ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А25-1785/2019

29.08.2022         

Резолютивная часть постановления объявлена 23.08.2022        

Постановление изготовлено в полном объеме 29.08.2022         

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании финансового управляющего ФИО2 (лично), представитель АО «Минбанк» - ФИО3 (доверенность от 15.07.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 29.12.2021 по делу № А25-1785/2019, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделки заключенной между ФИО5 и ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 (далее – ФИО5, должник) финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договор купли-продажи доли в размере 2/3 доли номинальной стоимостью 6 800 руб. в ООО «Генерация»  (далее – общество), заключенный 28.06.2019 между ФИО5 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права ФИО5 на долю в уставном капитале ООО «Генерация».

Определением от 29.12.2021 договор купли-продажи 2/3 доли номинальной стоимостью 6 800 руб. в уставном капитале ООО «Генерация» от 28.06.2019, заключенный между ФИО5 и ФИО4 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки. Восстановлено право гр.ФИО5 на 2/3 доли в уставном капитале ООО «Генерация» за счет доли ФИО4.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 29.12.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно посчитал сделку, заключенную в преддверии банкротства должника как совершенную с неравноценным встречным предоставлением, ущемляющей права кредиторов на удовлетворении своих требований за счет конкурсной массы должника. Апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции необоснованно посчитал, что срок исковой давности на оспаривание сделки не пропущен управляющим, в то время как с момента введения процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждения первоначально назначенного управляющего, последний имел возможность ознакомления со сведениями федеральных ресурсов, как профессиональный участник правоотношений, оценить факт отчуждения доли в уставном капитале общества и обратиться своевременно в суд за оспариванием сделки. Управляющий, назначенный в процедуре реализации имущества должника, является правопреемником первоначально назначенного управляющего, соответственно, все действия, совершенные (несовершенные) первоначальным управляющим (и риски), переходят к вновь назначенному управляющему должника.  

Определением от 20.04.2022 судом апелляционной инстанции назначена судебная оценочная экспертиза определения рыночной стоимости доли 2/3 в уставном капитале ООО «Генерация» на момент заключения сделки. 

05.07.2022 в апелляционный суд поступило экспертное заключение. В судебном заседании, назначенном судом апелляционной инстанции на 16.08.2022, объявлен перерыв  до 23.08.2022 для ознакомления сторонами с результатами экспертного заключения.

После перерыва в назначенное судом апелляционной инстанции время судебное заседание продолжено.

Сторонами озвучены позиции, с учетом результатов судебной экспертизы.

АО «Минбанк» заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Заявленное ходатайство подлежит отклонению ввиду следующих оснований.

Реализация предусмотренного частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) полномочия суда по назначению повторной экспертизы в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особом способе его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

Ссылки банка и финансового управляющего о нарушении методики исследования, ненадлежащем характере использованных экспертом способов исследования подлежат отклонению в силу следующего.

Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств. Поскольку из содержащихся в ходатайстве о назначении повторной экспертизы доводов не следует, что экспертом были использованы недопустимые с точки зрения закона методы исследования, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для вывода о недопустимости применения результатов судебной экспертизы, а равно недостоверности содержащихся в нем выводов.

Оценив заключение эксперта от 23.06.2022 № 00112/2022, суд апелляционной инстанции признает его надлежащим доказательством по делу, поскольку исследование проведено экспертом объективно, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, заключение основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных; в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения; экспертом в полной мере соблюдены базовые принципы судебно-экспертной деятельности - принципы научной обоснованности, полноты, всесторонности и объективности исследований, установленные статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ).

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При проведении экспертизы по настоящему делу эксперт руководствовался соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой. Профессиональная подготовка и квалификация эксперта не вызывает сомнений, поскольку подтверждена документами об образовании. Ответы эксперта на поставленные вопросы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования материалов настоящего дела, подтверждены фактическими данными.

У суда апелляционной инстанции не возникло сомнений в обоснованности данных выводов, которые сделаны на основании проведенных исследований, в пределах соответствующей специальности эксперта, всесторонне и в полном объеме.

