ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

25.12.2023

Дело № А40-238687/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18.12.2023 

Полный текст постановления изготовлен  25.12.2023

 

  Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининои? Н.А.,

судей: Кузнецова В.В., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» - ФИО1 по доверенности от 30.01.2023 № 5,

рассмотрев 18.12.2023 в судебном заседании кассационную жалобу Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023,

по жалобам ГК «АСВ» на действия (бездействие) конкурсных управляющих ФИО2 и ФИО3, содержащим требования о взыскании с них убытков

по делу о признании ЗАО «Софьино-70» несостоятельным (банкротом). 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 20.03.2019 ЗАО «Софьино70» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, применены положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2021 ФИО2 была освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, новым конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

05.10.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступила жалоба конкурсного кредитора ГК «АСВ» на действия (бездействия) арбитражных управляющих ФИО3, ФИО2.

09.11.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступила жалоба конкурсного кредитора ГК «АСВ» на действия (бездействия) арбитражных управляющих ФИО3, ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2023 указанные заявления были объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 заявление ГК «АСВ» было удовлетворено частично, прекращено производство в части признания незаконными и необоснованным действий конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3 в заключении между ЗАО «Софьино- 70» и ФИО4 дополнительного соглашения № 1 от 18.08.2021 к трудовому договору № 2 от 18.08.2021, между ЗАО «Софьино-70» и ФИО5 дополнительного соглашения № 1 от 27.05.2021 к трудовому договору № 1 от 27.05.2021, отказано в удовлетворении остальной части жалоб, с арбитражного управляющего ФИО3 в конкурсную массу должника ЗАО «Софьино-70» взысканы убытки в размере 941 136 рублей 14 копеек.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ГК «АСВ» обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты в части отказа в признании незаконными и необоснованными бездействий конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2, выразившихся в непроведении в срок, установленный Законом о банкротстве, оценки имущества должника, и как следствие, в затягивании сроков конкурсного производства, что повлекло за собой увеличение текущих расходов, связанных с выплатой вознаграждения конкурсному управляющему в размере 210 000 руб.; в нерасторжении трудового договора с ФИО6; в необоснованном заключении трудового договора с ФИО7 и оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб.; в необоснованном заключении с ООО «УК «Дело» договоров № б/н от 20.03.2019 оказания юридических услуг, № б/н от 01.04.2019 оказания юридических услуг; по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20.03.2019 на оказание бухгалтерских услуг за период 20.03.2019 - 31.03.2020 с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно, в части отказа в признании незаконными и необоснованным действий конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3, выразившихся в необращении в суд с заявлением о признании необоснованным привлечения конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7 и выплату ему заработной платы в размере 802 137,20 руб.; взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытков в размере 1 549 800 руб., из них 802 137,20 руб. солидарно с конкурсным управляющим ФИО3, принять новый судебный акт об удовлетворении требований. Заявитель в кассационной жалобе указывает, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суды не исследовали и не оценили в полной мере доводы заявителя и необоснованно отказали в удовлетворения жалобы кредитора в указанной части.

От САУ Национальный центр реструктуризации и банкротства и конкурсного управляющего должника поступили отзывы на кассационную жалобу, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителя конкурсного управляющего должника, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что судебные акты подлежат отмене в части, в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами, ГК «АСВ» просило:

1. Признать незаконными и необоснованными бездействия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2 по не проведению в срок, установленный Законом о банкротстве оценки имущества должника, и как следствие, затягивание сроков конкурсного производства, что повлекло за собой увеличение текущих расходов, связанных с выплатой вознаграждения конкурсному управляющему в размере 210 000 руб.;

2. Признать незаконными и необоснованными действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2, выразившиеся в заключении трудового договора с ФИО7 и по оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб.;

3. Признать незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3, выразившиеся в не обращении в суд с заявлением о признании необоснованным привлечение конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7, не расторжение с ним трудового договора и выплату ему заработной платы в размере 802 137,20 руб.;

