ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-5821/2017

г. Самара

07 ноября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 07 ноября 2018 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Селиверстовой Н.А., судей Серовой Е.А., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО2 по доверенности от 04.04.2018,

от ООО «Лак Инвест» - ФИО3 по доверенности от 31.05.2018,

от ПАО «Московский кредитный банк» - ФИО4 по доверенности от 15.20.2018,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №7 апелляционную жалобу ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» (вх.№11АП-15652/2018) 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 сентября 2018 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника к ООО «Лак Инвест» об оспаривании сделки должника по делу № А65-5821/2017 (судья Савельева А.Г.) о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 публичное акционерное общество «Татфондбанк», г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден заявитель (ГК «АСВ»); прекращены полномочия временной администрации.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22.04.2017 № 71.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 26.04.2018 (вх.№23734) поступило заявление конкурсного управляющего должника в лице заявителя о признании недействительными сделками договоры мены №ОП-АПТ, №ОП-АПТ-2, №ОП-МКБ, №ОП-КР, №ОП-КР-2, №ОП, №ОП-АН, заключенные 20.09.2016г. между ПАО «Татфондбанк» и ПАО «Московский кредитный банк», действующим от имени и за счет ООО «Лак Инвест», и применении последствий недействительности договоров мены от 20.09.2016 №ОП-АПТ, №ОП-АПТ-2, №ОП-МКБ, №ОП-КР, №ОП-КР-2, №ОП, №ОП-АН в виде:

- обязания ООО «Лак Инвест» вернуть ПАО «Татфондбанк» облигации ПАО «Аптечная сеть 36,6» в количестве 594000 шт., номинальной стоимостью 1000 рублей за 1 штуку, государственный регистрационный номер выпуска 4В02-03-07335-А;

- обязания ООО «Лак Инвест» вернуть ПАО «Татфондбанк» облигации ПАО «Московский кредитный банк» в количестве 500000 шт., номинальной стоимостью 1000 рублей за 1 штуку, государственный регистрационный номер выпуска 41101978В;

- обязания ООО «Лак Инвест» вернуть ПАО «Татфондбанк» облигации ООО «Концерн Россиум» в количестве 600000 шт., номинальной стоимостью 1000 рублей за 1 штуку, государственный регистрационный номер выпуска 4-01-36479-R;

- обязания ООО «Лак Инвест» вернуть ПАО «Татфондбанк» еврооблигации эмитента -СВОМ Finance P.L.C. в количестве 2000 шт., номинальной стоимостью 100000 рублей за 1 штуку, государственный регистрационный номер выпуска XS1143363940;

- обязания ООО «Лак Инвест» вернуть ПАО «Татфондбанк» облигации ООО «Агронова-Л» в количестве 500000 шт., номинальной стоимостью 1000 рублей за 1 штуку, государственный регистрационный номер выпуска 4-01-36490-R

- признания за ООО «Лак Инвест» право требования к ПАО «Татфондбанк» в размере действительной стоимости 24 155 паев закрытого паевого инвестиционного фонда «ТФБ -Рентный инвестиционный фонд», которая составляет 669169346 руб. 70 коп., при участии третьего лица - Д.У. ЗПИФ «ТФБ Рентный инвестиционный фонд» - Акционерное общество «Управляющая компания «ТФБ Капитал», г.Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.09.2018 по делу № А65-5821/2017 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2018 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 06.11.2018. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение  суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «Лак Инвест» и ПАО «Московский кредитный банк» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.09.2018 по делу № А65-5821/2017, исходя из нижеследующего.

Из материалов дела следует, что между должником и ответчиком в лице третьего лица, 20.09.2016 заключены договоры мены №ОП-АПТ, №ОП-АПТ-2, №ОП-МКБ, №ОП-КР-2, №ОП, №ОП-АН, по которым должник передал в собственность ответчика облигации ПАО «Аптечная сеть 36,6», ПАО «Московский кредитный банк», ООО «Концерн Россиум», ООО «Агронова-Л» и еврооблигации эмитента СВОМ Finance P.L.C., а взамен получил паи Закрытого паевого инвестиционного фонда “ТФБ-Рентный инвестиционный фонд». 

Письмом №12-2117/дм от 21.09.2016, полученным Московским филиалом должника 21.09.2016, ПАО «Московский кредитный банк» сообщил должнику, что при оформлении текстов договоров  допущена техническая неточность в указании стороны договора, а именно – не нашло своего отражения, что стороной по договору является ООО «Лак Инвест» в лице ПАО «Московский кредитный банк», действующего в качестве брокера. К данному письму была приложена соответствующая доверенность. 

Факт получения данного письма в день его вручения должником не опровергнут.    09.12.2016 должником и ответчиком подписаны поручения депонента (т.1 л.д.136- 142).      

