АРБИТРАЖНЫЙ СУД

СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-28195/2016

г. Краснодар

26 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 мая 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе:

председательствующего судьи Конопатова В.В.,

судей Калашниковой М.Г., Резник Ю.О.,

при участии:

представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 01.11.2021,

представителя ФИО3 – ФИО4, доверенность от 20.08.2020,

представителя ФИО5 – ФИО4, доверенность от 12.05.2022,

конкурсного управляющего ФИО6 – ФИО7, доверенность от 25.04.2022,

представителя ПАО «РНКБ» – ФИО8, доверенность от 26.08.2021,

представителя ФИО9 – ФИО9, доверенность от 27.08.2020,

представителя ФИО10 – ФИО11, доверенность от 11.09.2020,

представителя ФИО12 – ФИО13, доверенность от 09.09.2020,

ФИО14 – лично, паспорт,

ФИО15 – лично, паспорт,

ФИО16 – лично, паспорт,

ФИО17 – лично, паспорт,

ФИО18 – лично, паспорт,

ФИО19 – лично, паспорт,

ФИО20 – лично, паспорт,

ФИО21 – лично, паспорт,

ФИО22 – лично, паспорт,

ФИО4 – лично, паспорт,

ФИО23 – лично, паспорт,

ФИО24 – лично, паспорт,

ФИО25 – лично, паспорт,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и публичного акционерного общества «Российский национальный коммерческий банк»

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022

по делу № А32-28195/2016 (Ф08-3125/2021)

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Анапский проект» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Анапский проект».

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Анапский Проект» в Арбитражный суд Краснодарского края обратился внешний управляющий должника ФИО26 с заявлением о привлечении контролирующего должника лица – публичного акционерного общества «Крайинвестбанк» (далее – ПАО «Крайинвестбанк») к субсидиарной ответственности по обязательства должника.

ПАО «Крайинвестбанк» (далее также – Банк) реорганизовано путем присоединения к «Российский Национальный Коммерческий Банк» (публичное акционерное общество) (далее – ПАО «РНКБ»), в связи с этим на основании ходатайства ПАО «РНКБ» о процессуальном правопреемстве судом произведена замена ответчика ПАО «Крайинвестбанк» на ПАО «РНКБ» в рамках обособленного спора.

Внешний управляющий ФИО26 уточнил заявленные требования в части состава ответчиков, просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательства должника ПАО «РНКБ», ФИО27, ФИО1, акционерное общество «Кубанская управляющая компания» и администрацию Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021  в применении срока исковой давности отказано, в удовлетворении ходатайства о привлечении Департамента имущественных отношений Краснодарского края в качестве соответчика отказано, в привлечении к субсидиарной ответственности Администрации Краснодарского края и ФИО27 отказано, к субсидиарной ответственности привлечены ФИО1, ПАО «РНКБ», АО «Кубанская управляющая компания». Производство по заявлению в части определения размера ответственности ФИО1, ПАО «РНКБ», АО «Кубанская управляющая компания» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 в обжалуемой части, касающейся привлечения ФИО1 и ПАО «РНКБ» к субсидиарной ответственности должника, оставлено без изменения. В остальной части определение суда первой инстанции не обжаловалось.

ФИО1, не согласившись с принятыми судебными актами в части привлечения его к субсидиарной ответственности, обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кассационная жалоба ФИО1 мотивирована тем, что суды первой и апелляционной инстанции неправильно применили нормы материального и процессуального права, неполно выяснили обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. Считает, что суды при рассмотрении заявления внешнего управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности необоснованно применили положения главы III.2 Закона о банкротстве, поскольку вменяемые ответчику действия имели место до вступления в силу главы III.2 Закона о банкротстве, кроме того, указывает на то, что ФИО1 являлся номинальным руководителем должника и не имел возможности влиять на хозяйственную деятельность должника, поскольку деятельность должника находилась под контролем Банка. Также податель жалобы считает, что суды необоснованно отклонили его заявление о пропуске внешним управляющим срока исковой давности для предъявления требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В свою очередь, Банк, не согласившись с судебными актами в части, касающейся привлечения его к субсидиарной ответственности, также обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ПАО «РНКБ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, направить обособленный спор в соответствующей части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кассационная жалоба ПАО «РНКБ» мотивирована тем, что суды не указали, в чем выразилось воздействие Банка на должника, какие обязательные для исполнения указания давал Банк должнику, не указал конкретные действия Банка, которые довели должника до банкротства. По мнению кассатора, судами не учтено, что Банк не руководил и не определял действия начальника департамента внешних активов Банка ФИО28 в процессе организации и осуществления в составе организованной им преступной группы хищения денежных средств должника и участников долевого строительства. Банк не давал ФИО28 обязательные для исполнения указания в процессе совершения преступления, не осуществлял общее покровительство его действиям. Банк не являлся участником должника, не исполнял обязанности единоличного исполнительного органа должника, что подтверждается информацией из ЕГРЮЛ, напротив, материалы дела подтверждают осуществление прямого контроля и непосредственного управления должником со стороны ФИО1

Принимая во внимание, что в порядке кассационного производства судебные акты обжалуются в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и Банка, суд округа в силу части 1 и 3 статьи 286 АПК РФ проверяет законность и обоснованность судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах.

