ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: i№fo@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-33119/2016

город Ростов-на-Дону

17 октября 2017 года

15АП-13309/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 октября 2017 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Ванина В.В.

судей Маштаковой Е.А., Чотчаева Б.Т.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от истца: представитель не явился, извещен;

от ответчика: представитель ФИО2, паспорт, доверенность от 15.01.2016;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу закрытого акционерного общества «Централизованный региональный технический сервис»

на решение Арбитражного суда Краснодарского края 

от 26.06.2017 по делу № А32-33119/2016

по иску корпорации Аутодекс, Инк.

к закрытому акционерному обществу «Централизованный региональный технический сервис»

о взыскании компенсации за нарушение авторских прав,

принятое в составе судьи Ермоловой Н.А.

УСТАНОВИЛ:

корпорация Аутодекс, Инк (далее – истец, корпорация) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к закрытому акционерному обществу «Централизованный региональный технический сервис» (далее – ответчик, общество) о взыскании 397 694 руб. 70 коп. компенсации за нарушение авторских прав на компьютерную программу.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2017 иск удовлетворен в полном объеме; с ответчика в пользу истца взыскано 10 954 руб. расходов по оплате госпошлины; в удовлетворении заявления ответчика о взыскании с истца судебных расходов отказано.

Ответчик обжаловал решение суда первой инстанции в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил решение суда отменить и принять новый судебный акт об отказе в иске. Апелляционная жалоба мотивирована следующим. Не установлено тождество изъятого ноутбука и ноутбука, на котором была обнаружена программа истца, вследствие чего, не доказано, что именно на изъятых у ответчика ноутбуках обнаружены программы истца. В материалах уголовного дела имеется большое количество процессуальных нарушений и расхождений, которые приводят к недопустимости, недостоверности, неотносимости и невозможности использования в качестве доказательств данных материалов. Протокол осмотра был представлен в виде заверенной копии истцом. Протокол заполнен рукописно и установить его содержание практически не возможно, так как низкое качество копии не позволяет четко прочитать текст. В постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству № 16030702 от 31.03.2016 не указаны вообще никакие идентифицирующие признаки ноутбуков (ни номер, ни модель), имеется лишь указание на название «Lenovo» и указан жесткий диск. Имеются существенные расхождения по идентификации модели ноутбуков, в частности, в заключении эксперта № 17/2-236-э и в справке об исследовании № 17/2-124-и (первые страницы) указано, какие вопросы поставлены на исследование и при постановке вопросов уже имеются расхождения по моделям ноутбуков. Не доказан факт использования программы истца ответчиком. В заключении эксперта отсутствуют выводы о работоспособности обнаруженной программы истца, возможно, что она не способна открыться либо является демо-версией. Спорная программа не используется в хозяйственной деятельности ответчика, которая не связана с проектированием, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, в которой отсутствуют сведения о лицензии на проектирование. Не доказано, что изъятые ноутбуки принадлежат ответчику. Суд, мотивируя решение объяснениями ФИО3 и ФИО4, не принял во внимание, что в данных объяснениях указан ноутбук G 500 модель 20236, а согласно заключению эксперта и справке об исследовании спорная программа обнаружена на ином ноутбуке. Судом не дана правовая оценка доводам ответчика о нарушении УПК РФ и иных законодательных норм при производстве оперативно-розыскных и следственных действий, при том, что материалы уголовного дела КУСП № 40979 от 07.12.2015 были основными и единственными доказательствами, предъявленными истцом. По материалам уголовного дела КУСП № 40979 невозможно установить тождество изъятого предмета и предмета, который был объектом исследования, т.к. при осмотре и изъятии были нарушены требования УПК РФ и иных норм по упаковке и опечатыванию изъятых предметов. Справка об исследовании № 17/2-124-и от 22.01.2016 и заключение эксперта № 17/2-236-э от 15.03.2016 не могут быть признаны надлежащими, относимыми и допустимыми доказательствами по делу по следующим причинам: в справке об исследовании № 17/2-124-и от 22.01.2016 отсутствует информация о том, кому из экспертов поручено исследование, его квалификационные данные (опыт и образование), отсутствуют сведения о предупреждении специалиста об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В справке об исследовании и заключении эксперта содержится указание на программу «AutoCAD 2014», а в постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству № 16030702 от 31.03.2016 и в исковом заявлении указана программа «AutodeskAutoCAD 2014 Rus», таким образом, документы в части наименования программы противоречат друг другу. Все документы были представлены истцом в копиях. В условиях, когда ответчиком было заявлено ходатайство об оставлении иска без рассмотрения по основанию отсутствия полномочий на подписание иска, суд не истребовал оригиналы для обозрения. Судом не дана правовая оценка доводу ответчика о недоказанности размера компенсации. Представленное истцом письмо ООО «Айпиновус» № 05-05/21 от 21.05.2015 не является допустимым, достоверным и относимым доказательством стоимости использования спорной программы;  дилерские договоры или иные документы, свидетельствующие о праве ООО «АЙПИновус», ООО «Юсэтлекс» по обнародованию стоимости программ истца, в деле отсутствуют. Расчет компенсации не содержит конкретизации по периоду пользования. Программа истца согласно заключению эксперта № 17/2-236-э от 15.03.2016 обнаружена не на ноутбуке G 500 model 20236 (как указано в судебном решении). Ноутбук G 500 model 20236 указан в заключении эксперта как ноутбук № 2, на ноутбуке № 2 не обнаружено вообще никаких программ корпорации;  программа корпорации обнаружена на ноутбуке № 1. То есть судебное решение в этой части противоречит материалам дела. Ответчик считает, что иск подлежал оставлению без рассмотрения на основании статьи 148 АПК РФ, в связи с тем, что исковое заявление подписано лицом, не имеющим права подписывать его. Суд первой инстанции не дал оценку доводам ответчика о наличии оснований для уменьшения компенсации, приведенным в отзыве на исковое заявление от  09.12.2016.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просил решение суда оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. 

