АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-13037/2020

г. Краснодар

29 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июля 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей   Ташу А.Х.  и   Трифоновой Л.А., в отсутствие в судебном заседании истца – общества с ограниченной ответственностью «Ставропольские зори» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ответчика – сельскохозяйственного потребительского перерабатывающего кооператива «Новокавказский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие "Чечера"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО1, ФИО2 и Скорых Дмитрия Ивановича, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу сельскохозяйственного потребительского перерабатывающего кооператива «Новокавказский» на решение Арбитражного суда Ставропольского краяот 17.01.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А63-13037/2020, установил следующее.

ООО «Ставропольские зори» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к СППК «Новокавказский» (далее – кооператив) о взыскании 60 350 тыс. рублей задолженности и 20 365 332 рублей 84 копеек процентов за пользование заемными денежными средствами.

Кооператив заявил встречный иск о признании договора поручительства от 27.03.2020, заключенного кооперативом и  Хардиковой В.А., недействительным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Сельскохозяйственное предприятие "Чечера"» (предприятие, должник), ФИО1, ФИО2 и ФИО3 

Решением от 17.01.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 21.04.2022, первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано.  

В кассационной жалобе кооператив просит отменить судебные акты, отказать в удовлетворении первоначального иска и удовлетворить встречный иск. По мнению заявителя, расторжение дополнительного соглашения к договору займа влечет прекращение действия договора поручительства. Так, в пункте 1.2 дополнительного соглашения от 27.03.2020 к договору займа указано, что срок возврата 19 470 тыс. рублей до 01.07.2020, 35 млн рублей – до 01.11.2020. В связи с неоплатой задолженности в срок 01.07.2020 предприятию направлено уведомление о расторжении дополнительного соглашения в одностороннем порядке. Однако предприятием не оплачена лишь часть долга, то есть обязательство нарушено не в полном объеме, поэтому данное нарушение не является существенным и не является основанием для одностороннего расторжения этого соглашения. 20 июля 2020 года кооперативу направлено уведомление о просрочке предприятием уплаты части долга и предложено оплатить долг по договору займа от 23.03.2017. При этом на момент заключения кооперативом и Хардиковой В.А. договора поручительства от 27.03.2020 договор займа от 23.03.2017 действовал в редакции дополнительного соглашения от 27.03.2020.  По условиям этого соглашения снижена сумма долга и предусмотрен график ее погашения, то есть ответчик при заключении договора поручительства согласился отвечать за неисполнение обязательств, предусмотренных договором займа в редакции дополнительного соглашения, а не в первоначальной редакции договора. То обстоятельство, что дополнительное соглашение от 27.03.2020 к договору займа расторгнуто, является основанием для расторжения договора поручительства от 27.03.2020 на основании статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации. По условиям договора поручительства ответчик дал согласие на изменение условий основного обязательства без установления пределов ответственности. Данное условие договора противоречит положениям статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве». На момент заключения договора поручительства от 27.03.2020 обязательства предприятия по договору займа от 23.07.2017 были просрочены, что противоречит правовой природе договора поручительства, поэтому он является ничтожным. Заключение договора поручительства нарушает общие принципы гражданского права, поскольку в результате его заключения фактически произведен перевод чужого долга (предприятия) на ответчика, что является основанием для признания сделки ничтожной. К требованию о признании ничтожной сделки недействительной применим трехлетний срок исковой давности, который ответчиком не пропущен. 

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать.

Как установлено судами, 23.03.2017 ФИО1 (займодавцем) и предприятием (заемщиком) заключен договор займа № 23/03/2017 (далее – договор займа), по которому предприятию предоставлен заем в размере 61 млн рублей со сроком возврата  31.12.2017 под 11% годовых. 

4 февраля 2020 года ФИО1 и ФИО2 заключен договор цессии № ГХ/2020-1.

На основании указанного договора к ФИО2 перешли права требования к заемщику по договору займа. 

Пунктом 1.2 названного договора установлено, что общая сумма уступаемых цессионарию прав требований к должнику по договору займа по состоянию на 04.02.2020 (включительно) составляет 77 833 197 рублей 73 копейки, включая основной долг (сумму займа) в размере 60 350 тыс. рублей и проценты за пользование займом в сумме 17 483 197 рублей 73 копеек.