В остальной части судебные акты лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв кредитора – участника долевого строительства ФИО29, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.04.2022 судебное разбирательство откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ)

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал свою кассационную жалобу, просил судебные акты в обжалуемой им части отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В удовлетворении кассационной жалобы Банка просил отказать.

Представитель ПАО «РНКБ» также поддержал свою кассационную жалобу, просил судебные акты в обжалуемой им части отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Вопрос об удовлетворении кассационной жалобы ФИО1 оставил на усмотрение суда.

Представитель конкурсного управляющего ФИО6, участники долевого строительства и их представители возражали против удовлетворения кассационных жалоб, просили оставить судебные акты без изменения. При этом участники долевого строительства пояснили, что являются обманутыми дольщиками, и, вкладывая денежные средства в строительство жилого комплекса, они исходили из информации, размещенной на официальном сайте застройщика, а также в средствах массовой информации и на различных рекламных поверхностях, согласно которой жилой комплекс строится под контролем ПАО «Крайинвестбанк», в отсутствие сведений об участии Банка в проекте они не стали бы заключать договоры долевого строительства.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Кодекса, кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.08.2016 заявление о признании ООО «Анапский проект» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.01.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО26

В деле о банкротстве ООО «Анапский Проект» применены правила параграфа 7 главы 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2017 в отношении ООО «Анапский проект» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО26

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.07.2018 прекращена процедура конкурсного производства в отношении ООО «Анапский Проект», введена процедура банкротства – внешнее управление на 18 месяцев. Внешним управляющим должника утвержден ФИО26

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.02.2022 внешним управляющим должника утвержден ФИО30.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.04.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО6.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился внешний управляющий должника ФИО26 с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – ПАО «РНКБ», ФИО27, ФИО1, АО «Кубанская управляющая компания», администрации Краснодарского края к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Удовлетворяя заявление о привлечении субсидиарной ответственности ПАО «РНКБ» и ФИО1, суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что последовательными, скоординированными и согласованными действиями контролирующих должника лиц – ПАО «Крайинвестбанк» и ФИО1 была реализована схема, при которой аффилированные лица осуществляли вывод активов должника, что привело к невозможности погашения требований кредиторов и банкротству должника.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании лиц и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в настоящем случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано внешним управляющий должника ФИО26 13.08.2019, вместе с тем, обстоятельства, которые внешний управляющий указал в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ.

В этой связи суды отметили, что к спорным правоотношениям в части определения оснований для привлечения к ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), вступившего в силу 30.06.2013.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона № 134-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В суде первой инстанции ФИО1 заявил о пропуске управляющим годичного срока исковой давности на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Признавая заявление ФИО1 о пропуске срока исковой давности необоснованным, суды отметили следующее.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Как следует из материалов дела, ФИО1 полагает, что внешний управляющий должника осведомлен о наличии оснований для обращения в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением с даты составления арбитражным управляющим заключения о наличии или об отсутствии основания для оспаривания сделок должника, как основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, то есть, с 15.11.2017, в связи с этим на дату обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц (13.09.2019) годичный срок исковой давности внешним управляющим пропущен.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО1 о пропуске срока исковой давности, суды пришли к выводу о том, что по состоянию на указанную ответчиком дату (15.11.2017) нормы Закона о банкротстве, регулирующие привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, действовали в редакции Закона № 266-ФЗ, устанавливающей трехлетний субъективный срок исковой давности обращения в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

В связи с чем суды сочли несостоятельными доводы ФИО1 о необходимости применения в настоящем споре однолетнего субъективного срока исковой давности, установленного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ).

Указывая, что трехлетний субъективный срок исковой давности внешним управляющим должника не пропущен, суды отметили, что внешний управляющий обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении банка к субсидиарной ответственности 13.08.2019 (штамп входящей корреспонденции суда первой инстанции), а в отношении остальных ответчиков – 03.10.2019 (штамп входящей корреспонденции суда первой инстанции).

Должник признан банкротом решением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.07.2017 (резолютивная часть), незаконные действия ответчиков имели место в 2013 – 2015 годах, поэтому трехлетний срок со дня признания должника банкротом и десятилетний срок со дня, когда имели место действия, являющиеся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности, по состоянию на дату обращения внешнего управляющего должника в Арбитражный суд Краснодарского края с настоящим заявлением (13.08.2019) также не истекли.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о том, что основания считать срок исковой давности пропущенным, отсутствуют.

Рассматривая заявление внешнего управляющего по существу и привлекая ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды исходили из следующего.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 являлся генеральным директором ООО «Анапский Проект» с 11.09.2013 по 16.06.2016.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, внешний управляющий должника указал, что в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО1 были заключены договоры участия в долевом строительстве с участниками долевого строительства (физические лица), обязательства перед которыми должником не исполнены. При этом ФИО1 подписывал инвестиционные договоры, согласно которым продавались жилые и нежилые помещения аффилированным по отношению к должнику лицам, а денежные средства были направлены не на строительство ЖК «Парковый», а выведены на расчетные счета иных аффилированных по отношению к должнику лиц с назначением платежа: «покупка ЦБ», «предоставления займа» и т.п.