Определением апелляционного суда от 06.10.2017 в составе суда, рассматривающего апелляционную жалобу по настоящему делу, произведена замена судьи Ковалевой Н.В. на судью Маштакову Е.А. в связи с нахождением судьи Ковалевой Н.В. в отпуске.

В соответствии с частью 5 статьи 18 АПК РФ после замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Истец, извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку представителя в судебное заседание не обеспечил. 

Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверена в порядке главы 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17.10.2015 в ходе проведения сотрудниками ОЭБиПК УМВД России по г. Краснодару по материалу КУСП № 146037 осмотра места происшествия в офисе общества по адресу 

<

...> были обнаружены и изъяты два ноутбука «Lenovо» – G580 № 20150 и G500 № 20236, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 17.10.2015.

Согласно справке об исследовании № 17/2-124-и, проведенном экспертом отдела ЭКЦ ГУ МВД России по Краснодарскому краю по материалу проверки КУСП № 146037 в отношении ноутбуков «Lenovо» G580 № 20150 и G500 № 20236, установлено, что на ноутбуке «Lenovо» G580 № 20150 установлен накопитель памяти на жестких магнитных дисках (далее – жесткий диск) S0V4JQ5R, на другом ноутбуке – жесткий диск WХA1A8340046; на жестком диске WХA1A8340046 установлена программа «Autodesk AutoCAD 2014Rus» (установлена 17.12.2014 в 12 час. 14 мин.). Данное обстоятельство также установлено заключением эксперта отдела ЭКЦ ГУ МВД России по Краснодарскому краю № 17/2-236э от 24.06.2016, выполненном на основании постановления оперуполномоченного отделения 2 ОЭБиПК УМВД России по г. Краснодару о назначении компьютерной экспертизы от 15.03.2016.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на обоснование пороков указанных доказательств с точки зрения уголовно-процессуального законодательства, подлежат отклонению, поскольку факт изъятия 17.10.2015 сотрудниками полиции в офисе общества ноутбука «Lenovо» G500 № 20236 с установленной на его жесткий диск программой «Autodesk AutoCAD 2014Rus» подтверждается объяснениями, данными оперуполномоченному отделения 2 ОЭБиПК УМВД России по г. Краснодару директором Краснодарского филиала общества ФИО3 (т.5, л.д. 13-14), главным инженером Краснодарского филиала общества ФИО5 (т.5, л.д. 15-16), специалистом по охране труда Краснодарского филиала общества ФИО4 (т.5, л.д. 17-18), специалистом диспетчерского центра Краснодарского филиала общества ФИО6 (т.5, л.д. 19). В объяснениях директора Краснодарского филиала общества ФИО3, главного инженера Краснодарского филиала общества ФИО5 также содержатся сведения о приобретении обществом данного ноутбука по товарной накладной № 0006681 от 02.04.2014, а в объяснениях специалиста по охране труда Краснодарского филиала общества ФИО4 указано на использование данного ноутбука в качестве служебного. 

