ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-53965/2020

город Ростов-на-Дону

22 марта 2024 года

15АП-2577/2024

                                                                                                                               15АП-2579/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 22 марта 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гамова Д.С.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

            при участии в режиме онлайн:

            от финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 по доверенности,

            от должника –ФИО4 по доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5 и индивидуального предпринимателя ФИО6 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.01.2024 по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделки с ФИО5 должника недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – должник) финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным договора дарения от 10.12.2019, заключенного между должником и его супругой – ФИО5  (далее – ответчик) и применении последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры в конкурсную массу должника.

Определением от  26.01.2024 суд признал недействительным договор дарения от 10.12.2019, применил последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность должника ФИО6 квартиры №2 площадью 152 кв.м. кадастровый номер 23:40:0401020:101, расположенной по адресу: 

<

...> (далее - квартира).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО5 обжаловала определение суда первой инстанции от 26.01.2024 и просила обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на момент совершения оспариваемой сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности, поскольку основная часть задолженности у должника образовалась в период 2020 и 2021 года, то есть значительно позже заключения оспариваемого договора, наиболее раннее исполнительное производство возбуждено 17.08.2020, на момент совершения сделки задолженность должника перед кредиторами была незначительной и не соответствовала признакам банкротства.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не дана оценка доводам о наличии у должника большого денежного оборота в 2019 году и наличии прибыли от предпринимательской деятельности.

Как указывается в жалобе, квартира не имеет признаков дорогостоящего жилья, поскольку фактически площадь жилых помещений  составляет 29,5 кв.м.

Апеллянт указывает, что в его действиях по продаже объектов недвижимости, отсутствуют признаки злоупотребления правом, поскольку жилые помещения имели крайне малую общую площадь, не позволяющую проживать в них семье из пяти человек, и цена их продажи также была незначительной и не могла существенно повлиять на кредиторскую задолженность должника.

Должник также обжаловал определение суда первой инстанции в апелляционном порядке и просил определение суда отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. В обоснование апелляционной жалобы должник приводит аналогичные доводы, приведенные ответчиком.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель должника в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.05.2022 ИП ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника с заявлением о признании недействительным договора дарения дарения от 10.12.2019, заключенного между должником и его супругой – ФИО5.

В обоснование заявления финансовый управляющий должника указал следующие фактические обстоятельства.

10.12.2019 между должником и ответчиком был заключен договор дарения квартиры, согласно условиям которого должник (даритель) безвозмездно передает в собственность одаряемой (ФИО5) спорную квартиру.

Полагая, что спорное имущество передано по безвозмездной сделке в пользу аффилированного лица, при наличии у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Принимая во внимание, что оспариваемый договор дарения заключен 10.12.2020, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.12.2020, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка может быть оспорена по основанию, предусмотренному как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из материалов дела следует, что ФИО6 и ФИО5 являются аффилированными лицами: ФИО5 является супругой должника, что не оспаривается сторонами.

Таким образом, в силу статьи 19 Закона о банкротстве оспариваемый договор от 10.10.2019 заключен с заинтересованным по отношению к должнику лицом.

В данном случае бремя доказывания того, что ответчик, несмотря на свою заинтересованность по отношению к должнику, не знал и не мог знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, лежит на самом заинтересованном лице. Соответственно, именно ФИО5 должна представить доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ФИО5 не представила доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, поскольку ответчиком по оспариваемому договору является заинтересованное лицо – супруга должника, что свидетельствует об осведомленности о финансовом состоянии должника и о том, что заключаемой сделкой причиняется вред имущественным правам его кредиторов.

