкротства по заявлению кредитора руководитель должника предпринимал разумные меры по восстановлению платежеспособности предприятия. 

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ФИО3 при осуществлении руководства предприятием, и совершении им действий, повлекших ухудшение финансового положения должника. Обращение с заявлением кредитора, а не контролирующих должника лиц не является доказательством, подтверждающим недобросовестность действий ответчиков. 

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, вины, вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, отказано правомерно. 

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

  Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Апелляционный суд также учитывает, что в апелляционной жалобе не содержится доводов о том, какие нормы материального или процессуального права были нарушены судом первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта.

  Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

  В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле,  посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

   руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 13 сентября 2022 года по делу №А06-7942/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

        Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

 

   Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

 

   Судьи                                                                                               О.В. Грабко

                                                                                                                       

                                                                                                             Е.В. Яремчук