Утверждение представителя ответчика о том, что указанные лица после дачи указанных объяснений отказались от своих показаний в рамках уголовного дела, не исключает их оценку как доказательств по гражданскому делу. 

Таким образом, имеющиеся в деле доказательства позволяют достоверно установить факт наличия на жестком диске принадлежащего обществу ноутбука «Lenovо» G500 № 20236 компьютерной программы «Autodesk AutoCAD 2014Rus». 

Обладателем исключительных авторских прав на компьютерную программу «Autodesk AutoCAD 2014Rus» является корпорация. Исключительные права корпорации на спорную программу подтверждаются официальным свидетельством вице-президента, помощника генерального юрисконсульта корпорации ФИО7 с приложением списка программных продуктов истца, чей аффидевит (официальное свидетельство) должным образом удостоверен государственным нотариусом штата Калифорния, и на котором проставлен апостиль секретаря штата Калифорния. Данный документ представлен с нотариально заверенным переводом на русский язык. В соответствии с Конвенцией, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, подписанной в Гааге 5 октября 1961 года, указанные документы обосновано были приняты судом первой инстанции в качестве письменных доказательств по делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1231 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) на территории Российской Федерации действуют исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, установленные международными договорами Российской Федерации и ГК РФ.

Согласно статье 10 Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (Марракеш, 15.04.1994) компьютерные программы, как исходный текст, так и объектный код охраняются как литературные произведения в соответствии с Бернской конвенцией (1971 г.).

Статьей 4 Договора ВОИС по авторскому праву (Женева, 20.12.1996) компьютерные программы охраняются как литературные произведения в смысле статьи 2 Бернской конвенции. Такая охрана распространяется на компьютерные программы независимо от способа или формы их выражения.

Российская Федерация является Договаривающейся стороной применительно к Договору ВОИС по авторскому праву, согласно Распоряжению Правительства Российской Федерации от 21.07.2008 № 1052-р «О присоединении Российской Федерации к Договору Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву, принятому Дипломатической конференцией по некоторым вопросам авторского права и смежных прав в г. Женеве 20 декабря 1996 года» Российская Федерация присоединилась к Договору Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву, принятому Дипломатической конференцией по некоторым вопросам авторского права и смежных прав в г. Женеве 20 декабря 1996 г. Договор вступил в силу для России 05.02.2009.

В соответствии со статьей VIII Соглашения о торговых отношениях между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки (заключено в Вашингтоне 01.06.1990, ратифицировано Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 12.06.1992 № 2982-1) его стороны, «исходя из важности интеллектуальной собственности и необходимости ее правовой охраны для развития торговли и экономического сотрудничества и признавая необходимость создания более благоприятных условий для адекватной и эффективной правовой охраны интеллектуальной собственности и ее обеспечения, Стороны согласились, что они будут: а) обеспечивать, в соответствии с положениями национального законодательства каждой страны, охрану и осуществление прав интеллектуальной собственности, включая авторское право на литературные, научные и художественные произведения, включающие программы для ЭВМ и базы данных, патенты и другие права на изобретения и промышленные образцы, ноу-хау, торговые секреты, товарные знаки и знаки обслуживания, фирменные наименования и защиту от недобросовестной конкуренции...». Кроме того, «В целях обеспечения адекватной и эффективной охраны и осуществления прав интеллектуальной собственности каждая из Сторон согласилась представить в свои соответствующие законодательные органы проекты законов, необходимых для осуществления обязательств по настоящей статье, и сделать все от нее зависящее для принятия этих законов и введения их в действие. В этой связи Стороны... предоставят охрану нормами авторского права программам для ЭВМ и базам данных как литературным произведениям по законам их стран об авторском праве…».