Оценивая указанный довод внешнего управляющего должника, суды обоснованно сочли действия руководителя должника ФИО1, выразившиеся в заключении инвестиционных договоров, незаконными, повлекшими возникновение у должника признаков неплатежеспособности.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как следует из материалов дела, согласно заключению внешнего управляющего о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника от 15.11.2017, должником в лице генерального директора ФИО1 заключены 278 мнимых сделок с целью вывода денежных средств из оборота должника.

В соответствии со сведениями, содержащимися в информационной системе «Картотека арбитражных дел», конкурсный управляющий оспорил инвестиционные договоры, заключенные между должником и аффилированными лицами, по итогам рассмотрения признаны недействительными следующие договоры:

– инвестиционный договор от 25.10.2013 № 012-13/АП, заключенный должником с ООО «Кубань-Прогресс-Юг» (определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2019, оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2019);

– инвестиционный договор от 13.11.2013 № 014-13/АП, заключенный должником с ООО «Кубанская Нива» (определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.01.2019, оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.10.2019);

– инвестиционный договор от 16.10.2013 № 010-13/АП, заключенный должником с ООО «Юг-ФинСервис» (определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.04.2019, оставлено без изменения постановлениями Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 и Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.11.2019);

– инвестиционный договор от 02.09.2013 № 01-13/АП-И, заключенный должником с ООО «Кубань-Прогресс-Юг» (определение Арбитражного суда Краснодарского края от 16.01.2019, оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2019).

Признавая ничтожными указанные инвестиционные договоры, суды исходили из того, что у должника отсутствовала экономическая выгода от заключения данных сделок, что привело к возникновению у должника обязательств по предоставлению инвесторам квартир, при этом, поступившие в ООО «Анапский проект» денежные средства были выведены в подконтрольные юридические лица. Должник не использовал денежные средства, перечисленные по инвестиционным договорам, в своей предпринимательской деятельности и строительстве жилых домов. Расчетный счет ООО «Анапский проект» использовался как транзитный счет для движения денежных средств между аффилированными лицами.

Инвестиционные договоры от 25.10.2013 № 012-13/АП, от 13.11.2013 № 014-13/АП, от 16.10.2013 № 010-13/АП, от 02.09.2013 № 01-13/АП-И заключены с целью причинения вреда имущественным правам добросовестных кредиторов ООО «Анапский проект» (обманутых дольщиков). Стороны указанных сделок осознавали, что договоры носят мнимый характер, совершены лишь для вида, без цели создания реальных правоотношений, свойственных договорам инвестирования.

В результате произведенных финансовых операций ООО «Анапский проект» лишилось свободных к продаже жилых и коммерческих площадей в строящихся многоквартирных жилых домах, на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

...>, а также денежных средств, необходимых для осуществления строительства, что исключало возможность реализации строительного проекта.

Кроме того, как следует из выписки по расчетному счету должника, денежные средства, поступавшие от участников долевого строительства, в короткий промежуток времени (как правило, на следующий день или в этот же день) направлялись на иные цели (предоставление займа, выкуп ценных бумаг и иное).

Так, денежные средства, помимо хозяйственных нужд (комиссия за ведение расчетного счета, реклама, оплата страховых премий, госпошлина за регистрацию ДДУ), с назначением платежа «предоставление процентного займа» были перечислены следующим лицам:

ЗАО «Мостовской мясокомбинат» в размере 9 000 000 рублей;

ООО «ЮгФинСервис» в размере 5 000 000 рублей;

ООО Южный Полюс» в размере 1 500 000 рублей;

ООО «ЮгРегионДевелопмент» в размере 600 000 рублей;

ООО «Контакт» в размере 6 219 000 рублей.

В этой связи суды подчеркнули, что такое расходование средств, поступавших от участников долевого строительства, являлось нецелевым в нарушение статьи 18 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», что свидетельствует о совершении ФИО1 действий по выводу активов должника, как следствие, о недобросовестности и противоправности его действий.

Кроме того, суды отметили, что ФИО1 в силу своих полномочий, предоставленных законом, имел возможность предотвратить заключение договоров, не перечислять денежные средства аффилированным лицам, однако бездействовал.

Учитывая, что приговором Октябрьского районного суда города Краснодара от 02.02.2021 по делу № 1-1/2021 ФИО1 и группа лиц признаны виновными в причинении вреда кредиторам – участникам долевого строительства, ФИО1 как должностное лицо должника не мог не осознавать противоправный характер своих действий (бездействия).

Доказательств разумности действий ФИО1 по совершению сделок и их экономической целесообразности, равно как и отсутствия его вины в доведении должника до банкротства, материалы дела не содержат.

Отклоняя возражения ФИО1 со ссылкой на копию акта проверки Департамента по надзору в строительной сфере Краснодарского края от 16.03.2016 против довода внешнего управляющего о нецелевом расходовании денежных средств, согласно которому Департамент не обнаружил нецелевого расходования средств, суды отметили, что из указанного акта проверки невозможно установить период анализа и проверяемые расчетные счета ООО «Анапский проект».