Несогласие банка и финансового управляющего с выводами эксперта не свидетельствует об их недостоверности и не является основанием для назначения повторной судебной экспертизы, в связи с чем ходатайство АО «Минбанк» подлежит отклонению.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи, с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, выслушав позиции сторон, оценив доводы жалобы, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что определение  от 29.12.2021 подлежит отмене ввиду следующего.

Как видно из материалов дела, 11.06.2019 должник, являясь участником ООО «Генерация» и владея 2/3 доли уставного капитала общества, удостоверил у нотариуса Прикубанского нотариального округа ФИО6 оферту на имя общества и другого участника общества ФИО7 на покупку ими доли должника в уставном капитале общества за 5 173 529 руб. 

В этот же день (11.06.2019) генеральный директор общества вручил другому участнику общества ФИО7 уведомление о ее праве воспользоваться преимущественным правом покупки доли должника в уставном капитале общества за 5 173 529 руб. (т.2, л.д.92). 

13.06.2019 общество направило должнику уведомление об отказе общества и другого участника общества ФИО7 от их преимущественного права покупки доли должника в уставном капитале общества (т.2, л.д.94, 97). 

13.06.2019 другой участник общества ФИО7 заявила об отказе от права воспользоваться преимущественным правом покупки доли в уставном капитале общества, и дала согласие на отчуждение доли должником третьему лицу, удостоверив отказ у нотариуса Прикубанского нотариального округа ФИО6 (т.2, л.д.95-96). 

13.06.2019 общество, в лице генерального директора ФИО8, заявило об отказе от права возможности воспользоваться преимущественным правом покупки доли должника в уставном капитале общества, и дало согласие на отчуждение доли должником третьему лицу, удостоверив отказ и согласие у нотариуса Прикубанского нотариального округа ФИО6(т.2, л.д.98-101). 

28.06.2019 между ФИО5 и ФИО4, в присутствии нотариуса Прикубанского нотариального округа ФИО6, заключен договор купли-продажи доли в размере 2/3 доли номинальной стоимостью 6 800 руб. в ООО «Генерация» (т.3, л.д.93). Согласно условиям оспариваемого договора расчет между сторонами произведен полностью в сумме 5 173 529 руб. во время его подписания (п.5.1). 

01.07.2019 гр. ФИО5 обратился с заявлением о признании несостоятельным (банкротом). Определением от 31.07.2019 заявление ФИО5 принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Определением от 09.01.2020 признано обоснованным заявление о признании гражданина ФИО5 несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9 

Решением от 08.02.2021 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2

Финансовый управляющий полагая, что оспариваемая сделка совершена должником в отсутствие доказательств уплаты цены сделки с заинтересованным лицом по отношению к должнику с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился с настоящим заявлением в суд.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу о том, что совершив оспариваемую сделку, должник произвел отчуждение имущества, которое у него имелось и могло быть направлено на удовлетворение требований кредиторов, тем самым причинил вред их имущественным правам.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ). Оспариваемая сделка купли-продажи была совершена 28.06.2019. Таким образом, совершенная 28.06.2019 между должником и ФИО4, сделка может быть признана недействительной по требованию финансового управляющего в порядке, предусмотренном статьей 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ.

Как следует из заявления, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 28.06.2019 по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), а также с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2). Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

В рассматриваемом случае оспариваемый договор купли-продажи заключен 28.06.2019; дело о банкротстве ФИО5 возбуждено по его заявлению 31.07.2019, то есть оспариваемая сделка совершена в течение года до возбуждения дела о банкротстве, соответственно, оспариваемая сделка подпадает под период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. 

При этом пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве по существу является частным случаем пункта 1 этой же статьи, поскольку предполагает оспаривание сделки с неравноценным встречным исполнением (причинившей вред имущественным правам кредиторов), совершенной с противоправной целью. 

На основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был  причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 - 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено следующее. Пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления от 23.12.2010 № 63). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Из материалов дела следует, что сделка по отчуждению доли  в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью предполагала соблюдения порядка передачи (отчуждения) доли, установленного Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью». Предусмотренный законом порядок совершения сделки по отчуждению доли в уставном капитале, соблюден. Стоимость отчуждения доли, указанная в уведомлениях общества и других участников, составляет 5 173 529 руб. Цена сделки, заключенной  28.06.2019 между ФИО5 и ФИО4, на покупку доли в размере 2/3 доли номинальной стоимостью 6 800 руб. в ООО «Генерация» составляет аналогичную сумму (5 173 529 руб.).  

Финансовый управляющий, оспаривая сделку, указывает на несоответствие стоимости сделки рыночной стоимости отчужденной доли уставного капитала.

Из материалов дела следует, что ФИО5 до совершения действий, направленных на отчуждение своей доли в уставном капитале ООО Генерация» обратился  в ООО Аудиторская фирма «Аудит–Консалтинг» с целью определения рыночной стоимости 2/3 доли в указанном обществе. ООО Аудиторская фирма «Аудит –Консалтинг» 14.05.2019  провело оценку и 30.05.2019 подготовило отчет №0109-ОПКЧР-О-05-2019 (т.1.л.д 131-159, т.2 л.д.1-85-87), согласно которому рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО Генерация», составляющая 2/3 от величины уставного капитала составляет 5 174 000 руб.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что довод управляющего о несоответствии цены сделке рыночному уровню цен, опровергается материалами дела. 

При этом апелляционный суд учитывает, что должник, располагая отчетом о стоимости предполагаемой им к отчуждению доли в уставном капитале, предложил обществу и другому участнику купить свою долю в уставном капитале по цене, соответствующей цене, указанной оценщиком, окончательная цена состоявшейся сделки также соответствует цене, определенной в результате оценки, в связи с чем суд полагает, что в действиях ФИО5 отсутствует злоупотребление правом в виде намеренного причинения вреда правам своих кредиторов.

С целью дополнительной проверки соответствия цены оспариваемой  сделки рыночным категориям в момент совершения, апелляционный суд назначил проведение оценочной экспертизы. Поручил проведение экспертизы эксперту ООО «Региональный центр независимых экспертиз по СКФО» ФИО10, имеющему высшее профессиональное образование: квалификация – «экономист», специальность – финансы и кредит, специализация – «оценка собственности». Квалификационный аттестат по направлению «Оценка Недвижимости» №018760-1 от 29.03.2021, квалификационный аттестат в области оценочной деятельности №018760- 1 от 29.03.2021 по направлению «Оценка недвижимости». Стаж работы по специальности 12 лет, по экспертной специальности 7 лет.

На разрешение эксперту поставлен вопрос: Какова рыночная стоимость доли 2/3 в уставном капитале ООО «Генерация» на 28.06.2019?

По результатам судебной оценочной экспертизы предоставлено экспертное заключение от 23.06.2022 № 00112/2022, в соответствии с которым определена рыночная стоимость доли 2/3 в уставном капитале ООО «Генерация» на момент заключения сделки (28.06.2019) в размере 4 739 000 руб.

Принимая во внимание внесудебную оценку рыночной стоимости 2/3 доли ФИО5 в уставном капитале общества в сумме 5 174 000 руб. и результаты судебной экспертизы, согласно которым эксперт определил рыночную стоимость доли в сумме 4 739 000 руб., апелляционный суд установил расхождения в стоимости оценки не более 10 %, в связи с чем полагает, что данные расхождения по сути являются погрешностью; отклонение цены не превышает допустимого значения (не более 20 %), в связи с чем полагает, что цена оспариваемой сделки соответствует рыночной цене.

Расчет стоимости доли в уставном капитале, произведенный финансовым управляющим и принятый судом первой инстанции в качестве неравнозначности сделки, не принимается апелляционным судом, ввиду отсутствия соответствующей квалификации у финансового управляющего. Произведенный расчет не содержит указаний на  методику, применяемую для исчисления, обоснование применение методологии расчета при исчислениях, принципов применения поправочных коэффициентов. Учитывая, что судебную экспертизу проводил эксперт, имеющий специальные познания в данной области, и эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем, проводя исследование рынка и расчеты, должен осознавать степень ответственности, апелляционный суд не находит оснований для непринятия экспертного заключения в качестве надлежащего доказательства и оценки его наряду с другими доказательствами, имеющимися в материях дела.

