СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-4320/2023(2)-АК

Дело №А71-9487/2022

29 августа 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 августа 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Л.В. Саликовой, Т.Н. Устюговой,      

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Букиной О.А.     

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (до и после перерыва):

от кредитора ФИО1- ФИО2, паспорт, доверенность от 10.10.2018,

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от финансового управляющего должника ФИО3- ФИО4, паспорт, доверенность от 17.04.2024, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО5 

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 17 июня 2024 года 

об отказе в удовлетворении заявления ФИО5 о признании недействительным договора залога недвижимости (ипотеки) от 21.10.2016, заключенного между нею и ФИО1; об отказе в исключении из конкурсной массы как единственного жилья квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> д.*, кв.*,

вынесенное судьей Е.И. Глуховой 

в рамках дела №А71-9487/2022

о признании ФИО5 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом),  

 

установил:

в Арбитражный суд Удмуртской Республики 27.06.2022 поступило заявление ФИО5 (далее – должник, ФИО5) о признании ее несостоятельной (банкротом) при наличии неисполненных перед кредиторами обязательств в размере 2 217 178,00 рублей, которое определением от 04.07.2022 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04 октября 2022 года (резолютивная часть от 30.09.2022) ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, член ассоциации «Саморегулируемая организация «Меркурий».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 04.10.2022, в газете «Коммерсантъ» – 15.10.2022.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 11 августа 2023 года от ФИО5 поступило заявление о признании недействительным договора залога недвижимости (ипотеки) от 21.10.2016, заключенного между нею и ФИО1, исключении из конкурсной массы квартиры по адресу 

<

...> д.*, кв.*, как единственного жилья; рассмотрении возможности погашения долга перед ФИО1 иным способом, в частности путем предоставления рассрочки на сумму долга и процентов, принятое к производству суда определением от 15.09.2023. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17 июня 2024 года          (резолютивная часть от 24.05.2024) отказано в удовлетворении заявления ФИО5 о признании недействительным договора залога недвижимости (ипотеки) от 21.10.2016, заключенного между ФИО5 и ФИО1, об исключении из конкурсной массы как единственного жилья квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> д.*, кв.*.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, должник ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы указывает на заключение договора залога под воздействием обмана и злоупотребления правом. Апеллянт обращает внимание на действия ФИО1, осуществляющего незаконную предпринимательскую деятельность, направленную на выдачу им займов под залог жилых помещений, в подтверждение чего ссылается на решения судов о взыскании в его пользу задолженности по договорам займа и обращении взыскания на предмет залога. По мнению апеллянта, указанные действия противоречат положениям статьи 10 ГК РФ и статьи 9.1 Закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)», содержат состав уголовного деяния. 

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 поступил отзыв, в котором просит апелляционную жалобу должника удовлетворить, ссылаясь на предоставление должнику возможности сохранить жилое помещение и утверждение локального плана реструктуризации долгов по обязательствам перед ФИО1 

В судебном заседании (до перерыва) представитель кредитора ФИО1 заявил ходатайство об оставлении апелляционной жалобы должника без рассмотрения, поскольку доказательств, подтверждающих право Мустафаева М.З. на подписание и подачу апелляционной жалобы от имени должника, не представлено.  

Представитель финансового управляющего ФИО3 указала на то, что должником в суд первой инстанции представлено ходатайство о приобщении дополнительных документов (доверенности на имя Мустафаева М.З., чека-ордера об уплате государственной пошлины по апелляционной жалобы и чека о направлении жалобы в адрес участников дела) во исполнение определения суда апелляционной инстанции о принятии жалобы к производству.

В судебном заседании 28.08.2024 в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 28.08.2024 15ч.45мин.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе судей при участии представителя финансового управляющего и кредитора ФИО1

В рамках перерыва должником ФИО5 представлено ходатайство о приобщении дополнительных документов (копии): нотариально удостоверенной доверенности от 20.08.2024 на имя Мустафаева М.З..

Кроме того, согласно картотеке арбитражных дел Арбитражным судом Удмуртской Республики 22.08.2024 в адрес Семнадцатого арбитражного апелляционного суда направлено ходатайство должника о приобщении к апелляционной жалобе дополнительных документов: оригинала чека по операции от 20.08.2024 об уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 3 000,00 рублей, квитанций об отправке апелляционной жалобы в адрес участников дела, копии доверенности на адвоката Мустафаева М.З. 