4. Признать незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2 по заключению с ООО «УК «Дело» договоров № б/н от 20.03.2019 оказания юридических услуг, № б/н от 01.04.2019 оказания юридических услуг;

5. Признать незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2 по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20.03.2019 на оказание бухгалтерских услуг за период 20.03.2019 - 31.03.2020 с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно;

6. Взыскать с конкурсного управляющего ФИО2 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытки в размере 1 549 800 руб., из них 802 137,20 руб. взыскать солидарно с конкурсным управляющим ФИО3

а также признать незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2 по не расторжению трудового договора с ФИО6; действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3 в заключении между ЗАО «Софьино-70» и ФИО4 дополнительного соглашения № 1 от 18.08.2021 г. к трудовому договору № 2 от 18.08.2021, между ЗАО «Софьино-70» и ФИО5 дополнительного соглашения № 1 от 27.05.2021 к трудовому договору № 1 от 27.05.2021 и не возмещать их за счет конкурсной массы ЗАО «Софьино-70»; взыскать с конкурсного управляющего ФИО3 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытки в размере 941 136,14 руб.

Рассмотрев жалобу кредитора в части признания незаконными и необоснованным действий конкурсного управляющего ФИО2 по нерасторжению трудового договора с ФИО6, суд установил, что в штате должника в период с даты открытия процедуры конкурсного производства до 07.06.2021 находился сотрудник ФИО6 (руководитель финансового отдела), которая была принята на работу 11.03.2014, в период с 24.11.2017 по 12.04 2018 - находилась в отпуске по беременности и родам, в период с 29.04.2018 по 30.01.2021 - в отпуске по уходу за ребенком до 3 лет.

По мнению кредитора, конкурсный управляющий ФИО2, выполняя возложенные на нее обязанности, должна была не позднее 20.06.2019 предпринять меры по расторжению трудового договора с ФИО6 по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 81 ТК РФ, с соблюдением требований, установленных статьями 178, 180 ТК РФ, не дожидаясь вынесения арбитражным судом определения о завершении конкурсного производства, а сохранение в период конкурсного производства в штате работника ФИО6 повлекло за собой дополнительные текущие расходы должника в виде оплаты труда, уплаты налоговых платежей, уплаты страховых взносов за период с 20.06.2019 по 27.01.2021.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО6 была принята на работу 11.03.2014 на должность руководителя финансового отдела, т.е. до введения в отношении ЗАО «Софьино-70» процедуры конкурсного производства (19.03.2019), а в период с 24.11.2017 по 12.04.2018 находилась в отпуске по беременности и родам, в период с 29.04.2018 по 30.01.2021 находилась в отпуске по уходу за ребенком до 3 лет, и 07.06.2021 трудовой договор с ФИО6 был расторгнут.

Отказывая в удовлетворении жалобы кредитора в данной части, суды исходили из того, что по смыслу статьи 261 ТК РФ открытие в отношении должника процедуры конкурсного производства не означает ликвидации организации и не создаёт оснований для расторжения трудового договора в порядке пункта 1 части 1 статьи  81 ТК РФ с беременными женщинами либо с женщинами, находящимися в отпуске по уходу за ребёнком.

Рассмотрев заявление кредитора в части признания незаконными и необоснованными бездействия конкурсного управляющего ФИО2 по непроведению в срок, установленный Законом о банкротстве оценки имущества должника, и затягивание сроков конкурсного производства, увеличение текущих расходов, связанных с выплатой вознаграждения конкурсному управляющему в размере 210 000 руб., судами установлено, что сообщением от 28.02.2020 № 4764034, опубликованным на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ), конкурсный управляющий уведомил кредиторов о результатах инвентаризации имущества должника, сведения об отчете об оценке имущества опубликованы на сайте ЕФРСБ сообщением от 09.12.2020 № 5865498.