Доводы апеллянтов о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности, отклоняются судебной коллегией по следующим обстоятельствам.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 по делу А32- 32540/2019 суд взыскал с ИП ФИО6 в пользу НАО "Центр "Омега" 391 708,97 руб. основной задолженности по договору № 3547/ТЗ от 20.02.2018, 52 422,25 руб.  процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.03.2018 по 04.02.2020; 922 884 руб. основной задолженности по договору № 3547/ТЗ от 20.02.2018, 226 804,89 руб. задолженности по договору № 3349/ОУ от 23.01.2018, 138 401,23 руб. неустойки за период с 27.01.2018 по 04.02.2020, 120 786,33 руб. задолженности по договору № 4792/ОУ от 12.02.2019, 40 438,47 руб. неустойки за период с 16.02.2019 по 04.02.2020.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.10.2019 по делу № A32- 40906/2019 суд взыскал с ИП ФИО6 в пользу АО "Спецавтохозяйство по уборке города", г. Сочи задолженность по договору оказания услуг № 22452 от 19.04.2018 в размере 21 231,62 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размер 2 000 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.07.2020 по делу № А32- 12097/202 суд взыскал с ИП ФИО6 в пользу ПАО "Сбербанк России" задолженность по кредитному договору от 16.05.2019 № ЭО052/8619/21499-3331 в сумме 486 863,40 руб., проценты по кредиту в сумме 5 266,40 руб., неустойку в сумме 19 433,49 руб.

Кроме того, по состоянию  на дату заключения спорного договора дарения у должника имелись неисполненные обязательства по внесению арендной платы перед администрацией муниципального образования город-курорт Геленджик, что подтверждается решениями Арбитражного суда Краснодарского края по делам № А32-9233/2021 от 18.10.2021, № А32-9242/201 от 15.06.2021 № А32-9242/2021 от 15.06.2021, № А32-9232/2021 от 30.07.2021, № А32-9225/2021 от 15.06.2021, № А32-9240/2021 от 15.06.2021, № А32-9239/2021 от 30.04.2021 № А32-9237/2021 от 30.04.2021, № А32-9217/2021, № А32-9215/2021, № 9231/2021 от 13.08.2021.

Доводы апеллянтов о том, что задолженность была взыскана после оспариваемого договора, является необоснованным, т.к. согласно приведенным решениям задолженность у должника начала образовываться в 2017 году и в основном возникла в 2019 году, в силу чего дата ее взыскания в судебном порядке не имеет значения, поскольку она фактически возникла до обращения кредиторов в суд. 

При этом согласно материалам дела № А32-32540/2019 кредитор НАО "Центр Омега" обратился в суд с иском к должнику 15.07.2019, то есть до заключения оспариваемого договора дарения. 

Согласно материалам дела № А32-40906/2019 кредитор АО "Спецавтохозяйство по уборке города" обратилось с иском к должнику 28.08.2019., также до заключения договора дарения. 

Также не имеет значения дата возбуждения исполнительного производства, поскольку должник не мог не знать о наличии задолженности до возбуждения исполнительного производства или обращения кредитора в суд.

На основании изложенного доводы ответчика об отсутствии признаков неплатежеспособности на момент совершения договора дарения являются необоснованными.

Доводы апеллянтов о том, что суд не дал никакой оценки приведенным должником доводам о наличии у должника большого денежного оборота в 2019 году и наличии прибыли от предпринимательской деятельности опровергается приведенными в оспариваемом определении выводами суда.

Указанные доводы обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку задолженность должника перед кредиторами, в том числе значительная задолженность перед администрацией муниципального образования город-курорт Геленджик в размере 11 млн. рублей, образовавшаяся в 2019 году, должником не погашалась даже частично и после возбуждения дела о банкротстве в полном размере была включена в реестр требований кредиторов. 

Таким образом, должник, несмотря на то, что как он указывает, обладал значительными денежными средствами и прибылью, не предпринимал никаких действий по исполнению обязательств и попыток погашения кредиторской задолженности, а вместо этого подарил свою квартиру супруге, а супруга в это же время продала две принадлежащие ей квартиры.

С учетом отсутствия доказательств равноценного встречного предоставления суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае при заключении договора дарения стороны сделки очевидно имели целью необоснованный безвозмездный вывод имущества из состава конкурсной массы в преддверии банкротства, что расценивается судом как злоупотребление правом со стороны участников оспариваемой сделки.