Оценивая результаты экспертного заключения, апелляционный суд полагает, что оценка рыночной стоимости доли в уставном капитале общества, принадлежащая должнику, проведенная экспертом примерно в диапазоне рыночной цены, определенной иным оценщиком во внесудебном порядке, в связи с чем полагает, что сделка заключена должником на  рыночных условиях.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Материалами дела подтверждается, что имущество отчуждено на рыночных условиях, отсутствовала цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Учитывая данные обстоятельства, оснований для вывода о причинении вреда  правам кредиторов оспариваемой сделкой не имеется.

С учетом изложенного, апелляционный суд полагает, что основания в признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствуют, поскольку права кредиторов не нарушены  условиями заключенной сделки; в результате заключения договора купли-продажи должник получил равнозначный эквивалент – денежные средства в размере, соответствующим рыночным ценам за отчужденную долю в уставном капитале.

Финансовый управляющий ссылается на аффилированность сторон сделки. Суд первой инстанции установил, что  должник и ответчик участвуют в качестве участников в ООО ККС Холдинг (ИНН 

<

***>), в АО «Недра» (ИНН 

<

***>), ООО «Генерация» (ИНН 

<

***>), а также в сделках по продаже имущества должника оспариваемых в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), где покупателем выступил ФИО4 (сделка по договору купли-продажи от 24.05.2019 в отношении объектов, расположенных по адресу: КЧР, 

<

...> 2e, сделка от 02.12.2018 по договору купли-продажи автомобиля Мерседес-бенц (двигатель №WDD2211761A259216).

Вместе с тем, суд первой инстанции не учел, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной либо ничтожной  при условии равнозначного характера заключенной сделки. Выводы суда о том, что кредитор входит в группу аффилированных (взаимосвязанных) лиц, осуществляющих руководство иными юридическим лицами не свидетельствует о фактической аффилированности сторон при исполнении оспариваемой сделки. Сделка носит специфический характер и не является по своему содержанию распространенной в гражданском обороте, в  вязи с чем покупателем по сделке может выступать лицо, сведущее в ведении предпринимательской деятельности и  в электроэнергетике тепловых электростанций. Согласно ОКВЭД ООО «Генерация» имеет основной вид деятельности  -производство электроэнергетики тепловыми электростанциями, в том числе деятельность по обеспечению работоспособности электростанций. 

Учитывая специфичный характер деятельности общества вполне объяснимо приобретение доли уставного капитала общества лицом, ведущим предпринимательскую деятельность вместе с должником в иных компаниях. 

Принимая во внимание отсутствие занижения цены сделки, апелляционный суд полагает, что наличие факта аффилированности сторон сделки, равно как и неплатежеспособность должника в момент заключения сделки, не имеет правового значения.

Финансовый управляющий, оспаривая сделку, указывает на отсутствие факта оплаты по ней.

Данный довод не принимается апелляционным судом ввиду следующих оснований.

Согласно пункту 4 договора доля номинальной стоимостью 6 800,00 руб. оценена сторонами в 5 173 529,00руб. Данная стоимость подтверждается отчетом об оценке № 0109-ОПКЧР-О-05-2019 от 30.05.2019, проведенной по заказу ФИО5 в ООО АФ «Аудит-Консалтинг».

Согласно пункту 5.1. договора расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора, а именно: продавец   получил    от    покупателя   денежную    сумму   в   размере    5 173 529,00 руб. Денежная сумма передана покупателем продавцу в наличной форме.

Таким образом, оплата покупателем произведена наличными денежными средствами в присутствии нотариуса, возражения по оплате в адрес ответчика не поступали, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью входит в состав такой группы объектов гражданских прав, как иное имущество, к которому статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) относит и имущественные права. 

Согласно пункту 4 статьи 454 ГК РФ положения, предусмотренные параграфом первым главы 30 Кодекса (статьи 454 - 491), применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав. 