Кредитор ссылался на то, что период осуществления оценки имущества превысил установленный Законом о банкротстве двухмесячный срок на семь месяцев, а необоснованно длительное проведение мероприятий, направленных на реализацию имущества ЗАО «Софьино-70», привело к увеличению текущих расходов, связанных с выплатой вознаграждения конкурсному управляющему в размере 210 000 руб. в период с июня 2020 г. по декабрь 2020 г. из расчета 30 000 руб. в месяц.

Судом первой инстанции установлено, что после опубликования результатов инвентаризации, конкурсный управляющий приступил к поиску оценочной компании и формировании технического задания на проведение оценки, кроме того, поскольку указанное имущество являлось предметом залога Агентства, оценщик также должен был быть аккредитован и при Агентстве.

Суды указали, что как следует из представленных в материалов обособленного спора доказательств, конкурсным управляющим ФИО2 был сформирован проект задания на оценку и 26.03.2020 направлены запросы в аккредитованные при Союзе АУ «СРО СС» оценочные организации о возможности проведения оценки, а длительные сроки ответа от экспертных учреждений были связаны также с введением ограничений на работу организаций в связи распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19.

С учетом изложенного, суды пришли к выводу, что арбитражный управляющий ФИО2 предприняла все необходимые меры для заключения договора с оценочной организацией, при этом, отказы организаций от проведения оценки не могут быть поставлены в вину конкурсному управляющему и не свидетельствуют о незаконности ее действий, кроме того, затягивание проведения оценки было связано также и со значительным объёмом недвижимого имущества, находящегося в собственности должника, его отдалённостью, непередачей конкурсному управляющему документации относительно имущества. Впоследствии после устранения неопределённости касательно перечня имущества, конкурсным управляющим было организовано проведение оценки земельных участков, (отчёт № Н-1136-2020 от 01.12.2020, составленный ООО «Независимый центр «БАЛТЭКСПЕРТИЗА» на основании договора № Н-1136-2020 на оказание услуг по оценке от 25.08.2020).

Таким образом, по мнению судов, арбитражным управляющим ФИО2 было обеспечено своевременное проведение оценки имущества должника путём проведения мероприятий, направленных на поиск оценщика, сбор документов для проведения оценки и согласование задания на оценку.

Суд округа соглашается с указанными выводами судов, поскольку, принимая судебные акты в указанной части, суды исходили из фактических обстоятельство по спору и подлежащих применению норм права.

Судебная коллегия обращает внимание, что в соответствии со статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

При этом, признание в установленном порядке или объявление лица банкротом не означает ликвидацию организации, а влечет лишь начало процесса ликвидации.

Следовательно, расторжение трудовых договоров с работниками по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на момент признания организации банкротом неправомерно.

Также работнице, которая увольняется после отпуска по уходу за ребенком, положены те же выплаты, что и любому другому увольняющемуся работнику. Независимо от основания увольнения работнику положены заработная плата (включая компенсационные и стимулирующие выплаты) и денежная компенсация за неиспользованный отпуск.

Ссылка заявителя на положения пункта 6 раздела IV Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016), согласно которому конкурсный управляющий, осуществляя права и обязанности работодателя в период конкурсного производства, вправе увольнять работников организации-должника в порядке и на условиях, которые предусмотрены трудовым законодательством, не может быть принята во внимание.

Разъяснения, данные в указанном пункте, касаются проведения процедур банкротства в отношении должника - кредитной организации, которое имеет особенности, связанные с правовым статусом организации.

Так, кредитная организация это юридическое лицо, которое для извлечения прибыли, как основной цели своей деятельности, на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации (Банка России) имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные Федеральным законом «О банках и банковской деятельности» (ст. 1 Федерального закона N 395-1 от 02.12.1990 «О банках и банковской деятельности»).

Следовательно, после отзыва Центральным банком у кредитной организации лицензии, ее деятельность не может быть восстановлена в процессе конкурсного производства, в отличии от иных обычных категорий должников.

