СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-14792/2021-ГК

г. Пермь

12 января 2023 года

Дело №А71-3818/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 января 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего О.В. Лесковец, судей Л.В. Дружининой,                   О.В. Сусловой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

лица, участвующие в деле, в судебное заседание своих представителей не направили, извещенны о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28 октября 2022 года по делу №А71-3818/2021

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании убытков, 

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» (далее – Учреждение, учреждение «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики», ответчик) о взыскании 466919 руб. 76 коп. убытков, составляющих стоимость непоставленного товара по договору на поставку медицинских изделий от 31.03.2020 № 0813500000120002484 и расходов по оплате доставки товара курьерской службой (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ). 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.09.2021 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2021 решение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 19.05.2022  решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.09.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2021 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

При новом рассмотрении дела истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика 459333 руб. 74 коп. убытков. Уточнение принято судом первой инстанции в порядке ст. 49 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.10.2022 (с учетом определения об исправлении опечатки от 28.10.2022) исковые требования удовлетворены: с ответчика в пользу истца взыскано 459333 руб. 74 коп. убытков, а также 12187 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Кроме того, в порядке распределения судебных расходов истцу из федерального бюджета возвращено 44 руб. государственной пошлины по иску, уплаченной по платежному поручению от 03.03.2021 №1747.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит изменить решение суда и принять по делу новый судебный акт, отказав истцу в удовлетворении исковых требований в части взыскания убытков в виде упущенной выгоды в размере 180876 руб. 50 коп. В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на неправильное применение судом при принятии решения о взыскании с ответчика убытков в виде упущенной выгоды (180876 руб. 74 коп.) положений ч. 23 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе), которыми, вопреки указанию суда первой инстанции, стороне контракта не предоставлено право требования возмещения упущенной выгоды. В подтверждение данного вывода ответчик ссылается на правовой подход, приведенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.03.2018 №305-ЭС17-19009 по делу                №А40-171449/2016, на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 24.12.2020 №2990-О, а также на указания Арбитражного суда Уральского округа, приведенные в постановлении от 19.05.2022 по настоящему делу. Кроме того, в подтверждение вывода об ограничении ответственности государственного (муниципального) заказчика возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю контракта, ответчик ссылается на иную судебную практику. Ответчик также указывает, что доказательства совершения истцом конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным Учреждением нарушением, отсутствуют; судом при принятии решения не уточнено, какие конкретно действия и сделанные приготовления были совершены истцом. Апеллянт указывает, что им суду первой инстанции представлены документы, свидетельствующие о том, закупленный товар при отсутствии заявок от ответчика истец мог реализовать в рамках других контрактов, тогда как истцом не представлены доказательства отсутствия у него возможности при отсутствии заявок от ответчика заключить на не менее выгодных условиях аналогичный договор с другой организацией. Заявитель жалобы отмечает, что спорный договор не предусматривал условие о поставке товара однократно, в течение определенного срока с момента заключения договора или получения заявки от заказчика. Апелляционная жалоба также содержит указание на то, что представленные истцом коммерческие предложения свидетельствуют о том, что ранее им не предпринимались действия по реализации закупленного спорного товара по товарной накладной №13 от 26.03.2020, действий направленных на извлечение доходов, поскольку коммерческие предложения и ответы на них поступили истцу в июне, августе 2021 года, тогда как он не представлял их суду в 2021 году при первоначальном рассмотрении, представив лишь к судебному заседанию 10.08.2022. По изложенным мотивам, по мнению Учреждения,  основания для взыскания с него убытков в виде упущенной выгоды в размере 180876 руб. 50 коп. отсутствуют. 

Ответчиком к апелляционной жалобе приложена копия постановления Арбитражного суда Уральского округа от 19.05.2022 № Ф09-1371/2022 по делу № А71-3818/2021.

Приложение копии указанного судебного акта к апелляционной жалобе расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении данного документа к материалам дела.

Рассмотрев данное ходатайство, суд апелляционной инстанции оснований для его удовлетворения не установил, поскольку постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.05.2022 №Ф09-1371/2022 по делу                  №А71-3818/2021 в материалах настоящего дела имеется, основания для повторного приобщения копии этого судебного акта к материалам дела отсутствуют.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором данная сторона просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность изложенных в ней доводов.