В силу пункта 2 статьи 1231 ГК РФ при признании исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в соответствии с международным договором Российской Федерации содержание права, его действие, ограничения, порядок его осуществления и защиты определяются ГК РФ независимо от положений законодательства страны возникновения исключительного права, если таким международным договором или настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 5 Бернской конвенции в отношении произведений авторы (правообладатели) пользуются в странах Союза, кроме страны происхождения произведения, правами, которые предоставляются в настоящее время или могут быть предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам, а также правами, особо предоставляемыми данной Конвенцией. При этом, из п. 2 ст. 5 Бернской конвенции следует, что объем охраны, равно как и средства защиты, представляемые автору для охраны его прав, регулируются исключительно законодательством страны, в которой истребуется охрана.

Как указано в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», в соответствии с Бернской конвенцией охрана прав авторов базируется на следующих принципах: 1) национального режима охраны авторского права на литературные и художественные произведения, в соответствии с которым любому произведению, созданному в одной из стран - участниц Конвенции, в любой другой стране-участнице предоставляется такая же охрана, как и созданным в ней произведениям; 2) возникновения авторского права независимо от выполнения каких-либо формальностей: регистрации, депонирования и т.п.; 3) предоставления охраны во всех странах – участницах Конвенции независимо от наличия охраны или срока ее действия в стране происхождения произведения.

Таким образом, исключительное право истца на спорную программу охраняется на территории Российской Федерации. 

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 1259 ГК РФ к объектам авторских прав относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения. Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. 

Авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения (статья 1261 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Отдельные способы использования произведения указаны в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ.

Способы защиты исключительных прав установлены статьей 1252 ГК РФ.

Истцом заявлен иск о выплате компенсации за незаконное использование ответчиком принадлежащих истцу программ для ЭВМ.

Следовательно, в качестве основания ответственности ответчика подлежит доказыванию по настоящему делу факт незаконного использования ответчиком объектов авторского права истца.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» бремя доказывания выполнения требований ГК РФ при использовании охраняемых результатов интеллектуальной деятельности лежит на ответчике. При недоказанности правомерности использования таких результатов, права на которые принадлежит ином лицу, ответчик признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Доказательства наличия лицензионного договора между обществом как лицензиатом и корпорацией как лицензиаром в отношении спорной компьютерной программы, а равно иным образом выраженного последней согласия на использование обществом данной программы в деле отсутствуют. Равным образом, отсутствуют доказательства иных правовых оснований использования ответчиком в форме хранения в памяти ноутбука спорной программы. Довод о наличии таких оснований ответчиком не приводился. 

Возражая против иска, ответчик ссылается на недоказанность факта использования спорной программы в хозяйственной деятельности ответчика.

Данный довод подлежит отклонению как основанный на неверном толковании норм материального права, регламентирующих спорные правоотношения, в силу следующего.

Российское законодательство содержит повышенный стандарт поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) и стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении ими деятельности (статья 10 ГК РФ). Юридическое лицо-ответчик является предпринимателем. В связи с этим, если подтверждено наличие контрафактных компьютерных программ на материальных носителях, принадлежащих такому лицу, действия владельца этих носителей по сохранению программ в их памяти презюмируются до тех пор, пока он не докажет иное.

Кроме того, хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения. Данный вывод следует из нормы статьи 1 (4) Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20.12.1996, участником которого является Российская Федерация, в толковании согласованного заявления к указанной норме, согласно которому право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 года (далее – Бернская конвенция), и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции.