Суды сочли также несостоятельным довод ФИО1 о том, что его действия координировались Банком, и он не принимал самостоятельных решений о заключении договоров и перечислении денежных средств, а также не являлся контролирующим должника лицом, при этом судебные инстанции указали на то, что принятие Банком активного участия в управлении обществом, не свидетельствует о том, что ФИО1 приобрел статус его номинального руководителя, для которого обычным поведением является подписание документов без понимания их содержания. Материалами дела подтверждается участие ФИО1 в производственной и финансовой составляющей деятельности должника.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства о признании заключенных ФИО1 сделок недействительными, приговор районного суда, которым ответчик признан виновным в причинении имущественного ущерба участникам долевого строительства, а также нецелевое расходование денежных средств, поступавших от участников долевого строительства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО1, как контролирующее должника лицо, заключал сделки и совершал действия экономически невыгодные для ООО «Анапский Проект», что повлекло причинение ущерба должнику и его кредиторам, поскольку фактически были направлены на вывод активов должника в пользу аффилированных с должником лиц, что, в свою очередь повлекло возникновение у должника признаков неплатежеспособности и привело неисполнению обязательств перед участниками строительства, в связи с чем правомерно привлекли ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Привлекая к субсидиарной ответственности ПАО «РНКБ», суды исходили из следующего.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480).

Таким образом, к субсидиарной ответственности подлежит привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями доведя его до банкротства.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7), учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, равно как и кредиторами, отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Как следует из доказательств, представленных в материалы дела внешним управляющим, ОАО «Крайинвестбанк» осуществлял контроль над хозяйственной деятельностью должника.

Так, участниками долевого строительства ООО «Анапский Проект» из материалов уголовного дела, возбужденного в отношении должностных лиц ОАО «Крайинвестбанк», были получены приказы и протоколы инвестиционного комитета ОАО «Крайинвестбанк».

Согласно протоколу заседания инвестиционного комитета ОАО «Крайинвестбанк» от 02.02.2012, Банк создал инвестиционный комитет, председателем комитета являлся ФИО31 (генеральный директор ОАО «Крайинвестбанк»), члены комитета: ФИО32 (руководитель департамента безопасности), ФИО33 (руководитель юридического департамента), ФИО34 (заместитель генерального директора), ФИО35 (начальник департамента инвестиции), также были приглашенные лица: ФИО36 (заместитель генерального директора), ФИО28 (начальник департамента внешних активов), ФИО37 (руководитель департамента проблемных активов), ФИО38 (заместитель генерального директора) и иные лица.

В повестке дня слушали концепцию застройки земельного участка в 

<

...> утвердили застройку, заказчиком-застройщиком было избрано ООО «Анапский Проект». Источники финансирования – средства ЗПИФ, кредитные средства и средства участников долевого строительства. Все члены комитета проголосовали за утверждение данной концепции.

Из протокола заседания инвестиционного комитета Банка от 26.04.2012 следует, что посредством вложения в ПИФ ОАО «Крайинвестбанк» участвует в инвестиционном проекте строительства жилого комплекса в городе Анапе Краснодарского края. Признано целесообразным участие ОАО «Крайинвестбанк» в инвестиционном проекте строительства жилого комплекса в городе Анапе Краснодарского края, улица Парковая, 79. Принято решение реализовать представленный план объединения шести земельных участков, находящихся у различных собственников. Поручить руководителям ООО «Южный Полюс», ООО «Кубанская Нива» и ЗАО «Кубанская управляющая компания» провести работу по подготовке пакета документов, позволяющего объединить земельные участки во вновь образованном ООО «Анапский Проект», согласно представленному плану. Контроль проведения сделки поручен руководителю ООО «Южный Полюс». Руководителю следует осуществлять контроль выполнения проекта. Контроль деятельности ООО «Анапский Проект» закрепить за отделом внешних активов. Контроль расходования денежных средств поручить Казначейству КИБ. Ежеквартально докладывать Правлению КИБ о ходе реализации проекта. Инициатор проекта ООО «Анапский Проект», ответственный за реализацию проекта – ФИО35 Составление ежеквартальных отчетов – ФИО37. Контроль платежей в соответствии с графиком финансирования – ФИО34. Общий контроль – ФИО39 Источники финансирования – объединение земельных участков и получение разрешения на строительство и работы, связанные с этим, за счет займов предприятий холдинга КИБ. Текущую деятельность ООО «Анапский Проект» включить в бюджет внешних активов, осуществлять на ряду с предприятиями холдинга КИБ. ФИО37 и ФИО35 – доложить правлению о выборе проектировщика по Анапскому проекту. Руководителю ООО «Анапский проект» – подготовить концепцию освоения земельных участков и техническое задание для проектирования. Защитить выбранную концепцию на заседании Правления КИБ.

Суды отметили, что в своих внутренних документах ОАО «Крайинвестбанк» указывает «банковскую группу» как «холдинг КИБ».

Холдинг – форма корпоративного объединения, представляющая собой группу организаций (участников), основанную на отношениях экономического контроля, участники которой, сохраняя формальную юридическую самостоятельность, в своей предпринимательской деятельности подчиняются одному из участников группы – холдинговой компании (головной организации).

Согласно указанному протоколу контроль деятельности, а также расходование денежных средств ООО «Анапский Проект» возложены на различные структурные подразделения Банка.

Данный протокол подписан генеральным директором ОАО «Крайинвестбанк» ФИО31, первым заместителем генерального директора ФИО39, руководителем департамента безопасности ФИО32, руководителем юридического департамента ФИО33, заместителем генерального директора ФИО34 и др.