Учитывая, что оспариваемая сделка была совершена в период подозрительности ООО «Вектор права», действующее в интересах должника, обратилось к ООО «ОценкаКонсалтинг» для определения рыночной стоимости одной акции (инвестиционного пая) ЗПИФ рентный «ТФБ-Рентный инвестиционный фонд».     Основываясь на результатах оценки №188/17 от 22.09.2017 составленной ООО «Оценка-Консалтинг», согласно которому рыночная стоимость одного пая составила 27 703,14 руб. (т.1 л.д.50-128), конкурсный управляющий ПАО «Татфондбанк» ГК «АСВ» полагая, что договоры мены имеют признаки недействительной сделки, предусмотренные  статьями 61.2, 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Признавая заявленные требования необоснованными суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 "Банкротство кредитных организаций" Закона о банкротстве. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 статьи 189.40 Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве).

В силу пунктов 1 - 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться в частности любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (указанный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (абзацы 2 - 4 пункта 8 Постановления N 63).

Оспоренная конкурсным управляющим сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что цена договора не соответствует цене аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Отклоняя доводы  конкурсного управляющего о том, что стоимость паев на рынке была в несколько раз завышена от рыночной стоимости, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что   они противоречат имеющимся в материалах дела сведениями о стоимости паев, размещенных на сайте ЗПИФ «ТФБ –Рентный инвестиционный фонд» и публикуемым ежемесячно, а также  сведениями Московской биржи о стоимости паев по состоянию на 06.07.2018 (том 1 л.д.133-135).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств совершения спорной  сделки в условиях неравноценного встречного исполнения обязательств со стороны ответчика.

Судебная коллегия также отмечает, что  установление в судебном  порядке фактов, связанных с оценкой стоимости активов паевого инвестиционного фонда, в частности вопрос об искажении либо недостоверности стоимости активов паевого инвестиционного фонда по опубликованной отчетности фонда, находится  вне рамок данного обособленного спора   и реализуется путем предъявления исков к  управляющей компании  фонда о взыскании убытков в порядке предусмотренном ч.1 ст.16 ФЗ «Об инвестиционных фондах».

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления N 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет 20 и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - 10 и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 7 Постановления N 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления N 63).

Спорная сделка заключены в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, конкурсный управляющий не доказал факты причинения вреда имущественным правам кредиторов, что в силу пункта 2 статьи 61.2 является необходимыми условиями для признания сделки недействительной.

Оспариваемые договоры являются  возмездными, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о неравноценном встречном исполнении обязательств со стороны  ответчика и, как следствие, доказательства ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате заключения спорной сделки.

При таких обстоятельствах  отсутствуют правовые основания для признания оспоренных  сделок недействительными  по правилам, предусмотренным в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса предусматривает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В обоснование доводов заявления, конкурсным управляющим ГК "Агентство по страхованию вкладов" не представлено доказательств наличия сговора у сторон оспариваемого договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц.

Факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему, документально не подтвержден.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.

В этой связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что  стороны сделки действовали в условиях обычной хозяйственной деятельности без отклонения от стандартов поведения и правовые основания для признания сделки недействительной по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации не имеется.

При проверки доводов ответчика о применении срока исковой давности  по заявленным требованиям суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

По смыслу указанных выше норм применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота и защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав. 

Из дела усматривается, что Приказом Банка России №ОД-4536 от 15.12.2016, №ОД – 4537 от 15.12.2016 назначена временная администрация по управлению ПАО «Татфондбанк», функции которой возложены  на ГК «Агентство по страхованию вкладов».

Приказом от 03.03.2017 №ОД-542 Банк России отозвал у кредитной организации ПАО «Татфондбанк» с 03.03.2017 лицензию на осуществление банковских операций.          

Приказом Банка России от 03.03.2017 №ДО-544 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией ПАО «Татфондбанк». 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 Публичное акционерное общество «Татфондбанк»  признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего судом возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 

С учетом фактически установленных обстоятельств , суд первой инстанции пришел  к обоснованному выводу о том, что сведениями о заключении оспариваемого договора купли-продажи конкурсный управляющий должника должен был располагать с момента его утверждения. 

Возражения конкурсного управляющего о том, что о совершенной сделке ГК «АСВ» не могло узнать ранее 20.08.2017 (дата обнаружения оспариваемых договоров),  обоснованно отклонены исходя из следующего.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности,  он  запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

  Указывая на дату обнаружения  оспариваемых договоров 20.08.2017 конкурсный управляющий не обосновал невозможность  получения соответствующих сведений ранее этой даты.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в Определении от 15.06.2015 N 309-ЭС15-1959 по делу N А47-2454/2011).

Таким образом, срок исковой давности по требованиям заявленным  по специальным основаниям истек.

По статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации  срок исковой давности не истек, однако правовых оснований   для признания сделки недействительной по вышеуказанным основаниям не усматривается.

Все доводы заявителя об обратном судом апелляционной инстанции проверены и подлежат отклонению как несостоятельные, противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, основанные на неправильном толковании норм материального права и не опровергающие законности и обоснованности принятого по делу судебного акта.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 сентября 2018 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника к ООО «Лак Инвест» об оспаривании сделки должника по делу № А65-5821/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок.

Председательствующий                                                                         Н.А. Селиверстова

Судьи                                                                                                       Е.А. Серова  

                                                                                                                  Н.А. Мальцев