Таким образом, применительно к кредитным организациям, отзыв лицензии, по сути, является ликвидаций, в связи с чем Верховный Суд Российской Федерации посчитал возможным применение норм статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении сотрудников банка в конкурсном производстве.

В рассматриваемом же случае должник не относится к кредитным организациям или иным специальным категориям должников, в связи с чем, применение вышеназванных разъяснений к нему невозможно, должник не ликвидирован и оснований для расторжения трудового договора с ФИО6 не имелось.

Кроме того, суд кассационной инстанции принимает во внимание выводы  судов сделанные при принятии определение Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.03.2023 по делу № А40-238687/2018 и Определения Верховного  Суда Российской Федерации от 05.07.2023 № 305-ЭС21-18423(2) об отказе  в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

Между тем, суд округа не может согласиться с выводами судов в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованными бездействие конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2, выразившееся:

 - в необоснованном заключении трудового договора с ФИО7 и оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб.;

 - в необоснованном заключении с ООО «УК «Дело» договоров: № б/н от 20.03.2019 оказания юридических услуг, № б/н от 01.04.2019 оказания юридических услуг; 

- по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20.03.2019 на оказание бухгалтерских услуг за период 20.03.2019 – 31.03.2020 с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно; 

а также в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3, выразившиеся в необращении в суд с заявлением о признании необоснованным привлечения конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7 и выплату ему заработной платы в размере 802 137,20 руб. и взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытков.

Так, рассмотрев жалобу кредитора в части признания незаконными и необоснованными действий конкурсного управляющего ФИО2, выразившихся в заключении трудового договора с ФИО7 и по оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб., суд установил, что в соответствии с отчетом конкурсного управляющего о своей деятельности от 14.09.2022 в период с начала открытия конкурсного производства до 25.08.2020 в штате должника числился ФИО7, принятый на должность исполнительного директора конкурсным управляющим ФИО2 в период конкурсного производства, перечисление указанному лицу заработной платы в размере 1 339 800 руб. подтверждаются отчетом о движении денежных средств должника от 15.09.2022.

По мнению кредитора, в материалах дела отсутствуют доказательства исключительной необходимости в привлечении по трудовому договору исполнительного директора, поскольку заключение трудовых договоров с работниками в процедуре конкурсного производства не зависит от усмотрения арбитражного управляющего и не может подменять собой практику заключения гражданско-правовых договоров оказания услуг со специалистами, привлеченными управляющим для обеспечения своей деятельности. Также заявитель ссылался на то, что доказательств исполнения исполнительным директором своих обязанностей по трудовому договору не представлено.

Судами было установлено, что в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО2 был принят в штат на имеющуюся вакантную должность исполнительного директора ФИО7, период трудоустройства которого составил с 01.04.2019 по 25.08.2020, при этом, в ходе проведения инвентаризации должника выявлено 76 земельных участков, а также 4 объекта незавершённого строительства (жилые дома), должник является балансодержателем сетей водоснабжения, газоснабжения и канализации, водозаборного узла и систем водоочистки с помощью которых оказываются услуги населению по водоснабжению и водоотведению, газоснабжению, с учетом специфической деятельности должника (строительство крупномасштабных и дорогостоящих объектов недвижимости), для эффективного сопровождения процедуры банкротства, которое бы позволило максимально удовлетворить требования кредиторов, в штате должника необходим был специалист с опытом работы в сфере строительства и введения объектов недвижимости в эксплуатацию.

Суды пришли к выводу, что наличие сотрудника, обладающего специальными познаниями в сфере деятельности должника, позволило оперативно и качественно провести конкурсное производство, принятый в штат ФИО7 решал операционные задачи в целях процедуры конкурсного производства ЗАО «Софьино-70», стоимость его привлечения в несколько раз ниже себестоимости охранных услуг.