В частности, в опровержение позиции ответчика о неправильном применении судом положений ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе истец отмечает, что указанные положения распространяются только на случаи одностороннего отказа от исполнения договора, тогда как спорный договор прекратил свое действие 31.03.2021, а предложение о расторжении договора «по соглашению сторон» поступило от ответчика после истечения предусмотренного договором срока поставки – в январе 2021 года и данное соглашение заключено не было. Действия ответчика по направлению истцу соглашения о расторжении договора и его поведение в ходе всех судебных заседаний, по мнению предпринимателя ФИО2, имеют своей целью лишь избежание публично-правовой ответственности. При этом истец обращает внимание суда на то, что ответчик решения об одностороннем отказе от исполнения договора не принимал, истца об одностороннем расторжении договора не уведомлял, процедуру одностороннего расторжения договора, предусмотренную ч. 12.1-22.1 ст. 95 Закона о контрактной системе, не производил, материалами дела не подтверждено совершение ответчиком законных действий по одностороннему отказу от исполнения договора, тогда как лишь в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным. Истец полагает, что в рассматриваемом случае п. 2 ст. 394 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) применению не подлежит, поскольку ненаправление заявок на поставку товара в адрес истца является существенным нарушением условий контракта, в связи с чем судом справедливо применены положения ст. 15, 393 ГК РФ и убытки взысканы в полном объеме. Не согласен истец и с доводами ответчика об отсутствии в материалах дела доказательств минимизации убытков, ссылаясь на то, что наличие у него договоров с другими заказчиками на разрешение данного спора не влияет, при этом истцом предпринимались попытки реализации невыбранного ответчиком товара, тогда как последним не представлено доказательств возникновения у истца убытков по иной причине, не связанной с неисполнением другой стороной условий контракта.

От учреждения «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» поступили возражения на отзыв истца на апелляционную жалобу, в которых ответчик ссылается на необоснованность доводов, приведенных истцом в отзыве, в связи с чем просит удовлетворить свою апелляционную жалобу.

Указанные процессуальные документы, поступившие от сторон, приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

10.01.2023 в суд апелляционной инстанции от истца поступило ходатайство об отложении судебного заседания, назначенного на 12.01.2023, мотивированное невозможностью истца лично (предпринимателя   ФИО2) принять участие в судебном заседание ввиду болезни при наличии желания принять личное участие в судебном заседании, а также незаключенностью договора с юристом на участие  в судебном заседании.

 Ходатайство истца об отложении судебного разбирательства рассмотрено судом апелляционной инстанции и отклонено ввиду отсутствия предусмотренных ст. 158 АПК РФ оснований для отложения судебного разбирательства. При этом суд исходит из того, что явка лиц, участвующих в деле, не признана судом обязательной. В случае болезни самого истца его интересы могло представлять иное лицо – квалифицированный представитель, в отношении которого в материалах дела имеется действующая, не отозванная доверенность.

Ходатайство об отложении судебного разбирательства не содержит указания на то, каким образом обстоятельства, приведенные в ходатайстве, влияют на невозможность рассмотрения апелляционной жалобы. При этом отзыв на апелляционную жалобу истцом направлен, судом апелляционной инстанции получен, позиция предпринимателя ФИО2 суду апелляционной инстанции ясна. Кроме того, в ходатайстве не приведено сведений о том, какие права в результате отложения судебного разбирательства намеревался реализовать истец, учитывая, что отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда, а также право суда на рассмотрение дела в отсутствие явки надлежащим образом извещенных лиц, (ст. 9, 65, 123, 156, 158, 159 АПК РФ).

По изложенным мотивам, а также с учетом того, что отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства, в отсутствие иных причин для отложения судебного разбирательства, предусмотренных ст. 158 АПК РФ, которые могли бы быть признаны обоснованными, суд апелляционной инстанции не усмотрел препятствий для рассмотрения апелляционной жалобы в судебном заседании 12.01.2023.

Судебное заседание проведено в порядке ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителей сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

Согласно ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12) разъяснено, что при применении ч. 5 ст. 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч. 4 ст. 270 АПК РФ.

С учетом положений ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ и п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части (в части взыскания убытков в виде упущенной выгоды  в размере 180876 руб. 50 коп.).