В связи с чем суды пришли к заключению, что все руководящие должностные лица ОАО «Крайинвестбанк» были осведомлены об инвестиционных проектах «холдинга банка», в том числе о привлечении денежных средств участников долевого строительства – физических лиц, принимали активное участие в реализации проекта, определяли ответственных лиц за реализацию проекта, сроков исполнения задач и иных вопросов, возникающих в хозяйственной деятельности подконтрольных юридических лиц.

Кроме того, согласно протоколу заседания инвестиционного комитета ПАО «Крайинвестбанк» от 02.08.2012 принято решение «Утвердить концепцию застройки земельного участка в 

<

...>». Генеральным подрядчиком было утверждено ООО «Новороссталь-Сочи».

Согласно банковской выписке по расчетному счету должника, обществу «Новоросталь-Сочи» периодически перечислялись денежные средства по основанию «Оплата по договору подряда 01/12/2014 от 01.12.2014 на строительство многоквартирного дома в г. Анапа» (выписка от 17.02.2015, 16.04.2015, 08.05.2015 и др.).

Суды также отметили, что ПАО «Крайинвестбанк» не оформило юридически контроль над деятельностью ООО «Анапский проект», однако внутренними документами устанавливало, какие структурные подразделения Банка отвечают за строительство (протокол заседания инвестиционного комитета ОАО «Крайинвестбанк» от 26.04.2012).

При этом часть представленных внешним управляющим должника в материалы дела протоколов имеет пометку «конфиденциально», что свидетельствует о скрытой заинтересованности Банка в ООО «Анапский проект» и других организациях, входящих в «холдинг КИБ». Банк не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы каким-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения, однако, как следует из фактических обстоятельств дела, ОАО «Крайинвестбанк» осуществляло контроль за деятельностью, финансированием, расходованием денежных средств должника.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ единственным учредителем должника является АО «Кубанская управляющая компания» (ИНН 

<

***>) ДУ ЗПИФ «Флагман».

Акционерами АО «Кубанская управляющая компания» являются: ПАО «Крайинвестбанк» (ИНН 

<

***>), ООО «Инвест Консалтинг» (ИНН 

<

***>), ООО «ИнтерСтиль» (ИНН 

<

***>).

Данные сведения также подтверждаются списком зарегистрированных лиц АО «Кубанская управляющая компания», выданного АО «Межрегиональный регистраторский центр».

Генеральным директором ЗАО «Кубанская управляющая компания» в период с 2006 по 2017 являлся ФИО40.

Суды приняли во внимание пояснения сотрудников ПАО «Крайинвестбанк», вовлеченных в инвестиционную деятельность кредитной организации.

Так, ФИО40 01.09.2017 предоставил пояснения конкурсному управляющему ФИО26, в которых сообщил, что ЗАО «Кубанская управляющая компания» имеет бессрочную лицензию на доверительное управление паевыми инвестиционными фондами, чем и занималось все время с момента его создания. Как указал ФИО40, учредителями ЗАО «Кубанская управляющая компания» в разное время являлись следующие компании: ОАО «Крайинвестбанк», ООО «КФК», ООО «Инвестплюс», а также ряд компаний, входивших в «банковскую группу»: ПАО «Крайинвестбанк», ООО «Компания Горнолыжных курортов», ООО «АгроИнвест», ООО «Аэроплан», ООО «Глория», ООО «Девелопмент Групп», ООО «Дионис», ООО «Империал», ООО «Интеград», ООО «КоммерцКапитал», ООО «Контакт», ООО «Кубанская инвестиционная компания», ООО «Кубанская Нива», ООО «Кубанская финансовая компания», ООО «Кубань-Компани», ООО «Кубань-Прогресс-Юг», ООО «Лагуна», ООО «Мостовской Мясокомбинат», ООО «Перспективные инвестиции», ООО «Проект Инвест», ООО «РосИнтерСтиль», ООО «Самшит», ООО СК «Авангард 2000», ООО «Статут Групп», ООО «Строй-Парк», ООО «Управляющая компания жилищных комплексов», ООО «Урожай», ООО «ФинРезерв», ООО «Элеваторстройдеталь», ООО «Элина-97», ООО «Эра», ООО «Югинвестрегион», ООО «Югфинсервис», ООО «Южная фондовая компания», ООО «Южный берег», ООО «Южный капитал», ООО «Южный полюс», ООО «Южный центр правовых услуг», ООО «Альянс», ООО «Бренд», ООО «Виком», ООО «Глория», ООО «Инвест Консалтинг», ООО «ОМЕГА», ООО «Премьер Инвест», ООО «Союз», ООО «Стройинвест», ООО «Тринити», ООО «Эксперт», ООО «ЮгрегионДевелопмент», а также сотрудники подконтрольные Банку: куратор всех финансовых операций должника – ФИО28, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО37, ФИО51, ФИО32

Под управлением ЗАО «Кубанская Управляющая Компания» по состоянию на март 2017 находились следующие паевые инвестиционные фонды: ЗПИФ недвижимости «Анапский капитал», ЗПИФ недвижимости «Екатерининский», ЗПИФ недвижимости «Кубанский капитал», ЗПИФ кредитный «Кубанский. Первый краевой», ЗПИФ недвижимости «Покровский», ЗПИФ недвижимости «Проектный капитал», ЗПИФ долгосрочных прямых инвестиций «Флагман», ЗПИФ недвижимости «Южный капитал».