Таким образом, суды признали расходы на оплату труда исполнительного директора целесообразными, способствовавшими сохранению конкурсной массы, росту стоимости объектов недвижимого имущества должника.

Также суды учитывали, что из протоколов собрания кредиторов следует, что отчеты конкурсного управляющего принимались кредиторами к сведению без каких - либо замечаний и предложений, и кредиторам (в том числе и Агентству) ежеквартально предоставлялась подробная информация о всех мероприятиях, проводимых в рамках процедуры банкротства должника, а также о привлечённых специалистах и работниках.

С учетом изложенного, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы кредитора в указанной части.

Рассмотрев жалобу кредитора на бездействия конкурсного управляющего должника ФИО3, которая не обратилась в суд с заявлением о признании необоснованным привлечения конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7, и выплатила 25.03.2021 заработную плату за период с августа 2019 г. по май 2020 г. в размере 802 137,20 руб., суды пришли к выводу, что в период времени, когда конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО3 действия предшествующего конкурсного управляющего -ФИО2 по привлечению исполнительного директора ФИО7 никем из участвующих в деле о банкротстве лиц, в том числе ГК «АСВ», не оспаривалось. При этом, в случае несогласия с соответствующими действиями конкурсного управляющего ФИО2 кредиторы были вправе их обжаловать, а также заявить о взыскании с арбитражного управляющего причинённых убытков.

Более того, суды учитывали, что срок действия договора истёк 25.08.2020, то есть до назначения ФИО3 конкурсным управляющим должника.

Таким образом, по мнению судов, отсутствовали основания для удовлетворения жалобы кредитора в данной части.

Рассмотрев жалобу кредитора на действия конкурсного управляющего ФИО2 по заключению с ООО «УК «Дело» договоров № б/н от 20.03.2019, № б/н от 01.04.2019 оказания юридических услуг, по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20.03.2019 на оказание бухгалтерских услуг за период 20.03.2019 - 31.03.2020 с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно, суды установили, что ФИО2 заключила с ООО «УК Дело» договоры оказания юридических услуг от 20.03.2019 от 01.04.2019, и с ООО «ПБУ» договор на оказание бухгалтерских услуг от 20.03.2019 № б/н, трудовой договор 01.04.2019 № 010401/19.

По мнению кредитора, привлекая ООО «УК Дело» по договорам № б/н от 20.03.2019, № б/н от 01.04.2019 и ООО «ПБУ» по договору № б/н от 20.03.2019 необоснованно, арбитражный управляющий не должен возмещать расходы на оплату их вознаграждения за счет конкурсной массы ЗАО «Софьино-70», в противном случае конкурсным кредиторам должника (в том числе и заявителю) будут причинены убытки.

Судами установлено, что по итогам оказания услуг исполнителями были составлены акты о проделанной работе, принятые арбитражным управляющим ФИО2, имеются подробные отчеты о проделанной работе бухгалтером, информация о проделанной работе привлеченным специалистом в процедуре конкурсного производства ЗАО «Софьино-70» подтверждается бухгалтерской отчётность, декларацией и т.д., в связи с чем, оценив услуги, оказанные ООО «ПБУ», а также необходимость привлечения указанного лица, возможность выполнения работы без его привлечения, суды пришли к выводу об обоснованности привлечения специалиста.

Отклоняя доводы заявителя о том, что поскольку в штате должника всегда находился главный бухгалтер, все мероприятия по составлению и сдаче бухгалтерской отчётности, составлению платёжных документов и иных мероприятий, помимо конкурсного управляющего, данную работу мог (и должен был) выполнить главный бухгалтер, находящийся в штате должника, суды исходили из того, что целесообразность привлечения по трудовому договору главного бухгалтера была обусловлена разной функциональной направленностью между работником и привлечённым специалистом ООО «ПБУ», при этом, конкурсным управляющим в качестве специализированной организации для оказания бухгалтерских услуг выбрано ООО «ПБУ» со стоимостью услуг в размере 100 000 руб. в месяц с выполнением обязанностей предусмотренные ранее заместителю главного бухгалтера, бухгалтеру по расчёту заработной платы и руководителю финансового отдела.