Оценивая добросовестность ответчика, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно правовой позиции, закрепленной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2015 № 310-ЭС15-7328 по делу № А35-2362/2013, приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

Имущество приобретено ответчиком без предоставления доказательств оплаты за имущество, что должно было вызвать у любого разумного участника гражданского оборота обоснованные сомнения в отношении законности такой сделки.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

По своей правовой природе оспариваемый договор дарения является безвозмездной сделкой, в принципе не предусматривающей встречное исполнение со стороны одаряемого.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Поскольку сделка совершена безвозмездно, следовательно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключении сделки предполагается.

При таких обстоятельствах оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам должника и его кредиторов, поскольку право должника на спорное имущество было безвозмездно утрачено в результате совершения оспариваемой сделки.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника. Будучи осведомленным о наличии неисполненных денежных обязательств, должник произвел отчуждение собственного имущества заинтересованному лицу (супруге), что является заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав.

Оценивая доводы должника в части невозможности признания сделки недействительной ввиду того, что имущество по сделке является единственным пригодным для проживания для должника и членов его семьи, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 101 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.04.2021 № 15-П указал, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему: сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи; ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта; отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма; отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

Оценивая добросовестность должника и ответчика судом первой инстанции обосновано учтено следующее.

Согласно предоставленной по запросу суда Управлением Росреестра по Краснодарскому краю выписке из ЕГРН от 14.08.2023 за ответчиком до банкротства должника было зарегистрировано шесть объектов недвижимости, при этом ею уже в период банкротства ФИО6 продано два жилых помещения:

1) жилое помещение кадастровый номер 23:40:0406053:24, расположенное по адресу: г. Геленджик, ул.Пограничная, д.5, кв.2а. Данное жилое помещение было продано ответчиком 21.10.2022 т.е. после признания должника банкротом. Согласно сведениям ЕГРН данное помещение было приобретено ответчиком в период брака с должником, т.е. являлось совместно нажитым с должником имуществом. Согласно выписке из ЕГРН имущество было приобретено 08.07.2021, а брак зарегистрирован 01.11.2008.

2) жилое помещение кадастровый номер 23:40:0403090:209, расположенное по адресу: 

<

...>. Согласно сведениям ЕГРН данное имущество было приобретено супругой должника 27.06.2017, т.е. в период брака, в силу его являлось совместно нажитым имуществом должника и ответчика. Данное жилое помещение было продано 10.06.2020, т.е. за 6 месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом. При этом в указанном жилом помещении до его продажи была зарегистрирована супруга (ответчик) и дети должника.

Вышеуказанное поведение судебная коллегия не может признать добросовестным, поскольку должником и ответчиком в предверии банкротства и в период банкротства были реализованы жилые помещения, а также должником одновременно была безвозмездно передана в собственность супруги спорная квартира.

Довод ответчика о том, что квартиры, проданные ответчицей - супругой должника в период банкротства, которые являлись совместно нажитым имуществом супругов, имели крайне малую площадь, не имеют правового значения, т.к. продажа данных квартир лишила возможности обращения взыскания на них в деле о банкротстве.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что вопрос об установлении исполнительского иммунитета не подлежит установлению в рамках настоящего спора.

Должник не лишён права обратиться с заявлением о предоставлении исполнительского иммунитета, поставить перед кредиторами вопрос о приобретении замещающего жилья финансовым управляющим за счет выручки от продажи имущества должника, находящегося в наличии.

Вопрос о признании спорной квартиры "роскошным" жильем, также не подлежит установлению в рамках настоящего обособленного спора.

Кроме того, может быть решен вопрос и целесообразности приобретения замещающего жилья, исходя из предполагаемой выручки от реализации имущества и возможности погашения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи, приходит к выводу, что сделка была совершена должника в период подозрительности с заинтересованным лицом на безвозмездной основе, в связи с чем, признает обоснованными и подтвержденными надлежащими доказательствами доводы заявителя о наличии совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания договора дарения договор дарения от 15.12.2019 недействительной сделкой.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В этой связи, в качестве последствий недействительности сделки суд обязал ответчика возвратить должнику все полученное по сделке - недвижимое имущество.

Доводы апелляционных жалоб, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.01.2024  по делу № А32-53965/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

 

Председательствующий                                                                                      Д.С. Гамов

 

Судьи                                                                                                                    М.А. Димитриев

 

Д.В. Николаев