Указанные документы приобщены к материалам настоящего обособленного спора.

Заявленное представителем кредитора ходатайство об оставлении апелляционной жалобы должника без рассмотрения рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ и отклонено ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 148 АПК РФ.

В судебном заседании представитель финансового управляющего доводы апелляционной жалобы и отзыва поддержала в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, удовлетворить заявленные должником требования. 

Представитель кредитора ФИО1 в судебном заседании против доводов апелляционной жалобы возражал, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ), с особенностями, установленными указанным Законом.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 334.1 ГК РФ залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона).

Если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов (статья 337 ГК РФ).

Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства (пункт 1 статьи 338 ГК РФ).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что между ФИО5 и ФИО1 заключен договор займа от 21.10.2016, дополнительные соглашения к нему, по условиям которых должник получил денежные средства в размере 1 150 000 рублей и обязался возвратить сумму займа и начисленные проценты в установленные сроки.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 21.10.2016 между сторонами заключен договор залога недвижимого имущества от 21.10.2016 (далее – договор залога, спорный договор), по условиям которого ФИО5 в обеспечение обязательств по договору займа денежных средств от 21.10.2016, заключенному с ФИО1, передала в залог последнему следующее недвижимое имущество – двухкомнатную квартиру площадью 49,2 кв.м, этаж 3, кадастровый номер 18:26:00:00:32633010:1003127, расположенную по адресу: 

<

...> д.*, кв.*.

Стоимость квартиры определена сторонами в размере 2 300 000 рублей (п. 1.2 договора).

Согласно п. 1.4 сумма предоставленных денежных средств составила 500 000 рублей, выдача осуществлена путем предоставления наличных денежных средств, дата возврата суммы займа и процентов – 21.10.2021.

Дополнительными соглашениями к договору займа и договору залога сумма займа увеличена до 1 150 000 рублей, дата возврата займа и процентов определена 04.10.2023.

Согласно п. 2 дополнительного соглашения договор залога в полном объеме обеспечивает исполнение залогодателем в срок своих обязательств по договору займа от 21.10.2016 с учетом дополнительных соглашений от 04.10.2018 и 29.09.2019.

Ссылаясь на то, что в нарушение положений статьи 6.1 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ (ред. от 14.04.2023) «О потребительском кредите» (далее – ФЗ №353) договор заключен с ФИО1, как с физическим лицом, не имеющим права заключать договор залога недвижимого имущества,  ФИО5 обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о признании договора залога недвижимости (ипотеки) от 21.10.2016, недействительным. 

Кроме того, должник просила исключить данную квартиру из конкурсной массы как единственное жилье; рассмотреть возможность погашения долга перед ФИО1 иными способом, в частности, предоставить рассрочку.

Возражая против удовлетворения заявления, ФИО1 сослался на то, что Закон №353 в редакции, действовавшей на дату подписания договоров – 21.10.2016, не запрещал выдачу обеспеченных ипотекой займов физическими лицами.  До вступления в силу положений Федерального закона от 02.08.2019 №271-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» не было установлено специальных требований к субъектам, имеющим право выдавать займы, обеспеченные ипотекой. Ограничивающая подобную деятельность статья 6.1 ФЗ №353 была введена в действие только Федеральным законом от 05.12.2017 №378-ФЗ.  Кроме того, указал на наличие вступившего в законную силу определения  Индустриального районного суда г. Ижевска от 25.05.2021 по делу №2-1114/2021 об утверждении мирового соглашения, по условиям которого в случае ненадлежащего исполнения условий мирового соглашения выдается исполнительный лист на обращение взыскания на предмет ипотеки – спорную квартиру. Данное определение не обжаловано, в установленном порядке не пересмотрено. Также ФИО1 сослался на пропуск должником установленного пунктом 1 статьи 181  ГК РФ срока исковой давности. 

Суд первой инстанции, проанализировав установленные обстоятельства по обособленному спору, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, при этом исходил из следующего. 