На момент создания указанных фондов единоличным пайщиком всех ПИФов являлся ОАО «Крайинвестбанк», впоследствии Банк передал паи всех фондов вышеуказанным компаниям, которые юридически отношения к Банку не имели, но фактически осуществляли свою финансово-хозяйственную деятельность по решению Банка, под полным контролем со стороны кураторов из числа сотрудников Банка.

По состоянию на март 2017 года пайщиками ПИФов в разных долях являлись следующие компании: ООО «Контакт», ООО «Кубанская нива», ООО «Лагуна», ООО «Самшит», ООО «УКЖК», ООО «Южный Центр Правовых Услуг». Указанные выше компании осуществляли свою деятельность в интересах Банка и по указаниям от сотрудников Банка.

В разное время кураторами ЗАО «Кубанская управляющая компания» со стороны Банка являлись следующие сотрудники: ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО35, ФИО28

Участниками (собственниками) учредителя должника – ЗПИФ Долгосрочных и Прямых инвестиций «Флагман» являлись:

– 799 999 паев – ООО «Кубанская Нива», руководитель ФИО47, учредитель ООО «Контакт»;

– 160 паев – ООО «Контакт», руководитель ФИО51, учредители: ООО «Южная фондовая компания», ООО «Южный центр правовых услуг»; ООО «Управляющая компания жилищных комплексов», ООО «Интерград», ООО «Югфинсервис»;

– 535 паев – ООО «Лагуна», руководитель ФИО44, учредитель ООО «Урожай».

– 15 паев – ООО «Самшит», руководителем и единственным участником является ФИО46.

В пояснениях член инвестиционного комитета ФИО32 указал, что с 2004 по 2014 он работал в должности заместителя, а затем руководителем Департамента безопасности ОАО «Крайинвестбанк». В 2014 году был переведен на должность заместителя руководителя департамента безопасности, а затем в дочернюю фирму Банка ООО «Кубанская финансовая компания». В 2015 году был уволен по сокращению штатов в связи с предстоящим банкротством ООО «Кубанская финансовая компания». В связи с тем, что ФИО32 оказался без работы, заместитель руководителя департамента инвестиций «Крайинвестбанк» ФИО43, которая знала ФИО32 длительное время с положительной стороны по совместной работе в «Крайинвестбанк», предложила оформить на ФИО32 ООО «Кубанская инвестиционная компания». При этом ФИО55 пояснила, что ООО «Кубанская инвестиционная компания» является одной из более 30 дочерних фирм «Крайинвестбанк», через которые Банк осуществлял свои инвестиционные проекты. По работе в департаменте безопасности ФИО32 знал о существовании некоторых из них в общем плане: строительство ЖК «Покровский», лыжный комплекс «Собербаш», строительство в Агое, ст. Полтавской, Анапе, хотя к участию в их работе департамент безопасности не привлекался.

Суды отметили, что ФИО32, подписавший протокол заседания инвестиционного комитета ПАО «Крайинвестбанк» от 02.08.2012, был привлечен к участию в обособленных спорах (в качестве третьего лица) при рассмотрении заявлений о признании инвестиционных договоров ООО «Анапский проект» недействительными. Он также подтвердил, что ООО «Анапский проект» входило в группу компаний ПАО «Крайинвестбанк», юридически не связанных, но фактически подконтрольных организаций через доверенных физических лиц – работников ПАО «Крайинвестбанк», через которые Банк проводил свою инвестиционную деятельность. Финансовыми потоками, бухгалтерским учетом и платежами управляла одна организация – ООО «Экспер» через ЭЦП, у всех дочерних организациях расчетные счета были открыты в ПАО «Крайинвестбанк». Таким образом, фактически Банк управлял данными организациями. ФИО32 указал, что дочерних организаций Банка было около сорока. Данные организации носили многопрофильный характер: строительство многоэтажных домов, оказание юридических услуг, посредническая деятельность, операции с ценными бумагами и недвижимостью.

Согласно пояснениям ФИО51, представленным конкурсному управляющему ФИО26, ФИО51 работал в ПАО «Крайинвестбанк» в штате юристом, затем уволился, но через полгода директор Банка ФИО56 пригласил его в правовое управление или директором «дочерней» фирмы Банка. ФИО51 решил стать директором «дочерних фирм», сначала его оформили в ООО «Вектор-Юг». По мере возникающих задач, численность этой фирмы возрастала и круг обязанностей тоже. За время работы с ПАО «Крайинвестбанк» ФИО51 возглавлял следующие организации: ООО «Навигатор», ООО «Паритет-Инвест», ООО «ЮЦПУ», ООО «Контакт», ООО «Урожай», ООО «Империал», ООО «Юг-Инвест».

Как пояснил ФИО51, обязательным условием приема на работу юристов в подконтрольные ему фирмы являлась готовность возглавить «дочерние» фирмы Банка на принципах совместительства, и, как правило, не одну. Одной из основополагающих задач «дочерних» фирм Банка и, соответственно, директоров была работа с проблемными активами Банка (залоговое имущество), которые по договорам уступки передавались «дочерним» фирмам, с оплатой средствами, которые фирмы получали как новый кредит в Банке. ФИО32 также подтвердил, что ООО «Анапский Проект» входило в группу предприятий ПАО «Крайинвестбанк».