Оценив также услуги, оказанные ООО «УК «Дело» и необходимость привлечения указанного лица, возможность выполнения работы без его привлечения, судами было установлено, что в актах оказанных услуг к договору б/н от 20.03.2019 (юридические услуги) за период с 20.03.2019 по 28.02.2020 отражена фактическая деятельность привлечённого лица, изложенная в актах информация о проделанной работе привлеченным специалистом в процедуре конкурсного производства должника подтверждается процессуальными документами, публикациями в ЕФРСБ, судебными актами, письмами и иными доказательствами, представленными в ходе рассмотрения жалобы.

С учетом изложенного, поскольку значительный объем и сложность выполняемых конкурсным управляющим функций для надлежащего выполнения обязанностей объективно требовали привлечения дополнительных специалистов, суды пришли к выводу, что арбитражный управляющий, даже с учетом имеющейся у него квалификации, не мог единолично осуществлять полномочия, вести бухгалтерский учет, а также вести объемную переписку, знакомиться с материалами судебных дел, вырабатывать правовые позиции, участвовать в судебных разбирательствах, обеспечивать работу с дольщиками.

Также судами установлено, что размер оплаты услуг привлеченных конкурсным управляющим лиц для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, не превышает установленных лимитов.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов лиц путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

Согласно пункту  1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он исполняет обязанности руководителя должника и иных органов управления должника.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет такую деятельность, регулируемую названным Законом, занимаясь частной практикой. Конкурсный управляющий выполняет полномочия руководителя и иных органов управления должника. 

Каждый последовательно сменяющий друг друга управляющий является правопреемником предыдущего, как в материальном смысле этого понятия, так и в процессуальном.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что согласно пункту 5 статьи 20.3 Закона полномочия, возложенные в соответствии с Законом на арбитражного управляющего в деле о банкротстве, не могут быть переданы иным лицам. Вместе с тем арбитражный управляющий для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве имеет право привлекать на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено Законом о банкротстве, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами (абзац шестой пункта 1 статьи 20.3 Закона).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при привлечении привлеченных лиц арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене. При рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией. Привлекая привлеченное лицо, арбитражный управляющий обязан в числе прочего учитывать возможность оплаты его услуг за счет имущества должника.

В соответствии с Приказом Минэкономразвития Российской Федерации от 10.12.2009 № 517 «Об утверждении Единой программы подготовки арбитражных управляющих» арбитражный управляющий должен обладать комплексными знаниями, включающими в себя познания в области гражданского, налогового, трудового и уголовного права, гражданского, арбитражного и уголовного процесса, бухгалтерского учета и финансового анализа, оценочной деятельности и менеджмента, законодательства о несостоятельности (банкротстве) для осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего.

Таким образом, при оценке деятельности арбитражного управляющего следует исходить из презумпции компетентности арбитражного управляющего в вышеперечисленных областях знаний.

Также в силу положений пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве, части 1 статьи 7, части 1 статьи 18 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», подпункта 5 пункта 1 статьи 23, статей 24 и 27 Налогового кодекса Российской Федерации, обязанности по ведению и сдаче бухгалтерской (финансовой) и налоговой отчетности должника возлагаются на конкурсного управляющего.

В пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве», указано, что при привлечении  привлеченных лиц арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене.

То есть, за счет средств должника подлежат возмещению лишь те услуги, которые оказаны в соответствии с Законом о банкротстве и направлены на обеспечение деятельности конкурсного управляющего с соблюдением баланса интересов кредиторов и должника.

В иных случаях конкурсный управляющий вправе привлекать специалистов с оплатой их услуг за счет собственных средств.