Как указывает должник, договор залога от 21.10.2016, заключенный в обеспечение исполнения обязательств по договору займа с ФИО1, не соответствует положениям пункта 6.1 ФЗ №353, поскольку заключен с ФИО1, как с физическим лицом, не имеющим право на заключение таких договоров.

Между тем, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в редакции, действующей на момент заключения договора залога – 21.10.2016, ФЗ №353 не содержал каких-либо специальных требований к субъектам, имеющим право выдавать займы, обеспеченные ипотекой. Ограничивающая подобную деятельность статья 6.1 ФЗ №353 была введена в действие только ФЗ от 05.12.2017 №378-ФЗ.

Таким образом, вопреки утверждению ФИО5, заявленных нарушений положений ФЗ №353 со стороны ФИО1, допущено не было.

Суд первой инстанции также отметил, что в апелляционном определении Верховного суда Удмуртской Республики от 16 января 2023 года №33-84/2023 сформулирована правовая позиция, согласно которой даже осуществление деятельности с нарушением ФЗ «О потребительском кредите (займе)» не является основанием для признания договоров займа и залога недействительными. 

Так, в данном определении указано, что из буквального содержания положений статьи 168 Гражданского кодекса российской Федерации следует, что основанием для признания сделки недействительной как несоответствующей требованиям закона, является не всякое нарушение закона или иного правового акта, а только невыполнение сторонами сделки требований правовых актов, предъявляемых к ее содержанию. Отсутствие у ответчика права на осуществление профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов не свидетельствует о том, что оспариваемые договоры являются недействительными, поскольку законом не предусмотрен запрет ответчику заключения договоров займа, обеспеченных ипотекой, а в таком случае имеет место осуществление ответчиком предпринимательской деятельности с нарушением требования законодательства, за что предусмотрена административная ответственность часть 1 статьи 14.56 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В противном случае основание для признания сделки недействительной возникало бы в момент признания деятельности ответчика профессиональной, а не в момент заключения договора займа, что не соответствует требованиям пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса российской Федерации. 

Каких-либо иных доводов о несоответствии оспариваемого договора залога, в том числе по его содержанию, нормам действующего законодательства, должником не приведено.

Договор может быть признан недействительным также в случае установления в действиях стороны признаков злоупотребления правом (статьи 10, 168 ГК РФ).

Между тем, указанные обстоятельства должником не доказаны.

Как следует из пояснений должника, на момент заключения договора займа и залога, у должника имелся доход (неофициальное трудоустройство с доходом около 40 тыс.рублей в месяц и пенсия около 11-13 тыс. рублей в месяц), за счет которого должник погашала заёмные обязательства.

Квартира, предоставленная в залог, не являлась единственным жильем, что следует из определения суда от 21.06.2023 по настоящему делу, согласно которому финансовым управляющим оспаривался договор дарения от 03.08.2021, заключенный между должником и ее сестрой. Таким образом, на момент заключения договора залога от 21.10.2016, у должника имелась в собственности также иная квартира по адресу: 

<

...> д.* кв.*.

Заемные обязательства погашались должником вплоть до 2020 года (данный факт не оспорен).

В связи с допущенной в последующем просрочкой, ФИО1 в адрес должника было направлено требование от 02.11.2020 о досрочном возврате суммы займа и процентов.

Определением Индустриального районного суда г. Ижевска от 25.05.2021 по делу № 2-1114/2021 между сторонами было утверждено мировое соглашение, по условиям которого должник обязалась выплатить ФИО1 денежные средства в размере 2 400 000 руб., а в случае ненадлежащего исполнения условий мирового соглашения была предусмотрена выдача исполнительного листа на обращение взыскания на предмет ипотеки – квартиру по адресу 

<

...> д.*, кв.*.

Определение суда не отменено, вступило в законную силу.

Таким образом, квартира была предоставлена в залог ФИО1 при наличии в собственности должника иной квартиры, обязательства по возврату суммы займа длительное время исполнялись, с заявлением о банкротстве кредитор не обращался (процедура возбуждена по заявлению самого должника), должник подписала мировое соглашение на условиях, предусматривающих возможность обращения взыскания на квартиру. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях ФИО1 признаков злоупотребления своими правами и, как следствие, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Более того, как указано выше, ФИО1 заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

Сделка заключена должником в 2016 году, заявление о признании ее недействительной подано 11.08.2023, то есть за пределами срока исковой давности.