Аналогичное понимание хранения программы для ЭВМ в памяти компьютера как использования объекта авторского права, влекущего ответственность, содержится в статье 4 Директивы 2009/24/ЕС Европейского парламента и Совета от 23.04.2009, применимой в Европейском Союзе, согласно которой поскольку такие действия как загрузка в память компьютера, отображение на экране, эксплуатация, передача или хранение компьютерной программы в памяти устройства влекут за собой воспроизведение, совершение таких действий возможно только с согласия правообладателя.

Норма статьи 1279 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня способов использования произведения и указывает на то, что использование произведения, влекущее нарушение прав правообладателя, может быть осуществлено не только в формах, перечисленных в этой норме, но и иными способами.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о формировании современного унифицированного стандарта использования программ для ЭВМ как в форме записи (сохранения) в память компьютера, так и в форме хранения в его памяти, поскольку как сохранение, так и хранение влекут воспроизведение компьютерной программы. Данный правовой подход выражен в определении Верховного Суда РФ от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400 по делу № А20-2391/2013, постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 26.08.2015 по делу № А60-25829/2014, от 22.03.2016 по делу № А65-7743/2015. 

В силу изложенного факт хранения спорной компьютерной программы продукта на жестком диске ноутбука, изъятого у ответчика при проведении оперативно-розыскных мероприятий, в отсутствие правовых оснований использования данной программы является достаточным основанием для вывода о нарушении ответчиком прав правообладателя этого программного продукта в форме воспроизведения, а потому доводы ответчика, направленные на обоснование недоказанности использования им спорной программы, подлежат отклонению.

В соответствии со статьей 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253 ГК РФ), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 5/29) ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 ГК РФ. В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Таким образом, в основание ответственности лица, нарушившего принадлежащие другим лицам интеллектуальные права при осуществлении предпринимательской деятельности, вина не входит. 

Доводы ответчика не свидетельствуют о существовании обстоятельств непреодолимой силы, обусловивших хранение спорной программы на изъятом в офисе ответчика ноутбуке.

Право выбора способа защиты принадлежит лицу, обратившемуся в суд за защитой нарушенного права.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, предусмотрено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В силу пунктов 43.2, 43.4 Постановления № 5/29 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения.

Истцом заявлено о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования спорной компьютерной программы.

Расчет компенсации произведен истцом на основании информационного письма ООО «Аутодеск Си-Ай-Эс» (LLC Autodesk CIS) о рекомендованной рыночной стоимости программного обеспечения Autodesk различных версий № 05-05/21 от 21.05.2015. Так, согласно указанному каталогу стоимость спорного программного обеспечения составляет 2 850 Евро. Расчет исковых требований произведен по курсу Евро, установленному ЦБ РФ и действовавшему на день изъятия ноутбука, на котором установлено программное обеспечение (69 руб. 77 коп.). Соответственно, на 17.10.2015 стоимость одного программного продукта составляла 198 847 руб. 35 коп. (2 850 Евро х 69 руб. 77 коп.). Соответственно, двукратный размер стоимости права использования спорной компьютерной программы составляет 397 694 руб. 70 коп. 

Основания для вывода о том, что указанная в письме ООО «Аутодеск Си-Ай-Эс» (LLC Autodesk CIS) № 05-05/21 от 21.05.2015 стоимость не соответствует рыночной стоимости права использования спорной программы с точки зрения имеющихся в деле доказательств отсутствует. О назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости права использования спорной программы ответчик не заявлял. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о праве корпорации требовать с общества взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на спорную компьютерную программу в размере 397 694 руб. 70 коп.

Довод апелляционной жалобы о подписании искового заявления лицом, не имеющим правом подписывать его, отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду следующего. 

От имени корпорации исковое заявление подписано представителем ФИО8, действовавшего на основании доверенности от 12.06.2015, выданной от имени компании со сроком действия до 12.06.2017 вице-президентом, помощником генерального юридического советника и заместителем секретаря ФИО7, в доверенности 16.06.2015 секретарем штата Калифорния США проставлен апостиль.