Изложенное согласуется с правовыми позициями, сформулированными Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 23.06.2009 № 4651/09, от 11.10.2011 № 5950/11, от 10.06.2014 № 1999/14. 

Пунктом 1 статьи 486 ГК РФ предусмотрена обязанность покупателя произвести оплату товара непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства. Иной порядок оплаты нормативно-правовыми актами не предусмотрен.

По смыслу положений абзаца второго пункта 2 статьи 408 ГК РФ законом установлена презумпция того, что нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательств. Данная презумпция прекращения обязательства может быть опровергнута. При этом бремя доказывания того, что обязательство не исполнено и, соответственно, не прекратилось, возлагается на кредитора (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 04.12.2000 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 11.11.2014 № 5-КГ14-99, от 17.11.2015 № 5-КГ5- 135, от 22.05.2018 № 58-КГ18-11). Как усматривается из содержания пунктов 4 договоров, сторонами констатировано, что оплата долей произведена покупателями полностью и до удостоверения настоящего договора нотариусом (что согласуется с положениями пункта 1 статьи 486 ГК РФ); претензий по условиям оплаты стороны друг к другу не имеют. 

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что  условие договора  от 28.06.2019 об оплате покупателем приобретаемых долей уставного капитала общества в полном объеме имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иным (-и) документом (-ами).

Аналогичная позиция отражена в определении ВС РФ от 28.09.2021 № 305-ЭС21-8014.

Согласно пункту 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В подтверждение финансовой возможности оплаты суммы сделки ФИО4 представлена выписка по счету № 40817810600000101860, открытому в АО «Тексбанк» за 2019 год, свидетельствующая о получении им дохода от предпринимательской деятельности; общая сумма дохода  4 271 364 руб. Представлены также выписки по счету, открытому АО «Минбанк» за 2016-2019, по вкладу, открытому в ПАО «Сбербанк» за 2018-2019 годы.

Данные финансовые документы представлены в суд апелляционной инстанции, заявлено ходатайство об их приобщении.

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума № 12), поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 АПК РФ, может в силу части 3 статьи 288 АПК РФ являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Кроме того, процессуальный закон прямо не запрещает апелляционному суду принимать, в том числе дополнительные документы, представленные для обоснования доводов отзыва на апелляционную жалобу, а обязывает суд сделать это (абзац 2 части 2 статьи 268 АПК РФ).

Учитывая, что представленные сторонами дополнительные доказательства имеют существенное значение для принятия законного и обоснованного судебного акта, апелляционный суд счел необходимым удовлетворить ходатайство ФИО4 и приобщить к материалам дела дополнительные документы. 

Изучив представленные выписки по счетам ФИО4, апелляционный суд приходит к выводу о том, что финансовая возможность у покупателя имелась оплатить денежные средства в размере, установленном в договоре.

При рассмотрении заявления судом первой инстанции заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Суд первой инстанции, оценивая довод о пропуске срока исковой давности на оспаривание сделки управляющим, установил, что финансовый управляющий утвержден 08.02.2021 и обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки должника 25.05.2021, в связи с чем пришел к выводу о том, что  срок давности оспаривания сделки не нарушен.

Апелляционный суд не соглашается с выводом суда первой инстанции ввиду наличия следующих оснований.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве). Само по себе введение процедуры реструктуризации долгов гражданина не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Финансовым управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), для выявления факта совершения оспоримых сделок ему предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными. В течение такого срока финансовый управляющий должен принять меры к получению от регистрирующих органов и должника документов, отражающих его экономическую деятельность. На основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение, в том числе и о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько арбитражный управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что определением суда от 25.02.2019 (резолютивная часть) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9, поэтому с этого момента подлежит исчислению срок давности по заявлению об оспаривании сделок должника по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Сведения об отчуждении доли в уставном капитале общества являются общедоступными, находящимися в федеральном реестре, в связи с чем, проявляя должную осмотрительность, первоначально утвержденный финансовый управляющий имел возможность оценить наличие (отсутствие) оснований для ее оспаривания, однако, им этого не было сделано. Доказательств невозможности получения сведений из федеральных ресурсов и ознакомления с ними на предмет соответствия цены сделки, материалы дела не содержат. Сведения  от должника об отсутствии сделок с имуществом в период подозрительности, то есть введение управляющего в заблуждение не установлено,  и из материалов дела не следует. Вывод суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим ФИО9 в процедуре реструктуризации долгов не было оспорено ни одной сделки должника, не является основанием для вывода уважительности причин пропуска срока на оспаривание сделок.