Суды подчеркнули, что Банк не опроверг указанные пояснения надлежащими доказательствами.

Кроме того, в целях выяснения вопроса об аффилированности и заинтересованности лиц, суд апелляционной инстанции допросил ФИО40

ФИО40 в суде апелляционной инстанции пояснил, что без протокола инвестиционного комитета сделка не могла быть заключена, поскольку в такой ситуации специализированный депозитарий согласия не даст. В состав инвестиционного комитета входили сотрудники ПАО «Крайинвестбанк».

Суды отметили, что данное пояснение ФИО40 согласуются с протоколом инвестиционного комитета ПАО «Крайинвестбанк» от 02.08.2012, из которого следует, что комитет утвердил концепцию застройки земельного участка по адресу: 

<

...>.

В материалы дела представлено постановление о привлечении в качестве обвиняемого ФИО28 (руководитель департамента инвестиций и внешних активов ПАО «Крайинвестбанк») от 18.09.2018, в котором указано, что 26.04.2012, точное время в ходе предварительного следствия не установлено, находясь в помещении головного офиса ОАО «Крайинвестбанк», расположенного по адресу: Краснодарский край, улица Мира, дом 34, ФИО37, действуя согласно отведенной ему преступной роли и во исполнение совместного преступного умысла, направленного на систематическое хищение путем обмана денежных средств участников долевого строительства в особо крупном размере, умышленно, из корыстных побуждений, являясь фактическим докладчиком на заседании инвестиционного комитета ОАО «Крайинвестбанк», с использованием своего служебного положения убедил членов инвестиционного комитета, неосведомленных об истинных преступных намерениях ФИО37 и ФИО28, в целесообразности участия ОАО «Крайинвестбанк» в инвестиционном проекте строительства жилого комплекса по адресу: 

<

...>. При этом инициатором – застройщиком проекта – инвестиционный комитет ОАО «Крайинвестбанк» определил ООО «Анапский Проект», которое на тот момент учреждено не было, и которое, согласно преступному умыслу ФИО37 и ФИО28 будет находиться в фактическом подчинении ОАО «Крайинвестбанк» в лице руководителя департамента инвестиций и внешних активов ОАО «Крайинвестбанк», то есть ФИО28

ФИО28 знал, что в ОАО «Крайинвестбанк» имеется ряд выпущенных облигационных займов, срок погашения которых истекает в 2014. С этой целью он организовал заключение ряда инвестиционных договоров между ООО «Анапский Проект» и иными организациями, входящими в «банковскую группу»: ООО «Интеграл», ООО «Кубань-Прогресс-Юг», ООО «Югинвестрегион», ООО «Кубанская Нива», ООО «ЮФК», ООО «ЮгФинСервис». Денежные средства, поступившие от инвестиционных договоров на расчетный счет ООО «Анапский Проект», в этот же день были списаны не для целей строительства ЖК «Парковый», а через ряд сделок между аффилированными организациями были перечислены ПАО «Крайинвестбанк», в том числе на погашение облигационных займов, выпущенных в 2009 году.

Кроме того, внешний управляющий должника представил в материалы дела полученные обманутыми дольщиками ООО «Анапский Проект» материалы уголовного дела № 16240830, возбужденного в отношении ФИО28, а именно: ряд протоколов допросов и очных ставок, которые также подтверждают наличие организаций, входящих в «банковскую группу», и свидетельствуют о контроле Банка над деятельностью должника.

Принимая во внимание имеющиеся в материалах дела доказательства, а также изложенные пояснения, суды пришли к выводу о том, что Банк осуществлял фактический контроль над деятельностью должника.

Кроме того, судебные инстанции учли, что, отказывая определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.03.2018 по настоящему делу (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2018) во включении требования ЗАО «Кубанская управляющая комания» ДУ ЗПИФН «Флагман» в реестр требований кредиторов должника, суды пришли к выводу о том, что АО «Кубанская управляющая компания» ДУ ЗПИФН «Флагман» входило в банковскую группу ПАО «Крайинвестбанк» и имелась заинтересованность лиц.

Наличие аффилированной группы юридических и физических лиц, которые действовали в интересах ПАО «Крайинвестбанк», установлено также в рамках обособленных споров об оспаривании сделок ООО «Анапский проект», (А32-28195/2016-2С, № А32-28195/2016-4С и др.).

Возражая против доводов внешнего управляющего должника, ПАО «РНКБ» указало на то, что в материалы дела не представлены конкретные факты и доказательства, свидетельствующие о том, что именно действия ПАО «Крайинвестбанка» стали причиной банкротства должника.

Признавая указанные возражения необоснованным, суды сочли их противоречащими представленным в материалы дела доказательствам, в том числе, протоколам допросов и очных ставок, полученным из уголовного дела.

При этом суды приняли во внимание пояснения руководителя должника ФИО1, данные им в судебных заседания первой и апелляционных инстанциях, согласно которым ПАО «Крайинвестбанк» осуществляло негласный контроль над деятельностью застройщика. Он был номинальным руководителем и все указания получал непосредственно от ПАО «Крайинвестбанк».