Из содержания данной доверенности следует, что поименованные в ней в качестве представителей лица, в том числе ФИО8, вправе представлять корпорацию в качестве истца, ответчика, третьего лица и потерпевшей стороны во всех судебных органах Российской Федерации и арбитражных судах; подавать исковые заявления от имени корпорации и подписывать их; осуществлять все права стороны и третьего лица в любом судебном процессе, включая, в том числе, арбитражный процесс, в соответствии с законодательством Российской Федерации и/или по другим применимым процессуальным нормам и т.д.

Подлинность подписи указанного лица и факт подписания доверенности от имени корпорации удостоверены нотариусом штата Калифорнии – округ ФИО9 ФИО10 Сьюэл.

В соответствии с частью 1 статьи 253 АПК РФ дела с участием иностранных лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, предусмотренными главой 33 АПК РФ, если международным договором Российской Федерации не предусмотрено иное.

Нормы международного договора, регламентирующего процедуру рассмотрения дел по экономическим спорам государственными судами, между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки отсутствуют. Следовательно, настоящее дело подлежит рассмотрению арбитражными судами Российской Федерации по правилам АПК РФ с особенностями, предусмотренными главой 33 АПК РФ, регламентирующей процедуру рассмотрения дел с участием иностранных лиц.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 (ред. от 21.01.2016) «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» положение пункта 9 части 1 статьи 126 АПК РФ, регламентирующее требования к документам, представляемым национальными юридическими лицами в целях подтверждения юридического статуса, не применяется в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, при этом суд исходит из правил, предусмотренных частью 3 статьи 254 АПК РФ иностранные лица, участвующие в деле, должны представить в арбитражный суд доказательства, подтверждающие их юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности. Данная норма является аналогичной норме пункта 9 части 1 статьи 126 АПК РФ, регламентирующей подобные требования в отношении национальных юридических лиц, однако сформулирована с учетом особенностей подтверждения правового статуса юридических лиц в различных государствах.

В соответствии с правовой позицией, содержащейся в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 № 8 (далее – Постановление № 8), арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса лиц, участвующих в споре. Судам следует учитывать, что согласно международным договорам Российской Федерации юридический статус иностранных участников арбитражного процесса определяется по их личному закону - коллизионной норме, позволяющей определить объем правоспособности и дееспособности иностранного лица (юридический статус).

Юридический статус иностранного юридического лица определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо (зарегистрировано или имеет свое основное местонахождение). Данная правовая позиция в силу универсальности института подтверждения правового статуса участников процесса, равно как и правового статуса иностранных участников в международном гражданском процессе, применима и при толковании нормы статьи 254 АПК РФ, аналогичной соответствующим нормами международных договоров. Важность установления юридического статуса участника процесса и полномочий его представителя обусловлена не формальными требованиями, а необходимостью установления правоспособности и дееспособности (определенных ее элементов) соответствующего субъекта.

Согласно пункту 2 статьи 1202 ГК РФ на основе личного закона юридического лица определяются, в частности: 1) статус организации в качестве юридического лица; 2) организационно-правовая форма юридического лица; 3) требования к наименованию юридического лица; 4) вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; 5) содержание правоспособности юридического лица; 6) порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; 7) внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; 8) способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; 9) вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

Следовательно, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей. Такая информация устанавливается судом на основании официальных документов, исходящих от государственных властей государства национальности юридического лица.

Согласно пункту 30 Постановления № 8 юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, гражданства или место жительства иностранного лица.

В пункте 25 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 09.07.2013 № 158 разъяснено, что официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора, должны быть надлежащим образом легализованы или апостилированы, а также должны сопровождаться надлежащим образом заверенным переводом на русский язык. Степень актуальности представленной информации нужно оценивать с учетом всей совокупности обстоятельств дела. Суд принимает во внимание, в частности, время, необходимое для осуществления консульской легализации или проставления апостиля, доставки документов с территории иностранного государства на территорию Российской Федерации, перевода документов и его удостоверения.

Исходя из части 4 статьи 61 АПК РФ полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе.