20.03.2020 проведено внеочередное общее собрание членов кооператива с повесткой дня:

– приобретение 100% долей в уставном капитале предприятия и последующая передача их в залог ФИО2 с целью обеспечения исполнения обязательств предприятия, возникших из договоров займа от 23.03.2017, заключенного с ФИО1;

– заключение договора поручительства с ФИО2 в обеспечение исполнения обязательств предприятия, возникших из договоров займа, заключенного с ФИО1;

– заключение договоров залога с ФИО2 в обеспечение исполнения обязательств предприятия, возникших из договоров займа (залога транспортного средства, производственного оборудования, недвижимого имущества).

Согласно протоколу собрания единогласным волеизъявлением членов кооператива решения одобрены без замечаний, о чем проставлены подписи лиц, участвующих в собрании.

27 марта 2020 года ФИО2 (заимодавец) и предприятие (заемщик) заключили дополнительное соглашение к договору займа.

В соответствии с пунктом 1.1 названного дополнительного соглашения заимодавец передал в собственность заемщику денежные средства в размере 60 350 тыс. рублей, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег в обусловленный договором срок.

Исходя из пункта 1.2 дополнительного соглашения, заемщик обязуется осуществить возврат займа в сумме 54 470 тыс. рублей, в следующие сроки: 19 470 тыс. рублей до 01.07.2020; 35 млн рублей до 01.11.2020.

Пунктом 2.1 дополнительного соглашения от 27.03.2020 установлено, что обязательства предприятия по возврату займа в размере 54 470 тыс. рублей, обеспечиваются: залогом 100% долей в уставном капитале предприятия; залогом будущего урожая 2020 года, сев которого осуществляется на земельных участках принадлежащих предприятию на праве собственности и праве аренды; договором поручительства кооператива; залогом движимого и недвижимого имущества, принадлежащего кооперативу; залогом недвижимого имущества, принадлежащего кооперативу; залогом недвижимого имущества, принадлежащего ФИО4

Согласно пункту 4 дополнительного соглашения от 27.03.2020 в случае необеспечения исполнения обязательств, предусмотренных соглашением (как всех, так и каждого по отдельности), заимодавец вправе в одностороннем порядке расторгнуть дополнительное соглашение путем направления уведомления предприятию. При расторжении дополнительного соглашения в одностороннем порядке договор займа действует в первоначальной редакции.

27 марта 2020 года ФИО2 (займодавец) и кооперативом (поручитель) заключен договор поручительства (далее – договор поручительства), по условиям которого которого поручитель обязуется перед заимодавцем отвечать за исполнение предприятием (заемщик) обязательств по договору займа, заключенному ФИО1 и предприятием, и дополнительному соглашению от 27.03.2020, заключенному ФИО2 и предприятием.

Пунктом 1.2 договора поручительства установлено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств по договору займа поручитель несет перед заимодавцем солидарную с заемщиком ответственность в том же объеме, включая возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков заимодавца, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств по договору займа. При изменении условий основного обязательства поручитель отвечает за исполнение заемщиком обязательств с учетом внесенных в него изменений без установления пределов ответственности.

Полагая, что внеочередное общее собрание членов кооператива от 20.03.2020 проведено с нарушением требований закона, ФИО3 (член кооператива) обратился в арбитражный суд с иском к кооперативу и ФИО2 о признании недействительными протокола общего собрания членов кооператива от 20.03.2020 № 20, договора поручительства с ФИО2 и договоров залога (залога транспортного средства и производственного оборудования, недвижимого имущества) (дело № А63-13848/2020). Определением от 27.10.2020 произведена замена ответчика ФИО2 на общество. 

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2021 по делу № А63-13848/2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.11.2021, в иске отказано.

В связи с ненадлежащим выполнением предприятием обязательств по договору займа и дополнительному соглашению к нему, истец 01.07.2020 на основании пункта 4 дополнительного соглашения от 27.03.2020 направил предприятию уведомление об одностороннем расторжении указанного соглашения, а 20.07.2020 направил ответчику письмо о необходимости произвести оплату суммы основного долга в размере 60 350 тыс. рублей, а также процентов за пользование займом в размере 21 021 916 рублей. 

На основании договора цессии от 21.07.2020 № 1, заключенного ФИО2 и обществом,  к истцу перешли в том числе права требования к заемщику и поручителю по договорам займа и поручительства. 

Об уступке прав требования ФИО2  уведомила заемщика и ответчика.