То обстоятельство, что заявление о признании оспариваемой сделки недействительной подано в арбитражный суд вновь утвержденным финансовым управляющим ФИО2, не изменяет начала течения срока исковой давности, поскольку вновь утвержденный арбитражный управляющий является в силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве процессуальным правопреемником первоначально утвержденного финансового управляющего  ФИО9

 С учетом вышеизложенного, началом течения срока исковой давности в данном случае является - 26.02.2019, а последним днем срока является 25.02.2020. Заявление об оспаривании сделки подано финансовым управляющим ФИО2 посредством почтовой связи 16.05.2021, что подтверждается квитанциями Почты России, зарегистрировано заявление в суде 25.05.2021, о чем свидетельствует штамп арбитражного суда, проставленный на заявлении, то есть заявление подано с пропуском годичного срока на оспаривание сделки.

Апелляционный суд полагает, что основания для признания сделки ничтожной в силу статьями 10, 168 ГК РФ отсутствуют, исходя из следующего.

По основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ сделка могла быть признана недействительной лишь в том случае, если ее дефекты выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок. В данном случае, в качестве оснований для оспаривания финансовый управляющий указал на отчуждение имущества при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами, в отсутствие встречного представления, с целью уменьшения активов должника. Суд первой инстанции в качестве оснований для признания сделки недействительной указал на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного возмещения и при наличии значительных денежных обязательств продавца перед иными лицами. Указанные основания для оспаривания сделки полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве. Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, управляющий не указывал и не доказал их наличие; мотивы, по которым суд первой инстанции расценил установленные им обстоятельства в качестве допустимых для квалификации оспариваемой сделки в качестве ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ, в судебном акте не приведены.

Таким образом, применение статьи 10 ГК РФ при наличии оснований, предусмотренных диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, незаконно продлевает сроки исковой давности при оспаривании сделок.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии фактической оплаты приобретенного имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При установлении факта заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу необходимо установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

В рассматриваемом случае сделка совершена сторонами в диапазоне  рыночных цен, оплата произведена в присутствии нотариуса, покупателем обоснована финансовая возможность передачи наличных денежных средств продавцу, в связи с чем злоупотребление правом сторонами сделки судом не установлено.

Учитывая, что для квалификации сделки в качестве ничтожной, финансовым управляющим должен быть доказан умысел обеих сторон сделки, направленный на злоупотребление правом, и этот умысел управляющим не обоснован и не доказан, апелляционный суд полагает, что основания для признания оспоримой сделки – ничтожной, отсутствуют.

Принимая во внимание изложенное, в рассматриваемом случае подлежит применению годичный срок исковой давности на оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не было правовых оснований для признания сделки недействительной.

Судебные расходы распределяются в порядке статьи 110 АПК РФ с отнесением их на проигравшую сторону. 

Апелляционным судом установлено, что при перечислении денежных средств за проведение судебной экспертизы на депозит Шестнадцатого арбитражного суда, заявителем неправильно указаны реквизиты, в связи с этим расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию с ФИО5.

Принимая во внимание  изложенное, судебный акт суда первой инстанции подлежит отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ, с принятием нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 110, 266 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 29.12.2021 по делу 

№ А25-1785/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт. 

В удовлетворении заявленных требований финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделки от 28.06.2019 между ФИО5 и ФИО4, отказать.

Взыскать с ФИО5 (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 (ИНН 

<

***>) 3 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Взыскать с ФИО5 (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Региональный центр независимых экспертиз по СКФО» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 49 000 руб. за проведение судебной экспертизы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов 

             С.И. Джамбулатов