В силу статьи 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу. Доверенность от имени юридического лица выдается за подписью его руководителя или иного лица, уполномоченного на это его учредительными документами, с приложением печати этой организации.

Без доверенности от имени юридического лица может действовать единоличный исполнительный орган - в данном случае директор, либо управляющий - юридическое лицо.

Лицо, которому выдана доверенность, должно лично совершать те действия, на которые оно уполномочено. Оно может передоверить их совершение другому лицу, если уполномочено на это доверенностью (пункт 1 статьи 187 ГК РФ).

В материалы дела компанией представлена информация о своих должностных лицах и директорах, действующих в настоящее время, куда включен и ФИО7, являющийся помощником генерального юридического советника и вице-президентом компании, достоверность данного документа подтверждена секретарем штата ФИО11 19.01.2016.

Полномочия должностных лиц корпорации указаны в разделе V устава. К должностным лицам устав компании относит в том числе вице-президентов (пункт 5.9), секретаря и заместителя секретаря (пункт 5.10) компании.

В разделе 5.12 устава указано, что каждое должностное лицо с исполнительными функциями и должностное лицо без исполнительных функций вправе выдавать доверенности.

Кроме того, в материалы дела представлена специальная доверенность от 29.03.2016, выданная ФИО7 от имени компании Аутодеск старшим вице-президентом, генеральным юридическим советником и секретарем Паскалем У. Ди Фронзо (статус данного лица также подтверждается засвидетельствованным со стороны секретарем штата ФИО11 19.01.2016 списком должностных лиц компании).

Из содержания данной доверенности следует, что ФИО7 назначен действительным и законным доверенным лицом компании с правом передоверия в целях согласования и подписания от имени и в интересах компании любых документов, связанных с успешным ведением любых судебных разбирательств, возбужденных компанией в отношении любых третьих лиц в связи с нарушением прав на товарные знаки или авторские права компании. Одновременно с этим компания подтвердила и признала правильность и действительность доверенности, выданной 12.06.2015, и подписанной г-м ФИО7, чья подпись была удостоверена 12.06.2015 Эдит М. Бергесон, нотариусом штата Калифорния (т.е. доверенности, на основании которой ФИО8 от имени корпорации было подано исковое заявление по настоящему делу).

Российская Федерация присоединилась к Гаагской конвенции 1961 года, которая отменяет для стран - участниц Конвенции требование дипломатической или консульской легализации официальных документов, направляемых в ту или иную из этих стран. В соответствии с Конвенцией на ряде официальных документов, исходящих от учреждений и организаций Российской Федерации, должен будет проставляться специальный штамп (апостиль), удостоверяющий согласно статье 5 Конвенции подлинность подписи, качество, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинность печати или штампа, которыми скреплен этот документ. По смыслу Конвенции под официальными документами понимаются, в частности, документы, исходящие от нотариуса, административных и судебных органов, свидетельства о регистрации актов гражданского состояния, документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, подпись на которых может быть удостоверена путем проставления апостиля без предварительного свидетельствования ее подлинности нотариусом.

Все вышеприведенные документы, касающиеся правового статуса компании, полномочий ее должностных лиц и представителей, в полной мере соответствуют требованиям Гаагской конвенции 1961 года.

Аналогичная позиция и оценка вышеуказанных документов поддержана Судом по интеллектуальным правам от 03.08.2017 по делу № А32-35881/2016, от 07.04.2017 по делу № А45-23685/2015, от 02.05.2017 по делу № А32-42976/2015.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно удовлетворил иск в полном объеме. 

Поскольку иск удовлетворен в полном объеме, постольку у суда первой инстанции отсутствовали вытекающие из части 1 статьи 110 АПК РФ основания для отнесения на истца судебных расходов на оплату услуг представителя, понесенных ответчиком. 

В силу вышеизложенного основания для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы отсутствуют. Нарушения процессуального права, определенные частью 4 статьи 270 АПК РФ в качестве безусловных оснований отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлены. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2017 по делу        № А32-33119/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий В.В. Ванин

СудьиЕ.А. Маштакова

 Б.Т. Чотчаев