С учетом изложенной правовой позиции, принимая во внимание, доводы ГК «АСВ», а также тот факт, что в штате должника числились руководитель юридического отдела и главный бухгалтер, с ними были заключены соответствующие трудовые договоры, суд округа полагает, что нельзя согласиться с выводами судов о том, что указанные действия управляющего по привлечению специалистов для оказания бухгалтерских и юридических услуг являются законными и обоснованными, а сам по себе факт, что управляющий не превысил лимит расходов, не исключает соответствующего необоснованного и незаконного поведения управляющего.

Так из материалов дела не следует, что кредиторами было принято решение о продолжении должником хозяйственной деятельности в процедуре конкурсного производства.

Вместе с тем, процедура конкурсного производства является ликвидационной процедурой, поскольку установлен факт невозможности восстановления платежеспособности должника, и ее проведение направлено на наиболее полное удовлетворение требований кредиторов должника.

Также  суд округа не может согласиться с выводами судов в части обоснованности заключения договора с ФИО7, поскольку в соответствии с законодательством о банкротстве именно на конкурсного управляющего должника возложены обязанности по руководству обществом, принимая во внимание, наличие у управляющего соответствующей компетенции.

Признавая законным принятие указанного лица конкурным управляющим на работу по трудовому договору, судами не учтено следующее.

При рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения иного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать, в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим, возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией.

В пункте 1 Постановления № 91 разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с оплатой услуг лиц, привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности и исполнения возложенных на него обязанностей, судам необходимо учитывать, что привлечение иных лиц должно осуществляться арбитражным управляющим на основании названных норм Закона о банкротстве с соблюдением в отношении услуг, не упомянутых в пункте 2 статьи 20.7, положений пунктов 3 и 4 этой статьи о лимитах расходов на оплату их услуг.

Указанные положения о лимитах распространяются на услуги любых лиц (относящихся к категориям как специалистов, так и обслуживающего персонала), привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности и исполнения возложенных на него обязанностей; они не распространяются на оплату труда лиц, находящихся в штате должника.

При этом судам необходимо учитывать, что сохранение штатных единиц и заполнение вакансий из их числа в процедуре конкурсного производства допускаются лишь в той мере, в какой это оправданно для целей конкурсного производства, прежде всего сбора и реализации конкурсной массы, расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Из приведенного нормативного обоснования следует, что конкурсный управляющий вправе принимать на работу лиц по трудовому договору, но с обязательным соблюдением Закона о банкротстве, а также принципов разумности и добросовестности.

Вместе с тем, по смыслу приведенных разъяснений заключение трудовых договоров с работниками в процедуре конкурсного производства не зависит от усмотрения арбитражного управляющего и не может подменять собой практику заключения гражданско-правовых договоров оказания услуг со специалистами, привлеченными управляющим для обеспечения своей деятельности, поскольку допускается только при наличии к тому оснований.

Кроме того, деятельность работников в ходе процедуры конкурсного производства должна представлять собой необходимое продолжение основной деятельности должника в соответствующей части и допускается лишь в той мере, в какой это оправданно для целей конкурсного производства.

Между тем судами не дана правая оценка доводам кредитора о том, что в данном случае арбитражный управляющий исполнение своих обязанностей в деле о банкротстве должника возложил на иных лиц с оплатой расходов на их услуги за счет имущества должника.

Судами не устанавливалось, конкретно какие функции выполнял конкурсный управляющий, в то время как им были привлечены общества (ООО «ПБУ» и ООО «УК «Дело») и физические лица в спорный период для выполнения функций возложенных законодателем на управляющего.

Также заслуживают внимания доводы кредитора о том, что ФИО7 не исполнялись фактически трудовые функции, поскольку должник не оказывал ни каких услуг жителям, услуги по поставке коммунальных услуг оказывала управляющая компания.

Суды не указали в чем конкретно заключалась функция ФИО7, учитывая, что должник являлся лишь балансодержателем имущества, доказательств того, что должник осуществлял какие-либо работы связанные с эксплуатацией сетей не представлено.