 Как следует из материалов дела, верно установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, по результатам электронного аукциона, объявленного извещением от 10.03.2020 №0813500000120002484 (идентификационный код закупки 202183300285418400100102110013250000), и на основании протокола подведения итогов электронного аукциона от 20.03.2020 №0813500000120002484 в порядке ст. 34 Закона о контрактной системе 31.03.2020 между истцом (поставщик) и ответчиком (заказчик) заключен договор №0813500000120002484 на поставку медицинских изделий - протез синовиальной жидкости, ввод в эксплуатацию медицинских изделий, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинские изделия, и специалистов, осуществляющих техническое обслуживание медицинских изделий (далее – договор). 

В соответствии с п. 1.1 данного договора поставщик обязался в порядке и сроки, предусмотренные договором, осуществить поставку медицинских изделий - протез синовиальной жидкости (код ОКПД 2 - 32.50.50.190) (далее - оборудование) в соответствии со спецификацией (приложение №1 к договору) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов заказчика, эксплуатирующих оборудование и специалистов заказчика, осуществляющих техническое обслуживание оборудования, правилам эксплуатации и технического обслуживания оборудования в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (далее - услуги), а заказчик принял на себя обязательство в порядке и сроки, предусмотренные договором, принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги. 

Номенклатура оборудования и его количество определяются спецификацией (приложение №1 к договору), технические показатели - техническими требованиями (приложение №2 к договору) (п. 1.2 договора). 

Спецификация содержит указание на наименование оборудование и его количество (210 штук). 

Согласно п. 1.3 договора поставка оборудования осуществляется поставщиком с разгрузкой с транспортного средства по адресу: 

<

...>, бюджетное учреждение здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», стационар, аптека (7этаж), тел.: 

<

***>, (3412) 465-692 (далее - место доставки). Оказание услуг осуществляется поставщиком в месте доставки.

Цена договора составляет 457026 руб. 50 коп., НДС не облагается (п. 2.2 договора).

Пунктом 3.1.1 договора предусмотрена обязанность поставщика  поставить оборудование в строгом соответствии с условиями договора в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки. 

На основании п. 3.1.5 договора на поставщика возложена обязанность осуществлять сборку, установку, монтаж и ввод в эксплуатацию оборудования в помещении или месте эксплуатации оборудования, подготовленном в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документацией производителя (изготовителя) оборудования, с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации; сборка, установка, монтаж и ввод в эксплуатацию оборудования не осуществляются, если иное не предусмотрено технической и (или) эксплуатационной документацией производителя (изготовителя) оборудования. 

В соответствии с п. 3.2.3 договора поставщик вправе требовать от заказчика своевременной оплаты поставленного оборудования и оказанных услуг в порядке и на условиях, предусмотренных договором. 

Заказчик обязан обеспечить условия для оказания поставщиком услуг по сборке, установке, монтажу и вводу в эксплуатацию оборудования, в том числе подготовку помещения или места эксплуатации, в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования, с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации; сборка, установка, монтаж и ввод в эксплуатацию оборудования не осуществляются, если иное не предусмотрено технической и (или) эксплуатационной документацией производителя (изготовителя) оборудования (п. 3.3.2 договора). 

Заказчик также обязан своевременно принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги (п. 3.3.3 договора).

В силу п. 5.1 договора поставка оборудования осуществляется поставщиком в место доставки на условиях, предусмотренных пунктом 1.3 договора, в срок партиями, по заявкам заказчика, в течение 10 рабочих дней с момента получения заявки от заказчика, которая направляется поставщику в письменной форме (посредством факсимильной или электронной связи). Период поставки оборудования: с момента заключения договора по 31.12.2020 года (включительно). Заказчик указывает количество оборудования в каждой партии оборудования в заявке. 

Приемка поставленного оборудования осуществляется в ходе передачи оборудования заказчику в месте доставки и включает в себя следующее: а) проверку по упаковочным листам номенклатуры поставленного оборудования на соответствие спецификации (приложение №1 к договору) и техническим требованиям (приложение №2 к договору); б) проверку полноты и правильности оформления комплекта сопроводительных документов в соответствии с условиями договора; в) контроль наличия/отсутствия внешних повреждений оригинальной упаковки оборудования; г) проверку наличия необходимых документов (копий документов) на оборудование: регистрационных удостоверений, документа, подтверждающего соответствие (сертификата соответствия или декларации о соответствии на каждую поставленную серию (партию) оборудования, в случае если оборудование подлежит обязательной сертификации (обязательному декларированию соответствия)) оборудования, выданного уполномоченными органами (организациями); д) проверку наличия технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования на русском языке; е) проверку комплектности и целостности поставленного оборудования. Приемка оборудования осуществляется в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации. По факту приемки оборудования поставщик и заказчик подписывают акт приема-передачи оборудования (приложение №4 к договору) (п. 6.1 договора).