О восстановлении пропущенного срока исковой давности не заявлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N43 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При изложенных обстоятельствах, суд пришел к выводу, что заявление ФИО5 о признании договора залога недвижимости (ипотеки) от 21.10.2016 недействительным, удовлетворению не подлежит.

Отказывая в удовлетворении заявления должника об исключении квартиры, расположенной по адресу 

<

...> д.*, кв.*, из конкурсной массы, как единственного жилья, суд первой инстанции указал, что, с учетом положении статей 38, 50, 78 Федерального закона от 16.07.1998 N102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», статьями 213.25, 213.26 Закона о банкротстве, поскольку указанная квартира является предметом ипотеки, то в отношении нее в силу абзаца второго пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительский иммунитет не устанавливается, в связи с чем, наличие у квартиры свойств единственного пригодного для постоянного проживания жилья не влечет ее исключение из конкурсной массы.

Принимая во внимание совокупность вышеизложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований их переоценивать.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем, таких доказательств в материалы дело не представлено.

Как следует из материалов дела, спорный договор ФИО5 заключила добровольно. Бесспорных, объективных доказательств понуждения к заключению договора, заключения договора на иных условиях, оказания на заемщика при подписании договора давления или его обмана, не установлено. 

Подписывая договоры займа и залога, ФИО5 согласилась со всеми их существенными условиями, их не оспаривала.

Как указано выше, обязательства по погашению долга исполнялись должником вплоть до 2020 года, а в последующем должник подписала мировое соглашение на условиях, предусматривающих возможность обращения взыскания на спорную квартиру, что, по мнению суда апелляционной инстанции, также свидетельствует о принятии условий договоров.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, спорный договор заключен на добровольных основаниях, в полной мере соответствует требованиям действующего законодательства, а должником не представлено доказательств того, что при заключении договора она заблуждалась относительно природы и условий сделки или была обманута.

При этом доводы должника об осуществлении ФИО1 незаконной предпринимательской деятельности не могут быть приняты во внимание, поскольку в рассматриваемом споре не имеют правового значения.

Более того, принимая во внимание, что с настоящим заявлением должник обратилась только 11.08.2023, суд первой инстанции пришел к верному выводу о пропуске должником срока исковой давности для оспаривания сделки, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований о признании сделки недействительной.

Доводов в части отказа в удовлетворении заявления должника об исключении имущества из конкурсной массы апелляционная жалоба не содержит. 

Вместе с тем, судебная коллегия полагает необходимым обратить внимание должника на то обстоятельство, что стороны вправе заключить мировое соглашение (разработать локальный план реструктуризации) в отношении этого единственного жилья, по условиям которого взыскание на данное имущество не обращается, при этом залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором по завершении процедуры банкротства (ипотека сохраняется без применения правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). По условиям подобного соглашения погашение обеспеченного обязательства не может осуществляться за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы.

В случае необоснованного разумными экономическими причинами отказа кредитора от заключения мирового соглашения (в частности, если положение кредитора не ухудшается по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было) суд вправе утвердить локальный план реструктуризации применительно к правилам пункта 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве. Согласия иных кредиторов для утверждения судом такого плана реструктуризации не требуется.

Таким образом, должник в деле о банкротстве не лишен возможности заключения мирового соглашения или инициирования вопроса об утверждении локального плана реструктуризации долга в отношении единственного жилья, обремененного залогом, по условиям которого взыскание на данное имущество не обращается, при этом залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором по завершении процедуры банкротства (ипотека сохраняется без применения правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) в суде первой инстанции. По условиям подобного соглашения погашение обеспеченного обязательства не может осуществляться за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы. Соответствующий вопрос подлежит рассмотрению в рамках самостоятельного обособленного спора.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении обоснованности заявленного требования и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для удовлетворения апелляционной жалобы. 

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из ее доводов, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьями 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17 июня 2024 года по делу №А71-9487/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

Л.В. Саликова 

 

Т.Н. Устюгова