Досудебный порядок урегулирования спора не привел к его разрешению, в связи с чем общество обратилось в арбитражный суд с иском.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 02.12.2020 по делу № А63-14177/2020 признано обоснованным заявление ООО «ФЭС-Агро» о признании предприятия несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5 Определением суда от 14.07.2021 в отношении должника открыта процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО5 Определением от 04.06.2021 требования общества по договору займа (60 350 тыс. рублей основного долга и 21 709 346 рублей 63 копеек  процентов за пользование займом) включены в третью очередь реестра требований кредиторов предприятия.

Кооператив, ссылаясь на то, что на момент заключения договора поручительства обязательства предприятия по договору займа были просрочены, что противоречит правовой природе договора поручительства, обратился в арбитражный суд с встречным иском о признании его недействительным.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 10, 166, 168, 170, 181, 199, 309, 310, 361, 363, 367, 382, 384, 385, 388, 408, 421, 423, 572, 807, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив обстоятельства ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств перед обществом по возврату денежных средств, исполнение по которому обеспечено договором поручительства, приняв во внимание обстоятельства, установленные судами в рамках дел № А63-14177/2020 и А63-13848/2020 (судом оценивались обстоятельства заключения и исполнения договора займа и дополнительного соглашения к нему, договоров цессии, а также действительность решения собрания членов кооператива от 20.03.2020 об одобрении заключаемых кооперативом сделок в том числе договора поручительства), суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения первоначального иска, отказав в удовлетворении встречных требований, при этом учли, что наличие и размер задолженности предприятия перед обществом по договору займа установлены определением Арбитражного суда Ставропольского края от 02.12.2020 по делу № А63-14177/2020. 

Суды отклонили довод ответчика, заявленный в обоснование встречного иска, со ссылкой на разъяснения, изложенные в абзаце втором пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» (далее – постановление № 45), и указали на то, что заключение договора поручительства после наступления срока исполнения основного обязательства не влечет недействительность сделки. 

Ссылки ответчика на разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления № 45, а также на то, что расторжение  дополнительного соглашения от 27.03.2020 к договору займа влечет расторжение договора поручительства от 27.03.2020 на основании статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению судом округа.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановление № 45, согласие поручителя отвечать перед кредитором на измененных условиях может быть как заранее данным, например, при заключении договора поручительства, так и последующим (пункт 2 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заранее данное согласие должно быть явно выраженным и предусматривать пределы изменения основного обязательства, при которых поручитель согласен отвечать по обязательствам должника, например, содержать указание на денежную сумму или размер процентов, на которые могут быть увеличены соответственно сумма долга и проценты по нему, или порядок определения такого размера; срок, на который может быть увеличен или сокращен срок исполнения основного обязательства. Заранее данное согласие, не содержащее указания на такие пределы, считается невыданным. Заранее данное поручителем согласие охватывает все изменения основного обязательства в пределах, установленных таким согласием, и не требует оформления дополнительного соглашения между кредитором и поручителем на каждое последующее изменение основного обязательства.

По условиям договора поручительства поручитель обязуется перед заимодавцем отвечать за исполнение предприятием (заемщик) обязательств по договору займа, заключенному ФИО1 и предприятием, и дополнительному соглашению от 27.03.2020, заключенному ФИО2 и предприятием. 

Заключая договор поручительства, кооператив был ознакомлен с условиями дополнительного соглашения от 27.03.2020, в том числе с условием пункта 4 о праве займодавца на отказ от исполнения этого соглашения в случае ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств, предусмотренных названным соглашением. Последствия такого отказа определены в пункте 4  дополнительного соглашения от 27.03.2020 (договор займа действует в первоначальной редакции) и стали известны кооперативу при заключении договора поручительства. Указанное соглашение и договор поручительства не нарушают требований закона, заключены с учетом принципа свободы договора. 

При этом поручитель имеет право покрыть свои имущественные потери за счет требования кредитора к основному должнику, которое переходит к поручителю на основании части 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводами кассационной жалобы не подтверждается, что заявителем приведены аргументы и объективные данные, опровергающие установленные судами обстоятельства, а также представлены достаточные доказательства в подтверждение наличия признаков злоупотребления правом со стороны общества и его правопредшественников.

Довод кассационной жалобы кооператива о неправильном исчислении срока исковой давности не может служить основанием для отмены судебных актов, поскольку в удовлетворении исковых требований о признании договора поручительства отказано судами по существу.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов по доводам жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 17.01.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А63-13037/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                     О.В. Бабаева

 

Судьи

                                   А.Х. Ташу

Л.А. Трифонова