Как указывает истец, заказчик заявку на поставку товара в рамках заключенного контракта поставщику не направил, 16.12.2020 истец направил в адрес ответчика курьерской службой «DPD» всю партию товара, что подтверждается товарной накладной № Яр-40 от 18.12.2020 на сумму 457026 руб. 50 коп. (л. д. 21 т. 1) и уведомлением «DPD», указанный товар ответчиком не принят. В адрес ответчика предпринимателем ФИО2 также направлялось письмо исх. №68 от 25.12.2020 с требованием о согласовании даты поставки товара, в ответ на которое ответчик письмом от 15.01.2021 №99 сообщил, что поставка осуществляется по заявкам заказчиком согласно п. 5.1 договора, однако обязанность заказчика по направлению заявок на поставку всего объема товара, предусмотренного договором, отсутствует, заказчик направляет заявки исходя из собственной потребности в товаре (л. 

<

...> т. 1). 

21.01.2021 истцом от ответчика получено письмо с предложением расторгнуть договор по соглашению сторон, в ответ на которое истец указал на согласие расторгнуть договор в случае возмещения ответчиком убытков (л. д. 24 т. 1). 

Полагая, что в связи с односторонним отказом ответчика от исполнения договора, выразившимся в ненаправлении истцу заявок на поставку товара (оборудования), ему причинены убытки в размере 459333 руб. 74 коп. (276150 руб. – реальный ущерб (стоимость товара), 180876 руб. 50 коп. – упущенная выгода, 2307 руб. 24 коп. – стоимость доставки товара курьерской службой), предприниматель ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями п. 1, 2 ст. 15, ст. 307, 309, п. 1 ст. 393, ст. 408, п. 1 ст. 458, ст. 484, 506, п. 1 ст. 508, п. 1 ст. 509, ст. 525, п. 2 ст. 1064 ГК РФ, п. 1 ст. 2, ст. 33, ч. 1 ст. 95 Закона о контрактной системе, разъяснениями  Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в п. 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и, признав противоправным поведение Учреждения, выразившегося в неправомерном уклонении от надлежащего исполнения договора (направления заявок на весь объем согласованного в договоре товара), пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между нарушением условий договора со стороны Учреждения и наличия убытков на стороне предпринимателя, указав, что допущенное ответчиком уклонение от направления заявок и приемки оборудования явилось единственным препятствием, не позволившим истцу, совершившему конкретные действия, направленные на извлечение доходов, не полученных в связи с допущенным Учреждением нарушением, получить упущенную выгоду. При этом, сославшись на положения ч.  23 ст. 95 Закона о контрактной системе и указав на право стороны контракта потребовать возмещения не только фактически понесенного ущерба, но и взыскания убытков в виде упущенной выгоды вследствие ненадлежащего исполнения контрактных обязательств, суд первой инстанции счел, что представленные в дело доказательства свидетельствуют о реально существовавшей у истца возможности получения доходов, им документально подтверждено совершение конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение неполученных доходов. 

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, возражений на отзыв на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при удовлетворении искового требования о взыскании убытков в виде упущенной выгоды (180876 руб. 50 коп. – разница между ценой договора и стоимостью приобретенного товара) судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 393 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в состав убытков согласно ст. 15, 393 ГК РФ входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт их причинения, документально подтвержденный размер убытков и наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и нарушением.

Взыскивая с Учреждения в пользу предпринимателя ФИО2 упущенную выгоду, суд первой инстанции исходил из одностороннего уклонения заказчика от исполнения условий договора.

В данном случае судом первой инстанции правомерно указано на необходимость применения положений ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе, в соответствии с которым при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны от исполнения контракта другая сторона вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения. 