Между тем, судами не учтено, что разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Кроме того, судами не дана оценка тому, что доказательств выполнения исключительных трудовых обязанностей исполнительным директором, которые не мог выполнить конкурсный управляющий должника самостоятельно либо иные работники должника, сохраненные в штате, не представлено.

Под привлеченными лицами, в отличие от лиц, работающих по трудовым договорам, понимаются лица, работающие на основе гражданско-правового договора, привлеченные арбитражным управляющим в целях обеспечения возложенных на него обязанностей.

Таким образом, судами не исследовались обстоятельства  необходимости  привлечение исполнительного директора именно по трудовому договору, не опровергнуты доводы кредитора о том, что  целью привлечения указанного лица по трудовому договору являлось именно обход установленных Законом о банкротстве правил о лимитах на привлеченных специалистов; судами не устанавливалось, имелся ли в спорный период (работы исполнительного директора), у должника достаточный лимит, исходя из балансовой стоимости активов должника.

В отношении ответственности конкурсного управляющего должника ФИО3 необходимо отметить, что вновь назначенный управляющий обязан был установить обоснованность спорных выплат в разумные сроки после преступления к исполнению обязанностей.

Однако суды данные обстоятельства не исследовали и не учитывали.

Таким образом, суд округа полагает, что судебные акты подлежат отмене в части, поскольку суды не установили обстоятельства, подлежащие исследованию при рассмотрении данной категории споров, не учли доводы кредитора и правовые позиции вышестоящих инстанций.

С учетом изложенного, суд округа также считает необходимым отменить судебные акты в части отказа во взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытков

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Судебная коллегия суда кассационнои? инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованными бездействие конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2, выразившееся: - в необоснованном заключении трудового договора с ФИО7 и оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб.; - в необоснованном заключении с ООО «УК «Дело» договоров № б/н от 20.03.2019 оказания юридических услуг, № б/н от 1 апреля 2019 г. оказания юридических услуг; - по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20 марта 2019 г. на оказание бухгалтерских услуг за период 20 марта 2019 г. – 31 марта 2020 г. с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно; а также в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3, выразившиеся в необращении в суд с заявлением о признании необоснованным привлечения конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7 и выплату ему заработной платы в размере 802 137,20 руб. и взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытков, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных деи?ствии?, установленных для рассмотрения дела в суде первои? инстанции, что невозможно в суде кассационнои? инстанции в силу его полномочии?, спор в отмененной части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражныи? суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора в отмененной части, суду первои? инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законныи?, обоснованныи? и мотивированныи? судебныи? акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 по делу № А40-238687/2018 отменить в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованными бездействие конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО2, выразившееся: - в необоснованном заключении трудового договора с ФИО7 и оплате расходов по данному трудовому договору в размере 1 339 800 руб.; - в необоснованном заключении с ООО «УК «Дело» договоров № б/н от 20.03.2019 оказания юридических услуг, № б/н от 1 апреля 2019 г. оказания юридических услуг; - по заключению с ООО «ПБУ» договора № б/н от 20 марта 2019 г. на оказание бухгалтерских услуг за период 20 марта 2019 г. – 31 марта 2020 г. с размером вознаграждения 100 000 руб. ежемесячно; а также в части отказа в удовлетворении жалобы ГК АСВ о признании незаконными и необоснованным действия конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70» ФИО3, выразившиеся в необращении в суд с заявлением о признании необоснованным привлечения конкурсным управляющим ФИО2 исполнительного директора ФИО7 и выплату ему заработной платы в размере 802 137,20 руб. и взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО3 в пользу ЗАО «Софьино-70» убытков.

В отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А40-238687/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда России?скои? Федерации в двухмесячныи? срок.

 

Председательствующии? – судья                                                Н.А. Кручинина 

 

Судьи:                                                                                        В.В. Кузнецов

 

Н.Н. Тарасов