Кроме того, суды отметили, что расчетные счета должника, а также аффилированных организаций были открыты в ПАО «Крайинвестбанк».

ПАО «Крайинвестбанк» создало группу юридических лиц, осуществляло контроль за их хозяйственной деятельностью, при этом бывшие сотрудники банка возглавляли данные организации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание протоколы допросов свидетелей в рамках уголовного дела, давших развернутые пояснения относительно схемы ведения бизнеса, лиц, фактически координирующих деятельность должника, суды сочли установленным то, что ПАО «Крайинвестбанк» создало ООО «Анапский проект» и поддерживало систему управления должником, осуществляло подбор руководителей должника, контрагентов, определяло цели расходования всех денежных средств, поступающих на счет застройщика. Фактически строительство ЖК «Парковый» приостановилось со дня введения санации в отношении ПАО «Крайинвестбанк». Показания свидетелей, протоколы допросов, протоколы инвестиционных комитетов, вступившие в законную силу судебные акты о признании сделок ничтожными, в совокупности подтверждают, что ПАО «Крайинвестбанк» является контролирующим должника лицом.

При этом, учитывая вступившие в силу судебные акты, которыми сделки должника признаны недействительными, нецелевое расходование средств, поступавших должнику от участников строительства, суды отметили, что в результате произведенных финансовых операций ООО «Анапский Проект» лишилось свободных к продаже жилых и коммерческих площадей в строящихся многоквартирных жилых домах на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

...>, а также денежных средств, необходимых для осуществления строительства, что исключало возможность реализации строительного проекта (страницы 16 – 18 постановления о привлечения в качестве обвиняемого ФИО28).

В связи с чем суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ПАО «РНКБ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку правопредшественником банка создана схема по координации действий, осуществлению контроля за деятельностью, фиксированием и расходованием денежных средств, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды, во вред должнику и его кредиторам.

Действия Банка и ФИО1 являются согласованными, именно их действия привели к наступлению банкротства должника и невозможности расплатиться по обязательствам с кредиторами.

Следовательно, скоординированными и согласованными действиями контролирующих должника лиц – ПАО «Крайинвестбанк» и ФИО1 была реализована схема, при которой аффилированные лица осуществляли вывод активов должника, что привело к невозможности погашения требований кредиторов должника.

В связи с изложенным, суд правомерно привлек указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отклоняя довод Банка о том, что суд первой инстанции необоснованно признал протоколы допросов и очных ставок допустимыми доказательства по делу, поскольку на момент рассмотрения настоящего заявления Октябрьским районным судом города Краснодара объявлена только резолютивная часть обвинительного приговора  полный текст приговора не был изготовлен, суд апелляционной инстанции отметил, что указанное обстоятельство не может являться основанием для отказа в признании протоколов допроса и очных ставок в рамках расследования уголовного дела допустимыми доказательствами в арбитражном процессе. Показания, которые были даны свидетелями правоохранительным органам, относимы к настоящему спору, являются допустимыми с точки зрения содержания и способа их получения

Довод ПАО «РНКБ» о том, что к моменту возникновения у должника признаков неплатежеспособности, Банк не являлся мажоритарным акционером управляющей компании ОА «Кубанская управляющая компания», ФИО28 (начальник Департамента проблемных активов ПАО «Крайинвестбанк») создал «банковскую группу» в собственных интересах, а ПАО «Крайинвестбанк» не давало ФИО28 указаний и как юридическое лицо тоже пострадало от его действий, суды также сочли необоснованным, поскольку из материалов дела (протоколов инвестиционного комитета, свидетельских показаний должностных лиц Банка) следует, что ФИО28 действовал с ведома руководства Банка, в интересах Банка и фактически реализовывал решения инвестиционного комитета Банка, который возглавлял руководитель Банка.

Суды также отклонили ссылку Банка на судебную практику, так как различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права. Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела указанные ПАО «РНКБ» судебные акты не имеют и приняты судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

Оценивая довод Банка о том, что мотивированный судебный акт изготовлен спустя 5 месяцев после объявления резолютивной части определения, суд апелляционной инстанции указал на то, что нарушение судом первой инстанции срока изготовления определения в полном объеме не является безусловным основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Кодекса и не свидетельствует о его незаконности.

Довод Банка о том, что суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, выразившиеся в отсутствии у судьи права подписывать какие-либо документы, в том числе полный текст обжалуемого судебного акта первой инстанции, поскольку ввиду длительного отсутствия судьи Харченко С.В. в деле о банкротстве произведена замена судьи Харченко С.В. на судью Вологдину Е.В., отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку отсутствуют доказательства того, что полномочия судьи Харченко С.В. в период рассмотрения данного дела были прекращены в порядке, установленном законом.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что основания для предположения о том, что судебный акт подписан иным лицом, либо о физической невозможности подписания полного текста определения судьей Харченко С.В., у апелляционного суда отсутствуют. Кроме того, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 подписано ЭЦП судьи Харченко С.В.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание пояснения участников долевого строительства, суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, тождественны тем доводам, которые были предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, не опровергают правильность выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 от 30.06.2020 с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 АПК РФ суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022 по делу № А32-28195/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                                  В.В. Конопатов

 

Судьи                                                                                                          М.Г. Калашникова

 

Ю.О. Резник