Однако указание арбитражного суда первой инстанции на то, что указанная норма не исключает возможность взыскания убытков в виде упущенной выгоды, противоречит ее буквальному содержанию.

В соответствии с п. 1 ст. 400 ГК РФ по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 24.12.2020 №2990-О, ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе, устанавливающая ограниченную ответственность при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта, сама по себе направлена - исходя из особенностей регулируемых отношений - на обеспечение эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, участия физических и юридических лиц в осуществлении закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд на условиях добросовестной конкуренции и предотвращение злоупотреблений в этой сфере.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, руководствуясь правовыми подходами, высказанными Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 24.12.2020 №2990-О,  а также Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в  определении №305-ЭС17-19009 от 27.03.2018 по делу №А40-171449/2016, исходит из принципа ограниченной ответственности сторон заключенного договора, предусмотренной ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе, в соответствии с которым при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание указания  арбитражного суда кассационной инстанции, которые в силу положений ч. 2.1 ст. 289 АПК РФ обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело, учитывая, что на законодательном уровне ответственность субъекта - государственного заказчика ограничена возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю контракта, оснований для удовлетворения искового требования о взыскании упущенной выгоды в виде неполученной прибыли, которую поставщик получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, у суда первой инстанции не имелось.

В этой части суд апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы ответчика признает обоснованными.

При этом позиция истца о том, что положения ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе распространяются только на случаи одностороннего отказа от исполнения договора, тогда как в рассматриваемом случае  ответчиком действия по одностороннему отказу от исполнения договора не совершались, не может быть признана обоснованной. Поскольку спорный договор фактически прекратил свое действие в связи с ненадлежащим исполнением стороной договора обязательств, у поставщика возникли права, аналогичные при расторжении договора в связи с односторонним отказом стороны договора от его исполнения (право на возмещение  только фактически понесенного ущерба, ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе). 

Иное толкование предпринимателем ФИО2 специальной нормы права (ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе), предусматривающей последствия одностороннего отказа стороны контракта от его исполнения с учетом особенностей субъектов правоотношений по государственному (муниципальному) контракту, не может служить достаточным основанием для оставления без изменения обжалуемого судебного акта.

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что, установив для сторон ограниченную ответственность в целях защиты нарушенных прав в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, законодатель предусмотрел иные правовые механизмы восстановления нарушенных прав.

Иные доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее и возражений на отзыв судом апелляционной инстанции исследованы и признаны не имеющими самостоятельного правового значения для разрешения настоящего спора с учетом вышеизложенного (ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

Поскольку при принятии судом решения в обжалуемой части и при постановке выводов о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков в виде упущенной выгоды судом неправильно применена ч. 23 ст. 95 Закона о контрактной системе, указанный судебный акт в соответствующей части (в части взыскания 180876 руб. 50 коп. упущенной выгоды) подлежит отмене на основании ч. 2 ст. 270 АПК РФ. 

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба учреждения «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» подлежит удовлетворению в полном объеме.

С учетом частичного удовлетворения заявленных требований судебные расходы, понесенные истцом в связи с уплатой государственной пошлины по иску, подлежат отнесению на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям, в размере 7388 руб. (ч. 1 ст. 110 АПК РФ).

Поскольку при сумме заявленных исковых требований подлежащая уплате государственная пошлина по иску составляет 12186 руб. 70 коп., тогда как при обращении в арбитражный суд с настоящим иском истцом уплачено 12231 руб., предпринимателю ФИО2 из федерального бюджета подлежит возврату излишне уплаченная сумма государственной пошлины (44 руб.).

Кроме того, поскольку апелляционная жалоба Учреждения признана обоснованной в полном объеме, судебные расходы в сумме 3 000 руб., понесенные ответчиком в связи с рассмотрением апелляционной жалобы, относятся на предпринимателя ФИО2 (ч. 1, 5 ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь ст. ст. 110, 258, 266, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» удовлетворить.  

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28 октября 2022 года по делу №А71-3818/2021 в обжалуемой части отменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 278457 руб. 24 коп. убытков, а также 7388 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по иску. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета 44 руб. государственной пошлины по иску, уплаченной по платежному поручению №1747 от 03.03.2021.».

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3000 руб. в возмещение судебных расходов, связанных с уплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе.

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

 

Председательствующий

       О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

          Л.В. Дружинина

 

О.В. Суслова